Глава 9.1. Во сне и наяву
15 февраля 2017 г., 00:10
Emma Hewitt — Crucify
Колледж Уиттмор Елена снова была в подвале, в котором её заточил Уэйд Максфилд. Она опять не могла пошевелиться, но отчаянно верила, что кто-нибудь придёт и спасёт её. Друзья узнают, что она здесь… — Елена? — В подвал зашёл Калеб. Неторопливо, ничего не опасаясь. Девушка огляделась по сторонам и поняла, что охотника поблизости нет. — Скорее, — поторопила она ведьмака. — Максфилд может вернуться. — Не волнуйся, здесь только ты и я, — улыбнулся он, затем взмахнул рукой, и её путы упали на пол. Улыбнувшись в ответ, Гилберт хотела встать со стула, но не смогла, будто пригвождённая к месту невидимой силой. — Калеб, почему я… — начала она, но осеклась, столкнувшись с его холодным жёстким взглядом. — Ты отсюда не уйдёшь. Никогда, — покачал он головой. А потом неожиданно сделал резкий выпад рукой, и его ладонь, пробив грудную клетку Елены, сжала сердце. — Пора платить по счетам. Прежде чем Калеб вырвал ей сердце, его лицо стремительно изменилось. А затем…***
Елена проснулась. Она сама не сразу поняла, что громкий вопль доносится именно с её уст. Сердце билось как бешеное. Билось… Девушка приложила руку к груди, словно хотела убедиться, что оно действительно на месте. — Что с тобой? Что случилось? — Кэролайн, услышав крик подруги, тут же проснулась и подскочила к её постели. С растрёпанными светлыми волосами, лишь в короткой розовой сорочке она была готова сражаться с невидимыми врагами. Но драться оказалось не с кем. — Ничего особенного. Просто кошмар, — выдохнула Елена, откидываясь обратно на подушку. В памяти всплывали подробности сна. Всё, кроме того, чьё лицо она в конце увидела вместо лица Калеба. — Расскажешь? — неуверенно произнесла Кэролайн. — Лучше не стоит, — через силу улыбнулась та. — Прости, что разбудила. — Ничего страшного, — пожала плечами Форбс и отправилась обратно в свою постель. Она не удивлялась тому, что подруге приснился плохой сон. Всё-таки её только пару дней назад спасли от охотника на вампиров. Да и вообще, в их жизни столько всего происходило, что хватило бы на тысячу кошмаров. Вскоре Кэролайн заснула, а Елена ещё долго ворочалась в постели. Сон, в котором Калеб убивает её вместо того, чтобы спасти, никак не выходил из головы. Это было жутко и странно. Но, решив, что копаться в своём подсознании сейчас не время, девушка попыталась снова уснуть, и спустя время ей это удалось, на этот раз без сновидений.***
Днём, после того как половина занятий подошла к концу, Елена встретила Калеба в коридоре колледжа. Она тут же поспешила ему навстречу. Выглядел Дэвис необычайно серьёзным, почти мрачным, но при виде Гилберт его взгляд посветлел. — Привет, — сказала она, отчего-то чувствуя лёгкую нерешительность. — Привет. — Он нежно прижался губами к её щеке. Затем пристальнее всмотрелся в её лицо, и на его лбу появилась хмурая складка. — Всё в порядке? — Да, конечно, — проговорила Елена, отчётливо ощущая, что врёт ему. Что-то было совсем не в порядке. Возможно, это лишь сон так повлиял на неё, но девушка всё равно не могла до конца отделаться от тревоги, преследовавшей с момента пробуждения. А ещё она вдруг осознала, что почти не знает Калеба… Раньше рядом с ним Елена ощущала настоящую лёгкость и свободу. Ей казалось, что она нашла родственную душу. А ещё тот очень привлекал её как мужчина. Правда, дальше пылких поцелуев пара пока не заходила, но девушка и не хотела слишком торопиться. Впрочем, и Калеб не спешил. В общем, всё было идеально на первый взгляд, но сейчас Елена отчётливо поняла, что прошлое ведьмака ей абсолютно неизвестно. Какая-то важная часть его жизни, его души была тщательно скрыта. Сама Гилберт давно успела рассказать многое о своей семье, друзьях и событиях, случившихся в её жизни. Но Калеб почти никогда не говорил ни о своём прежней жизни, ни о родственниках, лишь несколько случайно обронённых фраз давали понять, что семья у Дэвиса всё-таки есть, а в его прошлом было немало тягостных событий. Словно прочтя её мысли, Калеб сказал: — Нам нужно встретиться сегодня вечером. Ты мне очень нравишься, Елена, и поэтому я не хочу, чтобы между нами оставались какие-то недоговоренности. Есть кое-что важное, чего ты обо мне не знаешь. — Это что-то может разрушить наши отношения? — напряглась она. — Зависит от того, как ты всё воспримешь, — пожал плечами он. — Надеюсь, что мои слова, наоборот, помогут нам стать ближе. — И я надеюсь на это, — тепло улыбнулась Елена, переплетя свои пальцы с его. Калеб улыбнулся в ответ, а затем наклонился и запечатлел на её губах лёгкий поцелуй. Она прерывисто выдохнула, но парень вскоре отстранился. — До вечера, — произнёс он, а затем зашагал прочь, через полминуты скрывшись в толпе других студентов. И в эти секунды Елена почему-то почувствовала, что теряет его…***
