Проказы Судьбы

Глава четвертая. Мой и всё! «Человек может стать тебе близок за три дня. А тот, кто живет рядом с тобой годами, может и не узнать, какой твой любимый цвет!» Ремарк Меня разбудил Давид. Он тормошил меня. - Солнце, просыпайся. Нам на самолет надо. - он убрал волосы с моего лица. - Ты плакала? Он тревожно смотрел на меня. Я неуклюже села на кровать. Глаза щипало, я потерла их. - Нет. - соврала я. Он не поверил. По взгляду поняла. - Мне кошмар приснился! - снова соврала я. Я поднялась с кровати и направилась в душ. Он что-то мне сказал вслед, но я громко хлопнула дверью. Больше никаких ошибок? Ага, вижу! Теперь ты узнаешь, как обижается Макайла Адамсон. Приняв душ я хотела одеться, но поняла, что со злости забыла взять одежду. Пришлось обернуться в полотенце. Я вышла. Он стоял у двери. Я споткнулась упала к нему в объятья. Он обнял меня. - Отпусти! - я начала вырываться, но его крепкая хватка не давала ни малейшего шанса. - Прости, пожалуйста. Мне пришлось остаться у нее. Ей плохо стало. Не мог же я ее бросить. - оправдывался он. Мама тоже оправдывается и папа тоже. Все постоянно оправдываются, каждый раз когда подводят. Ежедневно от Джонатана я слышала оправдания. Теперь и ты, Даниэль? Я брыкалась, била его кулаками, истерила, придумывала слова похлеще, чтоб задеть его, как задел он меня. Пусть тоже почувствует боль. Пусть узнает, какого это. Он ждал пока я успокоюсь. Я и сдалась. Заплакала уронив голову ему на грудь. - Малышка, прости меня! - Нет! - Не плачь умоляю! - он пытался поднять мне голову. - Посмотри на меня. Я покачала головой. - Я уеду сегодня. - всхлипнула я. - Слышишь? Уеду. - Никуда я тебя не отпущу! Не болтай ерунду! - он погладил меня по голове. - Я тебе мешаю! - Не смей так говорить! Я безмерно рад, что ты попала ко мне. - шепнул он. Я больше не могла говорить, только рыдала. Он подхватил меня на руки и положил на кровать. Сам лег рядом. Я все еще была в обиде. Ему самому пришлось просунуть руку под мою шею, а мою голову положил себе на грудь. Я всхлипнула. Давид Луис молча гладил меня по плечу. Мое полотенце медленно раскрывалось. Я поддержала его руками. - Мне нужно одеться. - Тебе и так идет. - Давид Луис! - захныкала я. - Отпусти! - Нет. Он провел ладонью по моему лицу, поднял за подбородок. Мне невольно пришлось взглянуть на его нахмуренное лицо. Он стер слезы с моего лица. - Не плачь больше, маленькая! - промолвил он. - А ты не доводи. - я шепнула в ответ. - Не буду. - Вчера ты тоже самое сказал и... - многозначительно посмотрела на него. - Ну, солнце я же объяснил. - Ты ей поверил? Она делает все, чтобы... - я осеклась. - Чтобы, что? - спросил он. - Ничего. - я вздохнула. Не смогу я ему объяснить. Лучше ей хорошенько врезать. Он не ответил. Лишь крепче прижал. - Потерпи чуть-чуть. Она скоро уедет. - Когда? - сомневаюсь, что уедет. Она настроена слишком уверенно, чтобы взять и не с чем уйти. - После Чемпионата. Я фыркнула. Значит до 13 июня будет капать мне на мозги. - Микки. - Чего? - Ты невыносима! Давид перевернулся и прижал меня к матрацу. Я чуть не задохнулась. И это я еще невыносима?! Он наклонил голову. Его дыхание обдало мне кожу, а кудряшки защекотали лицо. Я запустила руки в его шевелюру и убрала волосы назад. - В этот раз я своего не упущу! - шепнул он и поцеловал меня. Меня бросило в жар. Я сильнее схватила его за волосы и потянула к себе. В ушах