Больше, чем любовь. Сильнее, чем ненависть.

В оружейной было прохладно, что заставляло Клэри поежится, как только ее рыжая головка показалась внутри комнаты. Ее маленькие пальцы проводили движением по каждому оружию, представляя, как в этот момент она будет проводить так же по оголенной груди нефилима, которому она позволила забрать свое сердце. Но мысли не позволяли себе сейчас такой роскоши. Закаленная сталь холодила кожу и придавала все больше серьезности тому, что поручил Конклав этим трем. Все-таки быть сумеречным охотником означает нести тяжелую ношу, через которую проходит каждый, и это предвещало быть началом или концом для юной Фрей. — Ты хочешь сказать, что мы должны пойти и найти ту тварь, что сотворила с той несчастной женщиной? — с ужасом глядя на Изабель, Клэри убрала руку от клинка, переводя взгляд на другое оружие. — Именно так. — Шарм в ее голосе раззадоривал. Изабель Лайтвуд всегда была той, кто может пошутить даже в самый роковой день и при этом сохранить маску хладнокровия смешанной с улыбкой. — Что ж, надеюсь, мне не откусят что-нибудь. — тяжело вздохнув, рыжеволосая девушка взяла один из клинков и двинулась за Изабель, не отрывая взгляда от холодного оружия в ее руках. Тихие шаги и отголоски пения ночных птиц. Трепетное сердце, будто разделенное на две половинки, которые блаженно бились в груди двух нефилимов. Они шли не спеша по той самой аллее парка, каждый представляя у себя в мыслях, что именно тогда, у того самого дерева, все могло пойти совершенно иначе. Не было бы никаких разочарованных взглядов, никаких жалких слов, которые лишь отталкивали то нестерпимое желание покрыть свои губы губами того, чье присутствие в своей жизни ты бы посчитал лишь злой шуткой. В глазах цвета земли и неба то и делали, что мелькали искрометные взгляды голодных рук, которые жаждали прикоснуться друг другу. Вновь ощутить прикосновение горячих губ на оголенной ключице и позволить сердцу вновь воспламениться, выжигая всю плоть и оставляя лишь душу. — Клэри, эй-эй. — Изабель, словно кошка порхнула перед лицом рыжеволосой, выщелкивая пальцами перед ее носом настоящий ансамбль. — Земля вызывает похитительницу сердца моего брата. Очнись, — Она весело потрепала Клэри за плечо, заставляя ту встрепенуться и вопросительно посмотреть на подругу. — Клэри, никогда не отвлекайся на другие темы, когда на твою спину могут напасть в любой момент. Хорошо? В руке Иззи блеснул ее серебристый кнут, и зеленоглазая девушка кивнула, понимая, что Изабель Лайтвуд права. — Сюда! — голос брата Иззи донесся до слуха сумеречных охотниц, и они повернулись к нему, мило улыбнувшись друг другу. Тела девушек остановились возле небольшого дерева, которое казалось сейчас совершенно непримечательным. Возле него не было ничего, только прекрасно растущая трава и огромное пятно крови. Она было темно — алой и немного подсохшей. В ночном свете она блестела как дорогой кулон, который терял свой блеск и чистоту, сливаясь с ночной пустотой и светом луны. Иззи нагнулась, позволяя пальцам коснуться капель крови. Она рассматривала ее в блике луны, пытаясь что-то понять. В это время Алек стоял с луком вглядываясь в темноту и целясь, словно, в невидимого противника. Ставки были все больше. А напряжение все больше. Минуты стекались в секунды, секунды в бесконечную продолжительность, а ничего нового нефилимы так и не узнали, пока внезапно вскочившая Изабель не трансформировала свой кнут, позволяя ему заблестеть еще сильнее. Ее кулон загорелся ядовито-красным цветом, а ее карие глаза стали всматриваться в темноту вокруг. — Будьте наготове. — она взмахнула оружием, словно разминаясь. — Видимо, этой твари было мало одного кусочка. — Это утешает, Иззи. — Клэри сильнее сжала ангельский клинок в руках, тихо прошептав его имя. — Натаниэль. — клинок вспыхнул и засветился с новой силой, придавая уверенности Клариссе Фрей — девочке, которая всего