Sweet dreams

Выбравшись из лабиринта коридоров и комнат Центрального бассейна, девочки замерли. Небывалая тишина разлилась над городом: не было слышно ни вечного гула заводов, ни жужжания аэромобилей, ни голосов людей. Все крики, сирены и грохот обрушений в один миг стихли, оставляя вместо себя лишь пыльную взвесь. Все словно застыло, погрузившись в неестественный сон. И лишь темные тучи сгущались над их головами. Медленно сенши пробирались вперед, то и дело настороженно озираясь. Эта гнетущая тишина давила, заставляя опасаться каждого дуновения ветерка, каждой жужжащей мухи. Им мерещилось, что за ними кто-то наблюдал, что кто-то спешил вслед, заставляя оглядываться в надежде увидеть Ами. Но все ожидания были тщетны, и синевласка так и не появлялась. И Макото совершенно не хотелось думать, что тому причиной. Рей упрямо шагала вперед, обращаясь к шатенке для уточнения местности, пока не остановилась у разинувшей свою беззубую черную пасть пропасти. То, что раньше было оживленной и шумной, переплетенной сеткой пешеходных дорожек, магистралью, уходившей к окраине города, сейчас превратилось в огромную мрачную бездну. Не сложно было представить, как черные полосы опустевших дорог сплетаются в огромный узел в центре города. Или, верней, того, что от него осталось. - Есть идеи? – осведомилась Рей, осматриваясь. Но, несмотря на все старания, в поле её зрения не оказалось ничего, хотя бы отдаленно похожего на мост. Мако кивком указала вперед. - Через три квартала должен быть пешеходный мост. Единственный на окраине города. Потом только Стены. Брюнетка нахмурилась, взглянув в нужном направлении. В этом отдаленном районе не было ничего знакомого, и это заставляло ее и без того нервничать. Не оставляло зловещее предчувствие, что развивающаяся спираль неминуемых событий стягивает их именно в то место, которого они стремились всеми силами избежать. Места гибели. Но другого варианта у новых защитниц добра не было. Мост, про который говорила Мако, действительно был, но и его не обошли стороной разрушения. Аэромобиль, потерявший управление, протаранил большую часть воздушного перехода, пустив змеящиеся трещины по всему покрытию. - Ничего не трогайте, – сиплым от жажды голосом оповестила шатенка. – Идем осторожно, медленно и по одной. Рей кивнула, принимая слова подруги. И двинулась вперед. Ее смелости Мако оставалось только завидовать. Как и отваге Усаги, не обладавшей ни ловкостью, ни быстротой, но все же двинувшейся вперед за брюнеткой. И пусть они не обменялись и парой слов за все время пути, командой они были куда лучшей, чем кто-то еще из девочек. Дело было лишь за ней. На небесах что-то отдаленно громыхнуло, отмечая ее первые шаги по полуразрушенному мосту. Зарядил дождь, словно издеваясь над Мако, и без того желающей напиться. Мелкие капли слетали с небес, смывая со щек прилипшую пыль. Макото старалась не смотреть на спутниц, что дожидались ее на другой стороне, не встречаться с их взглядами, полностью концентрируясь на ненадёжном покрытии под ногами. Но полыхнувшее за спиной синее зарево застало ее врасплох, заставляя остановиться. Пусть она почти не знала ни Минако, ни Ами, но их утрата отзывалась страшной болью где-то в груди. Словно ее сердце знало намного больше, чем сохранила память. Она прижала кулак к солнечному сплетению изо всех сил и зажмурилась, но это не помогло избавиться ни от боли, ни от обрывков древних молитв, что зачитывала Усаги в конце ее пути. Слезы сами собой сорвались с каштановых ресниц. Откинув мокрые завитки волос, Мако оглянулась туда, где по ее расчетам, находился Центральный бассейн, и едва шевеля губами, произнесла короткие слова для упокоения души Ами. Попытавшись сморгнуть слезы, девочка скользнула взглядом ниже, к той небольшой улочке, где они шли, обходя очередной участок обвалившейся дороги. Всего несколько минут назад еще была надежда, что Ами удалось спастись, что она просто немного отстала или идет совсем другим путем, но теперь… И лишь обронив соленые капли с ресниц, шатенка заметила хищный взгляд, что был направлен только на нее. Дыхание застыло в горле, и Мако будто подавилась воздухом. Прошлое, вспыхнувшее короткой картиной в ее голове, заставило все в ее душе похолодеть. И если еще