Долго и счастливо?

Всю обратную дорогу я молчала, отец опасливо поглядывал на меня в зеркало заднего вида, но я упорно игнорировала его. Зато Хидеки было не заткнуть. Он нёс какую-то ерунду про сорванные съемки, про странные совпадения, а под конец вообще ошарашил предложением сходить на свидание. — Ну, так как? Может, в ресторан, или ты предпочитаешь что-то другое…? Любой каприз! — парень радостно смотрел на меня. Ну не могла же угроза смерти отбить у него последние капли соображения? — Извини, но мне сейчас не до этого. Может, когда разберёмся с делом Киры. — Я сказала это, лишь бы отделаться от него, но получила диаметрально противоположную реакцию. Он обрадовался, и заявил, что будет приходить в гости… Этого еще не хватало. Наконец, его высадили у дома, и в машине воцарилась тишина. Мы подъехали к высотному зданию. Папа приложил электронный пропуск к терминалу, и нас пропустили на подземную парковку. Оттуда, на лифте, мы поднялись в штаб, который располагался на верхнем, 25 этаже. Папа объяснил мне, что жить мы пока тоже будем здесь. Наконец, мы вошли в огромную комнату, напичканную невероятным количеством техники: несколько десятков компьютеров, огромный экран во всю стену, провода, телефоны, проигрыватели, передатчики, стеллажи с папками. Вдоль стены с огромным экраном располагался длинный стол в стиле хай-тек. За этим столом, в высоком офисном кресле, сидел, подтянув колени к груди, тот, кто мучил меня последние полтора месяца. Тот, кто вынудил моего отца наставить на меня оружие. Тот, кто видел во мне убийцу. Тот самый, в кого я была влюблена несмотря ни на что. Черт! Сердце подпрыгнуло в груди и ускорило ритм, когда я увидела его. Эл, с интересом шизанутого экспериментатора, внимательно смотрел на меня. Ну да, я же хладнокровный убийца, по его мнению. Безжалостный и беспринципный. В помещении, помимо нас, находились Мацуда, Аизава, Моги и Ватари. Седовласый мужчина приветливо мне улыбнулся, а остальные с опаской поглядывали то на меня, то на папу, то на Эл. — Ватари, я очень рада вас видеть! — я и правда, была рада. — Вы не поможете мне? Я очень хочу снять это безобразие. — Я оттянула край робы, в которую до сих пор была облачена и улыбнулась. — Конечно, Мичи. Я приготовил для вас всё необходимое. Пойдёмте. Через час я привела себя в порядок и переоделась. Из тех вещей, что привез для меня Ватари, я выбрала широкий тонкий белый свитер и прямые светло-голубые джинсы. Я натянула кеды, проигнорировав носки, и не стала собирать ещё чуть влажные после купания волосы. Ватари удивленно приподнял брови, но никак не прокомментировал мой образ. — А это точно необходимо? — я покрутила браслет от наручников на запястье. — Так я смогу наблюдать за тобой круглосуточно. — Эл, с которым меня теперь связывала длинная металлическая цепочка, был невозмутим. — Вопрос: а как же личное пространство и личная гигиена? — он явно не продумал этот аспект, либо это его вообще не волновало. Я склоняюсь ко второму варианту. Папа с недоверием косился в нашу сторону. Мы и впрямь, смотрелись странно, скованные тонкой, в метр длиной, цепочкой. — Спать мы тоже будем вместе? Мне, в отличие от тебя, трёх часов в сутки недостаточно… — я намеренно провоцировала папу. Нечего было на меня оружие наставлять! Отец сжал кулаки, но промолчал. — Я постараюсь учитывать твои потребности. И всё? Что же, Эл, ты сам напросился. Я категорически не согласна с подобным положением вещей. Либо ты мне доверяешь, либо надо было пристрелить меня ещё тогда. Я тебе устрою невыносимые условия