Integritas

«I watch the sun go down like everyone of us. I'm hoping that the dawn will bring a sign. A better place for those, who will come after us This time...» «Я наблюдаю, как солнце заходит, подобно каждому из нас. Я надеюсь, что рассвет даст знак. Лучшее место для тех, кто будет после нас На этот раз...»

      — Эх, как я устала, — простонала девушка, вяло потянувшись. Косточки звонко хрустнули, и русская блаженно улыбнулась, чувствуя, как расслабляется все тело после долгой поездки в одном положении. Стоящий рядом Куроо устало зевнул, прикрыв рот кулаком и поправив широкую лямку от съехавшей сумки.       Волейболисты успели лишь дерганно подремать за ту пару часов, что они ехали из пригорода, где находилась Старшая Шензен, до Некомы, что была близ самого центра Токио. Тренер пересчитал сонную команду и дал знак водителю, что тот может отъезжать. Когда скрип колес затих, команда, томно выдохнув, двинулась в сторону спортзала, дабы обговорить некоторые незначительные детали и закинуть инвентарь.       — Ты сегодня ко мне? — по пути спросила Катерина, мерно пошагивая по ровному темному асфальту, ведущему к главному входу школы. Небольшая аллейка, по периметру которой были высажены деревья сакуры, всегда служила местом отдыха для учеников. А на большой обеденной перемене считалось огромной удачей найти хоть одно свободное местечко даже под кроной, не то что на скамейках.       — Отец уехал? — лениво поинтересовался Куроо, в очередной раз протяжно зевая. Он мельком глянул на девушку, идущую под правым боком, и прикрыл глаза, поддаваясь естественной реакции организма, которая никак не хотела его отпускать.       — Да. Пару минут назад покинул аэропорт, — выдохнула русская, доставая из кармана спортивных штанов телефон и проводя пальцем по грязному экрану. На дисплеее крупными цифрами высветилась дата, часы, показывающие половину шестого вечера, и чуть смазанная, но от того не менее любимая фотография.       На ней крупным планом были сонные лица Кати и Куроо, едва скрытые белоснежным хлопковым одеялом. Утренние солнечные зайчики играли на их светлой коже, растрепанные волосы уже можно было свободно называть «вороньим гнездом», но сквозь чуть прищуренные глаза Катя улыбалась, а Тетсуро вяло усмехался.       — Еще хранишь? — узнав ту самую фотографию, поинтересовался парень и попросил телефон, чтобы рассмотреть поближе и убедиться, что это именно то самое фото.       — Да, — ухмыльнулась русская, вложив смартфон в протянутую ладонь. — В конце концов, ты лишил меня девственности именно в этот день, обрубая все мечты и надежды уйти в монастырь духовно и телесно чистой.       — Неужели ты думаешь, что я бы отпустил тебя в монастырь? — хмыкнул Тетсуро, несмотря на возмущенное женское «Эй!», пряча телефон в свой карман.       — Куда бы ты делся, — закатила глаза Катя, все еще пытаясь обхватить парня и забрать свою технику. — Все же, по российским меркам я уже совершеннолетняя и не завишу ни от кого.       — Но ты в Японии, — парировал Куроо, ловко отклоняясь от девичьих выпадов и продолжая прятать телефон в кармане, — а тут ждать еще минимум три года. Да и в любом случае, ты выйдешь за меня замуж, только мы достигнем совершеннолетия. Так что монастырь отпадал в любом случае.       — Ты сломал все мои надежды, — прохныкала светловолосая, обхватив парня руками и запустив ладошку в карман, где успешно выхватила из тонких мужских пальцев свой смартфон.       Черноволосый хмыкнул, чуть придержав дверь в зал, к которому уже успела подойти вся притихшая процессия. Русская проскочила вперед, незаметно ущипнув капитана за бок. Тот тихо шикнул, стараясь особо не привлекать внимание, и, пропустив всех вперед, прикрыл за собой дверь. Попытавшись просочиться сквозь толпу, парень все же добрался до самого её начала, незаметно подходя к девушке сзади. Она как раз говорила с тренером Некоматой. Вот пусть теперь и выкручивается.       Громко крикнув парням, чтобы тащили инвентарь в кладовку, Куроо прошел мимо, ловко успев ущипнуть русскую за задницу. Катю передернуло, но она вовремя успела прийти в себя и, не заикаясь договорить нужную фразу.       Зло зыркнув на парня, Краева поспешила договорить с сенсеем и направилась в сторону кладовых, ухватив по пути небольшой пакет с мячами. Оставив его на одной из немногих полок, девушка покинула комнату, ловко увильнув от руки мимо проходящего Такеторы, что по неосторожности запнулся о небольшой порожек.       — Тецу-кун, ты тварь, — подметила Катя, усевшись рядом с парнем на пол прямо перед тренером, что собирался рассказать команде о её дальнейших планах.       — Сначала зайдем ко мне, а потом к тебе, — лениво усмехнулся Тетсуро, протянув руку к девичьей талии и прижимая Катю ближе к себе.       — Выкрутился, — хохотнула девушка и положила голову на юношеское плечо, прикрывая глаза в полной готовности слушать тренера. Скоро они поедут домой.

