Сыграй со мной в любовь!

Стоял великолепный майский день — слепило яркое солнце, дул лёгкий ветерок и настроение было под стать погоде — такое же шикарное. Казалось, весь мир улыбался и пел, а на душе было как никогда уютно и спокойно. Гю неспешно прогуливался по парку, как он привык делать это, едва выдавалась свободная минутка, за исключением того, что в этот раз всё действительно было по-другому. Именно сегодня Ким смог по-настоящему расслабиться и вздохнуть полной грудью. Может погода благоволила, а может быть, дело было в том, что Гю впервые за долгое время нормально выспался, поскольку сегодня был первый день его долгожданного отдыха, а может и то и другое — сути это не меняло. Вообще каждый раз, когда ему выдавалась возможность побыть наедине с самим собой и привести поток хаотичных мыслей в порядок, он был безмерно благодарен судьбе за предоставленный подарок. Не то, чтобы СонГю очень любил одиночество, вовсе нет, скорее наоборот — он чувствовал себя гораздо более уютно, когда находился в окружении своих друзей, которые без конца подкалывали друг друга и в частности самого Гю (вот уж действительно любимое развлечение), которые хоть и были абсолютно разными, вместе являлись самой что ни на есть настоящей крепкой семьёй. Каждый по отдельности был дорог Гю и теперь, после стольких лет их совместного общения, СонГю уже с трудом мог представить, как бы жил вдали от своих малышей. Всех и каждого Ким очень любил и уважал, но особое место в сердце СонГю занимал лишь один человек — НамУХён — лучший друг Кима. Волею судьбы сложилось так, что Гю, будучи человеком закрытым, привыкшим держать людей на расстоянии вытянутой руки, не желающим подпускать никого близко к себе, нашёл достойного противника в лице УХёна. Все, кто близко общался с Кимом, знали, что человеком он был весьма непростым, и показная отстранённость вовсе не являлась искренней, скорее она являла собой своего рода хорошую ширму, за которой Гю тщательно прятал от посторонних глаз настоящего себя. К этому парню требовался совершенно особый подход, проблема заключалась в том, что никто не знал какой именно. Необходим был маленький ключик, который смог бы открыть сложный замок под названием «КимСонГю». Именно таким ключиком и стал НамУХён. Фантастическое обаяние парня вкупе с его искромётным юмором и миловидной внешностью сделали своё дело, и стена холодного отчуждения Кима пала, рассыпавшись на миллиарды мелких осколков. Не всегда, правда, всё складывалось так гладко. Был момент, когда между ребятами возникло серьёзное недопонимание, и однажды даже дело дошло до рукопашной. Однако после того, как УХён принёс свои извинения Гю, признав свою неправоту и выразив всю серьёзность намерений изменить своё поведение к лучшему, напряжённость в общении сошла на нет, а в последствии ребята и вовсе стали не разлей вода! Гю очень импонировало то, с какой лёгкостью Наму понимал его, иногда даже слова были лишними, настолько крепкой была взаимосвязь между парнями. И сейчас, просто наслаждаясь прогулкой и получая свою ежедневную дозу ультрафиолета, Гю улыбался, предаваясь воспоминаниям о приятных моментах, связанных с УХёном и их с Гю совместным времяпрепровождением. От столь приятного занятия Кима оторвал неожиданный звонок, изрядно напугавший парня, настолько сильно Гю выпал из реальности. Достав смартфон из кармана спортивных брюк, Ким посмотрел на экран и широко улыбнулся: «Лёгок на помине». Не заставляя абонента ждать, СонГю ответил на вызов: — УХён-аа, рад тебя слышать, дружище!!! Сколько лет, сколько зим!!! Как поживаешь? — воодушевлённо обратился к другу Гю. — Привет-привет! Что могло измениться за те несколько дней, что мы не общались? Ничего практически, разве что самую малость, — неуверенно отозвался УХён, и тут же поспешив перевести стрелки, заметил, — а я смотрю, кто-то с утра пораньше в прекрасном расположении духа! Большая редкость, скажу тебе, особенно в последнее время, — констатировал парень. — Чего радостный такой? — С утра пораньше? — пропустил Гю мимо ушей вопрос младшего, не упустив возможности подколоть того. — И во сколько у «нас» обычно начинается утро? Часа в три дня? — Не утрируй! — усмехнулся УХён, — просто я вчера слишком поздно лёг, полночи мучила бессонница, поэтому «утро» началось сегодня слегка за двенадцать, — однако услышав скептическое хмыканье Кима, признался, — ладно, в час дня началось моё «утро». Доволен? И вообще, не увиливай от ответа. Я хочу знать причину твоего хорошего настроения! Гю тут же приступил к объяснениям: — Выспался