Стать сильнейшим - 2.

*Полгода спустя, Уэко Мундо* Короткий широкий меч с прорезью в центре клинка порхал, отражая многочисленные удары длинного тати, но о том, чтобы перейти в атаку, Тия даже не помышляла– не до того ей было. Ее извечный соперник орудовал длинным и не самым удобным в ближнем бою клинком с такой легкостью, словно этот клинок был частью его тела. Она, например, вот уже полгода не может добиться такого же слияния с оружием. Оставалось только сопротивляться изо всех сил, изощряться, комбинировать атаки– все лишь для того, чтобы проиграть достойно. «С каких пор меня стало волновать достоинство?– изумилась своим мыслям женщина и закономерно потеряла клинок.– Ну вот…» – О чем задумалась?– острие тати скользило по нежной коже, щекоча и обжигая холодом металла. Почему-то от этой щекотки у нее сбилось дыхание, а по телу пробежала легкая дрожь. Мгновение– и женщина утонула в глубоких синих глазах. – Ни о чем,– Тия с ощутимым волевым усилием заставила себя отвести взгляд. Недовольное бурчание женщины заставило Кеншина хмыкнуть и сделать замысловатое движение мечом. В воздухе что-то сверкнуло, арранкар на автомате поймала рукоять своего занпакто и вложила его в ножны на спине. – Хочешь закончить на этом?– вскинул брови мужчина. После арранкаризации Тия весьма неохотно отпускала его в мир живых, и он ее прекрасно понимает: здесь, в Уэко Мундо, до невозможности скучно, а уж после того, как внезапно обострились чувства и эмоции– и вовсе невыносимо. – Нет… Кеншину показалось, или он увидел на лице Тии румянец, а в глазах– тень смущения? «Все страньше и страньше»,– подумал мужчина и вложил свой тати в ножны, запечатывая занпакто в душе. – Неужели вспомнила о том, что мне тоже нужна практика?– с изрядной долей насмешки. Щеки Тии вспыхнули, в зеленых глазах полыхнуло недовольство и какая-то детская обида невесть на что, возможно, просто на тон, которым Кеншин с ней разговаривает. – Тебе еще учиться и учиться контролировать приобретенные эмоции,– улыбнулся мужчина.– Но ты мне нравишься такой. И снова румянец на щеках и смущение в глазах. «Какая же она милая, когда смущается,– с нежностью подумал Кеншин и мотнул головой.– О чем я вообще думаю? А она ничего…» – Я тебе и правда нравлюсь?– как-то очень уж робко спросила Тия, словно она не одна из сильнейших существ в Уэко Мундо, а невинная школьница. «А ведь так оно и есть, она невинная и неопытная, как школьница,– неожиданно осознал мужчина, преисполняясь коварных замыслов.– Ее эмоции проснулись внезапно и во всей красе, какой ей еще быть? Она столкнулась с чувствами, а не с теми отголосками, что были у нее прежде. Как маленький ребенок... Только вот грудь у нее совсем не как у ребенка, хех…» – Забудь,– быстро произнесла Тия, когда поняла, что она сморозила. – Ну уж нет,– глаза Кеншина сверкнули азартом. Он уже увидел близость добычи и не желал ее выпускать. Тия удивленно ойкнула, когда он оказался совсем рядом с ней, и дернулась в сторону, уходя от ладони. – Не бойся, я не кусаюсь,– обезоруживающе улыбнулся Кеншин и ловко поймал Тию за талию, хозяйским жестом притягивая к себе. Женщина уперлась ладошками в грудь мужчины, мучительно краснея и зажмуриваясь в ожидании невесть чего. Шейку обожгло горячее дыхание, вызвав табун мурашек. – Только если ты сама захочешь,– хрипло прошептал Карасу, касаясь губами нежной кожи за ушком и отмечая, что ладошки Тии задрожали, а их напор стал явно слабее. – Ты меня смущаешь…– едва слышно прошептала Тия, чье лицо просто пылало от смущения. – Мне нравится тебя смущать,– низкий шепот. Тия удивленно выдохнула, больше не чувствуя обжигающего дыхания на своей шейке, от которого по телу пробегала невесомая дрожь, и удивленно распахнула глаза. Мужчина улыбнулся, продолжая настойчиво целовать ее мягкие нежные губы, отмечая, как сопротивление становится все слабее и слабее. Вот руки Тии перестали давить ему на грудь и нерешительно обвили плечи, вот напряглась под тонкой тканью ее грудь, прижимаясь к груди Кеншина, а вскоре Тия неуверенно ответила. Кеншин улыбнулся, слегка ослабляя свой напор и не стремясь углубить поцелуй. Сейчас важно не спугнуть Тию, важно, чтобы она успокоилась и привыкла к этим ощущениям. Вскоре Тия отстранилась, пытаясь отдышаться, но выбираться из кольца рук ей не хотелось. – Хочешь, я проведу тебя в Мир Живых?