***

       — Все поняли? Хорошо. Жду вас завтра после уроков, — закончил обращение Некомата-сенсей, глухо хлопнув по коленям шершавыми ладонями.       Ребята начали вставать с пола, и по всему залу вмиг послышались радостные вздохи облегчения. Лев вскочил самый первый, желая еще успеть чуть-чуть потренироваться, пока все собираются, но его тут же остановил раздраженный капитан, неумолимо отправляя домой.       Если быть точнее, то «куда подальше», однако милостивая Катя дословно перевела всю бранную речь её молодого человека, обращенную к неугомонному первогодке.       — Отдохни, Лев, — бросила напоследок она уже от себя, утомленно прикрывая глаза. За сегодняшний день устали все, а завтра еще идти на школьные занятия, ведь каникулы, которые ребята провели в тренировочном лагере, все же закончились. Именно поэтому всем было важно хорошенько выспаться, а также сделать задания, которые были заданы самыми противными учителями.       К огромному сожалению первогодок, им подобных учителей досталось гораздо больше, чем третьегодкам. Это завистливо подметил Инуока, вызывая мерзкую ухмылочку капитана и коварный смех у его извечной спутницы.       — Это ведь нечестно! — надулся Со, в упор пытаясь что-то доказать уже скрючившимся на полу третьегодкам, чей дикий хохот был слышен где-то на другом конце школы.       — Ха-хах... Бля, — заикаясь протянула Катя, утирая подступившие на глаза слезы светлыми ладошками. Куроо, что ржал где-то рядом, сейчас поднялся с паркета, все еще держась за колющий живот. Волейболисты как по команде синхронно выдохнули, готовые вновь сорваться в любой момент.       А все еще бурчащий что-то про нечестность Инуока, абсолютно осознавая, что он сейчас делает, только продолжал раззадоривать парня и девушку, что на последнем издыхании пытались прийти в себя.       — Смех без причины, — подметил мимо проходящий Нобуюки, тяжко кивая головой.       — Причина есть всегда, — хмыкнула девушка, упирая руку в бок и в очередной раз выдыхая. — Фух, кажется, отпустило.       Тетсуро так же успокоился и привел себя в порядок, если, конечно, выпрямиться и одернуть кофту можно было так назвать. Оставив при себе ироничное замечание о том, что и сам Нобуюки, несмотря даже на свою внешнюю строгость и скромность, имеет весьма специфичный и забавный смех, который парень, видимо, старательно скрывает, Куроо подхватил сумку с пола, закидывая её на плечо, и посмотрел на Козуме, что стоял неподалеку. Тот приподнял глаза и, кивнув капитану на его немой вопрос, направился в сторону выхода.       — Ну, мы пошли, — махнул рукой капитан, идя вслед за сеттером и подхватывая за собой по пути только успевшую влиться в весьма познавательный диалог девушку.       — До завтра, ребят, — попрощалась Катерина, разворачиваясь и идя уже в ногу с Тетсуро. — И куда ты меня тащишь, ненасытный?       — Трахаться, — усмехнулся Куроо, придерживая для девушки дверь на улицу.       — М-м-м, я согласна, — хохотнула русская, с довольным видом выходя из душного зала. — А Кенма с нами что ль? Неужели тебе таки удалось его уговорить? — У Кати аж загорелись глаза, стоило ей только завидеть в нескольких метрах от них сеттера. Тот сразу же отвел взгляд, делая вид, что он не знает этих двоих, что идут рядом, чем вызвал девичий разочарованный выдох и грустное «Значит, не уговорил».       — Кенма, ты идешь? — спросил капитан, выдвигаясь вперед. За ним сразу же шествовала девушка, но остановилась в ожидании друга на несколько секунд.       — Да, иду, — тихо ответил Козуме, убирая приставку в растянутый карман форменной олимпийки и направляясь со всеми в сторону метро. — Ты сегодня с нами, Катя-тян? — поинтересовался волейболист, уводя отстраненный взгляд в сторону однотипных токийских домов. — Редко такое бывает.       — Да, сегодня я забираю этого котяру к себе, — ткнула она пальцем на черноволосого, — поэтому и решила поехать вместе с вами, а потом уже домой.       — Ясно, — ответил Кенма, положив руки в карманы и утыкаясь носом в серый асфальт, что еще совсем недавно был мокрым от дождя.       — Погоди, — вмешался Куроо в разговор, замедлив шаг, — ты кого котярой назвала, травоядное?       — Ну не Кенму же, — негодующе хмыкнула Катя, так же останавливаясь, — петушара.       «И после этого, Куро — король провокаций? — приподнял брови Кенма, отойдя чуть в сторону от грядущей ссоры. — Сейчас начнется...»       — Овцам слова не давали, — упер руку в бок Тетсуро, подходя к девушке ближе.       «Зоопарк на выезде», — выдохнул Козуме, доставая из кармана небольшую флеш-карту с некоторыми играми для PSP.       — Чего сказал, долговязый?       — Что слышала, коротконогая.       — Тебе гребень там обзор не закрыл? У меня нормальные ноги!       — А у самой челка по шею отросла, — парировал Тетсуро, уже начиная порядком раздражаться, — доска.       Девушка вспыхнула, отводя возмущенный взгляд в сторону. Багровые пятна поползли по её щекам, но Катя упорно старалась этого не замечать, уже готовя про себя новую порцию обзывательств.       — А у тебя хуй маленький, но я же не жалуюсь, — выпалила девушка, криво ухмыльнувшись.       «Только этого не хватало», — в очередной раз вздохнул Козуме, останавливая игру и поднимая глаза на разгневанную пару.       — Ты бы еще пожаловалась, ага, — задохнулся возмущением капитан, подходя к вздернувшей голову девушке и смотря на нее свысока злым взглядом. — Сучка.       — Кобелина, — ответила она, закусив щеку изнутри. Уголки глаз нещадно щипало, но девушка продолжала упрямо смотреть на парня, горделиво выпрямившись и сжав кулаки.       — Истеричка. — Она резко отвернулась, словно не желая слышать его слов. Слабый шаг вперед, и вот она уже уткнулась лбом в его грудь, протягивая дрожащую ладошку, чтобы сжать ткань черной футболки до рваных складок.       — Ублюдок, — всхлипнула она, почувствовав, как его рука осторожно касается её талии и прижимает к себе. По телу разлилось жгучее сердце тепло.       — Дура.       — Подонок, — сжала губы она, ощущая его тихое дыхание над ухом.       Больно внутри.       Он крепко прижимает её к себе, утыкаясь носом куда-то в самую макушку, и, виновато прикрыв глаза, сильно стискивает в своих объятиях.       — У тебя самая красивая грудь на свете, — выдыхает он, долго целуя девушку в висок.       — Прости меня, Тецу, — вновь всхлипнула она, касаясь губами твердой мужской груди, обтянутой темной тканью, — прости, мой хороший.       — И ты меня прости, — попросил парень, легко поглаживая нежную девичью кожу. — Красавица моя.       — А ты упырь, — с обидой в голосе прошептала Катя, со всей силы сжимая губы, дабы сдержать счастливую улыбку.       — И жили они долго и счастливо, — усмехнулся Куроо, чувствуя, как улыбка все же расползается на лице его девушки.