несколько секунд назад ей казалось, что больнее и хуже быть не может, то сейчас жестокая реальность доказывала обратное. Оглушительная пустота наполнила то место, где еще совсем недавно билось пронзенное болью сердце. Тот, кто смотрел на пробиравшуюся через разбитый мост фигуру, прятался в тени магазинчика, укрываясь от дождя под навесом у стеклянных витрин. Он был позади, шел следом или знал, что они придут сюда сами? Да какая разница?! – одернула сама себя Макото и обернулась к девочкам. Ни Рей, ни Усаги не замечали опасности, все еще смотря куда-то в небо, вслед угасавшим отблескам голубого свечения. Оно и к лучшему. Девочка сжала кулаки. Она уже решила, что и как нужно сделать – ведь раньше она всегда сторонилась полуразрушенных дорог, прекрасно зная, что могло навлечь беду. Она разбежалась и навалилась всем телом на то, что еще утром было аэромобилем. Нескольких шагов и ее немалой силы было достаточно, чтобы сдвинуть покореженный кусок металла на несколько десятков сантиметров дальше, запуская по цепочке механизм разрушения. Раздавшийся треск моста соединился с очередным громовым раскатом на небесах. - Мако, что ты…– но голос Рей заглушил грохот слетевшего вниз аэромобиля. А за ним и куски моста, словно крошки от печенья, унеслись в бездну прошлого, заставляя шатенку отпрянуть. Рухнула балюстрада, а за ней и еще один осколок пешеходной дороги отправился к праотцам. Все новые трещины змеились под ногами девочки, на несколько секунд заставляя усомниться в своем плане, но она быстро отбросила колебания. Если Рей не ошиблась, каждая из них пятерых была запятнана грехом и предательством, явившим на месте их избранника демона. И это порождение ада не оставит их. - Идите вперед! – воскликнула шатенка, как только стих гул разрушений. – До шестой улицы. Там будет переход. Усаги, ты должна помнить. Ждавшие на той стороне девочки замерли, не веря своим ушам, и не двигаясь ни на шаг в указанном направлении. А Мако все явственней ощущала взгляд, что не отрывался от ее затылка. - Идите! – воскликнула она, надеясь, что ее голос не показывал отчаяния. – Идите! И завершите начатое. И решительно отвернулась, не желая смотреть, как ее последние подруги уходят. Она должна их отпустить. Она должна сполна заплатить за свои грехи. Ее глаза тут же метнулись к затемненному уголку возле магазина, но демона там уже не обнаружилось. Неужели она ошиблась в своих расчетах? Судорожно Мако смотрела по всем направлениям, пытаясь увидеть противника, но ее человеческим глазам это было недоступно. Где же он? Лишь кожей она ощущала его взгляд, заставляющий считать себя добычей. Неуместные воспоминания о том, как виртуозно он держался в седле во время охоты на Юпитере, заполонили ее голову. Но даже это не заставило бывшую воительницу поддаться панике. Напротив, Мако на мгновение прикрыла глаза, прекратив всякие поиски. Она больше не озиралась по сторонам – лишь расправила плечи и шагнула к центру небольшого островка, на котором добровольно осталась для встречи со своей судьбой. Вздохнула глубоко и спокойно, настраиваясь на битву. Струящий мелкой сыпью дождь ей совершенно не мешал. Похрустела костяшками пальцев, повела плечами, разминая мышцы, и покрутила головой. Она не была добычей. Она то, зачем он сюда явился. То, почему его бессмертная душа вновь и вновь возвращалась из огня, становясь приспешницей Берилл. Она была причиной. На ее губах мелькнула усмешка. Дождь прибивал намокшие пряди к лицу, но девочка не обращала на это внимания, вдыхая полной грудью. Точно отзываясь на знакомые эмоции, громыхнул гром, освещая небосвод ярким блеском молнии. И лишь тогда, когда отзвенели последние звуки гулкого раската, она раскрыла глаза. Враг не заставил себя ждать, возникнув на выбранном ею поле сражения на почтительном боевом расстоянии. Чуть склонив голову набок и едва улыбнувшись, он приложил ладонь в белой перчатке к груди, сгибаясь перед ней в издевательском приветственном поклоне. - Юпитер, давно не виделись! – с усмешкой обронил демон, и ни следа показной учтивости в его фигуре не осталось. – Сколько прошло? Полвека? - Больше, – не теряя концентрации, отозвалась девочка. Зелёные глаза привычно окинули соперника внимательным взглядом, выявляя слабые