заключения… — Так что там с убийствами? — я посмотрела на один из экранов, где мелькали имена жертв. — За месяц шестьдесят семь жертв. Все с сердечным приступом. В основном заключенные. Я правильно расслышала? Месяц? Они подозревали меня даже тогда, когда убийства возобновились? Нет, я ошиблась. Не они, а Эл. И не подозревали, а подозревает до сих пор. — Месяц… М-да. И? Каков результат? Или вы думали, что это я продолжаю хулиганить? И вместо того, что бы искать настоящего Киру, следили за мной? А, Эл?! — я старалась говорить как можно спокойнее и равнодушнее, но горечи в интонациях скрыть все же не смогла. — Я могу взглянуть? Кивком я указала на экран и, получив согласие, подвинула стул и уселась, поджав под себя одну ногу. Два дня я провела за изучением накопившейся информации, и ничего. Совершенно. Ни одной зацепки, ни одного намёка на то, кем мог бы являться Кира. Я очередной раз просматривала сводку за последнюю неделю, а Эл сидел в соседнем кресле и поедал клубничное пирожное. — Может, хватит уже бездельничать? Ты только и делаешь, что трескаешь сладости. Ты совсем забросил расследование. — Я в депрессии… — вот уж не ожидала от него такого. — Я был так уверен, что ты Кира. И так шокирован, когда моя теория не подтвердилась. Но я всё ещё тебя подозреваю, поэтому такие условия. — Депрессия?! Ты издеваешься? Эл вопросительно посмотрел на меня. — А что, я не человек? Мне нельзя? Если я всё правильно понял, а это так, то Кира может передавать свои способности. Когда тебя заключили в камеру, ты ещё была Кирой, как и Хидеки. Но потом твоё поведение резко изменилось, а убийства возобновились. Из этого я сделал вывод, что способности Киры могут передаваться, а предыдущий Кира теряет память. Если это так, то поиски бесполезны. И, в этом случае, поймать Киру невозможно. Так что мы застряли. Я раздраженно смотрела на парня, сидящего напротив. — Ты серьезно? Эл, хватит. Ты сам стопоришь дело. Я не могу так. Он молчал и расправлялся с остатками пирожного. Тут в голове у меня что-то щёлкнуло. Я что, зря столько времени провела за решёткой, чтобы он после этого просто сложил лапки?! Я потянулась к чашке с остывшим кофе и разом выплеснула её содержимое на это унылое существо, что сидело напротив. Затем, в ход пошли стопки листов с данными, папка, ручки, маркеры, карандаши, клавиатура. Эл не сразу сообразил, что происходит, но когда клавиатура пролетела прямо у него над головой, он вскочил с кресла, сгрёб меня в охапку и потащил к двери в ванную. Я злилась, вырывалась, даже умудрилась укусить его, но этот хрупкий на вид парень оказался чертовски сильным. Правда, усадить меня в ванну ему не удалось. Он включил холодную воду и влез под душ со мной на руках. Ледяная вода чуть остудила мой пыл. — Успокоилась? — А ты прекратил быть унылым дерьмом? — у меня зубы стали стучать от холода. Эл усмехнулся. — Ты похожа на мокрого цыпленка, к тому же замерзшего. Вылезай. — С этими словами он закрыл кран. Напор был достаточно сильным, так что промокли мы оба, насквозь. С его волос ручейками стекала вода, по щекам, по шее, мокрая кофта облепила довольно привлекательное тело. Я рассматривала его, ничуть не стесняясь, и мне вдруг совершенно расхотелось вылезать из этой ванны. С чего бы это? Эл ждал, пока я соизволю пошевелиться, но, видимо, лимит терпения в отношении моей скромной персоны у него на сегодня был исчерпан. Я снова оказалась у него на руках. В этот раз я не вырывалась, наоборот, я обхватила его за шею и прижалась ближе. Холодная мокрая ткань неприятно