Стать сильнейшим - 2.

*Сейрейтей, кварталы неподалеку от расположения двенадцатого отряда* Юный квинси Урюу Исида с опаской огляделся. Судя по всему, они неподалеку от какого-то отряда, а значит, есть опасность столкнуться с капитаном. Впрочем, «язык» им жизненно необходим — без Ичиго Куросаки и близняшек Карасу он и Иноуэ вряд ли сумеют что-то сделать. — Ну что? — тихо спросили из темного закоулка. —Все в порядке, Иноуэ, — Исида оглянулся на девушку.— Можем идти, я не чувствую поблизости ни одной реацу. Орихиме тут же покинула укрытие. Исида сразу определился с направлением, но не успел сделать и десяти шагов. — Можно задать вам вопрос? — раздался за спиной негромкий голос. Исида замер: он даже не почувствовал приближения кого-то и был абсолютно уверен, что здесь только они. Дети тут же обернулись и замерли. В широко распахнутых карих глазах Иноуэ Орихиме читался смертельный испуг. Бледно-серое лицо, дрожащие приоткрытые губы, трясущееся мелкой дрожью тело… неожиданный визитер напугал девочку до полусмерти, и тому была масса причин. И одна из них… — Капитан двенадцатого отряда Куротсучи Маюри…— прошептала девушка.— О нет… — Могу я узнать, что вы сделали с моими подчиненными? — слегка склонил голову к плечу главный ученый всея Сейрейтея, улыбаясь во все тридцать два керамических зуба, торчащих из синих десен. Исида не медля ни секунды, материализовал лук и выпустил в Маюри яркую стрелу. Голубой росчерк стремительно подлетел к капитану и просто отклонился в сторону, пробивая в стене барака круглое отверстие размером с кулак. — Если это твой ответ, юный квинси, тогда я закончу с вами и вернусь к своим исследованиям. Нему, найди тела моих подчиненных. Если они еще живы — отправь в наш лазарет. Я хочу испытать несколько новых сывороток. — Да, Маюри-сама, — слегка поклонилась девушка за плечом капитана двенадцатого отряда и исчезла в сюмпо, а ее отец, создатель, хозяин и босс тем временем задумался, почесывая репу длинным ногтем среднего пальца правой руки. — Хм-м-м-м, нужен ли мне еще один квинси? — вслух думал капитан двенадцатого отряда, с интересом исследователя рассматривая Исиду.— Пожалуй, что нет. Мизинец левой руки небрежно дернулся. Иноуэ замерла — мимо нее со свистом пролетело тело Исиды и с грохотом врезалось в барак далеко позади, ломая стену и поднимая клубы пыли. Удар был нанесен так быстро, что девушка даже не успела среагировать! «Вот она — сила капитана! — Орихиме перевела затравленный взгляд на Маюри.— Удар незаклинательным шо такой силы… Даже сильнее, чем Кеншин-сан! У меня нет ни шанса!» — Кончай трястись, — раздраженно произнес Куротсучи.— Если будешь хорошо себя вести — я тебя не трону, но тебя отправят в тюрьму. Мне не нужна лишняя морока… что? Яркий голубой росчерк, куда ярче обычных стрел Исиды, ударил капитана двенадцатого отряда в грудь. Мгновение — и над Маюри, заблокировавшего стрелу незаклинательным Хашу в дюйме от хаори, возник Урюу и снова спустил тетиву. Взрыв поднял облако дыма и пыли, Исида сместился на крышу и уставился в облако, гадая, нанес ли он хоть какой-то урон противнику. — Быстренько, — раздалось за спиной. Исида пораженно обернулся и увидел Маюри, бредущего по крыше и рассматривающего последствия выстрела.— Хирэнкяку, верно? Не ожидал такого уровня от сопляка, как и того, что ты так запросто встанешь на ноги после моей атаки. Не беспокойся, в следующий раз я не допущу такой оплошности. Хадо тридцать один, Шаккахо. — Тварь! — выкрикнул Исида, увидев, что Маюри направил удар на Иноуэ. Ухмылка капитана двенадцатого отряда стала шире, когда квинси метнулся наперерез атаке, стремясь защитить девушку. Сильный огненный взрыв разрушил барак, оставил в мостовой выбоину глубиной полметра и шириной метров шесть. Когда дым рассеялся, Маюри рассмотрел треугольный оранжевый щит с трещинкой, за которым скрылись дети. — Как интересно, — капитан двенадцатого отряда спрыгнул на мостовую.