стороны. Волосы. Лицо. Плечо правой руки. Между ног. Но что-то внутри отмечало и другое: все так же красив, статен и теперь уже по-опасному привлекателен, как и в первую их встречу. Серый военный китель лишь подчеркивал ширину плеч и ладность фигуры. Выправка, слишком строгая, слишком прямая, выдавала в нем армейское прошлое. Грива каштановых волос неуемно вилась. Только вот глаза больше не сверкают тем теплом, с каким он взирал в дорогое лицо, шепча: "Теперь ты моя семья " Его громкий смех уничтожил всякие воспоминания о мягком шепоте и ласковом, касающимся её шеи дыхании. - Неужели ты считала? Интересно, почему? Ждала нашей встречи? Но колкости его ответа не задели ее. - А как же? Мне никогда не надоест пронзать твоё сердце, – Макото величаво вскинула подбородок. – Это самый лучший момент в общении с тобой за сотни тысяч лет. Шатен скрипнул зубами, зло сужая глаза. И Мако обрадовалась этому. Ей не хотелось долго говорить с ним, отвлекаясь на привлекательное личико, сладкие речи и бархатные интонации. С каждым новым словом, с каждым взглядом от горькой обиды на превратности судьбы ее сердце заходилось новой и новой болью. И пусть она еще не знает, как одолеть его, но и оттягивать решающую минуту ей больше не хотелось. И противник, по видимому, поддерживал ее в этом. - Зой! – воскликнул Нефрит, делая резкий выпад рукой, и в воздухе тотчас материализовались несколько темных кристаллов. Секунда – и они метнулись в сторону девочки. Но Мако с легкостью от них увернулась. Демон и не рассчитывал на скорую победу: новая атака – и девочка ловко перекатилась в сторону. Ещё одна – Мако нырнула на землю, больно ударяясь коленями. Следующие кристаллы заставляют шатенку откинуться назад, а после и вовсе совершить кувырок. Навыки, полученные в упорных тренировках по карате, помогали автоматически просчитать траекторию наносимого удара. Знала бы Кино, где это пригодится! А после она выпрямилась, с улыбкой глядя на противника. - Это всё, на что ты способен? – колкая издевка, прозвучавшая в ее голосе, попала точно в цель, заставляя красивое лицо Котэо превратиться в оскал демона. - Или боишься, что если останешься без своей магии, простым мальчишкой, которым ты был в Новом Токио, я надеру тебе задницу? Нефрит зарычал, отбросив плащ назад, направляя всё новые и новые кристаллы в бой. С громким треском они впивались в стены домов, в опорные колонны и бетонные перекрытия, заставляя город стонать от боли. И когда очередная атака привела лишь к обвалу бесполезной груды камня, Нефрит, выхватив из ножен свой меч, с рыком бросился вперед сам. Удар – ее уворот, еще удар – Мако вновь успевает уклониться от лезвия меча. В памяти совсем не вовремя мелькнуло воспоминание о том, насколько острым является оружие Лордов Терры. Он вновь замахивается, с силой опуская свой клинок вниз, но Мако быстрей. Она следит за его движением, за каждым шагом, выискивая удачный момент. И в один из замахов Мако обрушивает на его грудь мощный удар ногой, заставляя пошатнуться. И еще удар за ударом, отталкивая врага все ближе к разинувшей свою пасть бездне. Не ожидая такого отпора, он падает на землю, выпуская всего лишь на мгновение рукоять меча, но и этой секунды было достаточно. С неприятным лязгом оружие отлетает дальше, скользя по бетонной поверхности, и исчезает в пропасти Старого Токио. Шатен рычит, подскакивая с земли, и бросается вперед. Захват – Мако наносит уверенный удар в грудную клетку. Будь он хоть монстром из преисподней, а рёбра ломались всё так же просто. Демон хочет сбить Кино подножкой, однако та уходит ловким кувырком назад. Его атакующий бросок вперед сведен на нет её мастерским броском через плечо. Его удар ногой по её колену и её падение. Теперь враги боролись на битом камне, в грязной луже, нанося друг другу ссадины и увечья, откидывая волосы и отплевываясь от дождевой воды. Обозленный Нефрит попытался стащить с себя девочку грубым захватом волос, но вцепившиеся в лицо острые ногти заставили его взреветь и выпустить каштановый хвост. Умелым приемом Мако сломала ему ещё одно ребро – он ответил переломом двух ее пальцев. Шипя от боли, девочка ударила между ног, вызывая проклятья и ответный мощный удар лбом ей в нос. Мако задохнулась. В голове все