Стать сильнейшим - 2.

Йоруичи вздохнула с облегчением. Пришлось же им попетлять, чтобы уйти от назойливого источника реацу. И самым противным было то, что ее владелец ну никак не проявлял себя! Однако Ячи вдруг сняла барьер и с хихиканьем швырнула в пустующий барак сокацуй. — Ты что творишь! — взвизгнула Йоруичи. — Отвлекаю внимание на нас, — хихикнула Ячиру.— Неподалеку два лейтенанта, почему бы нам не проредить их ряды? — А если они сильнее? — Тогда они станут проблемой для остальных, — Ячи стала серьезной и положила ладонь на рукоять занпакто. Секунда — и Ичи поступила точно так же: перед ними появились двое. Высокая красивая девушка с пушистыми растрепанными белыми волосами до плеч и в белой же юкате, столь необычной для Готей-13, предпочитающих форму синигами. Голубые глаза пристально изучили девочек, и в них Йоруичи к удивлению своему увидела ненависть. Холод и желание убить ожидаемы, но за что ей их ненавидеть? — Возьми парня, — напряженно шепнула Ячиру. Йоруичи кивнула и уставилась на своего противника. Высокий, хорошо сложенный блондин с коротким ежиком неопрятных волос, веселыми голубыми глазами и улыбкой на лице. — Смотрите, Сакура-сан, — голос блондина был весьма дружелюбным.— Похоже, они хотели с нами встретиться. — Я заметила, — холодно процедила девушка по имени Сакура.— Значит, ты — мой противник? — Не-а! — хихикнула Ячиру.— Мы — ваши противники, а не я — твой. Ячиру Карасу. — Йоруичи Карасу. — Карасу? — удивился парень, но удивление тут же сменилось пониманием.— Так это вы так славно отделали Ичимару-сана, да? Лейтенант десятого отряда Изуру Кира к вашим услугам… Сакура, назад! Девушка бросилась на Ячи и встретила жесткий отпор, стремительно разрывая дистанцию. «Иай-дзюцу!» — узнал технику молниеносного удара Кира, хотя видел ее лишь пару раз полвека назад, когда Кеншин Карасу был его капитаном. Как оказалось, его коллега тоже знакома с этим искусством, а потому отделалась лишь рассеченной складкой юкаты и глубокой зазубриной на клинке занпакто. — За что ты меня так ненавидишь? — в лоб спросила Ячиру, вставая в стойку. Кира тут же заметил подвох: стопы девушки смещены назад больше, чем нужно. Можно списать на неумение, но судя по технике ее первого удара, здесь что-то нечисто. — Не твое дело! — выкрикнула Сакура.— Я — лейтенант девятого отряда, Сакура Минамото, я тебя убью. Сакура бросилась на своего противника, но Ячи легко отбила ее удары и неожиданно оказалась слева от девушки. Брызнула кровь, Минамото отступила, косясь на раненую левую руку. Но тут атаковала Йоруичи. Она ударила, пользуясь тем, что Кира отвлечен на схватку, а Сакура — на свою рану. Минамото снова разорвала дистанцию, на этот раз потеряв свой шеврон. Ячиру перешла в атаку, готовясь добить противника, но ей помешал Кира. — Подними голову, Вабиске! Дважды изогнутый под прямым углом клинок отбил удар и нанес шесть своих, метя в клинок Ячиру. Девочка удивленно вскинула брови и с криком удивления уронила катану, которая пригвоздила обе ее руки к мостовой. — Какого черта? — взвизгнула Ячи, в то время как Йоруичи наметила удар в левый глаз Киры, помешав ему добить сестру. Сакура показала, что не зря является лейтенантом, и возникла над Ячиру, занося катану. — Тебе конец, — тихий, полный ненависти шепот. — Бе-бе-бе! — Ячи совершенно по-детски показала противнику язык, ошарашив Сакуру, и вскинула левую руку, высвободив ее из-под рукояти.