Никто не знал, чего ей стоило дождаться окончания занятий. Гилберт нервничала, гадая, в чём же Калеб хочет признаться ей, ни на йоту не приближаясь к истине. Она ела, ощущая, что кусок не лезет в горло. Затем не выдержала и пошла в кампус, в котором находилась его комната. Не успела девушка постучать, как услышала голос ведьмака: — Заходи, Елена. Она вошла и увидела, что Калеб перед этим читал книгу, которую при её появлении отложил в сторону. Определённо, какой-то магический гримуар. — Я понятия не имею, о чём ты желаешь мне рассказать, но постараюсь понять и принять это, — сказала она, присаживаясь на диван рядом с ним. Елена искренне верила, что сможет это сделать. За недолгое время, что они знали друг друга, Калеб успел занять особое место в её сердце. Пожалуй, она даже была влюблена в него. В любом случае, ей не хотелось, чтобы то прекрасное чувство, что начало зарождаться между ними, исчезло. — Дело в том, что… я не всегда был ведьмаком, — выпалил Дэвис. Это заявление немного удивило девушку. Впрочем, в их мире случалось всякое. — А кем ты являлся? — спросила Гилберт. — Обычным человеком? — Нет. Долгие годы я был вампиром, — ответил Калеб. Это уже звучало интереснее. — Но как это возможно? — полюбопытствовала она. — То есть, сейчас же ты больше не вампир. Ты выпил лекарство или что-то в этом духе? Он помолчал с минуту, как бы обдумывая следующие слова, а затем признался: — Я погиб. Два года назад. Но моя мать — сильная ведьма, и когда та сторона рушилась, она сумела вырвать меня оттуда и переселить в другое тело, принадлежавшее молодому ведьмаку. В то тело, которое ты видишь перед собой. Елена поражённо молчала, обдумывая услышанное. Потом осторожно коснулась лица Калеба, провела пальцами по его щеке. Тот прикрыл глаза и вздохнул, наслаждаясь этой мимолётной лаской. — То есть, на самом деле это тело — вовсе не твоё? — спросила она. — Теперь моё, — ответил он. — Разум и душу прежнего обладателя я вытеснил, поселившись в этой оболочке. Но раньше я действительно выглядел по-другому. Более того, Калеб Дэвис — не моё настоящее имя. Так звали того парня. Если раньше Елена считала, что знает недостаточно, то теперь выяснилось, что она не знает практически ничего. Даже имя человека, в которого успела влюбиться. Словно желая её добить, он сказал: — Есть ещё кое-что. Ты знала меня прежнего. Мозг девушки уже готов был взорваться. Они виделись раньше? Но как, когда? Почему Калеб только сейчас говорит об этом? В её голове роилось множество вопросов, но она задала тот, который считала самым главным: — Как тебя зовут на самом деле? Сначала он не ответил. Смотрел так, будто пытался заглянуть в самое сердце своими глазами цвета неба. На какое-то мгновение Елена подумала, что вовсе не хочет слышать ответ. А затем он медленно произнёс: — Моё настоящее имя — Кол Майклсон. Ей показалось, что она ослышалась. Она хотела, чтобы ей это всего лишь послышалось. Это было невозможно, невероятно… — Кол Майклсон… — повторила Елена. Тот кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то до боли знакомое. В глазах, которые цветом должны были походить не на безоблачное небо, а на крепкий виски. Гилберт вдруг ясно вспомнилось, как она увидела Кола в первый раз, на званом приёме, устроенном первородными в своём особняке. С той первой встречи ей врезались в память его глаза, в которых плескалось лукавство, безумно обаятельная улыбка и всесокрушающая уверенность в себе вкупе с невероятной харизмой. Она могла бы в него влюбиться тогда, если бы не Стефан и Дэймон. Как часто Елена потом отмечала подобное в Калебе: тот же лукавый взгляд, ту же улыбку, казавшиеся почему-то ей знакомыми, как и его британский акцент. Не раз рядом с ним она испытывала неясное дежа вю. Теперь стало ясно, откуда возникало такое ощущение. А затем Елена вспомнила другую встречу с Колом. В тот день, когда Джереми убил его. Но спланировал всё в тот раз не её брат, а она. Именно она заманила первородного в ловушку. Майклсон был слишком опасен для её близких, и девушка пошла на то, о чём жалела до сих пор. Она помнила его взгляд, будто заглядывавший в самое сердце, недоверие и в то же время — отчаянное желание верить, что Елена на его стороне. Этим она и воспользовалась в итоге. А потом не раз просыпалась по ночам от собственного крика, видя во снах, как Кол сгорает снова и снова, а вместе с ним умирают сотни вампиров, принадлежавших к его линии крови. «У меня не было выхода», — повторяла Елена мысленно, как мантру, но чувство вины периодически подтачивало её уверенность в этом. Выбор есть всегда… — Ты напугана? — прищурился теперь-уже-не-Калеб. Что ж, это трудно было скрыть. Гилберт кивнула и подумала, что смотрит он на неё точно так же, как в тот вечер, за несколько минут до появления её брата. Так же чего-то опасается, но при этом надеется, что она не предаст. А ещё Елена, наконец, вспомнила, чьё лицо увидела сегодня во сне, в самом конце. Лицо первородного вампира Кола Майклсона. Того, кем Калеб Дэвис являлся на самом деле.