— Это твоя техника, девочка? Любопытно, крайне любопытно. Капитан сделал шаг, другой и остановился, переводя раздраженный взгляд на квинси. Исида стоял с самым мрачным и решительным выражением лица, натягивая лук. Реацу в стреле все прибывала и прибывала, но с учетом того, как дрожат пальцы парня, долго он ее сдерживать не сможет. Маюри легко определил этот нюанс и перевел взгляд на Иноуэ. — Ты станешь интересным образцом для экспериментов. Соглашайся! Я обходителен с женщинами. Прием тяжелых наркотиков не более восьми раз в день, операции всего по четыре часа, я даже позволю тебе самостоятельно питаться, носить одежду и спать под одеялом, и воздержусь от опасных для жизни экспериментов. Я еще никому не делал такого… Стрела сорвалась с тетивы и взорвалась ярким салютом голубых искр, столкнувшись с прозрачным прямоугольным барьером. — …выгодного предложения, — невозмутимо продолжил ученый, взмахом руки убирая данку. Зрачки Исиды изумленно расширились — даже Кеншин-сан не мог так легко ставить барьеры такой силы! Куротсучи перевел взгляд на него: — Я же сказал тебе, квинси: ты мне неинтересен. Вид редкий, и последний живой экземпляр я получил несколько лет назад, но это не важно. Я закончил исследования. Отойди, пожалуйста, в сторонку. Ты мне неинтересен. А вот ты мне очень интересна. Хорошо. Если ты пойдешь со мной по доброй воле, я еще больше смягчу условия экспериментов и даже отпущу твоего дружка-квинси. Все равно он долго не протянет. Ну как? — Иноуэ с тобой не пойдет, — Исида исчез и возник рядом с девушкой.— Беги, Орихиме! Ученый щелкнул пальцами, и вокруг них, накрыв несколько кварталов, вспыхнул зеленоватая полусфера барьера. «Такой мощный барьер, без текста, даже баз названия заклинания! — поразилась Орихиме.— Вот она, сила капитана! Как бы ни был силен Исида-кун, но он ему не противник». — Боюсь, я не могу позволить тебе уйти, — в голосе Маюри прорезались опасные нотки.— Уйди в сторону, мальчишка, и не мешайся под ногами, пока я согласен отпустить тебя. Ответом стала стрела, выпущенная капитану в лицо. Ученый отклонил голову влево, уклоняясь от стрелы, и положил ладонь на рукоять занпакто. — Ты меня достал. Я разберусь с тобой быстро. Разорви, Ашисоги Джизо! Удар был настолько быстрым, что квинси не успел даже дернуться. Брызги крови окропили мостовую, тело парня развернулось в пол оборота и рухнуло. Иноуэ с ужасом смотрела на эту картину. Как лицо Исиды исказила гримаса боли, как из груди толчками выплескивалась кровь, как тело безвольным мешком осело на мостовую. Неизменные очки слетели с переносицы и разбились, губы шевелились, словно парень пытался что-то сказать, но вместо слов изо рта выплескивались лишь сгустки крови. Орихиме бросилась в парню, накрывая его целебным щитом. Маюри не мешал: ему было интересно, что собирается предпринять девчонка. Увидев, как начала затягиваться рана, капитан вскинул брови. «Что это такое? — соображал Куротсучи.— Исцеление? Нет. Это что-то совершенно иное! Она… неужели она обращает время и пространство вспять? Любопытно, крайне любопытно. Особенно любопытно, почему Карасу отправил ее в Сейрейтей? Чтобы он не рассмотрел ее способностей? Он же не идиот…» «Какая ужасающая реацу, — Иноуэ колоссальным волевым усилием уняла дрожь в руках.— Я не знаю, смогу ли я ее отразить! Ее так много…» Капитан двенадцатого отряда Готей-13 вытащил невесть откуда раскладной стульчик и уселся на него, с жадным любопытством рассматривая действие перед ним. «Как я и думал, ее способность к обращению времени и пространства вспять целиком и полностью зависит от ее собственной реацу, — ученый бросил короткий взгляд на Ашисоги Джизо.