Sweet dreams

Его возвращения боялись и ждали все: Святой собор еще не был отремонтирован, голод охватил северные регионы; то тут, то там вспыхивали мятежи, подавляемые кровью и мечом, и никто, даже самые приближенные к нему лорды не могли сказать, что ждать от молчаливого наследника Террианского престола. Читал ли он донесения, что отсылали ему поверенные? Смотрел ли отчеты, что приходили из дворца? Получал ли письма Ши Тенно? Обстановка требовала решительных мер умелого правителя, каким молодой кронпринц, по всеобщему мнению, не являлся. Но, едва ступив за порог своего дворца, Эндимион ловко и чётко принялся сыпать указаниями во все стороны. Ему больше не нужны были помощники, чтобы приказывать и высказывать его желания. Он здесь Король. И повелевать Эндимион начал лично: - К утру приготовить обозы с продовольствием из королевских запасов и направить в голодающие регионы, - громогласно объявил он собравшимся слугам. – Запаковать ткани, пригодные для пошива одежды, и собрать в телеги. Объявить всеобщий военный сбор… - Но, Ваше Высочество, вы уверены, что это правильно? – выступила вперёд Кормилица, когда иссяк его список приказаний и слуги расходились выполнять повеления принца. – Пока Вас не было, я… Но Эндимион не стал даже слушать, и ледяной взгляд скользнул по лицу женщины. - Кто вы такая, чтобы говорить мне подобное? – произнес он, шагнув к дерзнувшей возражать наследнику трона. - Я… - раскрыв от обуявшего ее страха глаза, промямлила неуверенно женщина. – Я… - Кто вы такая? – повторил Эндимион, и глаза его сверкали недобрым огнем. – Кто вы такая, чтобы указывать мне?... Советовать мне?.. - Я просто подумала. .. – проблеяла Кормилица, но чем ближе подходил темноволосый мужчина, тем слабее звучал ее голос. Он опасно сощурился. - Подумали? – произнес он свирепо. – И смеете высказывать свое мнение? Когда его не просят? Женщина отпрянула назад от одного его взгляда. - За мной, в кабинет, - глянув на ШиТенно, приказал Эндимион и, развернувшись, он зашагал прочь, потеряв всякий интерес к вскормившей его женщине. Они обсуждали планы до самой ночи, распорядившись подать ужин прямо в кабинет. Бумаги застилали всю его многометровую поверхность, карты были прижаты чернильницей, канцелярским ножом и непонятно откуда взявшейся в его кабинете вазой с белыми бутонами роз. О чем-то громогласно говоря, советуясь и споря, принц и лорды составили единодушно принятый план к тому моменту, как Луна показалась в полном блеске в высоком окне. Его раздумья прервал голос Жадеита: - Она не откажет Королю, - негромко, словно говорил о пролетевшей за окном птице, произнес лорд, не отрывая взгляда от очередной сводки. Остальные Ши Тенно замерли, словно восковые изваяния. - Что ты сказал? Нехотя, отметив пальцем то место, где остановился, Жадеит взглянул на своего правителя: - Селена, кем бы она не была, не откажет Королю, - все так же спокойно повторил светловолосый молодой человек, глядя ему в глаза и не обращая внимания на уставившихся на него друзей. - Не посмеет. - Я… - Это решение всех бед, - продолжил лорд. - И Вам это прекрасно известно, Ваше Высочество. Слова аналитика тогда показались Эндимиону слишком самонадеянными и.. требовали от него того, чем пораженное любовью сердце похвастаться не могло. Терпение. То, чего, как ему казалось, у него было в избытке после длительных тренировок и многочасовых дежурств. С его разрешения Ши Тенно отправились в свои покои, отдохнуть перед предстоящей дорогой, но принц, засмотревшись на сияющую белую планету, остался в кресле. Ее свет залил комнату, соперничая с потрескивающим пламенем свечей. Еще суток не прошло с того момента, когда он имел возможность видеть Серенити, но душа уже