Ну почему ты?

      — Итак, дорогие наши выпускники! Перед началом нашего праздника скажу вам еще несколько слов: желаю вам удачи в вашем счастливом будущем! — наконец, закончила свою речь директор.       Сейчас все ученики одиннадцатых классов стояли, так сказать «при параде» в актовом зале и с нетерпением ждали начала столь долгожданного выпускного. Все были нарядные и счастливые, ведь сегодня последний день их пребывания в стенах школы, ставшей для них родной.       Я, так же как и остальные, стоял и улыбался, глядя на то, как мой одноклассник несет на руках первоклашку, которая исполняла традицию «последний звонок». Они прошли весь зал, и помещение наполнилось бурными аплодисментами, вскриками, свистом и смехом.       — Ну что ж, а теперь можно начинать наш праздник! — объявил в микрофон, забравшийся на сцену Вовка - мой одноклассник. Все его громогласно поддержали. И я был не исключением.       Меня переполняли непередаваемые ощущения. Я был одновременно и безумно счастлив, что наконец закончился мой «ад» и одновременно совсем не хотел покидать стены школы, ставшей мне вторым домом. Я повернул свой взгляд в сторону Миши. Он стоял со всем остальными учителями и, улыбаясь, смотрел на меня. Сегодня он тоже был одет по-особенному: белоснежная рубашка, черный галстук-бабочка, черные, как всегда зауженные, брюки и черные туфли, волосы уложены. Он просто неотразим… Невольно я залюбовался своим любовником и опомнился только тогда, когда брюнет подмигнул мне. Мои щеки заалели.       — Димка, как же я буду по тебе скучать! — кинулась душить меня в объятьях Катя. Я выдавил из себя жалобное «Я тоже…», и она отпустила. — Да как же я без тебя теперь! Ну, ты же будешь приходить ко мне в гости? Конечно, будешь! Кто тебя спрашивать будет! — визжала девушка. Она была сегодня тоже красива. На ней было шелковое платье в пол, бежевого цвета, девушка еле держалась на своих высоченных каблуках, на голове была высокая красивая прическа, на которую парикмахеры убили часа три, не меньше. Я улыбнулся своей подруге.       — Да не расстраивайся ты, Кать! У нас еще весь вечер впереди! Праздник только начинается! — и с этими словами я поднял со стола бокал шампанского и громко произнес.— Ребят, давайте выпьем за наше будущее! Пускай завтра ни у кого не будет болеть башка, и никто не будет краснеть за свои совершенные сегодня поступки! — Катька поддержала меня и чокнулась со мной бокалом с шампанским. Пока учителя находились еще с нами и, ради приличия, все решили пить только шампанское. Пока...       Почти все окружающие меня ребята поддержали такой тост выкрикивая «Да!» «За будущее!» «Чтоб башка не болела!».       Через десять минут учителя потихоньку смылись от нас. Остался только Миша, так как он был нашим классным руководителем. Но его в нашей компании никто не стеснялся и поэтому, парни уже смело доставали из-за пазухи бутылки коньяка, вина (для девочек) и мартини. Миша лишь обреченно вздыхал и улыбаясь говорил: «Мне тоже налейте!»       Вот и началось веселье! Громкая музыка, веселые парни и девушки танцевали, пили, смеялись, фоткались на прощание. Все было просто потрясающе! Ближе к вечеру уже изрядно захмелевшие и осмелевшие парни начали подкатывать к девчонкам. Кто-то уже зажимался по углам и целовался, кто-то танцевал медленный танец при этом держа руки на не совсем приличных местах, а кто-то и вовсе уже закрылся в пустом кабинете школы (кроме нас в школе уже никого не было).       