месяц назад была обычной примитивной и рисовала свои рисунки возле окна своего дома под включенной лампой на ее столе. Сейчас это казалось детским лепетом. Будто ее рисунки ожили и перенеслись в альтернативную вселенную с множеством демонов и прочих тварей, которые могут сожрать тебя в любой момент. И тут в темноте что-то мелькнуло. Всего на секунду, но этого хватило нефилимам, чтобы понять: совершенно целыми они отсюда не выберутся. — Плохи наши дела. Тень мелькнула еще раз, и тогда ад обрушился на землю. Безумный ветер поднялся со страшной силой, и волосы Клэри стали раскидываться в разные стороны. Она неуверенно закрыла глаза, моментально избавившись от непослушных локонов. Краски словно моментально сгустились, и новые тени появились в кромешной темноте, собираясь наступать. Тьма была единым телом, которая собирала все адское создание богини мрака себе, образовывая нечто, похожее на безобразное творение господа. Словно плывя по воздуху, на глазах показалось странное существо с горящими глазами. Озлобленное, ужасное и с глазницами, в которых читался бесконечный мрак. В ту же секунду со всех сторон раздалось страшное шипение, и несколько пар вампиров и оборотней скользнули вперед завороженные, смотря на новую поставку еды. Нефилимы сжались в тесное кольцо, готовясь к атаке. Время начинало затормаживаться. Все медленнее и медленнее, и внезапно пауза сломалась, и создания ночи и дети луны ринулись вперед, раззевая свои челюсти и яростно шипя. Один из вампиров ринулся на Клэри, но та отскочила в сторону и вонзила клинок в спину оголодавшему, позволяя его телу пасть. Она не могла бросить взгляд на Алека. Ей было слышно лишь то, как отчаянно его стрелы вонзаются в плоть одного из оборотней. Клэри слышала лишь то, как хлыст Изабель скользит по воздуху, разделяя на пополам еще одного вампира. Но они все еще наступали. Но не отступали и охотники. Они яростно кричали, каждый раз когда оружие разбрасывало на кусочки очередную тварь, а демон будто растворился в темноте и теперь, казалось, был везде. Внезапный порез от рук вампира лег на руку Клэри, и девушка отшатнулась, не желая смотреть на него. Боль в руке начинала пульсировать, а иратце потихоньку исчезать. Второй порез и уже более глубокий прошелся по ее боку, моментально пропитывая майку алой кровью. Девушка вскрикнула и едва не упала, не позволяя боли захватить её. Она отшатнулась, едва взмахнув оружием, и рухнула на колени от адской боли в боку. Иратце совершенно исчезло, но рана не затянулась и это означало лишь одно — конец. — Клэри! — Алек бежал к ней, едва не волоча за собой голову вампира, с зубов чьего капала кровь. — Господи, Клэри. — его глаза метнулись к ране девушки, и его рука сразу же полезла в карман, желая помочь, но рыжеволосая оттолкнула его, и на то место, где находился нефилим, прыгнул один из оборотней с окровавленной челюстью. Он яростно зарычал и разинул пасть, чтобы принести конец Фрэй, но этот момент был концом начала. Тело гибрида содрогнулось от боли, и он упал с торчащей стрелой в боку. Из-за деревьев тут же начинали появляться охотники из института, позволяя своим клинкам вспыхивать и пронзать плоть голодных созданий. — Клэри, держись, хорошо? Пожалуйста, держись — голубые глаза Алека нависли над телом дрожащей Клэри. Ее тело содрогалось, стоило руке сильнее прижать свою ладонь к ране, как боль пронзала ее, и из глаз стали появляться слезы. Неприятный ожог начинал разрастаться по телу в области плеча, и девушка не смела пошевелиться. Ее сознание отключалось, а глаза, так влюбленно смотревшие на охотника рядом с ней, начинали закрываться, зная, что он рядом. Зная, что он позаботиться о ней. — Всё будет хорошо, только держись. Девушка улыбнулась сквозь адскую боль, и слеза ринулась вниз, заставляя глаза закрыться и присоединиться ее сознанию к тьме. Тьме, в которой никогда не было света. Тьме, которая уничтожает.