– неожиданный вопрос. Тия подняла на Карасу удивленный взгляд. – Что? – Я могу провести тебя в Мир Живых, если ты хочешь. Тия расслабилась, наслаждаясь тем, как Кеншин ласкает ее щеку кончиками пальцев. – Скажи… а разве… мои девочки… можно им со мной? Кеншин медленно покачал головой. Тия отвела взгляд и отстранилась от пальцев, не спеша покидать уютное кольцо рук. – Тогда я останусь здесь,– прошептала Тия.– Я хочу посмотреть на море… но я не могу их оставить. Кеншин кивнул, чувствуя легкую грусть. Ему симпатична эта женщина с милым поведением невинной школьницы– поразительный контраст с Йоруичи. – Продолжим?– Кеншин медленно разомкнул руки и отметил, что Тия отстранилась с явной неохотой. Мужчина материализовал свой тати и обнажил клинок. Харрибэл улыбнулась и сорвалась в бой. Экс-капитан десятого отряда удовлетворенно усмехнулся, отметив, что с исчезновением тяготящей ее тайны Тия стала куда решительнее и спокойнее. Рубка затянулась куда дольше, чем обычно, и мужчина вдруг отметил, что ему понравилось сражаться с Тией. Наконец-то он отчетливо осознал ее стиль, наконец-то она начала рубиться в полную силу, и впервые за время их знакомства Кеншин втянулся в схватку. Кеншин остановился лишь тогда, когда осознал: еще немного– и его клинок пронзит грудь женщины. Сам того не осознав, мужчина наносил удары в полную силу и сражался всерьез, и лишь теперь понял, что при малейшей ошибке мог убить. Но горящие глаза, румяные щеки и улыбка, блуждающая по лицу женщины, убедили его, что все в порядке. – Заглядывай почаще,– улыбнулась ему Тия. Кеншин кивнул, и исчез в междумирье. *Мир живых, город Каракура* Кеншин Карасу ступил на землю парка Каракуры, вдыхая полной грудью свежий воздух. После воздуха Уэко Мундо, лишенного всякой влаги, свежий, чистый воздух Мира Живых казался бальзамом на душу. Было похоже, что восемь тяжелых взглядом не произвели на него ни малейшего впечатления. – Тьфу ты!– в сердцах сплюнул Синдзи.– Мы ожидали увидеть здесь Айзеновкую шавку, а это ты… Экс-капитан десятого отряда не обратил на него внимания. Хирако опешил от такой наглости и преградил дорогу Карасу. Мужчина скользнул по нему равнодушным взглядом, смерил такими же взглядами остальных Вайзардов. – Какие-то проблемы? – Как ты открыл гаррганту?– Синдзи многозначительно положил ладонь на рукоять занпакто, небрежно заткнутого за ремень. – Перед отбросами не отчитываюсь,– Кеншин возобновил движение, сшибая плечом экс-капитана пятого отряда и не обращая внимания на остальных Вайзардов. Они его разочаровали, получив такую силу, и оставшись такими никчемными бездарями. – А ну стой, ублюдок!– рявкнул Хирако. – Приятно познакомиться, Кеншин Карасу,– бросил через плечо мужчина, продолжая шагать в сторону автобусной остановки и не обращая ни малейшего внимания на кипящего Синдзи. Белобрысый Вайзард бросился за ним, схватил за плечо и… Полметра стали прошли сквозь его кишки и вышли из спины. Пальцы Вайзарда на плече Кеншина разжались, изумленный взгляд уставился на занпакто, возникший в левой руке противника и воткнутый в его живот. Карасу не обернулся, удерживая рукоять обратным хватом, продолжил движение и вытащил тати из живота Синдзи. Удар и извлечение меча из тела заняли не более секунды. Хирако мешком свалился на траву, не чувствуя ног, и прикрыл ладонью сквозную колотую рану, брызжущую пульсирующей струей ярко-алой крови. – Синдзи!