впервые за долгое время! Чем тебе не повод радоваться жизни? А вообще, знаешь, не вечно же ходить с кислым выражением лица, так можно и всех знакомых распугать! Люди, они такие — очень чутко реагируют на плохое настроение, вот я и решил для разнообразия примерить на себя образ улыбашки. Почему бы мне, например, не побыть в роли милого зайчика, а? Как тебе идея? — на другом конце линии повисла долгая пауза, и Гю засомневался в том, что УХён ещё на связи, — Наму, ты меня слышишь? Наму прекрасно слышал всё, что говорил Гю, однако после того, как старший озвучил идею примерить на себя образ «милого зайчика», УХён выпал в осадок. Перед его глазами возник настолько яркий образ Гю с заичьими ушками на голове, призывно смотрящий и сексуально закусивший губу, что Наму не сразу смог прийти в себя. Прогнав непрошеное видение, УХён поспешил ответить: — Эмм…да…я тебя слышу… просто, с трудом могу представить тебя в роли милого зайчика. Как-то не сильно ты у меня вяжешься с этим образом, — слукавил УХён, поскольку до сих пор ясно видел перед мысленным взором ту самую провокационную картинку, которую так любезно подкинуло ему богатое воображение. — Йа, Нам, ты делаешь мне больно! Я так надеялся на то, что из меня получится неповторимый чудо-зайчик, но видимо не судьба! — Ким весело и непринуждённо рассмеялся, чем вызвал ответный смех УХёна. Успокоившись, Гю неожиданно сменил тему, поинтересовавшись: — А ты чего собственно звонил? Случилось что? Или же просто жутко соскучился по общению с моей скромной персоной? — Ты ещё спрашиваешь! Ночами не сплю, слёзами всю подушку залил, и это я уже не говорю про потерю аппетита, и всё из-за того, что ваша скромная персона не уделяет мне достаточно своего драгоценного внимания! Нет у вас, Ким СонГю, ни стыда, ни совести! — Наму театрально вздохнул, но, не выдержав и пары секунд, прыснул от смеха, вызывая симметричную реакцию у Кима. Вот за это СонГю и любил УХёна — за то, что с ним можно было быть самим собой и не контролировать каждое своё слово. Общение именно с этим человеком всегда приносило огромное удовольствие, а позитив являлся неизменным атрибутом. Именно с этим человеком можно было от души посмеяться, подурачиться, нести откровенный бред, не выглядя при этом глупо и уж тем более не чувствуя себя полным идиотом. Именно этот человек понимал его как никто другой. И Гю действительно очень дорожил их с Наму дружбой. — Ну, а если на чистоту, у меня к тебе есть важный разговор, — собравшись с мыслями, уже более серьёзно проговорил УХён. — Разговор? — машинально переспросил Гю. — Мне уже начинать нервничать? — Ну, это будет зависеть от твоего отношения непосредственно к самой сути разговора, — осторожно отозвался УХён. — Тааак, Наму, ты меня пугаешь! Во что ты уже вляпался? Выкладывай! — обеспокоенно проговорил Гю, так как почувствовал, что привычное спокойствие уступает место неприятному чувству тревоги. Так было всякий раз, перед тем, как УХён делился подробностями очередной своей выходки, разгребание последствий которой отбирало огромное количество сил и энергии. — Ну почему ты сразу думаешь о самом плохом, Гю? — наигранно возмутился УХён. — На самом деле не всё так страшно, как ты вероятно уже нарисовал в своём воображении. — Серьёзно? Кого ты пытаешься обмануть, Наму? За тобой нужен глаз да глаз! Ни на секунду расслабляться нельзя! Ты же вечно ищешь приключений на свою пятую точку и, как правило, всегда их находишь. Поэтому я так и переживаю. Кому как не мне знать, что ты полон сюрпризов, НамУХён! — Гю выпалил это на одном дыхании и лишь после, глубоко вздохнув, постарался немного успокоиться. В конце-то концов, не убил же УХён кого-нибудь (Боже упаси!), не ограбил банк (маловероятно), а всё остальное дело поправимое, — пришёл к логическому умозаключению Ким. — Прости, что-то я немного опережаю события, даже не выяснив сути проблемы. Давай по порядку. — На самом деле я бы не очень хотел обсуждать это по телефону. Может мы могли бы поговорить тет-а-тет? У тебя есть сейчас свободная минутка? — у СонГю была в распоряжении не только минутка, а добрая половина дня, поэтому думать тут особо было не о чем. Тем более, дело касалось УХёна, а всё, что так или иначе было связано с УХёном, никогда не откладывалось в долгий ящик. — Буду через двадцать минут, — ответил Ким и, услышав короткое «жду», сбросил вызов. Глубоко вздохнув, Гю закрыл глаза и потёр переносицу. Теперь ему предстояло выслушать УХёна, выяснив, что же на этот раз приготовил для него лучший друг, и оценить масштабы катастрофы.

