Ревность к самому себе

Целый день в школе будут обсуждать его, Адриана. Его последнюю фотосессию. Его последнее интервью. — Эй, Адриан, ты же не забыл то, о чем я тебя просил? — спрашивает Нино. — Нет, конечно, — усмехается Агрест и протягивает другу книгу. — С автографом и пожеланиями от самого известного режиссера Франции. — Как тебе не стыдно, Нино, — говорит, сидящая позади парней Алья. — Пользуешься популярностью Адриана в корыстных целях. — Все не так! — оправдывается юноша. — Я сам предложил, — улыбается блондин и ловит на себе заинтересованный взгляд Маринетт. — Что-то не так? — Н-нет… Все так. То есть не т-так… То есть… Я имею в виду… А-а!.. — пряча лицо, отворачивается от него девушка. — М-Маринетт? —в очередной раз удивляется подобной реакции на себя Адриан. — О, не обращай на нее внимания, — приобнимая подругу за плечи, смеется блоггерша. — Ей просто ужасно стыдно, что она пропустила вчера передачу, где ты рассказывал о своей новой фотосессии. — Вот как? — приободряется юноша, глядя на одноклассницу. — Маринетт, так ты моя фанатка? — Ч-что? Нет к-конечно! — быстро тараторит дочь пекаря, сама не совсем понимая, что произносит. — Я вообще то шоу не смотрю! Н-никогда… А вчера там показывали тебя… А я хотела поддержать, но не смогла… И… В общем… Алья быстро закрывает рот Маринетт своей ладонью, чтобы та не сказала еще какую-нибудь глупость. — Адриан, не бери в голову. Она сегодня немного странная. — А-а… Да… — отворачиваясь от соседок, произносит Агрест, чувствуя, как злость и толика обиды проскальзывает у него в душе. Чем же он, Адриан Агрест, так плох, что она столь яро отрицала свою принадлежность к его фан-клубу? Или же есть кто-то, кем она восхищается сильнее? К примеру… Ша Нуаром?