– взвыла Хиери и, нацепив маску, с яростным воплем бросилась на своего противника. Однако на пути девчонки вспыхнул участок барьера, составленный из множества крошечных светящихся зеленым светом шестиугольников, и отшвырнул ее далеко назад. – Кинетический щит…– с благоговением выдохнул Хаччи, глядя в спину уходящему мужчине.– Без заклинания, даже без жеста, одним усилием воли… – Чего глаза вылупил?– заорал на толстяка Мугурума.– Синдзи счас загнется, ты, хренов фанатик барьеров! – А, да,– опомнился Хаччи и заключил Синдзи в целебный барьер.– Повреждены аорта и позвоночник. – Ублюдок, я его прикончу!– воинственно воскликнула Хиери и бросилась было за Карасу, но путь ей преградила Лиза Ядомару. – С дороги! – Опомнись, дура!– прикрикнула Лиза.– Он поставил бакудо девяносто пятого уровня без текста, без заклятия, одним лишь жестом! Его реацу в несколько раз выше твоей, он тебя одним своим давлением сожжет! – Кончайте лаяться!– гаркнул Лав.– Маширо… Маширо? Мугурума тревожно огляделся и выругался сквозь зубы, скрываясь в сюмпо. Он успел вовремя: Маширо Куна как раз нацепила маску и напала на Кеншина Карасу. – Сдувай, Тачиказе!– выкрикнул Кенсей. Нож превратился в несколько невидимых, тонких, но очень острых и прочных нитей, и устремился к экс-капитану десятого отряда, обвиваясь вокруг его материализовавшегося занпакто. Кеншин понял, что меч остановлен, и тут же освободил правую руку от рукояти, блокируя удар Маширо и стискивая зубы. Пусть скорость и слабая, но силища у этой девчонки в маске Пустого– будь здоров. Бросок– и девушка со скоростью пушечного ядра врезалась в грудь Кенсея. Бывшие капитан и лейтенант девятого отряда кубарем покатились по листве и не поняли, когда их заключило в черный куб высотой метра четыре. – Хадо девяносто, Курохитсуги,– произнес Кеншин Карасу, разрывая нити Тачиказе. Черно-фиолетовые лучи втянулись в грани куба, куб рассеялся, а изрубленные Кенсей и Маширо рухнули на траву без чувств. – Вместо того, чтобы размахивать своими ножичками, помогите своим товарищам,– услышали Аикава и Оторибаши голос противника, хотя были готовы поклясться чем угодно, что Кеншин не заметил их появления! – Но если вы так хотите, я вас всех просто перебью,– мужчина развернулся к ним лицом и обнажил занпакто. Клинок вздрогнул и слегка засветился изнутри синим светом, почти не заметным в этот солнечный день. Воздух слегка зарябил, и вокруг экс-капитана десятого отряда собрались все Вайзарды, даже Синдзи был уже вылечен. – Думаешь, что раз напал на нас, то так просто уйдешь?– грозно вопрошал Хирако. – Сколько пафоса от кучки тараканов,– фыркнул Карасу.– Если бы с вами имело смысл говорить, как с адекватными людьми, я бы сказал, что вы сами первые начали, и уж тем более упомянул бы, что с вашими силенками нападать на кого-то вроде меня– чистой воды самоубийство. К несчастью, наша схватка может серьезно навредить душам людей, поэтому я закончу все быстро. – Не зарывайся!– крикнул Кенсей, попытался подняться и со стоном рухнул, зажимая глубокую рану в груди, плеснувшую потоком крови. – Вместе!– скомандовал Синдзи и решительно набросился на противника. Пятерка Вайзардов также не осталась в стороне, атакуя Кеншина со всех сторон. – Без высвобождения? Как глупо,– фыркнул экс-капитан десятого отряда.