— Хадо тридцать один, Шаккахо! Минамото едва успела отскочить, от огненного шара, но тот странным образом взорвался рядом с ней, не позволив сбежать. Взрыв отшвырнул девушку назад, давая Ячиру так нужное ей время. — Открой глаза, Акушитсуна Кокоро. Катана окуталась алым свечением и преобразовалась в прямой длинный одноручный меч с темным клинком. Гарда в виде трех когтей разной длины, загибающихся к рукояти, и рубина в середине, лоза, обвивающая рукоять, гарду и четверть клинка, алая дымка, скользящая по клинку — занпакто Ячиру завораживал. — Ячиру! — полный паники крик Йоруичи тут же привлек внимание сестры. Взмах клинком — и алый серп понесся в сторону Киры, наносящего удар тупой частью клинка в грудь Ичи. Кира тут же отвлекся и поставил два Хашу, но они просто растворились, даже не задержав стремительно летящий алый всполох. Лейтенант едва успел разорвать дистанцию, но страшный серп коснулся его бедра. Совсем чуть-чуть, самым краешком, но в мозг Изуру словно ввинтился раскаленный штопор, заставив его закричать. Небольшая порция дымки растеклась по ноге, мгновенно растворяя и штанину косоде, и кусок мяса размером с половину кулака. Кровь хлынула ручьем, а Ячиру тем временем перешла в атаку на Сакуру. Несколько сильных сокацуев, выпущенных лейтенантом Минамото, ударили навстречу потоку алой дымки и сильно замедлились, теряя энергию. Впрочем, и сама дымка довольно быстро истощилась, но к тому моменту от четырех заклятий кидо уровня капитана остались лишь неяркие бело-голубые всполохи, погасшие при контакте с реацу Ячиру. Минамото взмахнула своей катаной, посылая в противника три серпа из сжатой энергии. Ячиру легко уклонилась и сделала колющий выпад, игнорируя дистанцию около двадцати метров. Девушка тут же убралась с траектории удара, наученная горьким опытом Киры. Яркий алый луч толщиной с кисть руки в мгновение ока прочертил дистанцию и ударил в метре слева от девушки. Барак, попавший под удар, украсился сквозной дырой в двух стенах, каждая диаметром метра два. «Чем ярче кидо, тем оно плотнее, — учила Сакуру капитан Карасу.— Чем плотнее кидо, тем оно мощнее. Бьякураем уровня лейтенанта, сжатым до толщины спички, можно пробить данку капитанского уровня». — Умничка, — похвалила Ячиру, став очень похожей на капитана Карасу, когда она злится. Причем настолько похожей и лицом, и характером, что Сакура невольно дрогнула. Этим и воспользовалась Ячи, но она нанесла удар не по Сакуре, а по открывшемуся для нее Кире. — Бьякурай. Яркая белая молния прошила оба бедра лейтенанта десятого отряда и заставила его со стоном рухнуть на колени. Йоруичи с криком окуталась сверхплотной белой реацу, разорвавшей ее одежду на плечах и спине, и ударила маленьким кулачком в грудь Киры. Яркая белая вспышка резанула по глазам, поток белого света вырвался из спины лейтенанта десятого отряда, разнеся в пыль полдюжины бараков за его спиной. Поток иссяк, и стали видны брызги крови изо рта, ушей и ноздрей, окропившие изорванную мостовую. Кира рухнул замертво, его занпакто тут же принял вид обычной катаны, но реацу не исчезла. Ослабевшая, она пульсировала едва-едва, но пульсировала. Йоруичи тут же бросилась к своему занпакто — даже будучи раненым, Кира заставил ее отступить и выпустить рукоять из рук, из-за чего ей пришлось сражаться врукопашную с очень сильным противником и задействовать крайне опасную технику, подсмотренную у мамочки. — Обрати свет во тьму, Кураями