Integritas

They try to knock you off the path of hope, naive soul. Fly, the Raven, a new day will come. Они пытаются сбить тебя с пути надежд, наивные души. Лети, ворон, грядет новый день.

      Это была последняя возможность участия в тренировочных матчах перед весенним кубком, до финала которого оставалось лишь пару месяцев. Будучи ещё достаточно неопытными, а также пытаясь покрыть злосчастные пробелы в технике и полной сплоченности, волейболисты старшей Карасуно сейчас вновь стояли в полном сборе перед дверьми школьного автобуса, окутанные шелковым ночным покрывалом. Времени было далеко за полночь, луна начинала медленно исчезать на горизонте, а из префектуры Мияги ехать до школы Шензен, где был назначен общий сбор и две недели тренировок, было достаточно далеко.       Учитывая откровенно дрянной навигатор, который говорил на всех возможных языках, кроме японского, а также слабо отремонтированную дорогу до центра Токио, риск оказаться в чрезвычайной ситуации увеличился в два раза. Это с привычным скепсисом подметил Кей, поправляя периодически спадающие очки.       Но, видит Бог, юные вороны были бесстрашны и решительны, выпрыгивая из родительских гнезд. И был их пыл так же яростен и ярок, как предрассветные лучи солнца, еще совсем слабо освещающие алые подолы форменных курток волейболистов, чье сравнение с кошками зародилось отнюдь не из названия. Некома всегда была ловка и хитра, словно дикие обитатели туманных городских подворотен, чья поступь всегда изящна и легка, а движения грациозны.

Сегодня они явят свету новое звено своей команды, поставив точку в давно повисшем когда-то вопросе: — А сильна ли кошачья привязанность?

