Integritas

Now the storyʼs played out like this Just like a paperback novel Lets rewrite an ending that fits Instead of a hollywood horror Вот такой конец у этой истории, совсем как в дешевом бульварном романе. Давай вдвоем напишем более подходящий финал вместо обычного голливудского ужаса.

      Кто знает, пожалела ли Катерина, когда-то рассказав любопытной маме Тетсуро о том, как в России ласково можно изменить её имя, но судя по тому, что девушка не любит это пресловутое японское «тян», подобных мыслей в её голове не возникало.       Да и Куроо Макото была женщиной хоть и любопытной, но ни в коем разе не приставучей: она прекрасно знала чувство меры и всегда умела гармонично выстраивать свое поведение. И это никак не мешало ей оставаться до ужаса активной даже в самые, казалось, неподходящие ситуации.       — Как я рада, что ты наконец-то заглянула, — просияла женщина, поправляя выбившуюся из темного пучка прядь. Утонченная, красивая. Немного ссутулившись, коренная японка поправила чуть мятую серую кофточку и тепло улыбнулась гостям.       Обаяние Тецу определенно унаследовал от матери.       Женщина на радостях протянула вперед руки, желая крепко обнять девушку, и уже сделала первый шаг вперед, как неожиданно отстранилась, словно по щелчку. Увидела испуг в светлых девичьих глазах, словно пробитое током тело, до белого сжатые кулаки.       Точно.       Неприкосновенна же.       — Простите, — жалобно промолвила Катерина, опустив голову и отведя взгляд в сторону. Стыдливый румянец шквалом покрыл её щеки, а глаза стремительно застекленели, наполняясь хрустальными слезами. Тонкая пленочка сверкнула на слабом свету, знаменуя первую соленую капельку, которая маленькой искоркой пробежала по щеке.       Сильно дрожащие плечи медленно накрыли теплые мужские руки, осторожно притягивая девушку ближе к себе. Прижимаясь грудью к её спине, Тетсуро задержался губами на блондинистом затылке, шумно вдыхая горький запах его одеколона.       Эта девчонка умудрилась умыкнуть не только добрую половину его одежды, но прихватила с собой пару флакончиков парфюма, дезодорант, гель для душа и шампунь. В шутку называя её клептоманкой, Куроо продолжал покупать черные футболки.       — Это ты меня прости, дорогая, — прижала ладони к груди Макото, жалостливо нахмурив тонкие брови, — порой, забываю, что ты не такая, как все.       — В этом мало хорошего, — она подцепила пальчиком слезу, смахивая её с лица, и легко улыбнулась женщине, все еще чувствуя внутри удары бешено колотящегося сердца.       — Вы надолго к нам? — спросила женщина, скорее стараясь перевести тему не очень заладившейся беседы. Она жестом пригласила девушку в зал, а Тетсуро проскочил мимо, направляясь к лестнице, что вела на второй этаж домика.       — Тецу заскочил за вещами, а я — помочь с обещанными шторами, — девушка опустила сумку на пол возле дивана и присела на небольшое кресло близ кофейного столика, где как раз лежал журнал по домашнему интерьеру.       — Ох, я и так сына дома почти не вижу с этим его волейболом, а скоро и ты заберешь его у меня насовсем, — горестно улыбнулась темноволосая, присаживаясь напротив.       — Вы связаны с ним кровью, — посмотрела в карие глаза русская, — вы растили сына. И если его поставят перед выбором: убить меня или вас, Тецу без сомнений пустит мне пулю в висок. Ту связь, что есть между матерью и сыном, мне, к сожалению, не преодолеть. Да я и не стремлюсь. Ведь Тецу очень и очень с вами повезло, — Катя ласково улыбнулась, прикрывая светлые глаза.       Решиться на что-то — страшно, пожалеть впоследствии — боязно.       Она четко осознавала это, решительно смотря на колени, и медленно протянула чуть вздрогнувшую руку. Ток мелкими иголочками пробивал самые кончики пальцев, зрачки сузились до предела, но она все еще держала спину прямо, решительно придвинувшись вперед.       На долю секунды, на чертово мгновение, её ладонь накрыла лежащую на столике ладонь женщины, передавая сильный заряд по всему телу. Из глаз, словно по щелчку, градом полились слезы, и девушка резко прикрыла рукой рот, сдерживая рваный всхлип. Сильнее сжав пальцы Макото, Катя счастливо улыбнулась чуть подрагивающими губами, изнутри прикусывая пальцы.       Темноволосая сидела без движения, но её взгляд, где смешались восторг, удивление и испуг, говорил сам за себя. Касание прервалось так же быстро, как началось, а соленые дорожки все продолжали стягивать щеки, отдаваясь прохладой на коже.       Она шустро убрала руки под колени, все еще смотря женщине прямо в глаза и продолжая улыбаться. Словно маленький ребенок, который наконец-то смог собрать свой первый конструктор и в нетерпении показывает его родителям.       — Я горжусь тобой, — Куроо-сан радостно растянула губы в ответ, тихо прошептав девушке эти слова. Её сердце все еще неистово колотилось, но необычайное чувство радости с головой охватило темноволосую и, кажется, еще долго не отпустит.       Спешный топот раздался совсем рядом, на лестнице, разрушая ту хрустальную атмосферу, что царила в комнате. Чуть помедлив, Тецуро появился в дверном проеме, держа небольшую сумку за спиной. Он сразу заметил слезы на щеках мамы и девушки, поэтому быстро засунул нелепые шуточки куда-то на задворки сознания, тихо проходя в комнату.       — Мои девочки, — он подарил долгий поцелуй в макушку сначала Кате, которая от подобного жеста блаженно прикрыла глаза, а после и матери, которая чмокнула сына в щеку ответом, — мы пошли, мам, обратился он к Макото, поправив лямку сумки на плечо.       — Давайте, мои хорошие, удачи вам, — улыбнулась женщина, провожая гостей на порог. Куроо помахал рукой, открывая дверной замок, а брюнетка только занесла руку в ответ, как перед глазами что-то решительно промелькнуло, а на щеке остался багрянцем гореть слабый девичий поцелуй.       Катя выбежала из дома, сжимая ручки в кулаки и прикусывая губу от счастья. За ней выскочил Тетсуро и, подойдя со спины, ловко подхватил девушку за талию, подкидывая ее вверх и крепко прижимая к себе, закрутив по воздуху.       Задыхаясь от визга, русская громко смеялась, уцепившись пальчиками в мужскую футболку.       — Ай-яй, Тецу, — верещала она, — ну отпусти меня! Я же упаду. — Парень не медля закинул девушку на плечо, смачно шлепнув по попе и приказав держаться. Новый вскрик пронзил весь район, когда волейболист выбежал из дома, быстро проносясь по безлюдным улочкам.       Макото улыбнулась, пряча смущенное лицо за шторкой, и в чудесном настроении отправилась на кухню, дабы сделать себе сладкий чай.       Ведь ее сын счастлив.

Сегодняшний Токийский вечер еще надолго запомнится нашим героям, потому каждый раз, когда захочется тепла, — они вспомнят те лучи заходящего солнца и свои улыбки, что были гораздо ярче небесного светила.