прилипала к телу, но вот в тех местах, где меня касались его руки, кожа словно горела. Я увидела у него на шее след от моих ногтей. — Прости, я оцарапала тебя. — Я провела пальцем вдоль красной полосы, и Эл, вздрогнув, замер. Он поставил меня на ноги, но рук не расцепил, продолжая прижимать меня к себе. — Нам нужно переодеться в сухое. Эл кивнул и всё же отпустил меня, но лишь для того, чтобы последовать моему совету. Тогда-то мы и столкнулись с первой сложностью. Прошлую ночь мы спали одетыми, завалившись на не расстеленную кровать, потому как сил просто не оставалось, по крайней мере, у меня. А теперь возник вопрос с переодеванием. С наручниками снять кофту не представлялось возможным. Эл сосредоточенно смотрел на ткань, нанизанную на цепочку, соединяющую нас. А я не сводила глаз с его обнаженного торса. Он высокий, и, не смотря на то, что много времени проводит за компьютером, и сутулится, в неплохой физической форме, в чём я уже убеждалась не раз. Поджарый, мускулистый, на него было приятно смотреть. А ещё приятнее, наверно, прикасаться к нему. Я с трудом отвела взгляд. Что ты делаешь со мной?! — Нам придется попросить о помощи. Я просто кивнула, не в силах произнести ни слова. И покорно пошла за ним, невольно разглядывая теперь его спину. Сволочь! Он точно издевается. И я сама хороша. Слюнки пускаю, вместо того, что бы делом заняться. У Ватари железобетонные нервы. Он и бровью не повел, увидев нас в таком виде. Я стянула свой свитер, оставаясь в одной майке, и тот так же повис на цепочке. Ну, прямо как бусинки. Ватари подошел к нам, освободил запястье Эл от браслета, и стряхнул наши мокрые вещи с цепи. Эл, тем временем, в шкафу нашел абсолютно такую же кофту и лишил меня возможности любоваться его обнаженным телом. Жаль… Ватари снова приковал меня к парню. Или его ко мне. Разницы никакой. Ватари вышел, давая мне возможность переодеться. Но Эл никуда выходить не собирался. Более того, он старательно стаскивал с себя мокрые джинсы. Я тут же покраснела. Я не отличаюсь особой стыдливостью, но оказаться в одной комнате с полуобнаженным парнем, да к тому же быть к нему привязанной… Очень щекотливая ситуация. Да и мне не мешает переодеться. Ну и ладно. Не стану на него смотреть. Я расстегнула пуговицу и молнию. Стягивать мокрые джинсы, занятие не из легких. Наконец, я совладала с упрямой тканью и обернулась к Эл. Тот абсолютно беззастенчиво пялился на меня. Я снова покраснела. — Не смотри на меня! — А что, тебе можно, а мне нельзя? — Я не смотрю на тебя! Эл усмехнулся. — Ну да, конечно. И я тоже. У него сегодня удивительно легко получается выводить меня из равновесия. Я толкнула его, совершенно забыв о том, что мы скованны. От толчка Эл отступил на пару шагов, а я естественно, полетела на него. Оказавшись в такой непозволительной близости, я тут же забыла о причинах своего возмущения. Он снова обнимал меня. — Вы закончили? — Эл тут же разорвал объятия и отступил на шаг. «Ватари, ты так некстати! Или же наоборот… Сама не пойму». — Ещё минуту, пожалуйста. — Я еле выдавила из себя ответ. Я старательно пыталась сконцентрироваться на процессе одевания, но мысли то и дело возвращались к нарушителю моего душевного равновесия. Я всё ещё была сердита на него за полтора месяца мучений и угрозу смерти от рук отца, но его близость не оставляла моей обиде ни малейшего шанса. Я совершенно запуталась как в ситуации, так и в собственных ощущениях. Нам нужно как можно скорее найти этого Киру. Только как это сделать, если гениальный сыщик впал в «депрессию»?