где-то между

на улице влажно после дождя и по-весеннему тепло. фонари рассыпаются светом на листья деревьев, эта ночь так хороша, что Хосоку хочется её остановить. Хосок останавливается сам и оглядывается. на этой улице должны быть скамейки, ведь рядом такой бар, что без скамеек никак. вывески магазинов уже погасли, только окна круглосуточных еще белеют на фоне ночи. Хосок не знает, который час, наверное, два или три, он выпил не так много. в такие дни он хорошо понимает, что значит «пьющие в одиночестве». компании никакой не надо, сейчас он хочет погрузиться в свои мысли. мысли заводят его настолько далеко, что он хочет позвонить кому-нибудь. кому-то определенному, конечно. бывшей звонить не хочется, ей он сказал все, что думал, уже давно. Хосок даже не уверен, что у него остался её номер. Хосок даже не уверен, что у него была бывшая. остаётся только один вариант. один человек — Юнги. наверное, поздно, и он спит. Хосок решает попытаться, в конце концов, сегодня пятница. все долго не спят в пятницу. идёт медленно, но находит скамейку. она мокрая после дождя, на Хосоке чёрные джинсы, и ему плевать, он присаживается и набирает Юнги. гудки звучат долго, пока женский голос не посылает его — оставить сообщение после сигнала. Хосок набирает еще пару раз, в процессе он замечает в себе такое спокойствие… даже стремно как-то. пьяный, он звонит Юнги в три часа ночи, и это, наверное, не очень правильно, что он вообще не нервничает. на четвертый раз спустя шесть гудков: — блять. — привет. — который час? какого хуя? «очень уместные вопросы, » — серьезно отмечает про себя Хосок, но отвечает: — что-то около трех, я не знаю, хён. — ты, блять, пьяный? — почему? — ты зовёшь меня хёном только когда пьян. в любом случае, какого хуя? — ну, раз уж ты все равно не спишь, хён… — Хосок не собирается рассказывать, почему позвонил именно ему и именно сейчас. — ты, блять, прикалываешься сейчас? я кладу трубку. — подожди! — Хосок притихает и слушает — не положил ли Юнги трубку. — ну? — он уже не злится, но еще не проснулся. — хён, я очень хочу кофе с вишневым сиропом. и еще к морю. посмотреть на закат. Юнги молчит, когда замолкает Хосок. Юнги ждёт. — хён… — Хосок делает большую паузу. — я… — Хосок-и, — голос у Юнги уже совсем не раздраженный, — что ты хочешь сказать? почему ты звонишь мне каждый раз?.. — а ты не знаешь, хён? — Хосок невесело усмехается. они молчат неесколько долгих секунд. — иди спать, — Юнги собирается положить трубку. — стой! хён, — Хосок, правда, недоволен, что ему приходится это озвучивать. он сдаётся: — ладно, я скучаю. Юнги вслушивается в дыхание Хосока и отвечает на выдохе: — спокойной ночи, Хосок.