– Банкай, Мусабори Гекидзоку Теннокаге. Хирако показалось, что воздух вокруг него вдруг стал темнее, но ему было не до воздуха. Шесть клинков с мощью, достаточной для уничтожения небоскреба, опустились на противника и замерли, касаясь его странной одежды. Черный плащ с высоким воротником, под плащом– расстегнутая до середины груди рубашка, черные штаны и такие же черные ботфорты, руки же оказались одеты в антрацитово-черные латные перчатки a'la Nazgul-style, пальцы которых были слегка удлинены и заострены на манер когтей, а на костяшках– внушительные металлические пластины с заостренными выступами в центре. Все это Синдзи рассмотрел за то мгновение, которое его клинок касался рукава плаща, не в силах прорезать неожиданно плотную ткань. А потом Вайзардов расшвырял во все стороны сильнейший взрыв реацу, расшвырял синигами уровня капитана с такой легкостью, словно порыв ураганного ветра сдул несколько сухих листков. – Какого черта?– выдохнул Синдзи, чувствуя, как реацу противника постепенно возрастает. – Раз уж вы все равно мертвецы, пусть и не осознали этого, я вам скажу,– недобро усмехнулся Кеншин Карасу.– Способность моего занпакто не огонь, а поглощение реацу и способностей. Появись, Меч Императора Теней! Повелительный взмах– черная дымка заклубилась в руке мужчины и сформировала длинный черный тати. Черный, изъеденный зазубринами, источающий черную дымку клинок, по которому переливаются алые блики, шестиугольная гарда, украшенная замысловатой вязью, навершие в виде двух слегка загнутых острых когтей, идущих в одной плоскости с клинком. Этот клинок притягивал взгляд, завораживал своей хищной, смертоносной красотой. – Даже не пытайтесь высвободить банкай,– ухмыльнулся экс-капитан десятого отряда.– Все это пространство– мой банкай, оно поглощает вашу реацу, и судя по тому, сколько ее у вас осталось, контроль у вас паршивый. Да, чем выше контроль противника над реацу, тем слабее я могу поглощать ее вплоть до поглощения лишь остаточной реацу, излучаемой самим вашим существом. – Кончай трепаться!– Хирако Синдзи нацепил маску и ринулся вперед. Быстрый, сильный, точный удар пришелся в шею и был пойман латной перчаткой, бессильно затерявшись в ней. В следующее мгновение сквозь тело бывшего капитана пятого отряда прошел черный, отливающий алым клинок тати. Все тело Хирако поглотила черная дымка, мгновение– и вот от Хирако Синди не осталось ничего, кроме звякнувшей при падении катаны без следов реацу и горстки черного праха. – Круши, Тенгумару!– Лав Аикава раскалил свой гигантский кактусообразный занпакто и с силой опустил на противника. За миг до удара противник исчез, краем глаза Аикава увидел окутанный черной дымкой клинок, приближающийся к груди. Удара он не ощутил, просто в следующее мгновение Лав перестал существовать. Прах упал на траву, а вслед за ним упала катана без капли реацу. Оставшиеся Вайзарды ударили одновременно со всех сторон. Безуспешно: Оторибаши и Хаччи пали почти сразу же, попав под удары черного тати, а занпакто Лизы Ядомару и Саругаки Хиери лишь беспомощно надавили на черный плащ Кеншина Карасу, не в силах не то что прорезать– чувствительно ударить их врага. Секунда– и девушки перестали существовать, осыпавшись черным прахом. Кенсей прокусил губу до крови и зажмурился, не в силах сдержать глухой стон бессильной злобы. Тихий удивленный всхлип Маширо заставил его открыть глаза. Зрачки Мугурумы с ужасом расширились, не веря в происходящее. Его лейтенанта, его девочку поглотила черная дымка и превратила в горстку праха, а в ее глазах была такая отчаянная мольба, что в сердце словно… Додумать экс-капитан девятого отряда не успел. Черный тати вонзился ему в спину, пригвождая к земле, и в секунду превратил в горстку праха. – Это было слишком скучно,– буркнул Карасу, сворачивая банкай и вкладывая занпакто в ножны. Вот одна головная боль разрешилась, Вайзарды ему больше не помешают. Можно было бы не убивать их, можно было бы наоборот, потренировать и сделать своими пешками в предстоящей войне, но Кеншин не заставлял их нападать на него. Хирако и остальные сами избрали свой путь. – Если вам станет легче, ваша сила поможет мне сокрушить Айзена,– обронил в пустоту мужчина, подбирая восемь катан.– Я похороню все, что от вас осталось. Вы достойны ритуала огненного погребения.