звенело. Я чувствовала его и свое сильное сердцебиение. Наши языки начали свой жаркий танец. Давид буквально впился в мои губы. Я не отставала. Он протянул дорожку поцелуев вниз по шее. С каждым поцелуем он медленно раскрывал полотенце. Полностью раскрыв его он коснулся голой кожи. Я застонала. Только не останавливайся. Умоляю! Я стянула с него футболку. Двумя руками провела по его сильной груди, спустилась до плоского живота. Давид с хищной улыбкой снова повалил меня на кровать. Снова поцеловал, а его руки изучали мое тело. Мои руки прошлись по его мускулистой спине. - Ребята. Вы уже готовы? - Виллиан постучал в дверь. Мы резко остановились. Я закатила глаза. - Мы скоро выйдем! - крикнул Давид хриплым голосом. - Хорошо. Только быстрее, не хватало на самолет опоздать! Я пыталась привести дыхание в норму. Давид уперся лбом мне на лоб. Он тоже тяжело дышал. - Вот приедем в Белу-Оризонти, тогда с тобой "поговорим". - Ага, потом в дверь постучат. - усмехнулась я. Давид Луис рассмеялся. Быстро поцеловал меня в губы и поднялся с кровати. - Мне твой вид, очень даже нравится, но придется одеваться. Я показала ему язык. Он состроил рожицу. - За двадцать минут управимся? - спросил он. - За десять! Мы начали бегать по комнате, хаотично кидать вещи в чемодан. Мои слова были доказаны, справились мы за десять минут. Бегом спустились вниз. Автобусы стояли у отеля и ждали нас. Меня мучил один маленький вопросик. Где же Моника? Может уехала? "Даже не надейся!". Да я и не пыталась, просто мысль проскользнула. Мы влезли в первый автобус. - Какие люди! - Что вас задержало? - ехидно спросил Виллиан. Неужели он слышал? Я посмотрела на Давида. Он безмятежно улыбался. - Легче гору сдвинуть, чем разбудить это маленькое сонное существо. - ответил он. Я стукнула его. Конечно по плечу, до головы не достану. Он показал мне язык. И я в ответ. Кинула сумку ему и побежала на свободное место. Следом добрел мой кудрявый. Мой! Я победно улыбнулась. - Что за выражение Юлия Цезаря? - спросил он. Я пожала плечами. Он щелкнул меня по носу. - А где машина твоего друга? - спросила я. - Он вчера забрал. - Понятно. А билеты? Вдруг меня не пустят на самолет? Боюсь твоя популярность не поможет. - продолжала я. - Я купил тебе. - А где Моника? Она уехала? - с надеждой спросила я. - Нет. Она в другом автобусе. - Да? - я удивилась. - А почему она не рядом с тобой? - Микки, что за словесный понос? И хватит ревновать меня. - Ревновать? Иш ты, какой самоуверенный! - я сделала возмущенный вид. Он изогнул бровь. Его удивленный вид сменился хитрым. - Мне Моника сегодня, перед выходом, написала, что находится во втором автобусе и предложила сесть к ней. Я вполне могу воспользоваться ее предложением. Время еще есть. – потирая подбородок сказал он. Ну натуральный Тони Старк. Он намеревался подняться. - Стоять! - я схватила его за рукав и потянула вниз. Он плюхнулся обратно. Повернулся ко мне, копируя мой недавний "пофигистичный" взгляд. Я потянулась и поцеловала его. От неожиданности он замер, но быстро схватил инициативу. - Я же говорил, что не чисто тут дело! - крикнул Виллиан. Мы отпрянули друг от друга. Я покраснела. Упс! Я забыла про них. Автобусы тронулись с места. Все начал хлопать в ладоши и кричать "Поздравляем!". Мне было и приятно и одновременно стыдно. А Давид Луис...