Тенши. Катана окуталась темно-фиолетовым светом и преобразовалась в отполированный до зеркального блеска, темно-фиолетовый прямой обоюдоострый меч, чей клинок резко изгибается у острия в плоскости клинка, с прямоугольной узорчатой гардой и рукоятью, обмотанной светло-серой лентой. Клинок источал темно-фиолетовую дымку, не сулящую ничего хорошего, и точно так же, как и занпакто Ячи, завораживал своей красотой. — Тебе не победить, лейтенант девятого отряда, — Ячиру быстро наложила на Киру Садзесабаку и встала в стойку.— Сдавайся. — Черта с два, — лейтенант Минамото подняла катану.— Распустись, Кориюри! Взмах — и в девочек отправился рой снежинок. Одна из снежинок коснулась мостовой и заморозила ее так, что прочный камень покрылся трещинами и местами осыпался. Ячиру взмахнула своим мечом и остановила рой снежинок плотным алым потоком, поглотившим всю атаку без остатка и растворившим в себе. Сакура рассекла остаточный поток ледяным клинком, полностью его рассеяв, и замерла: черная сталь с играющими на ней фиолетовыми бликами обожгла ее горло холодом. Девушка сразу поняла: раз эта девчонка заперла дымку в клинке, раз он так легко и непринужденно зашла к ней за спину, то и горло перережет с легкостью. — Сдавайся, — шепнула на ушко беловолосой девушки Йоруичи. — А не то лишишься головы. — Вам придется меня убить, — Сакура прикрыла глаза и приготовилась к смерти. Йоруичи пожала плечами и только приготовилась снести ей голову, как ее самым неожиданным образом отвлекли. — Вай, как интересно! — восхитился кто-то совсем рядом.— У одной занпакто-разрушитель, вторая применяет техники клана Шихоин — вы действительно достойные дочки Кен-чана. Йоруичи ловко зашла за спину Сакуры, попутно вывернув ей руку и выбив из нее занпакто, Ячи тут же прыгнула в сторону и обернулась. Сестры узнали женщину одновременно. Смуглая кожа, золотые глаза, фиолетовые волосы, задорная улыбка — капитан второго отряда Шихоин Йоруичи выглядела точно так же, как на портрете в кабинете их отца, разве что волосы стали немного длиннее. Йоруичи исчезла, и одновременно с этим завизжала Ячи: — Ва-а-а-а-ай! Пусти-и-и-ите! — У-тю-тю, какая миленькая! — капитан Шихоин ловко поймала Ячиру и принялась ее тискать и щекотать. Девочка вяло отбивалась, не зная, как ей реагировать. Вроде бы и враждебности никакой нет, не хочется, чтобы Йоруичи-сан случайно порезалась ее клинком — раны Акушитсуна Кокоро заживают медленно и отталкивают большинство целебных кидо. Йоруичи остолбенела, не зная, как на это реагировать. — Крепко же тебе досталось, Изуру-кун, — печальный вздох заставил ее быстро повернуть голову к Кире. Невысокая женщина с печальным лицом и очень длинными волосами склонилась над лейтенантом десятого отряда и одним касанием сняла Садзесабаку, накладывая на парня целебные кидо. — Капитан Унохана? — узнала Ичи — Ячи жалобно всхлипывала от смеха, давно запечатав занпакто, и не реагировала на происходящее. — Привет! — ласковая, добрая улыбка.