Я тоже уже выпил значительное количество спиртного и мою попу понесло на приключения. Я подбежал к Мише и, схватив его за руку, увалок танцевать. Сначала Миша упирался, говоря что ребята могут не правильно понять, но я ему объяснил, что все ребята уже на веселе и им абсолютно не до нас. К тому же, на что только не понесет пьяного школьника на выпускном, и медленный танец со своим классным руководителем - это еще пункт из списка приличных вещей. В конце концов Миша сдался, и теперь мы медленно покачивались в танце под тихую красивую мелодию. Я положил руки на плечи Мише и, обвив ими его шею, пристроил голову на груди, а его руки смыкались на моей талии (жаль, что не ниже… эх…)       Было так приятно медленно пошагивать, прижимаясь к любимому…       — Эй, Димка! Пойдем с нами? — позвал меня Вова, хихикая вместе со своими дружками. Какие-то они через чур веселые даже для столько огромного количества алкоголя в крови….       — Куда?— не понимал я. Оторвавшись от Миши, я все же пошел за парнями.       — Да так, покурить… Нам одним скучно! — ответил парень, не прекращая ржать как конь.       — А че ржешь? — не унимался я.       — Погода хорошая! — выдал он, и все его дружки опять выпали громко смеяться. Хм…подозрительно это как-то….Но все же я вышел с ребятами на крыльцо школы. Парни внимательно осмотрелись о наличии посторонних и Вова вытащил из кармана две самокрутки. Ооо… ну теперь ясно, чего они так ржали!       — Держи! — протянул мне одну парень, затягиваясь второй. — Угощаю! В честь праздника! — и опять смех гиены.       — Э… нет, спасибо, — я отошел на шаг назад. Нахер мне надо это? Я еще немного дорожу здоровьем и мозгами!       — Эй! Ты куда? Струсил? — хищно прищурился Вова. Аррр…ненавижу, когда меня трусом называют! — Все ясно! Ребята, он струсил! Ну беги к мамочке сисю сосать, малец! — огрызнулся одноклассник, а меня начало потряхивать.       — Дай сюда! — выхватил я самодельную сигарету из рук парня. Тот сразу заулыбался. Блин, вот и чего ему надо так? Сам бы и скурил! Эх, но трусом не хочется быть.       Я взял из рук Сереги, друга Вовы, зажигалку и уже поднес косяк к губам, чтобы затянутся, как вдруг сзади мне прилетел не слабый такой подзатыльник.       — Какого хре… — хотел я уже возмутиться, но когда обернулся то замолчал. Там стоял разъяренный Миша. Черт, спалился…       — Чертов, не много ли позволяете себе в стенах школы? — строгий тон. Все…Мне конец! По фамилии он называет меня только когда очень зол. Миша схватил меня за запястье и потянул в глубь школы, даже не обратив внимание, на до сих пор хихикающий парней.       Как только мы оказались в его кабинете, он резко прижал меня к двери. Бля…       — И какого хрена ты там творил? Здоровья много стало? — отчитывал меня. Ну, а ты че мне мамочка, что ли?!       Я был уже изрядно пьян, так что во мне не было уже ни страха, ни стыда.       — В жизни надо все попробовать! Живи и экспериментируй! — выдал я какую-то ерунду. Миша удивленно вскинул бровь.       — На эксперименты потянуло… — он стал приближаться к моим губам. И, остановившись в паре миллиметров, договорил. — Ну, так я тебе устрою сегодня эксперимент. Сидеть нормально не сможешь! — как-то злобно рыкнул он и впился в мои губы агрессивным поцелуем. Ну а я че? Я пьяный дурачок! Мне сегодня все можно!       Обхватив его шею руками, я принялся отвечать на поцелуй. По правде говоря, Миша никогда не позволял себе проявлять какие-либо близкие отношения мне в стенах школы. Он же говорил, что «Миша» я для него только за пределами общеобразовательного учреждения, а здесь он «Михаил Алексеевич». Но, видимо, и на него уже начинал действовать алкоголь, так как сейчас его руки уже смело блуждали по моей спине, опускаясь на ягодицы. Я невольно проскулил, когда он укусил мою губу и сжал в ладонях попу.       