это вообще отдельная история. Расплылся в улыбке и говорил "Спасибо". Демонстративно меня еще раз поцеловал. - Ты меня в гроб вгонишь! - шепнула я. - Неа, у меня еще на тебя планы. - подмигнул он мне. Я еще пуще раскраснелась. Ко мне прибежала Мари. Села на коленки. - Привет, малышка. Как дела? Я чмокнула ее в щечку. - Холосо. Микки, а ты теперь его зена? - спросила она. - Да, принцесса. Она моя жена! - за меня ответило мое чудо. - А дети когда у вас будут? Я же буду с ними иглаться? - Скоро! Мы тебе обещаем! - подмигнул он ей. Я посмотрела на него всем видом говоря «Ты серьезно?». В ответ он невинно повел плечами. - Правда? – Мари привлекла мое внимание. - Да, малышка. - я кивнула. - Правда. А что я могу ей сказать? Извини, зайчонок, мне еще только девятнадцать и у меня в планах пока только учеба? Или что аист еще не включил меня в свой список? Она обвила своими пухленькими ручками мою шею и крепко, насколько хватало сил, обняла меня. Я потрепала ей волосы. - Хочешь музыку послушать? - Да! - она захлопала в ладоши. Я засунула ей в одно ушко наушник, а другой себе. Включила самую спокойную музыку, которую нашла. Малышка положила голову мне на грудь и уснула, пока мы ехали в аэропорт. Я игралась с ее волосами, а она тихо сопела. Они у нее такие рыжие, прям золотистые. Я вспомнила о своем сне. Малышке, которая плакала. Моей малышке. После сна у меня какая-то пустота внутри. Как будто не хватает чего-то важного. Наверно это материнское чувство? Не рановато ли? Что бы мог значить этот сон? Надеюсь ничего плохого? У нее глаза были такие, как у Давида: большие и такие красивые. Такой же цвет, не то зеленый, не то золотистый. Я уткнулась в волосы Мари. Так приятно от нее пахнет. Правду говорят, что дети пахнут раем. - Ты будешь прекрасной мамой! - шепнул мне на ухо Давид Луис. Я улыбнулась. Повернулась к нему и чмокнула в губы. Он растаял. Нежно провел по лицу, губам. Поцеловал в лоб. Мое сердце снова запрыгало. Мурашки побежали. Как обычно. Мое тело так всегда реагирует на кудрявого дьявола. Так хотелось сказать, как сильно я его люблю! Но не хочу первой. Не знаю. Просто не хочу. Я сильней прижалась к нему. Я не заметила как мы приехали. Задремала. Давид затормошил меня. - Просыпайся и пой! - тряхнул он кудрями. - Уже? - сонно пробормотала я. - В самолете проспишься, дорогая. Пошли. - он встал, забрал наши чемоданы и двинулся к выходу. Остальные были уже на улице. Ко мне подошла мама Мари. - Давай я заберу ее. - шепнула она, чтобы не разбудить Мари. - Нет. Пусть она у меня побудет. - Ты уверенна? - Ага. Я осторожно поднялась с Мари на руках. Удачно вылезла из автобуса, не споткнувшись и не уронив свое маленькое солнце. Ко мне подбежал Дани. - Сестренка! - закричал он, раскинув руки для объятий. - Шшш! Мари спит! - Ой, молчу. - он притих. - Как ты? Я тут отличную новость услышал. - он многозначительно взглянул на меня. - Поздравляю! - Спасибо! - не могу не улыбнуться при виде Дани. Такой смеси энергии и харизмы нет ни у кого. Даже в Давиде не такое огромное количество. - Но, что-то мне подсказывает, что от Моники это не спасет. Он понимающе кивнул. - Тебе надо быть на чеку. - он посерьезнел, он нахмурился, что брови сошлись воедино. - Когда она услышала, что вы теперь вместе, она отреагировала не совсем обычно. - Это как? - мне не нравится его тон. Мой мозг нажал на сигнал тревоги. Голова начала гудеть. Не хватало грохнуться посреди улицы. "Нельзя. У тебя в руках ребенок". Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. - Она не стала кричать, бегать по автобусу и крушить все на своем пути. А это ее обычная реакция. - Она похлопала в ладоши? - Нет. Она вначале была в шоке, оглушена, но потом...этот ее решительный взгляд. Такой ледяной... - он задумался. Наверно вернулся обратно в автобус к Монике. - Я за твое здоровье боюсь. Я склонила голову набок. Моника расчетливая сука. Ее действительно нужно избегать. Мне теперь проверять еду перед употреблением? "Думаешь?", цинично поднял бровь мой "дружок". Ты прав, она будет действовать тоньше, хитрее, желательно не марая собственные ухоженные пальчики. - Не волнуйся, Дани. Я легко не сдамся. - заявила я, хотя уверенности во мне не было ни капельки. Ну всего чуть-чуть. Две капли. Ладно три. Он кивнул. - Я в тебя верю! Он потрепал меня по плечу. Я хотела было пойти к Давиду, но мне преградили путь ребята из второго автобуса. Они поздравляли меня, давали пожелания. Я всех благодарила и улыбалась на всю рожу, но в душе бурлило чувство тревоги. Хотелось послать всех куда подальше, залезть под одеяло и спокойно отдохнуть от всей окружающей меня суеты, проблем, заговоров и всего прочего. - Доченька, ты не представляешь как я рад, что ты смогла обуздать этого несносного мальчугана. Пора ему остепениться, как никак двадцать семь лет, пацану. - сказал Сколари. Мое лицо расплылось в искренней улыбке. Дай Бог, сеньор Луис, чтоб на долго обуздала. Дай Бог, чтоб из под носа не увели. - Когда на свадьбе погуляем? - Рано еще. Вся жизнь впереди. - Нет, доченька. Так не пойдет. Поверь старику, когда тебе стукнет лет пятьдесят, ты поймешь как коротка жизнь. Надо делать все вовремя, иначе будет поздно. Я кивнула. Как там говорил, обожаемый мною, Роберт Дауни-младший? "Улыбайся. Слушай. Соглашайся. А потом, делай все что тебе захочется!». Уважать, я вас уважаю сеньор Сколари, но совет ваш я плавно удаляю из памяти. Думая, что я девочка послушная, он по-отцовски поцеловал меня по лбу и ушел по своим делам. - Пойдем или нет? – спросила я Давида. - Да. – он кивнул в знак согласия. Крепко прижав к себе Мари я пошла вслед за остальными. Моника мелькнула впереди и исчезла. Меня она поздравлять не собирается? Я ведь обижусь! Регистрация пришла без проблем и нас усадили по местам. Разозлило меня лишь одно. «Благодаря» шуму аэропорта проснулась Мари. Потревоженный сон испортил ее настроение. И теперь она сидела у меня на коленях, к маме она наотрез отказалась идти, и капризничала. - Хочешь конфетку? – спросил Давид Луис. - Нет! – захныкала она и яростно помотала головой. - А сок? - Нет! - Колу? - Нет! - Может станцевать для тебя? - Микки? – с кислой рожицей посмотрела она на меня. Я ее поняла. - Давид Луис Морейра Мориньо! Отстань от ребенка. – потребовала я. - Я ее развеселить стараюсь. - А делаешь в точности наоборот. Хватит ей мозг выносить. - Злые вы. Уйду я от вас. – он отвернулся якобы обидевшись. Мари посмотрела на него, затем на меня. Ее губы задрожали, глазки наполнились слезами. Давид Луис, черт побери! Ты человек или кто? Довел мне ребенка. Понимая, что еще секунду и она заревет на весь самолет, я пихнула локтем своего ненормального. - Она сейчас весь самолет на уши поднимет. Исправляй ситуацию! – шепнула я. Он в миг обернулся с широчайшей улыбкой на лице. - Купилась? - Дуйак, я зе повелила! – она стукнула кулачком ему в руку и засмеялась. Фууух! Пронесло. Я