      Пожалуй, единственное, что царило сейчас в школьном автобусе, — непрерывная радость и предвкушение. Эти чувства напоминали Хинате легкий летний ветер, приносящий только опавший лепесток сакуры; свежесть травы и тепло солнечных лучей на губах. Они были похожи на необычайно сладкий вкус сливочного пломбира, что становился особенно приятным после томительной тренировки. И даже легкая примесь равнодушия со стороны Кея, серьезности Энношиты, а также задумчивости Кагеямы никак не могла сбить хороший настрой юного волейболиста: его глаза искрились счастьем от одной только мысли о том, что уже совсем скоро он увидит своих старых друзей, коснется ладонью мяча, принимая невероятно быструю подачу Тобио, и постоит на площадке бок о бок со своими верными товарищами, каждой своей жилкой ощущая невероятный дух и радость от игры.       За совершенно бессмысленными мыслями, неловким покачиванием ноги, а также бормотанием, смешанным с хаотичными восклицаниями, и прошла большая часть пути Хинаты. Стоило колесам замереть, сопровождаясь легким скрипом, а тренеру дать добро на выход, как рыжеволосый мальчишка первый сорвался с места, вприпрыжку вылетая из душного небольшого салона. Полуденное солнышко уже вовсю ласкало его кожу яркими лучами, вызывая на юношеском лице не менее яркую улыбку. Где-то близ дороги показался большой серый силуэт школы, подле которой уже стояло три других автобуса разных Токийских школ. Ближе всех стояли подростки в алой форме, весело переговариваясь в ожидании чего-то.       На все возможные сто двадцать процентов Хината знал, что ждут именно их, поэтому поспешил вперед, махая руками и выкрикивая имена своих знакомых. Команда обернулась на первое протяжное «Кенма!» и помахала Сё в ответ, выдвинувшись встречать гостей.       За неугомонным рыжеволосым спортсменом мчались и другие ученики Карасуно, однако так было недолго: парнишка резко затормозил, уставившись куда-то в центр всей идущей к ним толпы. Кагеяма, что не хотел проиграть своему Канабо¹, также резко остановился, в недоумении уставившись на товарища. Вместо ответа на немой вопрос он получил руку Шою, указывающую точно на женскую фигуру средь парней.       Спортивная форма старшей «Некома», весьма неплохо сидевшая на подкаченной фигуре девушки, поддаваясь легким потокам ветра, слабо сминалась при изящной девичьей ходьбе. Угольного оттенка кроссовки чуть пошаркивали о гальку, но звук отчетливо сильно смешивался с шагами других волейболистов, что передвигались примерно вровень.       Вишневые штаны не обтягивали, но сквозь них можно без труда заметить стройные ножки и подкаченные ягодицы. Теплые потоки воздуха приятно ласкали кожу плоского животика, где чуть прослеживались крепкие мышцы пресса. Черный топ без бретелей сплошной полоской плотно обтягивал небольшую грудь, а форменная куртка с крупным белым названием школы на латинице, была за рукава повязана на бедрах и свободно развевалась при каждом шаге.       Под ровной молочной кожей выделялись острые ключицы и линия позвоночника на спине. Лебединая шея, аккуратный овал лица. Тонкие губы, растянутые в змеиной ухмылке, были почти обескровлены и едва ли не сливались с матовой кожей. Курносый носик, едва раскосые продолговатые глаза, холодного голубого оттенка, словно глубокие Байкальские льды, покрытые серебряным кружевом трещин.       Черты её были точеными, холодными. Острые линии и серьезный взгляд лишь сильнее дали понять волейболистам, что хмурые брови с небольшим изломом почти никогда не возвращаются в прежнее положение, поддаваясь приятным эмоциям, что обычно отражаются на лице. Пепельно-русые волосы средней длины, вьющиеся крупными локонами, кончики которых плавно переходили в насыщенный пшеничный цвет, на пару оттенков светлее, были собраны в слабый растрепанный хвостик на затылке, который еле-еле держала едва заметная резиночка.       Она источала собой уверенность и немнимую власть, что легко можно заметить по вальяжной кошачьей поступи, ровной осанке, плавным движениям.       Выглядела чуть отстраненно, но ни капли не скованно: расправленные плечи и прямая спина как никто другой говорили об этом.       Девушка шла рядом — буквально рука об руку с Куроо Тетсуро, занимавшим пост капитана одной из Токийских команд. Рукава расстегнутой ветровки были закатаны по локоть, темная футболка выправлена из форменных штанов, что в скором сменятся на однотонные шорты, сейчас аккуратно свернутые в сумке.       А он шел с ней такой же: самоуверенный, хитрый и решительный. Как обычно, в прекрасной физической форме, с неизменной ухмылкой на лице. Видимо, в мире есть вещи, которые не меняются даже со временем. И в голове волейболистов невольно появилась мысль, что даже через шестьдесят лет, когда сил у Куроо не останется совсем, он будет сидеть в кресле-качалке и все так же бессменно улыбаться, отпуская шуточки про сыплющийся с него песок.       Но прямо сейчас Тетсуро и не думал о возрасте, поддерживая себя в прекрасной физической форме и просто проживая свои дни. Он просто шел вперед и смотрел сверху вниз на девушку, что была где-то рядом с ним и о чем-то тихо говорила. С каждым ее словом ухмылка на его лице становилась все шире, а глаза сужались в заинтересованном прищуре. Он наклонился вперед и прошептал светловолосой что-то на ушко, отчего на губах той появилась усмешка. Она в ответ тоже чуть повернула голову и, соприкоснувшись носом с его щекой, прошептала что-то в ответ.       Тут же все присутствующие содрогнулись от дикого хохота, который, без сомнений, принадлежал черноволосому капитану. Услышанные лишь Куроо слова навечно останутся невесомо парить в воздухе, отдаваясь в воспоминаниях приятным потоком тепла и смеха.       — Что ты делаешь? — спросила она, лукаво взглянув на рядом идущего черноволосого, который тут же переместил руку с ткани топа на талию, нежно придвинув девушку к себе. Ребром большого пальца он начал медленно поглаживать гладкую кожу, ловя истинное удовольствие от стаек мурашек, что порой пробегали по ее телу.       — Все никак не могу понять, где расстёгивается этот чертов топ, — ухмыльнулся он, чуть наклоняясь к девушке вперед, но так и не переставая идти.       — Ммм... — загадочно улыбнулась она. — Там не все так просто. — Прижалась чуть сильнее под бок капитана: словно маленьким птенцом зарываясь под материнское крыло, она сделала глубокий вдох, почувствовав приятный, чуть терпкий запах мужчины. — Я сама сниму его, Тецу, но только при одном условии... — Он выразительно приподнял бровь в ожидании ответа. — Ты заблокируешь десять прямых Бокуто подряд, за один матч. — Вторая бровь черноволосого взметнулась вверх. — К сожалению, подговорить его не получится, так как вы в равных условиях. И приз у вас тоже один, — ухмыльнулась она и чуть прибавила шагу, оставляя удивленного Куроо позади. Нарочно покачивая бедрами, девушка с походкой настоящей модели уверенно шла вперед, лишь один раз чуть обернувшись, дабы подмигнуть ошарашенному парню.       Возмущенное: «В смысле, один и тот же приз?!» эхом отдалось от стен близстоящей школы, но на капитана уже никто не обращал внимание.т Ровным счетом как и девушка, продолжавшая идти чуть впереди.       — Развратная сучка, — буркнул он, продолжая свой путь.       — Похотливый кобель, — раздалось откуда-то из толпы, но Куроо было уже все равно. Он мерзко захихикал, представляя, как надерет задницу этому Бокуто и сам сорвёт с девушки чертов надоедливый топ, который стал ненавистным буквально за пару минут.       Куроо поспешил вперед, догоняя толпу и идя вровень с товарищами, все еще продолжая поглядывать по левую руку от себя, где спокойно шла девушка, тихо переговариваясь с Кенмой. Она спросила что-то про тех волейболистов, что стояли буквально в пятидесяти метрах от них, спросила о новом уровне в игре, лишь между делом рассказав что-то интересное. Это было понятно по оторвавшемуся от приставки сеттеру, но на отнюдь не долгое время.       Команды приближались, и вот уже тренера весело приветствуют друг друга, не забывая разного рода благодарности и официальные комплименты.

В Токио продолжался новый день. А дикие коты только начинают выходить из мрачных переулков, подставляя пушистые мордашки под солнце. Они еще покажут, с кем на самом деле стоит считаться.

Примечания: Канабо¹ — японские оружие; имеется ввиду отсылка к словам Ясуфима Некоматы, в одной из серий назвавшего Кагеяму и Хинату — Демон с Канабо.