— Опусти занпакто, милая. Мы не причиним тебе вреда. Йоруичи продолжила стоять в ступоре, не зная, что ей делать. Тонкая ладонь легла на плечо девочки, заставив ее содрогнуться. «Еще один капитан?» — девочка со страхом оглянулась… и почти не удивилась при виде красивой синеглазой девушки, изумительно похожей на папочку. — Будь добра, отпусти Сакуру, — мягко попросила Юки, и Ичи немедленно отпустила, быстренько отступая в сторону. «Совсем как папа», — со страхом и уважением подумала девочка. — Зачем вы здесь? — дрогнувшим голосом спросила Йоруичи, бросая тоскливый взгляд на тихо всхлипывающую Ячи, затисканную капитаном второго отряда до полной недееспособности. Ладошки, крепко стиснувшие рукоять занпакто, вспотели, а девочка осознала неминуемое поражение. Даже если бы ее сестра не была в заложниках… — Юки-сан, — всхлипнула Сакура и бросилась на шею капитану, обнимая девушку здоровой рукой.— Юки-сан, простите… — Ш-ш-ш, милая, — ласково шепнула Юки, исцеляя своего лейтенанта и мягко отстраняя.— Все хорошо, Сакура. Ступай в расположение. — Угу…— Сакура всхлипнула, подобрала занпакто и скрылась в сюмпо, а Юки обратила свой взгляд на Ичи. Девочка стояла напротив, дрожащими руками направляя острие занпакто ей в грудь. — Не надо направлять на тетушку занпакто, — Юки без страха обхватила клинок рукой и отвела в сторону, а темно-фиолетовая дымка, коснувшись тонких пальчиков, беспомощно погасла. Глаза Ичи изумленно расширились — взять ее занпакто голой рукой способен только папочка. А потом она изумленно пискнула, попав в ласковые объятия. — Ну же, обними тетю, — хихикнула ей на ушко Юки, став очень похожей на Ячи. — Т-тетушка Юки…— всхлипнула Ичи, роняя уже запечатанный занпакто и крепко обнимая девушку.— Тетушка Юки, я так рада вас видеть! — Ячи-чан, — обратилась Юки к Унохане.— Приходи ко мне сразу, как освободишься, хорошо? — Только не начинайте без меня, — неожиданно игриво хихикнула Унохана и, без усилий взвалив здорового парня себе на плечо, исчезла в сюмпо. — Пойдемте, милые, — улыбнулась капитан Карасу. — Куда? — Ичи отстранилась, чувствуя себя почти счастливой. Неужели в этом враждебном мире она встретила родного человека? — Ко мне домой, — в глазах вспыхнул лукавый огонек.— Давно хотела познакомиться с моими милыми племянницами. *Сейрейтей, кварталы восточного сектора* Исида и Иноуэ воровато огляделись, осторожно выглядывая с крыши. Под ними суетились патрули синигами, прочесывая местность так часто, что убраться из этого укрытия не представлялось возможным. — Хорошо, что они нас не заметили, — Иноуэ выдохнула с облегчением, поражая квинси тем, как она умудряется оставаться беззаботной и легкомысленной на территории врага. — Да уж… — Мы ищем Башню Раскаяния, да? — девушка приложила ладонь ко лбу на манер козырька, осматривая окрестности.— О, вот она! Смотри, вон там! За спиной девушки словно из ниоткуда выросла огромная тень с не менее огромным мечом в руках. Исида не медлил ни мгновения: рывок, обратно — и вот огромная катана с грохотом расколола черепицу там, где секунду назад стояла Иноуэ. — Неплохо, — прогудел здоровяк с вытаращенными глазами.— Ловко прыгаешь, малец. Однако вы все равно умрете, так как вам не повезло натолкнуться на меня. Итак, я даю вам столько времени, сколько нужно, чтобы сосчитать до десяти. Один… В руке Исиды вспыхнул лук. Сверкнули две стрелы, протыкая Звено Цепи и Сон Души противника и отбрасывая его назад. С полувоем-полустоном здоровяк рухнул на спину и потерял сознание, а его реацу перестала ощущаться. — Что за идиот, — с нотками снисходительности вздохнул Исида, пряча лук в перчатку. — Он мертв? — Иноуэ осторожно выглянула из-за плеча квинси. — Нет, но я поразил две ключевые точки, ответственные за приток и накопление реацу, так что синигами ему больше не быть. Пойдем дальше. Какого черта? Исида повернул голову туда, где еще пару секунд