облегченно распласталась на сидении. Мари пересела к Давиду и они активно сходили с ума, подключив к своим деяниям окружающий. Причем не только маленьких, но и «больших детишек». Я включила видео и начала их снимать. Получилось прикольно. Смех, крики, песни и танцы. Не заметили как прилетели. Капитан поздравил всех с удачной посадкой и мы спустились с борта. Мари, к облегчению своей матери, согласилась пойти к ней на ручки. Болтая с девочками я миновала регистрационную и спокойно уселась в ждущий нас автобус. Рядом само собой сидел мой дорогой спутник. Мы сплели наши пальцы. - Как только приедем в отель, переодеваетесь и на тренировки. – приказал Луис. - Так точно! – хором ответили ребята. - Микки, ты обещала с нами сыграть, помнишь? – спросил Сезар. - Помню. - И попробуй отмазаться! – предупредил меня Бернард. - Она пойдет, никуда не денется. – ответил за меня Давид. Что ж, покажем им на что способы, Микки?! Мои любимые ворота, ждите меня, я скоро буду у вас. Приехали мы без происшествий, забежали в отель переоделись и вернулись в автобус. Причем все, практически, одновременно. Гонщики формулы один позавидовали бы. Жены обещали потянуться потом. Автобус уже собирался было выехать, как внутрь забежала Моника. Мое прекрасное настроение сдулось, как воздушный шарик, еще долго полетала по салону и рухнула куда-то под сидение. Боже, какое ужасное преступление я совершила в прошлой жизни, что наказание хуже смерти?! - Ребятки, я с вами. – весело объявила она. - Ты знаешь, что такое футбол? – в шоке спросил Дани. - Представь себе, да. Но играть я не буду. Нехватало себе ногти сломать. Она уселась за свободное место. И видок у нее был очень даже превосходный. Ты офигела, женщина? От тебя требуется убитое выражение лица или хотя бы растроеное. А ты тут мне чуть ли не песенки поешь. Дани прав. Она что-то задумала. - Что хмурая сидишь? – спросил Давид. – Только не говори, что из-за Моники. Я посмотрела на него выражением типа «А ты догадайся!». Он завыл. - Когда ты перестанешь с ней цапаться? Между прочим, она нас с тобой поздравила. - Да? - Да! Представь себе! Я еще больше нахмурилась. - По идее это известие должно было тебя обрадовать. – заметил он. - По идее Испания должна была пройти групповой этап! – в долгу я не осталась. Давид развел руками. - Давид. - Чего? – устало ответил он. Да, я его доконала. «Садистка». Эй, попридержи коней, максимум вредная. - А на меня посмотреть? Он подчинился. Я потянулась к нему губами и закрыв глаза. Ждать пришлось не долго. Он буквально вцепился в меня губами. - Не изводи себя, сегодня. Ночью у меня с тобой серьезный разговор. – он прервал поцелуй. - За себя беспокойся. - Ты когда-нибудь согласишься со мной не умничая? – возмутился он. - Нет. – честно ответила я. - Я никогда не причинял никому зла. Боже, ты мог бы меня отблагодарить. – Друг мой, тебе не говорили, что жизнь – штука несправедливая? – я ответила вместо Бога. - Ты невыносима. - Ага. Мне уже говорили. - Микки, ты можешь хотя бы разок пропустить. Будь добра. Я себя чувствую идиотом безногим. - Скорее косым. – захохотала я в ответ. Уже час как идет тренировка. То есть под «жесткой тренировкой перед важным матчем» подразумевается веселая и дружеская игра. Под ястребиным взором Сколари мы сделали зарядку, размяли все кости и разделившись на две команды разбрелись по всему полю. Моя команда выигрывала