— Неужели тебя одолеет какая-то соплячка? Сомневаюсь». Рана затягивалась медленно, очень медленно, но затягивалась. Орихиме усилием воли прогнала головокружение и… Барьер попросту перестал существовать, а глубокая рана снова начала кровоточить. Далеко не так сильно, как раньше, но все же… — Очнись, — Иноуэ осторожно потрясла парня за плечи и отметила, что у него холодеет кожа.— Исида? Ты же не умираешь, правда? Нет… нет… НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!!!!! — Позволь тебе кое-что объяснить, — капитана нисколько не тронуло состояние девушки, рыдающей над мертвым другом.— Мой Ашисоги Джизо — не просто меч. Он производит препарат, полностью блокирующий двигательные импульсы, в том числе и импульсы, идущие от мозга к сердцу и к дыхательным мышцам. За то время, пока ты стояла в ступоре, его сердце успело сократиться трижды и разнесло яд по всему телу. Твой барьер сумел подавить мою реацу, оставленную в ране, и даже слегка залечил ее. Но подавить силу Ашисоги Джизо у тебя не вышло. А теперь ты пойдешь со мной, если не хочешь, чтобы все твои друзья умерли. *Расположение четвертого отряда, подземные палаты для опасных пациентов* Унохана Ячиру только вздохнула, глядя на разнесенную стену, рассеченную решетку и открытые кандалы с торчащей в замке связкой ключей. Среди осколков камня и груды пыли мелко вздрагивал охранник в униженной позе на коленях и целуя лбом пол. — П-прошу меня великодушно простить, Унохана-доно, — поскуливал охранник.— Рёко очень хотел пить, а когда я подошел, он схватил меня за шиворот и ударил о решетку, дальше я ничего не помню… — Ясно, — кивнула Унохана.— Ты подошел близко к заключенному, хотя по уставу тебе нельзя даже разговаривать с ним. Ты будешь наказан. В карцер его. Два дюжих синигами вынырнули из-за плеч капитан четвертого отряда и подхватили под руки своего коллегу, утаскивая в неизвестном направлении. Унохана тяжело вздохнула и направилась по своим делам. Ей еще труп Айзена обследовать… *Где-то в Сейрейтей* — Фу-у-ух! — Ичиго Куросаки притормозил и сполз по стене, тяжело дыша.— Кто бы мог подумать, что после кандалов реацу так медленно восстанавливается… «Ты помнишь, зачем мы сюда прибыли? — раздался в мозгу неприятный, металлический голос занпакто.— Казнь Рукии Кучики через пять дней, дубина!» «Да помню я, помню, не ворчи, — отмахнулся Куросаки.— Лучше колись давай, что ты хочешь мне предложить». «Найти укромное место и потренироваться, — отрезал Зангетсу.— И поживее! Времени в обрез!» «Есть у меня кое-что на примете!» — осенило рыжика. Парень огляделся и скрылся в сюмпо, возникая на крыше колокольни в сотне метров к северу. На крыше колокольни оказался синигами, наблюдающий за окрестностями. Услышав шаги Ичиго, синигами обернулся. — Э… Куросаки не замедлил приложить противника от всей души в челюсть, надежно вырубая синигами. «Опять ты наследил!» — недовольно буркнул Зангетсу. *Расположение одиннадцатого отряда, административный корпус * Близняшки Карасу испуганно замерли, но их не заметили. Ячи еле слышно выдохнула: как папочка и говорил, синигами из одиннадцатого отряда сильны, но реацу чувствуют очень плохо. Да, они понимают, насколько опасна их затея. Они понимают, что если их схватят — пиши пропало. Но… им больше не к кому обратиться за помощью. Исида и Гандзю погибли, все остальные спрятались или схвачены… «А ведь папа предупреждал, — с горечью думала Ичи, осторожно пробираясь по крыше к мансарде.— Он же говорил, что тут очень опасно. Какая же я глупая! Ведь папа сказал нам, что не даст казнить Рукию… нет, надо было нам геройствовать!» — Спускайтесь, — раздался с мансарды грубый голос.