***

Всю дорогу по пути к Наму, Гю и так и этак прикидывал, о чём может пойти речь в важном разговоре. СонГю не был пессимистом, однако корень проблемы заключался в наличии одной замечательной штуки — внутреннего голоса, который твердил, что дело пахнет керосином и всё куда более серьёзно, нежели бывало прежде. Однако, отбросив все негативные мысли подальше и заглушив надоедливого внутреннего собеседника, Ким успокоился. Будь, что будет. В любом случае для начала нужно выслушать Наму и уже тогда, исходя из полученной информации, действовать по ситуации. Да и с чего вдруг Гю решил, что это какая-то проблема? Быть может УХён просто хочет попросить о небольшой услуге или же ему необходим совет для решения какого-нибудь вопроса, или ещё что-нибудь в этом роде. Вариантов тьма! Придя к выводу, что волноваться раньше времени глупо, и коря себя за излишнюю подозрительность, Гю, незаметно для себя, добрался до пункта назначения. Собравшись с мыслями, он нажал на звонок. — Кто? — услышал Ким по ту сторону двери. — Несостоявшийся милашка-зайчик! — не преминул сострить Гю. — Открывай, мои лапки устали! Долго просить не пришлось, и в ту же минуту УХён, посмеиваясь, поспешил открыть дверь. Тепло обнявшись с другом, Наму жестом закоренелого дворецкого предложил Гю войти внутрь. Старший, улыбнувшись, прошёл в гостиную и присев на диван, дождался появления УХёна. Так тщательно подавляемое волнение накатило с новой силой. Ким, не проронив ни слова, выжидающе смотрел на УХёна и пытался по внешнему виду того определить, насколько серьёзно обстоят дела. — Желаешь чего-нибудь? Чай, кофе? Или может чего покрепче? — УХён лукаво подмигнул, отчего у Гю немного отлегло от сердца. Во всяком случае, подумалось ему, Наму не был удручён, и ничто не выдавало в нём человека, который влип в неприятности. — Пытаешься напоить меня, чтобы усыпить бдительность? — осторожно поинтересовался Гю, чем вызвал смех у младшего: — Ваааа, Гю-я, что тебя наводит на такие мысли? — продолжая посмеиваться, поинтересовался УХён, — я всего лишь проявляю радушие, так как ко мне пришёл мой любимый друг, которого я, к слову сказать, не видел уже три дня и успел изрядно соскучиться, — закончил младший, ласково улыбнувшись. — Я тоже соскучился, Нам, и ты прекрасно об этом знаешь, просто… — Гю не договорил, поскольку УХён поспешно перебил его: — …просто тебе нужно расслабиться. Что-то ты какой-то уж больно напряжённый, — Наму в два шага преодолел расстояние, разделяющее его с Гю, и встал у старшего за спиной, — пять минут массажа и ты как новенький! На плечи Гю легли теплые руки младшего и по телу тут же побежали мурашки. Прикосновения УХёна были сильными, но мягкими и Ким невольно расслабился, прислушиваясь к приятным ощущениям, которые дарили ему умелые манипуляции Нама. На секунду он даже забыл, зачем вообще пришёл, однако выбираясь из объятий сладкой неги, всё-таки предпринял попытку перейти к сути дела: — Так, что там у тебя за вопрос мирового масштаба? — как можно более непринуждённо поинтересовался Гю. Руки Наму, ещё минуту назад такие расслабленные, тут же напряглись и замерли, а затем и вовсе покинули плечи СонГю. Наму обошёл старшего и сел напротив. Бросив взгляд на УХёна, Ким заметил нерешительность в глазах младшего, как если бы тот сомневался, стоит ли вообще начинать разговор. Стараясь подтолкнуть УХёна, Гю заметил: — Мне очень сложно будет помочь тебе, если я не буду знать, с чём именно помогать. — Мы с ЧанМи расстались, — слишком неожиданно для Гю произнёс УХён, — просто поняли, что так дальше продолжаться не может, вернее я это понял…а она… — младший замолчал, пытаясь подобрать слова, — в общем… возникло недопонимание. Гю смотрел на УХёна с откровенным недоверием и изумлением. Как такое могло произойти? Наму с ЧанМи встречались