со счетом 7-0, благодаря мне и моим невероятным нападающим. Нашим «противникам» приходилось нелегко. Сколько раз под разными углами они били по воротам. Но я не давала им маленькой капли возможности. Мой тренер гордился бы мною. Я не предполагала, что способна прыгать, летать, падать как угорелая, делать такие сейфы. Гордость наполняла меня с каждым удачным прыжком, адреналин зашкаливал так, что боли в спине я не чувствовала. Ну чуточку. Незаметное покалывание, которое запросто можно игнорировать. Филлипе ловко обманул защитника, дал пас Неймару, а последний крутясь, изворачиваясь от Дани и Тьяго, красиво кинул навес Давиду Луису. Прыжок двухметрового чуда и мяч летит прямо в девятку. Спасибо тебе Господи за мою превосходную реакцию, я смогла дотянуться кончиками пальцев, но этого хватило для изменения траектории полета мяча. Давид зарычал. Мои от радости прыгали и улюлюкали. Дани подбежал растрепал мне волосы. - Так давай за мной. – потребовал он и начал танцевать. Я последовала его примеру. Сначала неуклюже, так как не знала еще движений, но они были одинаковые и через минуту я уже синхронно повторяла за ним. - Мориньо хватит смотреть на меня, как Гитлер на СССР. – сказала я. – Мои ворота останутся сухими, сколько бы ты не потел над мячиком. Он закатил глаза. Дани уже ушел танцевать с Фредом. - Я найду лазейку, сестренка! – сказал Неймар. - Желаю удачи! – широко улыбнулась я. Я подошла к Давиду, поднялась на цыпочки и обхватила его за шею. - Милый, пока я у ворот, не видать вам гола. – показала я язык. Он наклонился и поцеловал. - Еще увидим. – щелкнув меня по носу он побежал обратно на свою позицию. «Противники» наши ожесточились, убыстрили темп и не только держали нас на нашей штрафной, но и яростно атаковали мои ворота. Я еще не успевала подняться на ноги, как мяч снова летел на меня. Я начала запыхаться. Три сейфа подряд меньше чем за минуту. Ну вы ребята обнаглели! Слишком сильно они били, девушки так не могут. Я все себе отбила. Руки болели, чувствую опухли. Отчаяние так и сквозило от их ударов. Отбив очередной мяч и запустив его на добрую сотню метров подальше от себя. Я схватилась за живот, тяжело дыша. Я подняла одну руку. - Совесть имейте. – сказала я. – Дайте в себя придти. Вы бы свой пыл приберегли для Германии. - Насчет Германии не волнуйся. Мы ее на лопатки положим. – самодовольства в бразильцах прям через край. - Мой тренер всегда говорил: Никогда недооценивайте соперника. Пожалеете. – ответил я. Давид подошел и бережно обнял меня. - Все хорошо? – тревожно спросил он. - Да, просто мои легкие давно забыли, что такое нагрузки. Я ровнее встала. Обоприлась об него. - Спина в порядке? Я улыбнулась его заботе. - Спина в шикарном состоянии. - я жестче посмотрела на них. – Насчет рук такое сказать не могу! - Прости, солнце. – он крепче обнял меня и начал мягко поглаживать спину. - Микки, приносим глубочайшие извинения. Твоя непробиваемость нас завела. – Бернард вскинул руки в знак примирения. - Сестренка, ты понимаешь, что нет вратаря, которому я не забивал?! – риторически спросил Неймар. - Есть! – гордо подняла я голову. - Это вопрос времени. Я округлила глаза в возмущении. - Тебя не трогает, что твой миллионный удар не удался? Они рассмеялись. Остальные ребята тоже потянулись. Марсело дружески треснул Неймара по голове со словами «Мазила!». Тот сначала шуганулся, а потом принялся бегать