I'm not perfect.

Зейн, сидя на диване наблюдал за бегающим по его дому Лиамом и сожалел о том, что когда-то дал ему запасные ключи и разрешил приходить в любое время дня и ночи. Сейчас он понимал, что это было ошибкой, что ему было бы проще одному со всем этим справиться. Ведь он же сильный, так? Или нет? Малик громко выдохнул и потёр рукой лоб. - Ты в порядке? – раздался голос друга, наполненный беспокойством. - Да я лучше всех, - Зейн попытался улыбнуться, но вызывал этим лишь саркастическую насмешку. Пакистанец махнул рукой и отвернулся к телевизору, темнеющему в углу комнаты. Спустя несколько минут Лиам притащил с кухни что-то вкусно пахнущее. Когда он зашёл обратно в комнату, то Зейн увидел, что в руках у парня была огромная миска с попкорном. Пейн поставил её на диван рядом с юношей, а сам отправился к телевизору. Малик моментально схватил вкуснятину и поставил к себе на колени. За хрустом попкорна он не слышал тихий смех Лиама. Папочка группы поставил диск и плюхнулся на диван рядом с Зейном. Тот моментально напрягся, когда почувствовал, как в нескольких местах их тела соприкасались. - Что смотрим? – выдавил из себя Малик. - «Один дома», - улыбнулся Лиам и потянувшись к попкорну, схватил пару штучек и бросил себе в рот. – Давно не смотрел. Зейн кивнул, соглашаясь и отдал миску с едой другу. Пейн не сильно придал этому значение, хотя и помнил, что его друг больше всего любил уминать попкорн за обе щёки во время просмотра фильмов. На протяжении всей комедии казалось, что смеялся по-настоящему и не сдерживаясь один Лиам, а Зейн лишь иногда издавал нервные смешки и всё дальше старался отодвинуться от рядом сидящего парня. По экрану побежали титры и Пейн выключил телевизор. Тишина между ними постепенно нарастала и становилась не очень приятной. Это уже не нравилось Малику, он боялся, что его в чём-нибудь заподозрят. - В чём дело, Зейн? – голос Лиама был какой-то уставший или показалось? - Я тебе ещё в самом начале сказал, когда ты нагло ворвался в мой … дом, – чуть не ляпнул жизнь, - что всё в порядке у меня. - Малик, я бы не вторгался в твоё личное пространство, если бы не был уверен, что у тебя проблемы. Слушай, - примирительно начал Лиам, поворачиваясь лицом к другу, - проблемы с девушкой у каждого бывают, уж поверь мне. - А ты типа опытный, - язвительно отозвался пакистанец. Его защитная реакция была грубой, но иначе он не сможет держать себя в руках и не коснуться рукой щеки Пейна, а это не позволительно. - Достаточно опытный, - как ни в чём не бывало согласился Лиам и продолжил гнуть своё: - Правда, Зейн, если тебе нужна помощь, то я всегда рядом. - Только не от тебя, - выдохнул Малик и вдруг спохватился, поняв, что произнёс это вслух. Глаза Лиама округлились от услышанного. Он молча встал с дивана и ушёл на кухню. Около минуты там шумела вода и гремела посуда, а потом всё стихло. Малик проклял мысленно себя, друга заодно, а потом отправился следом за ним. Лиам стоял у окна и смотрел на фонари, которые постепенно зажигались из-за того, что уже вечерело. Он выглядел таким беззащитным, хотелось его обнять, сказать, что всё будет хорошо и это лишь минутная слабость, с которой Зейн справится в один миг, но это не так. Малик не может совладать с собой уже на протяжении двух месяцев. Сначала это было всё невинно и почти не привлекало внимания, но когда он понял, что творит лишнее, сразу же прекратил обнимать Лиама и проявлять какой-либо интерес к нему. Но вот только потом, спустя пару дней, с левой стороны груди что-то нестерпимо начинало сжиматься и болеть так сильно, что сил на борьбу со своими чувствами почти не оставалось. Парню был нужен заветный отпуск с его девушкой Перри, но до поездки в Германию ещё неделя, а его чувства никому не нужны. Они кажутся лишними. Зейн всё-таки пересилил себя и встал по левую сторону от Лиама, но на безопасном расстоянии. - Что происходит, Малик? – снова задал тот же вопрос Пейн, вызывая волну боли внутри друга. - Я не могу тебе сказать, Лиам, но очень хочу, - сожалеюще произнёс Зейн и облокотился спиной о стену. – Тебе лучше уйти, пока что-то непоправимое не случилось. Пейн нервно рассмеялся и повернул голову в сторону пакистанца. Тёмно-карие глаза Малика подозрительно загорались с каждой секундой всё ярче, кажется, он принял решение для себя. - Например? – бровь Лиама удивлённо выгнулась, а Зейн ругнувшись про себя, подлетел к другу. - Прости, - пробормотал Малик и не дав спросить за что, впился в губы Лиама. Зейн закрыл глаза, надеясь не видеть и не чувствовать отвращение к себе, но внутри него были лишь самые светлые чувства, которые он, казалось, никогда ещё не ощущал в своей жизни. Осознание правильности полностью заполнило его. Он целовал осторожно, боясь спугнуть и сначала, Лиам был даже расслаблен, но что-то вдруг сломалось, когда Пейн оттолкнул друга. Кажется, это разбилось сердце Зейна. Лиам тяжело дышал и яростно смотрел на партнёра по группе. Его кулаки сжимались и разжимались, секунда и раздаётся громкий удар. Пейн заехал рукой в челюсть друга, схватил сумку со стула и рванул к выходу из дома Малика. Зейн даже не пытался его остановить, он с безумной маниакальной улыбкой вытирал кровь с побитой губы и если приглядеться, по его щекам скатывались тоненькие полоски слёз.