***

В очередной раз Ша Нуар приходит на эту общественную крышу и знает, что стоит только потоптаться на одном месте несколько минут, как из люка выглянет темноволосая макушка. Девушка с недовольным видом будет коситься на героя Парижа, ведь он в очередной раз вторгается в ее личное пространство, отвлекая от каких-нибудь важных дел. — Ша Нуар… — беззлобно протягивает она его имя, и выбирается наружу. — У тебя что, совсем никаких дел нет, раз ты постоянно сюда приходишь? — Принцесса прогоняет своего Рыцаря, — театрально плачет юноша, прикрывая лицо руками. — Что делать бедному Рыцарю? Как просить прощения? — Может, стоит дать Принцессе соскучиться по Рыцарю? — усмехается Маринетт, подходя ближе. — Тогда она будет рада его видеть. — О, так ты признаешь себя «принцессой»? — в той же манере отвечает ей блондин, чуть наклоняясь к ее лицу. — Скорее, я признаю тебя «рыцарем», — щелкая парня по носу, смеется дочь пекаря. — Но у меня и правда нет времени болтать с тобой. — М-м, может быть, я смогу чем-то помочь? — с надеждой спрашивает Ша Нуар, а сам косится на заветный люк, что отделяет его от столь желанной девчачьей комнаты. — Да, ты мне и правда можешь помочь, — отвечает старшеклассница, но не дает возможности своему гостю обрадоваться. — Если оставишь меня одну. — Ты несправедливо жестока по отношению ко мне, Маринетт, — дуется герой Парижа. — В другой раз, Ша Нуар… Девушка возвращается в свою комнату, а юноше ничего не остается, как молча уйти. Но спрыгнув на городской асфальт в его светловолосую голову пришла одна очень опасная, но стоящая того идея. Где-то в задворках сознания играла музыка из Розовой пантеры. Пам-парам-парам-парам-парам-парам-парааам-парапарапам.* Осторожно пробраться в пекарню родителей Маринетт. Незаметно и бесшумно проскользнуть мимо кассы, где стоит ее мама. Дальше, не попавшись на глаза ее отцу, в несколько прыжков преодолеть лестницу, ведущую в жилую часть дома. Войти в комнату, закрыв дверь так, чтобы та не скрипнула. Ведь если Маринетт услышит его раньше времени, то точно надолго прогонит от себя. И не позволит приходить на общественную крышу. Ша Нуар ненадолго останавливается у шкафа, где стоит семейная фотография. Мечтательно улыбаясь, смотрит на нее, а потом переводит свой взгляд на дверь-люк в потолке. Адриан уже поднимался по этой лестнице в комнату девушки. Ша Нуар делает неуверенные шаги по ступенькам. Адриан уже был в этой комнате. Ша Нуар протягивает руку к ручке двери, намереваясь открыть ее, но в последний момент одергивает себя. Так почему Ша Нуар тоже хочет войти в эту комнату? Ведь Адриан в ней уже был. Потому что… Потому что… Девушка наверху восторженно кричит. Нет, скорее визжит, как самая преданная фанатка на концерте у своего любимого исполнителя. И Ша Нуар начинает злиться. И Адриан, что сейчас скрыт под маской, тоже. «Чем она так занята, что не нашла для меня времени?» — думает Ша Нуар, уверенно отворяя дверь. «Кем она может так восхищаться?» — завистливо думает Адриан. Ша Нуар, быстро проскользнув в комнату дочери пекаря, закрывает за собой люк. Маринетт, с широко распахнутыми глазами, готова покраснеть от смущения и закричать от злости. Адриан, смотря на стены, что увешаны его изображениями, готов покраснеть, как Маринетт. — Ч-что ты тут делаешь?! — возмущается девушка, кидая в незваного гостя все, что попадается под руку. — Я… Я… Э-это… — уворачиваясь от летящих в него предметов, пытается придумать себе оправдание герой Парижа, но все его мысли сейчас заняты лишь цветными картинками, что украшают комнату девушки. — Тебе сюда нельзя! — крикнула брюнетка, кинув в лицо Ша Нуара подушку, думая, что и она не достигнет цели. Но защитник города, задумавшись, пропустил возможность спастись от угрозы. Подушка попадает туда, куда целилась Маринетт, и светловолосый юноша во весь рост падает на пол. И лишь с экрана монитора, доносится знакомый для них обоих голос, что рассказывает о своей новой фотосессии для известного журнала. — Ш-Ша Нуар?.. — шепчет девушка и делает неуверенные шаги в сторону затихшего гостя. — Ты живой? Возможно, ей показалось, что парень, лежащий у нее на полу с подушкой на голове, засмеялся. — Эй, если у тебя сотрясение, ты это… Скажи что ли… Ха-ха-ха!.. — Ша Нуар?.. — Скажи, Принцесса, — принимая сидячее положение и обнимая подушку, начал герой Парижа. — Этот парень тебе нравится? Зеленые глаза внимательно следили за изменениями на лице старшеклассницы. Девушка краснела с небывалой скоростью, а в груди у юноши разливалось тягучее, приятное тепло. — Н-никто мне н-не нравится! — оправдывается Маринетт, делая несколько шагов назад. — Э-это мой одноклассник. Я… Я его так поддерживаю! Блондин обводит взглядом комнату, останавливаясь на включенном компьютере. — А сказала, что не смотришь это шоу, — улыбаясь, произносит Кот, смотря, как все смущение исчезает с лица дочери пекаря. — К-когда э-это я… Бледно-зеленая вспышка озаряет небольшое помещение, и на полу, обнимая подушку, уже сидит не Ша Наур, а Адриан. — Маринетт, — зовет ее Агрест, вставая и подходя ближе. — Так я тебе нравлюсь? Он успевает лишь заметить мелькнувшее в ее взгляде осознание происходящего, а затем, ее глаза стали медленно закрываться. Адриан не был бы Ша Нуаром, если бы не его кошачья реакция. — Маринетт! — подхватывая девушку, произносит ее имя юноша. — Да-а… Ты молодец, Адриан, — бухтит Плагг, парящий над ними. — Одной фразой отправил девушку в нокаут. От сложившейся ситуации хочется лишь смеяться, что и делает старшеклассник. Прижимая к себе потерявшую сознание девушку, Адриан думает, что быть Ша Нуаром не так уж и плохо. Да и реакция Маринетт на его перевоплощение показала, что им придется о многом поговорить. И об ее постоянном заикании. Сколько же можно? Иногда понять, о чем она говорит, становится практически невозможно. А еще о ее внешнем виде, в котором она по вечерам встречает героя Парижа на своей террасе. Теперь-то ему не придется одергивать себя каждый раз, когда глаза невольно будут скользить по ее голым ногам. Вообще-то, холодно по вечерам. Одеваться нужно теплее. Да и еще о многом им предстоит поговорить. А сейчас, он подождет, пока она не очнется. Интересно, возможно ли упасть в обморок во второй раз?