— Я знаю, что вы здесь. Ячи и Ичи непроизвольно вздрогнули и робко спустились. Огромный, мускулистый, покрытый шрамами мужчина с прической-дикобраз, жуткой физиономией матерого убийцы, перебинтованным торсом и пластырем на левой половине лица расположился в кресле-качалке, читая какую-то книжку и вполне себе мирно покуривая длинную, почти метр длиной, трубку, выдыхая ароматный дым. — К-кенпачи-сан? — осторожно окликнула Ячи.— Э-это в-вы? — Ага, он самый, — Зараки оторвался от чтения книжки и положил ее на журнальный столик.— А вы пошли в Шаолинь, хотя глаза, волосы и характер явно от Кеншина и Юки. Поди, совсем вас прижали, да? Я вас не трону, не бойтесь. И никто в моем отряде вас не тронет. Мое имя вы знаете, но я все равно представлюсь. Я — капитан одиннадцатого отряда Кенпачи Зараки. — Ячиру Карасу. — Йоруичи Карасу. Кенпачи хохотнул. «Интересно, обиделась ли Юки, узнав, что Кеншин не назвал дочек в ее честь? — задумался мужчина.— Впрочем, не важно. Похоже, что девочки что-то накопали». — Кенпачи-сан, а вы не знаете, что с Ичиго и остальными? — осторожно спросила Ичи. — Говорят, что ваш рыжий дружок сбежал из четвертого отряда, и где он сейчас — я без понятия, — ухмыльнулся Зараки.— Но очень хочу его найти. Придурок, конечно, но есть в нем что-то настоящее, боец он неплохой. Парень, то ли Чад, то ли Садо — схвачен капитаном Кьераку, сейчас в четвертом отряде. Слышал еще про квинси, которого убил Маюри, и про девчонку, которая попала к нему на опыты. Так вот, скажу по секрету: квинси крупно повезло, что он помер. А вот вашей подружке не позавидуешь… еще был какой-то хрен из Руконгая, его пустил на фарш Кучики. Кстати, с ними был пацан, Ханатаро Ямада, вроде. Знаете такого? Близняшки переглянулись и отрицательно качнули головами. — Его тоже схватили, и отправили в карцер, — продолжил Зараки.— Если хотите спасти свою подружку — советую поспешить. Маюри сильно увлекается опытами, и думаю, что ближайшие часов шесть будет подбирать для нее курс пыток. Он схватил ее где-то час назад, так что… — Спасибо вам, Кенпачи-сан, — поклонились близняшки. — Пустое, — отмахнулся Зараки.— Я рад вас видеть, девочки. Будьте осторожны, если что — бегите в мой отряд. Мои ребята вас прикроют. Главное — не попадайтесь под занпакто Маюри. Шикай парализует, а банкай дышит ядом. И еще: он очень силен в кидо. Мадараме! Аясегава! Где вас черти носят? — К-капитан? — на мансарде возник перебинтованный Иккаку.— О, а это еще кто? — Какие красотки, — пробормотал Аясегава и поправил прическу.— Капитан? — Эти девчонки — Ячиру и Йоруичи Карасу, — ухмыльнулся Зараки.— Они хотят вытащить свою подружку из лап Маюри. Прикройте их. — Что? Только не двенадцатый отряд! — всполошился Юмичика.— Я не хочу с ними связываться! — Заткнись и выполняй! — прикрикнул Кенпачи.— Выбирай: или я точно тебя прихлопну, или ты сделаешь дело и скорее всего сдохнешь. — Понял, — состроил кислую физиономию Юмичика.— Пойдемте, девчонки. Раз уж капитан велел… *Два часа спустя, кабинет Куротсучи Маюри* — Нет, нет, нет… — бормотал ученый, придумывая и на ходу оценивая последовательность экспериментов. Несчастная Иноуэ, связанная несколькими бакудо, поскуливала от страха в камере у него за спиной. Внезапно дверь вылетела, выбитая мощным кидо. Маюри повернулся в кресле и отклонил голову, спасаясь от яркого и сильного бьякурая. Кидо разбило монитор и проделало в стене дыру размером с голову, а на ученого обрушился удар катаны. Маюри выхватил свой занпакто и парировал три удара из четырех — четвертый выбил левый глаз. Впрочем, новый глаз отрос буквально за секунду. — Ячи! — выкрикнула Ичи, продолжая наседать на капитана. Ячи кивнула и принялась освобождать Иноуэ, старательно взламывая камеру. Безуспешно. — Я не дам забрать вам мой образец, — процедил Маюри и сильным ударом клинок в клинок отбросил Ичи назад.