уже три года, и Гю всегда казалось, что их отношения складываются идеально. Были, конечно, недопонимания и мелкие ссоры, но какие отношения обходят эти проблемы стороной? Всё было настолько гладко и ровно, что Ким даже подумывал о том, что вскоре УХён сделает девушке предложение, всё именно к тому и шло. И вдруг такой поворот! Правда самому СонГю не особо нравилась девушка. И он даже не мог разобраться, почему именно. Вроде бы она была довольно-таки милой и всегда неизменно любезной в общении, но Гю никак не мог отделаться от чувства, что это всё показное, игра на публику, а стоит только копнуть поглубже — вот тут-то ЧанМи и явит миру свой настоящий облик — холодной и расчётливой стервы. Особенно Гю напрягало то, как она себя вела по отношению к УХёну — как крутила парнем, заставляя плясать под свою дудку (не получая желаемого начинала сюсюкать и дуть в притворной обиде губы до тех пор, пока Наму не шёл ей на встречу); как нагло встревала в их — Сонгю и УХёна- разговоры и переводила всё внимание второго на свою персону; как пыталась, якобы в шутку, выставить Гю в неприглядном свете перед младшим. Всё это и многое другое, что позволяло Киму сложить своё представление об этой девочке. Один раз СонГю предпринял попытку прощупать почву, намекнув УХёну на то, чтобы тот повнимательнее присмотрелся к своей девушке, но Наму только отмахнулся, отшучиваясь. На этом все попытки поговорить на тему сошли на «нет». Меньше всего Гю хотелось становиться яблоком раздора, причиной, по которой мог бы возникнуть скандал или, что ещё хуже, разрыв отношений УХёна и ЧанМи. Да к тому же Ким очень переживал, что УХён может неправильно истолковать его благородные порывы. Как бы там ни было, Гю уважал выбор лучшего друга. Самым главным для старшего было счастье Наму, и коли тот был всем доволен, то и говорить было не о чем. Но что же такого могло произойти? Что могло послужить причиной расставания? — Просто не верится, — выйдя из состояния оцепенения, пробормотал СонГю, — как такое вообще возможно?! — Так иногда происходит, ничто не вечно… — после небольшой паузы УХён продолжил, — Сначала всё действительно было хорошо, но спустя два года начались истерики, бесконечные обвинения в неверности, упрёки, ревность. Дошло до того, что она начала за мной следить, и шагу мне не давала ступить, я начал чувствовать себя загнанным зверем. Это не могло больше продолжаться, понимаешь? Я просто достиг своего предела. — УХён посмотрел на Гю, ожидая следующего вопроса, и он не заставил себя долго ждать: — Ты хочешь, чтобы я поговорил с ЧанМи и объяснил ей, что она заблуждается на твой счёт, Что она элементарно накрутила себя, — скорее утверждал, нежели спрашивал Ким, на что УХён отрицательно покачал головой, — Тогда что от меня требуется? Объясни, пожалуйста, потому что я, признаться, не очень понимаю, чем ещё могу помочь в сложившейся ситуации. — Видишь ли… — аккуратно начал Наму, — в последнюю нашу встречу, в порыве ревности у неё совсем сорвало крышу. Она вопила как резанная, размахивала руками, умоляла, чтобы я назвал имя моей любовницы…бред! — УХён невесело улыбнулся, а затем продолжил, — довела меня до состояния близкого к бешенству и когда в сотый раз она спросила имя любовницы, я не выдержал…и назвал имя, но… — замялся Наму, не зная как продолжить. — Но… — поторопил парня Гю, давая добро на то, чтобы УХён продолжал. — …но не женское… — младший прочистил горло, —, а мужское… В комнате воцарилось молчание. Гю непонимающе смотрел на УХёна, надеясь на объяснения, но их не последовало. Наму стоял, потупив взор и боясь встретиться с Кимом взглядом. Догадка осенила Гю, как молния в грозовую ночь: — Чьё имя ты назвал? — спросил Гю, уже зная заранее, каким будет ответ. — Твоё, — еле слышно проговорил УХён, смотря Киму прямо в глаза.