назад кипела жаркая схватка между близняшками Карасу и двумя чертовски сильными противниками. На то, как еще раньше исчезла реацу одного из их врагов, он не обратил внимание. Но сейчас там появились три реацу, причем настолько мощные, что даже здесь, почти в трех километрах оттуда, у него мурашки по спине табунами шастают! — Надо им помочь! — Иноуэ тут же попыталась применить сюмпо, но Урюу рванул ее за плечо и встряхнул: — Очнись! Они настолько сильны, что размажут нас одним ударом! Если даже Ячи и Ичи не справились… хотя постой. Они не сражаются. Что там происходит? — Может, их захватили в плен? — предположила Иноуэ. — Возможно… — Тогда нам следует проследить за ними и вызволить их! — решила Орихиме. — Давай чуть попозже, когда враги ослабят бдительность. А пока нам лучше убраться отсюда. *Южные кварталы* — Сколько же от вас проблем, — пробормотал Ясутора Садо. Всего за пять минут он вынес один патруль, до него — еще с десяток. И вот, опять на него нападают. Синигами с громким воплем бросился в лобовую атаку, занося катану. Пока тот бежал, Чад мысленно сосчитал все возможные способы выведения противника из строя и насчитал сорок два, после чего ударил его в челюсть, выбив половину зубов, саму челюсть из сустава, и сознание. «Прекрасно, — Садо пошевелил пальцами.— Раньше я мог так бить только в перчатке, и то пару раз в день, а сейчас, благодаря Карасу-доно и Гинджоу-доно, мне не нужно задействовать свое Подчинение, да и сражаться я могу сутки напролет. Спасибо вам, Карасу-доно. Я выполню ваше задание во что бы то ни стало». Мулат огляделся и, слегка согнув ноги, подчинил мостовую под собой. Сверкнули едва заметные зеленые разряды под стопами, парень легко взлетел на десяток метров и, оттолкнувшись от воздуха, со скоростью пушечного ядра влетел в какой-то сад, где и решил заныкаться. Поблизости никого не было, и Садо позволил себе немного вздремнуть в самом глухом уголке этого сада. *Северные кварталы* — Вот же привязались! — выругался Гандзю, задыхаясь от долгого бега. Ичиго же бежал рядом с ним с такой легкостью, словно это был даже не бег — легкая прогулка. — С таким хвостом нельзя дела делать, — заметил Куросаки и резко затормозил. Гандзю по инерции пробежал несколько метров вперед и обернулся. Толпа синигами захлестнула его рыжего товарища. Противники начали разлетаться во все стороны с повреждениями разной степени тяжести, а рыжая макушка мелькала то тут, то там, и каждый азартный выкрик Ичиго сопровождался чьим-то сдавленным стоном и свистом тушки, рассекающей воздух. Пара минут — и от двух десятков синигами остались лишь бренные стонущие тела, не способные продолжать погоню. — Так легко? — выпучил глаза Шиба.— Эй, Ичиго! А какого хрена мы вообще убегали? — Собирал побольше патрулей на хвост, чтобы покончить одним махом, — отозвался Куросаки и обернулся. То, что он там увидел, заставило его нахмуриться. — Чего? — Гандзю обернулся и обомлел: прямо за его спиной стояла толпа, человек пятьдесят. Куросаки бодро обернулся и почти не удивился, когда толпа человек тридцать зашла к ним со спины. Прямая улочка, их зажали с двух сторон немногим меньше сотни синигами и, судя по всему, сейчас их будут убивать. — Вот сейчас ты за все ответишь, — прорычал один из них с приметной прической — два пучка волос, торчащие на середине темени и чуть правее и ближе к правому уху, и больше волос нет. Почему-то говоривший уставился на Гандзю. — Эй, Гандзю, — Ичиго хрустнул шеей и положил ладонь на рукоять занпакто.