Долго и счастливо?

Я сосредоточенно смотрела в экран ноутбука, изучая информацию, содержащуюся в папином компьютере. Мало того, что за последнее время, а это без малого две недели, я виделась с ним едва ли пару раз, так ещё и ничего нового в расследовании! Если я правильно всё поняла, то они ведут расследование закрыто, собирая информацию где-то в другом месте. Чёрт! Мое преимущество потеряно, а без информации о ходе расследования, я запросто могу допустить роковой просчёт. Что же делать? Для начала — уничтожить все следы взлома. Я расписала деятельность Киры на ближайший месяц и убрала тетрадь в тайник, выдрав оттуда, однако, листок. Рюук, помню, долго удивлялся моей изобретательности, когда я объяснила ему устройство хранилища в ящике стола. Всё равно, сейчас экзамены, и мне не хочется отвлекаться от них. Три недели упорной работы, и вот результат. — Я предполагаю, что первой жертвой Киры стал Рей Пенбер. Обстоятельства его смерти самые подозрительные. От него же Кира и получил информацию о других агентах. — Парень в кресле внимательно смотрел на Ягами, словно сканируя того взглядом. От такого внимания было неуютно даже бывалому полицейскому, но вида тот не подавал. — Мы знаем, за кем вел наблюдение Пенбер? — Да. За членами семьи начальника Китамуры и за вашей дочерью. В комнате повисло напряженное молчание, которое нарушил Эл: — Ватари, я хочу, чтобы вы установили камеры и подслушивающие устройства в домах Китамуры и Ягами. С вашего позволения, Соитиро. Я предполагаю, что Кира — кто-то из членов этих семей. Возмущенные возгласы следователей прервал холодный голос Ягами. — Какова вероятность, что Кирой может быть моя дочь? — Один процент. — Из-за одного процента, вы готовы преступить закон и нарушить права человека? — Вы сами сказали, любой ценой найти Киру… — Я согласен. Ставьте камеры, но следить я буду с вами. Эл согласно кивнул. То, что в доме побывали посторонние, я поняла сразу. Их выдал замок: я, уходя, провернула ключ трижды, а когда вернулась, то механизм щелкнул дважды. Дальше шёл ряд мелких нестыковок: развернутая ваза, чуть сдвинутая ручка двери в мою комнату, но главное — грифель от автоматического карандаша, который я кладу на дверную петлю сверху. Он был сломан. С отцом я разговаривала сегодня днём. Он сказал, что задержится на работе. Скорее всего, он хотел узнать когда я буду дома, чтобы успеть во время моего отсутствия поставить камеры. Значит, всё-таки добрались. Как нехорошо. Что же делать? Для начала успокоиться и не подавать виду, что я догадываюсь о слежке. Я бросила сумку на стул и устало плюхнулась на кровать, закрывая глаза. Сволочь ты, Эл! Я ненавижу тебя! Я найду и убью тебя! Нужно переодеться и заняться привычными делами. Что же, Эл, сука ты настойчивая, наблюдай и любуйся. Я открыла гардероб, переоделась и отправилась на кухню. Там привычно включила новостной канал, в пол уха слушая о последних событиях. Ничего интересного. Уже во время ужина в новостной ленте прозвучало сообщение, которое должно было, по мнению Эл, как-то задеть Киру, заставить его запаниковать и вынудить совершить ошибку. Сообщалось, что в Японию прибыли полторы тысячи сотрудников Интерпола для расследования обстоятельств гибели их коллег из ФБР, а так же для оказания помощи следствию по делу Киры. Я едва сдержала смех — такой ерундой было это заявление. «Эл, ты и впрямь думал, что Кира примется рвать на себе волосы от ужаса?» Странно было жить, постоянно ощущая чей-то внимательный взгляд за своей спиной. Рюук доставал, выпрашивая яблоки и раздражаясь, что я игнорирую его. Я пыталась сообразить, как же мне избавиться от подозрений в свой адрес. Наконец, взвесив все за и против, я решила рискнуть. Если за время наблюдения за моей скромной персоной, Кира продолжит убивать, да еще и тех, о ком стало известно из сегодняшнего выпуска новостей, а я при этом останусь «белой и пушистой», что ты станешь делать, Эл? Кого будешь подозревать? Несколько дней я провела в вынужденном бездействии. Но сегодня всё изменится. Я оторвала небольшой кусочек от страницы из тетради, которую я благоразумно приберегла, и, сунув его в карман, отправилась в библиотеку. Ни у кого не вызовет подозрения девушка, усердно готовящаяся к экзаменам. Я взяла несколько книг и прошла в читальный зал. Там я провела чуть больше двадцати минут, «делая пометки и выписывая необходимую информацию на небольшом листке». Уже у самого дома я столкнулась с каким-то человеком и едва не упала. До вечернего выпуска новостей оставался час. Я немного нервничала, но упорно и старательно делала вид, что готовлюсь к завтрашнему экзамену. Наконец, я положила голову на руки и просто «уснула». Видимо, я и впрямь устала, потому как сон пришел почти мгновенно. Очнулась я уже далеко за полночь. От неудобной позы тело ломило, и я с удовольствием потянулась. А после собрала книги, в беспорядке разложенные на столе, выключила настольную лампу и легла спать.

«Кагами Таро. Смерть от сердечного приступа. 16 марта 20… года в 22:40. В 18:00 от здания библиотеки будет следовать за девушкой в белом свитере с книгами в руках. Через 20 минут, решит ее обогнать, толкнёт, в результате чего она выронит книги. Поможет все собрать и отправится домой. Дома обнаружит у себя в кармане сложенный листок. Дождётся выпуска новостей в 21:00 и 22:00, просмотрев которые, выберет имена преступников, о которых сообщалось в этих выпусках, и запишет их на обнаруженном листке. В 22:25 ляжет спать. Умрет во сне, от сердечного приступа».

— Шеф, только что сообщили о смерти трех преступников! — Мацуда как всегда восторженно сообщал об этом. — Это Кира! Соитиро посмотрел на Эл. Тот, ссутулившись и поджав под себя ноги, сидел в глубоком кресле и напряженно вглядывался в картинку на мониторе. Девушка по ту сторону экрана уже полчаса как глубоко спала, сидя за столом. — Когда прошла информация о них? — голос парня был сухим и шелестящим, как осенние листья на ветру. — В девятичасовом выпуске…. Это ведь значит, что дочь шефа тут не причем?! Эл долго молчал, задумчиво постукивая пальцами по губам. Они пять дней практически непрерывно следили за каждым шагом Ягами Мичи. Ни единого намека, ни одной промашки, девушка вела себя настолько обыденно, что это казалось неестественным, по крайней мере, Эл так думал. Она вела себя так, словно разыгрывала спектакль для них, играя роль примерной ученицы, хорошей дочери и во всех отношениях замечательного человека. Расчетливая и умная девушка. Эл не был уверен чего ему хочется больше: найти доказательства её невиновности или подтвердить свои догадки в том, что она — Кира. — Во сколько у вашей дочери завтра экзамен? — В девять. — Ягами непонимающе смотрел на детектива. — Ты все еще подозреваешь её?! Эл, но ведь она явно непричастна к этим убийствам! — Я лишь хочу найти Киру. Но к вопросу о вашей дочери… Ватари, убери, пожалуйста, оборудование из домов семьи Ягами и семьи Китамуры. Наблюдение не дало результата.