тосковала. Ему не хватало ее голоса, ее шагов рядом, ее умных речей и удивительных глаз. Скрипнула дверь, являя на пороге женскую фигуру. - Еще вина, Ваше Высочество? Эндимион взглянул в окно в последний раз и развернулся к столу, берясь за непрочитанную почту. Заснуть ему сегодня удастся с трудом – быть может, лишняя порция вина поможет? Он кивнул, и прислужница скользнула внутрь, прикрыв за собой дверь. Шаркая по полу, она приблизилась к его столу, поставила кубок вина на серебряном подносе и с поклоном отступила назад. Что-то в этом движении показалось ему странным, неестественным, как вдруг Эндимион заметил блеск металла, отразившийся в гранях вазы с цветами. И, не размышляя ни секунды, схватил нож для писем. Опрокинув сосуд с водой на пол, он резко обернулся и одним движением вонзил лезвие ножа в горло женщине, которой была не кто иная, как Кормилица. Мгновение она с удивлением смотрела на него, а после выронила на ковер зажатый в руке ритуальный кинжал и грузно осела. Кровь хлынула на пол, окрашивая багровым осколки вазы и белые бутоны роз. Тревожный крик взбудоражил погруженный в сон дворец. Берилл стояла за дверью, и примчавшиеся на зов сюзерена лорды без труда поймали ее под руки и заволокли внутрь. Без тени эмоций Эндимион стер попавшие на лицо капли чужой крови и взглянул на нее. Девушка же не смотрела на него – застывший взгляд был прикован к матери. Тело кормилицы с ножом в шее лежало между ними. - Убийца! – оторвав взгляд от хладеющей матери, взревела черноволосая, пытаясь броситься на него, но крепкая хватка рук Кунцита и Нефрита не позволила ей вцепиться в лицо террианского принца. - Твоя мать хотела всадить мне в спину кинжал, - произнес ровным тоном Эндимион. – Мне, будущему Королю Терры. - Черта с два! Ты не король! – извиваясь в руках лордов, словно дикое животное, выплюнула девушка. – Черта с два! Кронпринц смотрел на нее, на дитя изменницы, и в голове всплыл совсем ещё недавний разговор на Луне: - Но что же делать с теми, кто не оправдал доверия? – спросил террианец, когда они добрели до беседки недалеко от окон замка. Девочка, скользнув внутрь, вздохнула, кажется, уже зная, как прозвучит её ответ. - Казнить. Это слово показалось ему настолько неожиданным, что Эндимион так и застыл на пороге. - Что? – Он быстрее бы поверил в то, что такое решение пришло бы на ум ему, принцу-воину, чем хрупкой полупрозрачной принцессе-фее. - Тех, кто не оправдывает доверия, нужно казнить, – повторила Серенити, касаясь пальцами плюща, что обвивал ограды. – Один человек, наделенный властью, может испортить жизнь сотням. Всякий должен знать возложенные на него обязанности и выполнять их. - Даже Короли и Королевы? – уточнил он, подходя ближе. Она обернулась, встречаясь взглядом с ошеломленным собеседником. - В первую очередь Короли и Королевы… И сейчас, стоя перед схваченной и скрученной темноволосой девушкой немногим младше его, в глазах которой полыхала жажда отмщения, он понимал, насколько права лунотянка. - Бросить ее в темницу, – отчеканил он, глядя лишь на своих друзей. – Казнить завтра же. Повесить на площади в городе и не снимать до третьего восхождения луны. И наблюдая, как поволокли прочь обмякшую от скорого решения ее судьбы, девушку, Эндимион повернулся к оставшемуся лорду: - Жадеит, распорядись, чтобы приготовления к коронации ускорились. Максимум месяц. Блондин оторвался от осмотра трупа. - Мессир, при всем уважении, храм еще не готов… - Месяц, – повторил Эндимион и твердо взглянул в глаза друга. Тот кивнул, осознав, что возражений наследник террианского престола не потерпит. – Мы проведем ее здесь, во дворце. В тронном зале. Поспешность не оказалась излишней: Берилл, знавшая с малых лет