за Марсело. - Микки, где ты так играть научилась? – спросил Сезар. - Я раньше играла. – небрежно пожала я плечами, но напряглась. Давид Луис почувствовал. - Ты можешь им довериться. – шепнул он. - Раньше означает, что ты, дурочка, сейчас забросила? – возмущенно воскликнул Рамирес. Сказать? Или нет? Давид сказал довериться. Эх, была не была. - Пришлось. Они окинули меня непонимающим взглядом. - Травма. – призналась я. - Что за травма заставила тебя бросить святое? – спросил Дани. - Перелом позвонка. Жуть полнейшая, а боли в спине…и ног не чувствуешь. Выбора такового не было. – вроде бы спокойно ответила. Но внутри бушевала буря. Снова нахлынули воспоминания о тех страшных днях мучений, отчаяния. Хочется биться головой об стену пока не отключусь. Я посмотрела на ребят. Они стояли с нахмуренными лицами, но облегчение пришло не из-за того, что они не ахнули, не прыгнули ко мне со утешительными словами, нет совсем не так. В их глазах не было жалости. Наоборот. Волнение за меня. Например в глазах Дани читалось гордость. За меня? «А ты как думаешь?». - Ты не должна была ходить. Верно? –спросил он. Я кивнула. - Но ты стоишь и более того довела Неймара до безумия. – улыбнулся Марсело. - Упрямость творит чудеса! – пожала я плечами. - Сестренка, я говорил тебе, что горжусь тобой? – хмыкнул Дани. - Неееееет! - Так вот, я горжусь тобой, упрямица моя! – Дани выхватил меня из кольца рук моего кудрявого дьявола, обнял, а другой рукой растрепал мои волосы, которые я так тщательно собирала в хвост. Попытки вырваться успехом не увенчались. - Дани, мои волосы, черт тебя побери! – завыла я. В ответ послышался смех. С усилием я вырвалась и побежала в сторону скамеек. - Я отдыхать. Игра возобновилась, но без меня. На скамейках кроме тренировочного штаба сидела Моника с Диего, единственным из команды, которого я недолюбливаю. Дело не в том, что игроки российской сборной играют лучше него, и не в том, что в самом первом матче он умудрился упасть, запутавшись в собственных ногах, и получить травму. Хотя может из-за этого тоже. Но просто он какой-то скользкий тип, с мерзким, самодовольным характером, безмозглый идиот с острой шизофренией, не подающейся лечению. И шизофрения не такая, которой болели великие гении человечества и которой можно и даже нужно гордиться. Нет. Шизофреник он, которого необходимо изолировать от общества. Имбицил одним словом. «Мисс всезнайка» сидела с ним и что-то бурно обсуждала. Интуиция мне говорила, скорее кричала неоновой вывеской, что дело тут нечистым пахнет. Связь двух хитровыдолбанных змеюк приводит к краху. Вопрос в том, к какому краху? Задумавшись я споткнулась о кочку и чуть не грохнулась. - Микки, ты такая неуклюжая! – засмеялась «мисс всезнайка». Следом захохотал ее дружок. - Моника, на каком заводе выпускали твой голос, а? Мне казалось только мыши так пищат. Она высокомерно дернула головой. Повернулась к своему безмозглому спутнику. Хотелось топнуть ногой, как в детстве. Но я сдержалась. Я села как можно подальше от них. Чувство тревоги засело на душе и царапала своими когтями. Она не отвечает на мои остроты, «рада» нашему с Давидом счастью и она просто офигела! Может головой ударилась? Или выпила чего-нибудь плохое? «А может она что-то задумала?!». Значит по традиции предполагаем самое плохое? В душе все же теплилась маленькая надежда того, что мои сомнения беспочвенны. Будем надеяться…