— Кажется, скоро начнется настоящая заварушка. — Тебе что, помощь нужна? — самодовольно фыркнул Шиба, выпячивая грудь. — Нет. Не путайся под ногами. — Че? — Хадо тридцать три, Сокацуй! — выкрикнул Ичиго, бросая в большую группу яркий бело-голубой огненный шар, в который влил самое большое количество реацу, на которое он был вообще способен. Громыхнуло так, что у Гандзю в ушах зазвенело, а мир расчетверился. Шиба не видел, как из яркой белой полусферы взрыва во все стороны разлетаются десятки бессознательных тел. Он вообще ничего не видел дальше вытянутой руки, и не слышал ничего кроме противного писка. Вдруг чья-то рука схватила его за шкирку. Откуда-то издалека раздался голос, зовущий его по имени. Гандзю не сразу понял, что зовущий орет ему в самое ухо. — Ты в порядке? — услышал он наконец совершенно отчетливо, а сквозь писк начали доноситься стоны раненых. — А? Что? — Гандзю помотал головой. вроде полегчало, во всяком случае, количество рыжеволосых синигами перед глазами уменьшилось с четырех до одного. — Нехило тебя контузило, — Ичиго отпустил Шибу.— Поднимайся и сваливаем! Сюда могут нагрянуть слишком серьезные личности. Шиба заметил, что на месте взрыва сокацуя улицы больше не было — была дымящаяся воронка и обломки зданий вперемешку с телами, разбросанные на десяток метров вокруг этой воронки. — Я переборщил с реацу, поэтому кидо потеряло стабильность и рвануло именно так, во всех направлениях, а не только в одном, — виновато пояснил Ичиго. — Хрен с ним, пора действительно делать ноги. Однако уйти им не дал какой-то паренек, причитающий над кучей израненных синигами. Ичиго притормозил, глядя на этого парня. Гандзю тоже бросил на мальца лет четырнадцати на вид проницательный взгляд и переглянулся со спутником. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — Похоже на то, — кивнул Куросаки.— Эй ты, парень! Как тебя зовут? — Я? Я — Ханатаро Ямада! Я так рад вас видеть! — залепетал паренек, подскакивая к ним.— Вы не ранены? Здесь очень много раненых, а вторженцы, которые это сделали… И тут до Ханатаро дошло, что происходит. Паренек позеленел, лицо покрылось крупными каплями пота, а севший голос спросил: — Н-н-неужели вы и есть те самые вторженцы? — Ага, — кивнул Ичиго.— Голова у тебя варит. Так что пойдешь ты, дружок, с нами. Есть к тебе дело, где здесь можно безопасно поговорить? И учти: подставишь нас — вон, на них посмотри. — А-а-а-а-га, —Ямада сглотнул, едва сдерживая крупную дрожь, и на ватных ногах поплелся к ближайшем люку в канализацию.— С-сюда… В канализации Ичиго сразу приступил к делу. — Ты знаешь, где держат Рукию Кучики? — Что? Рукию Кучики? — неподдельно изумился Ханатаро.— А вы, наверное, Ичиго Куросаки, да? И вы пришли спасти ее? — Да, я — Ичиго Куросаки. И да, я пришел спасти Рукию от казни. Так ты знаешь, где она? — Наверное, она в Башне Раскаяния. Пойдемте, я отведу вас туда. Разумеется, никто не тронулся с места. Ханатаро вздохнул, понимая, что ему не доверяют, и начал свой рассказ. Ичиго бесстрастно слушал россказни парня о том, как он был уборщиком в камере Рукии Кучики, пока та содержалась в шестом отряде. Как он разговаривал с ней, как Рукия рассказывала о Мире Живых и о нем, об Ичиго. — А когда вы вторглись, я подумал: как было бы здорово спасти Рукию Кучики! Я хотел сделать это сам, под шумок, но… я слишком слаб. Э-э-э-х…