все ходы и лазейки дворца, ускользнула из рук стражей в ту же ночь. И когда головы нелояльных вельмож и помещиков полетели с плеч усилиями Ши Тенно, она без труда нашла поддержку в отдалённых провинциях. Донесения верных людей каждый день сообщали о быстром росте численности ее приспешников, а еще о том, что каждый из них обладал какой-то нечеловеческой силой. Словно Берилл возглавила армию чертей. Он думал об этом, глядя на разлившийся за окном закат, когда раздавшийся стук в дверь теперь уже ЕГО кабинета отвлек от мыслей. - Ваше Величество, – произнес управляющий, склоняясь в низком поклоне, хоть Эндимион и просил своего военного наставника так не делать. – Все готово к коронации. Принц кивнул. - Лорды Ши Тенно вернулись? - поинтересовался будущий монарх, откладывая просматриваемые бумаги обратно в папку. Все это подождет. - Никак нет, – ответил управляющий. Эндимион не показал вида, как его это задело. Протокол Коронации требовал их присутствия, но не был обязательным условием. Необходимы были лишь корона, священник, ритуальный клинок и кровный наследник. Но Эндимиону так хотелось, чтобы ближайшие его соратники были рядом. - Письмо? - Никак нет. Никаких известий. Принц нахмурился, вспоминая, когда в последний раз получал доклады от ШиТенно. Если он не сбился в расчетах, то с момента получения последнего письма от Кунцита прошло уже три дня – и больше о его верных друзьях ничего не было известно. - Осмелюсь предположить, что достопочтенные лорды скачут во весь опор во дворец, опережая почтовых, – добавил мужчина и, несмотря на всю выправку и невозмутимость лица, в его глазах скользило сочувствие. Принцу хотелось бы в это верить, но он уже успел изучить, насколько обманчива такого рода надежда. - Возможно, – осторожно согласился Эндимион и поднял на верного слугу глаза. – Или же ситуация обострилась. Они оба знали, что скрывалось под этой фразой. Темная армия тварей подбиралась все ближе к стенам дворца. С каждым часом обрывалась связь со все большим числом городов, оставляя их судьбу неизвестной. И Эндимион всем сердцем надеялся, что среди жертв очередных сражений не найдутся имена его друзей. Их прервал настойчивый стук. Явившийся верный дворецкий, не мешкая, приблизился к столу с письмом в руках. - Донесение. Только доставили, – и, бросив взгляд на управляющего, положил конверт на стол и добавил: – С Луны. Не мешкая, кронпринц сломал печать и развернул послание. Оно было кратким, всего одно предложение без имени адресата и подписи. "Королева Селена велела ускорить подготовку церемонии." Эндимион вскочил на ноги, уставившись на письмо. Ускорить? Но зачем? Еще тогда, в Серебряном тысячелетии, он должен был понять причину. В тот час, когда на его стол легло это донесение, он должен был выбрать свой долг, а не трепетавшее в груди сердце. Ему стоило еще тогда признать правоту совета Жадеита, пусть и немного переиначив его: как можно скорее водрузить на голову отцовскую корону, поклявшись перед всеми святыми звездами в верности Терре, и лишь потом вновь обратить свой взор на Луну. Он пренебрег долгом предков, поставив себя и жизнь близких ему людей выше жизней тысяч других верящих в него подданных. Он ошибся, но теперь твердо намерен сделать все правильно. И сейчас, вступив на выжженную территорию, он чувствовал скорбь по уничтоженной земле, но еще среди стенаний вверенной ему звездами планеты, он слышал зов. Словно голос звучал в его крови, отдаваясь с каждым стуком сердца в голове. Звал, притягивал, направлял. Шаг за шагом Эндимион продвигался вперед, пока не увидел мелькнувшее среди черной земли золото волос. Кусочком солнца оно сверкало среди заброшенных земель. И он пошел на это сияние, словно на маяк.