***

      — Пока, Кенма, — махнули рукой ребята, провожая сеттера взглядом до близ стоящего дома. Козуме слабо махнул им в ответ, закрывая за собой железную калитку.       Вечер уже вовсю царил в центре города, сопровождаясь включением миллиардов неоновых огней, ламп и вывесок. Это не обошло и небольшие торговые улочки, около которых уже не один десяток лет живут бок о бок семьи Куроо и Козуме.       Пройдя с десяток метров до рядом стоящего домика, Тетсуро убрал руку с талии девушки, доставая ключи из кармана.       Небольшой уютный дворик с натянутой в углу волейбольной сеткой, успевшей довольно сильно потрепаться от времени; коротко стриженная трава вокруг серых дорожек, ведущих прямо к двухэтажному бежевому домику.       — Твои родители дома? — поинтересовалась Катя, ступая по ровной каменной кладке.       — Да, уже должны были вернуться с работы.       — Я как раз хотела в ближайшее время заскочить к Макото-сан, мы должны были выбрать шторы к вам домой.       — С каких пор ты выбираешь к нам в квартиру шторы вместе с моей матерью? — усмехнулся капитан, вопросительно приподняв бровь.       — Наверное, с тех самых, когда помогла выбрать новый кухонный гарнитур, — хохотнула девушка, остановившись на пороге.       Слабый звонок в дверь прервался тихим грохотом за дверью и торопливыми шагами.       — Катюша! Чего как неродная-то? Проходи скорее...

Вечер только начинается. Токио все еще живет.