— Вы — ее подружки-нарушители, я прав? Бакудо шестьдесят три, Садзесабаку. — Бакудо восемьдесят один, Данку! Золотая цепь столкнулась с барьером и самоуничтожилась, а Йоруичи тем временем поднялась и высвободила свою реацу. — Ого! — впечатлился капитан.— Ваш уровень на голову выше лейтенанта. Вы — Ячиру и Йоруичи, дочери Кеншина Карасу? Ваш отец был ходячим стихийным бедствием, но капитан из него вышел отменный. — Обрати свет во тьму, Кураями Тенши, — произнесла Йоруичи и взмахнула изменившимся занпакто. С черно-фиолетового клинка сорвалась сжатая серповидная волна черной с фиолетовым отливом энергии. Волна двигалась так быстро, что Маюри едва успел отбить ее клинком и… — Ч-черт! — капитан отскочил в сторону — половина клинка его занпакто оказалась уничтоженной. Йоруичи взмахнула клинком в сторону камеры — и толща защищенного сильнейшими барьерами стекла превратилась в ничто, уничтоженная черно-алым потоком. Ячи тут же сняла с Иноуэ связывающие бакудо и, взвалив ее на плечо, скрылась в сюмпо. — Прекратите, — прошипел Маюри.— Я не позволю вам… ах ты, сучка! Ученый взвыл — черная дымка уничтожила ему руки и ноги и начала стекаться в клинок, засветившийся изнутри фиолетовым светом. Взмах — и Куротсучи Маюри разрублен невидимым ударом пополам. Йоруичи тут же исчезла, запечатав свой занпакто, а капитан уныло осмотрелся. От тела осталась половина туловища и голова, от серверов — ничего, камера, с которой он столько провозился, уничтожена, образец пропал… — Какая досада, — не особо огорчившись пробормотал Маюри.— Нему! Тащи сюда сыворотку регенерации! — П-простите, М-маюри-сама, — прохрипела его дочь, с трудом вползая в кабинет — ее ноги и левая рука оказались отрезаны.— Я… тороплюсь… как… кха… как могу… — Ты никчемна и бесполезна, — Маюри вздохнул.— Ползи быстрее, ленивая тварь! И не думай, что легко отделаешься, раз позволила этим двоим помешать мне. *Четыре дня спустя, расположение десятого отряда, карцер, камера строго режима номер 47* — Как ты, Хинамори? — капитан десятого отряда с грустью посмотрел на девушку. Момо сидела в уголке, обхватив колени руками, и уставилась мертвым взглядом в одну точку, слегка покачиваясь и тихо поскуливая. Глаза были красные и опухшие, но слез не было — девочка уже не могла плакать. — Капитан Айзен оставил тебе письмо. Эти слова возымели действие. Момо медленно повернула голову, а в ее безжизненных глазах появилась тень заинтересованности. — Но… разве это важно? — просипела девочка — голос тоже сорван криками. — Я не знаю, — ответил Тоширо.— Держи. Прощения просить не буду. — Спасибо…— Хинамори взяла письмо, а Тоширо тактично удалился. Момо сорвала печать и жадно впилась взглядом в строки. Несколько минут жадного чтения — и лист бумаги выпал из ослабевших пальцев, а на лице девочки читались непонимание и испуг. — Ч… что? — пискнула Момо.— Как так? Но… неужели… *Карцер десятого отряда, камера строго режима номер 3* Лейтенант десятого отряда Изуру Кира лежал на койке, закинув ногу на ногу, закрыв глаза и что-то напевая себе под нос. Охранники переминались с ноги на ногу и смущенно переглядывались. Лейтенанта в десятом отряде все любили, и охранять его, заключенного в камеру, было, по меньшей мере, неприятно. — Эй, парни! — вдруг окликнул их Кира.— Не могли бы вы принести книжку? Она в моей комнате на тумбочке, нате ключ. Парень порылся в карманах формы и запустил ключ через всю камеру точно между прутьев, прямиком в руку одного из охранников. — Н-но мы не можем уйти, Изуру-сан, — начал один из них. — Ну, так позовите кого-нибудь, — пожал плечами лейтенант.