поплыло. Воспользовавшись её минутной слабостью, он стиснул её горло большой ладонью. Но Мако не боялась этого: нащупав ладонью камень, она со всей силы вдавила его в только что полученную рану Котэо. Он вскрикнул, ослабив хватку, и девочка с лёгкостью высвободилась, вскакивая на ноги. Нефрит не отступал, тут же поднимаясь следом за ней. Кровь сочилась из царапин на его лице, каштановые волосы грязной массой липли к промокшему кителю. Сейчас, как никогда, противники были похожи друг на друга, и в этом была самая большая боль сердца Макото. Но проникнуться этим ощущением она не успела: Нефрит бросился в новую атаку, и все ее сомнения и страхи задушил инстинкт самосохранения. Она отбивалась от сыпавшихся градом атак и ударов, умудряясь наносить ответные. Призвав все свои бойцовские качества и душевные силы, старалась не замечать текущую из разбитого носа кровь, болезненную пульсацию в ушибленном колене, саднящие от недружелюбной встречи с бетоном локти, а также забыть про шею, где словно горел отпечаток его руки. Но силы её были не бесконечны; она всё же пропустила удар и тут же оказалась в удушающем захвате. Пальцами она попыталась оторвать локоть, смертельной хваткой сдавивший ее горло, но ногти и пальцы лишь царапали ткань рукава. Каратистка попыталась его ударить, хоть как-то отвлечь, чтобы он допустил ошибку, и ослабил захват, но и локти и ноги находили лишь пустоту. И сколько бы Мако ни пыталась воспротивиться, её сил явно не хватало, чтобы одолеть демона. Моя жизнь не может так закончится! – пронеслось в её мыслях, и вернувшиеся воспоминания наполнили гудящую от недостатка кислорода голову. В ту же секунду небо над Новым Токио осветилось ярким всполохом грозы. Мощный разряд атмосферного электричества, ударивший в считанных метрах, заставил Нефрита расслабить хватку, оставляя Мако лазейку, чтобы вырваться. Ею девочка и воспользовалась, ныряя под его рукой. Она с трудом вдыхала через саднившее после удушения горло воздух, но глаза не отводила от противника. Усаги говорила, что на всех них лежит Проклятие. Но кто мог сказать точно, что будет, если убить только одного? Кто мог гарантировать, что Нефрит не воскреснет вновь, призываемый к ней извращенным трактованием клятвы в вечной верности? Решение, мгновенно возникшее в голове, заставило все внутри похолодеть, и девочка не смогла удержать маску бесстрашия на лице. Демон же принял этот испуг на свой счет и ухмыльнулся. Чуть склонившись, словно ни одно из повреждений не причиняло ему боли, он достал из-за голенища небольшой клинок и ловко перебросил его из одной руки в другую, поблескивая металлом. - Страшно? – самодовольно хмыкнул Нефрит и шагнул к ней навстречу. Мако тряхнула грязными волосами. - Я не боюсь тебя, – презрительно выплюнула она и сама поверила своим словам. Отважная воительница прошлого боялась только того, что Усаги не сможет снять проклятье, и их будет ждать новое перерождение и новое сражение. Улыбка слетела с заносчивой физиономии, вновь являя звериный оскал. И, не раздумывая, он бросился вперед. Мако отбивалась, сжимая до скрипа зубы. Лезвие, несмотря на все старания девочки, наносило все новые и новые порезы, разрывая ткань и впиваясь в кожу предплечий. Но боли она уже не чувствовала, лишь легкое стеснение в груди от принятого решения. Нефрит рычал, замахиваясь вновь и вновь; казалось, силы его были неисчерпаемы. И тогда, собрав всю смелость, Мако пропустила один из ударов. Нож резанул ее шею, не глубоко, но достаточно, чтобы кровь тут же окропила ее грязную кофту и его китель. Застигнув врага этим "промахом" врасплох, девочка обхватила его руку, сжимая ладонями что есть сил. Не обращая внимания на зашкаливший пульс, на теплую жидкость, стекающую ей на грудь, двумя руками согнула кисть противника и, развернув клинок от себя, вонзила острие прямо ему в грудь. Глаза демона неверяще распахнулись. Но Макото не остановилась, сильными толчками все глубже и глубже всаживая клинок в грудную клетку. Слезы застили ей глаза, мысли в голове поглотило плотной пеленой белого тумана, и в ушах что-то зазвенело, но она повернула рукоять, нанося все более серьезные ранения, шаг за шагом приближаясь вместе с ним к обрыву, пока не отправила их обоих в черноту пропасти.