Две души, альтернативные миниатюры

Рон появился в Хогвартсе, как и сказала Джинни, через неделю. Со сломанной палочкой и эпической историей о битве с мантикорой, случайно забредшей в окрестности Норы. Рыжий расписывал героическое сражение, и как он сковал мантикору заклинанием "Петрификус тоталус", но она последним движением жала перебила ему палочку... От усилий удержать лицо — у Гарри свело челюсть. Он-то видел мантикору, так сказать, в настоящем виде, и хорошо представлял себе, что именно даже некрупная мантикора могла сотворить с мальчишкой. А уж после того, как Карина показала своим подопечным, как именно погиб Дамблдор... Так что после очередного рассказа, в ходе которого слушатели с восхищением смотрели на Рона, а Рон — горделиво поглядывал на Гермиону, Гарри не выдержал и расхохотался ему прямо в лицо, и предложил продемонстрировать владение столь "сложным" заклинанием, как Петрификус, на нем, Гарри. Естественно, ничего кроме небольшого позора для Рона из этого не получилось: пока он, запинаясь и размахивая сломанной палочкой пытался сформировать заклинание — Гарри спокойно прошел чуть ли не всю гостиную Гриффиндора, и хлопнул рыжего по плечу. — Ну и зачем? — Тихонько спросила Гермиона у Гарри, когда Рон вылетел из гостиной под громкий общий хохот. — Мы и так знали, что он хвастается, но так-то... — Он так смотрел на тебя... — Какие милые малыши. Я уже и забыла, как забавны влюбленные детишки, — умилилась Карина. — Ну и что в этом милого и о чем это ты? — скептически поинтересовалась Гермиона. - Ронни пытался произвести на тебя впечатление рассказом о мантикоре. — Да?- удивилась девочка, которая этот момент упустила. Ехидный смех Карины стал ей ответом. — А Гарри-то чего? — продолжала разбираться Гермиона, — Чего он хотел добиться? — Того же, чего и Ронни. Привлечь твое внимание к себе и отвлечь тебя от Рона. — Но я же не смотрела на Рона! — А ты думаешь, парней это волнует? Выделываясь перед девушкой каждый стремится показать, что он — весь из себя сильный-храбрый-замечательный, а его соперники — нет. И вторая часть ничуть не менее важна, чем первая. — То есть я нравлюсь Гарри и Рону, и Гарри этим хотел сделать так, чтобы я на Рона и не смотрела? - уточнила Гермиона. — Примерно так. — Но я же и так не смотрела! — Пока — да. А вдруг ты повелась бы на рассказ о героической победе над страшной и ужасной мантикорой? — Карина шутила, и Гермиона это понимала, - А если серьезно — пока это действительно детское баловство. Но в целом — это хороший знак. Знак того, что ты достаточно сильно нужна Гарри, чтобы он был готов бороться за твое внимание. Сейчас он вне конкуренции, но вот года через два-три... — И знать ничего не хочу! - обида Гермионы сменила свою цель, и девочка демонстративно взяла Гарри за руку и улыбнулась ему. Увидев, что Гарри и Гермиона взялись за руки, что Гермиона улыбается Гарри, а он смотрит на нее, Джинни покраснела, затем — побледнела, но потом взяла себя в руки, и решилась подойти к объекту своего поклонения. — Гарри... ты не мог бы показать мне, как выполняется Вингардиум левиоса? А то у меня не получается... Гарри задумался. С одной стороны — ему не хотелось общаться с упертой поклонницей... а с другой — возможность выставить себя перед Гермионой не только храбрым, но и добрым... И мысль о Гермионе натолкнула его на ответ, по крайней мере — показавшийся правильным. — Прости, Джинни, но я — плохой учитель. Да и заклинания из нас лучше всего знает Гермиона... Поможешь? — Улыбнулся он держащей его за руку девочке. Джинни вспыхнула, и, пробормотав, что разберется сама, вихрем унеслась в спальню девочек. Гермиона проводила её ревнивым взглядом, заставив Карину тщательно скрывать смех — малышка могла не признаваться в этом себе, но со стороны её ревность была отлично заметна. Когда ученики собирались на ужин, Карина заметила Гермионе, что Джинни выглядит какой-то усталой и... наверное — погасшей, но при этом — странно успокоившейся. По крайней мере, она не кидала на идущих, не выпуская рук друг друга Гарри и Гермиону огненных взглядов... Она вообще старалась не смотреть в ту сторону. Зато к парочке, демонстративно игнорирующей крики "тили-тили-тесто...", подошли близнецы. — Мы приносим — извинения за нашего — расхваставшегося — братца, но Гарри, пожалуйста — не обижай — Джинни. Ей с детства рассказывали — истории о Мальчике — который Выжил и она просто — бредит тобой... — Так я вроде и не обижал... — пожал плечами Гарри — Но я действительно не очень хороший учитель. Рону я в прошлом году пытался показать "Петрификус...", так он до сих пор не умеет. А меня Гермиона — научила, и я умею. — Фред, Джордж, — вступила в разговор Гермиона, — Разве ж хорошо, что она видит в Гарри какого-то мифического героя? Он же живой человек, и ему неприятно, когда на него с таким фанатизмом смотрят. Зачем вообще было так накручивать бедную девочку? Когда она подошла к нам перед распределением, мне показалось, что она думала, что Гарри просто обязан тут же с ней подружиться. Но она же его совсем не знает, откуда такая уверенность? Мне со стороны это все кажется очень странным. — Вот-вот, — поддакнул Гарри, — Я не хочу её обижать, но мне не нравится, что она так зло смотрит на Гермиону. Может, вы объясните ей как-нибудь, что я живой человек, и мало ли что обо мне рассказывают... Я и сам не знаю, что обо мне болтают, может и вовсе неправду! — Мы понимаем. — В один голос усмехнулись близнецы. — Но во время — войны наша мама потеряла двух — братьев. Так что, когда Дамблдор рассказал — ей о том, что Тот-кого- — нельзя-называть погиб в схватке с — младенцем, она решила, что Гарри — Поттер — не иначе какой-то герой — древности. И такой взгляд она — привила и Джинни. — Фред и Джордж синхронно пожали плечами, показывая, что с этим ничего не сделать. Гарри тяжело вздохнул... — "Схватка"... вы бы еще сказали "сражение"... Я ведь даже не помню этого. Мне было полтора года, когда погибли мои папа и мама... Как я мог одолеть сильнейшего Темного мага, с которым не справились многочисленные авроры? Что-то тут не так... — Все тут не так, — нахмурилась Гермиона, — В общем, мы постараемся её не обижать специально, но если она сама по себе обидится — мы тут ничего не можем, вот. Ладно? Близнецы кивнули, принимая такой ответ.