— А то тут скучно, хоть волком вой, еще и эти чертовы кандалы, — парень демонстративно позвенел цепями из секки-секки. Внезапно из соседнего коридора раздался сильный взрыв. Изуру тут же вскочил: там была камера Хинамори. Охранники тут же насторожились. — Какого черта? — начал один из них. — Что-то случилось с Хирамори! — крикнул Кира.— Быстро, выпустите меня отсюда! — Н-но, не положено… — На «положено» нами наложено! — гаркнул Кира.— Дай сюда мой занпакто! — Цепи! — ахнул напарник, заметив, что лейтенант избавился от цепей и теперь умело, с явным знанием дела вскрывает отмычкой решетку. Пара движений — и замок открыт. — Давай сюда, — Изуру вырвал из рук офигевшего сослуживца занпакто и бросился в коридор. Там уже были капитан и два синигами, приводящие в чувство тюремщика. А в стене и в решетке зияли две аккуратные круглые дыры. — Вижу, ты вышел, — Тоширо обернулся.— Я хотел тебя освободить, но так даже лучше. Матсумото уже сбежала из своей камеры, камера открыта снаружи. Живо за мной. — Есть, — враз помрачнел Кира. «Похоже, это все дело рук капитана Ичимару, — парень поспешил за капитаном.— Если с Хинамори что-то случится…» Хитсугая и Кира нашли Ичимару и Матсумото в их отряде. Капитан десятого отряда шагнул вперед, медленно обнажая свой занпакто. — Я предупреждал тебя, Ичимару, — тихо произнес парень.— Что я не позволю тебе творить все, что вздумается. Ты убил капитана Айзена, и теперь хочешь убить Хинамори? — Что вы такое говорите, капитан Хитсугая? — ухмыльнулся Гин.— Как я мог ранить бедную девочку? Вы же сами попросили меня присмотреть за ней, грубовато, конечно, но все же… — Как же давно я мечтаю выбить из тебя дерьмо, — Хитсугая высвободил свою реацу, заставив лейтенантов вздрогнуть. — Ой, как страшно… если вы на меня нападете, я буду защищаться… Капитаны начали медленно наступать друг на друга, но остановились, сделав лишь пару шагов, и повернули голову в одном направлении. — Хинамори? — Хитсугая повернулся к девочке, появившейся на крыше.— Что ты тут делаешь? Уходи, здесь опасно! — Я думала, что это сделали вы…— прошептала девочка и поднялась, обнажая занпакто.— Но я даже не подозревала… зачем ты сделал это? Мгновение — и на лице Хитсугаи проступило изумление — Момо направила клинок занпакто на своего названного брата. — В своем письме капитан Айзен мне все рассказал, — глотая слезы, заговорила Хинамори.— «Момо, я оставляю это письмо для тебя потому, что больше не могу скрывать правду. За казнью Рукии Кучики таится злой умысел. Копье Сокёку — артефакт, обладающий огромной силой, и она высвобождается лишь для казни. Этот злоумышленник хочет использовать ее для того, чтобы уничтожить Сейрейтей и все Сообщество Душ. Я не знаю его мотивов, но этой ночью я встречусь с ним и попробую остановить. Если я погибну… Хинамори, прошу тебя: защити Сообщество Душ и убей мерзавца. Это моя просьба не как капитана, а как мужчины. Его имя — Тоширо Хитсугая». Услышав это, Гин широко оскалился, Рангику и Изуру выпали в прострацию, а Хитсугая с изумлением сделал шаг назад. — Он… он…— Хинамори пронзительно закричала и бросилась на Тоширо. — Кира, — велел Хитсугая и сделал шаг в сторону. — Понял, — лейтенант обнажил занпакто и парировал удар Хинамори.— Прости, Момо… Два выпада — и Изуру прижал клинок девочки в земле. Ребро свободной ладони опустилось на клинок занпакто прямо у рукояти, выбивая катану из руки Момо, а локоть в меру сильно врезался в челюсть, надежно вырубая девочку. — Как жестоко, лейтенант Кира, — ухмыльнулся Ичимару.— Я… — Кира, бери Хинамори и уноси отсюда, — Хитсугая высвободил реацу.— Я с ними разберусь. — Я вернусь сразу же, как только отнесу ее в безопасное место, — кивнул лейтенант, подхватил безвольное тело Хинамори и скрылся в сюмпо. — Рангику, уходи, — велел Гин. — Но Гин… — Уходи, — в голосе Ичимару зазвучала сталь.— И уходи как можно дальше, скоро здесь станет прохладно. Ты можешь простудиться. — Но… хорошо…— Рангику исчезла в неизвестном направлении. — А теперь…— капитан третьего отряда Готей-13 выхватил свой занпакто одновременно с Тоширо.— Покажи мне, чего стоит нынешний десятый отряд! Атака Ичимару была быстрой и непредсказуемой — Тоширо едва успел парировать удар и, пользуясь длиной своего меча, попробовал заставить врага отступить. Гин легко уклонился и нанес несколько быстрых ударов — его короткий клинок легко и непринужденно обходил защиту Тоширо и быстро нанес несколько неглубоких ран. — Чтоб тебя! — Тоширо выбросил в грудь противнику сокацуй и добавил мечом. Белый серп сорвался с клинка и оказался рассечен ударом вакидзаси, но своего Хитсугая добился — заставил Гина разорвать дистанцию. — Думаешь, что получил преимущество? — ухмыльнулся Ичимару.— Пронзи, Шинсо! Меч удлинился так быстро, что Тоширо едва успел выставить свой собственный клинок плашмя. Неожиданно сильный удар сшиб капитана десятого отряда с ног и вбил его в крышу здания напротив, поднимая тучу пыли. Шинсо несколько укоротился и начал наносить быстрые жалящие удары. Гин не хотел убивать Тоширо, но стреножить, лишить сил — это запросто… Неожиданный бьякурай продырявил его левое плечо и сбил концентрацию. Из облака пыли вылетел Хитсугая, слегка потрепанный, но не раненый и полный решимости надрать Гину задницу. — Снизойди с ледяных небес, Хёринмару! Небеса затянули тяжелые черные тучи, порыв пронзительного ураганного ледяного ветра пронзил капитана третьего отряда до костей, а в грудь ему понесся серп из сжатого льда. Быстрый и сильный удар был остановлен взмахом Шинсо, но вслед за серпом полетели десятки ледяных копий Гин разорвал дистанцию, уклоняясь от смертоносного града, но вслед за копьями ударил ледяной ленточный дракон. И не один — еще два таких же вынырнули из-за спины первого и атаковали слева и справа. «Вот черт, — Ичимару снова отступил, и сорвался в атаку, уклоняясь от потока воды и льда.— Стихийные занпакто такие проблемные…» Но и в ближнем бою Хитсугая не подкачал и как следует встретил противника, умело комбинируя занпакто, кидо и лед, и не позволяя Ичимару атаковать. — Маленький засранец, — пронзительные бирюзовые глаза распахнулись.— Пора мне взяться за тебя всерьез. Очередной ледяной дракон столкнулся с сокацуем и сгорел в вихре бело-голубого пламени, длинный клинок неожиданно изогнулся и едва не рассек Тоширо пополам, оставив на груди парня неглубокую косую рану. Ичимару держался на расстоянии, стремительно менял свое расположение и непрерывно обрушивал на капитана десятого отряда град сильных и быстрых ударов, быстро перехватывая инициативу. Не обладающий таким опытом боя с сильными противниками, Тоширо начал понемногу сдавать, и пошел на отчаянный шаг — рванул на Ичимару и подставился под колющий удар. Гин тут же разорвал дистанцию, но Хитсугая не отставал. Покрытый льдом клинок устремился к шее Ичимару, Шинсо наметил удар в сердце Тоширо… — Неплохо, — раздался неподалеку хорошо знакомый голос. До боли знакомый голос. Гин и Тоширо тут же замерли, вспоминая тренировки под бдительным оком наставника, не позволяющего им слишком сильно увлекаться. — Вы стали намного сильнее за эти двадцать лет, Гин, Тоширо. Я рад вас видеть, ребята. На крыше рядом с ними возник высокий синеглазый мужчина в белом хаори с длинными рукавами. Он также изменился: стал выглядеть старше, заматерел, в глазах появилось нечто незнакомое, чего не было прежде, и Гин все силился понять: что именно. — К-капитан Карасу? — выдохнул Тоширо, опуская занпакто.— Но… как? — Что, мне уже нельзя проведать моих любимых учеников?