Нащупав замок на двери, я защёлкнул его и оторвался от твердой поверхности. Я запрыгнул с ногами на Мишу, обвив его талию своими конечностями. Он всегда мог удержать меня в таком положении, какой же он у меня сильный…       — Еще раз только посмей подумать о травке, и тебе пиздец,— злобно и хрипло проговорил Миша.       — Что, затрахаешь до смерти? — усмехнулся я и в отместку тоже укусил его губу. Тот вновь злобно рыкнул и опять, прижав меня к стене, ворвался в мой рот. Он засасывал мои губы, покусывал нижнюю, кусал язык… В общем, высказывал все свое недовольство моим поступком.       Я сам не понял, как оказался сидящим на его учительском столе. Но что я действительно понял, так это то, что возбудился. Причем не на шутку так… В ушах уже шумело, руки потряхивало, а губы жадно кусали Мишину шею. Все. Больше я не его ученик, и имею право ставить ему засосы.       Оставив пару алых пятнышек на его красивой шее, я перебрался к уху и прошептав: «Если ты сейчас ничего не сделаешь, я кончу прямо в штаны…», сжал его мужское достоинство в руке. Миша напрягся от моего действия и шумно выдохнул.       — Мы в школе… Здесь нельзя, — я хотел уже возразить, что мы закрыли двери, да и в школе никого нет, как он продолжил. — Ты слишком громкий, к тому же любишь выкрикивать мое имя. Спалимся… — улыбнулся он, а я покраснел, аки красна девица, и загрустил. Но тут меня чмокнули в щеку и шепнули. — Поехали ко мне… — я конечно же с удовольствием согласился и, спрыгнув со стола, чуть ли не побежал к двери из кабинета.       Выйдя из школы, я подбежал к недавно купленной машине Миши и стал терпеливо ждать хозяина.(машины, не своего! А хотя….)       Когда Миша уже завел мотор, машина взревела, и через пару минут мы тронулись места. Благо, дом его бы не далеко и по пути нам не попались гаишники, ведь Миша же за руль в не очень трезвом состоянии.       — Миииш…— заныл я в машине, когда мы стояли на светофоре.       — Что?       — Я хочу тебя…— «похотливо» пьяным голосом протянул я ему на ухо и сжал в руке его пах. Миша зашипел и мигом убрал мою руку.       — Сдурел что ли?! Мы на дороге! Потерпи до дома… — у мужчины уже сдавали нервы, а мне все неймется.       — Ну блин… я сильно хочу! — и опять моя неугомонная рука легла ему на колено, стала поглаживать его.       — Фа-а-ак… Малыш, лучше не лезь! — прошипел он, а я заметил нарастающий бугорок на его штанах. Хм, и правда, лучше не лезть. Секс в машине у нас был неделю назад, а сейчас нужно дождаться дома! Ведь в моей пьяной головушке возник хитроумный план по выбешиванию Миши. Спросите, зачем мне это? Сам не знаю! Но мою пьяную попень так и тянет на приключения.       Мы ехали еще минут пять, акогда наконец остановились возле Мишиного подъезда, я быстренько выпрыгнул из машины и побежал к дому. Миша последовал за мной. Так как код от домофона я знал наизусть, то мне не составило труда пробраться внутрь подъезда. Сразу за мной туда прошмыгнул Миша. Еще три минуты и мы уже на третьем этаже и Миша открывает дверь. Хм, это вызвало у меня какое-то дежавю. Вспомнился наш первый раз… Эх, я это никогда не забуду!       И вот мы уже проникли внутрь квартиры, я быстренько стащил с себя ботинки и кинулся к Мише.       Тот, конечно, подхватил меня и сразу поймал мои губы, запечатляя на них поцелуй. Я уже было растаял в его объятьях, но опомнился, когда мы стали шагать по направлению к его спальне. Я остановил его, на что получил удивленный взгляд.       — Пошли в зал, — сказал я, но от это лицо Миши исказило еще большее недоумение. На нем так и было написано «Зачем?»       — Потом все узнаешь…— интригующе произнес я и потянул его за галстук в комнату. Зайдя туда мы еще какое-то время стоя целовались, его руки блуждали по моей спине уже под рубашкой, а я одной рукой все так же держал его за галстук, а второй обнимал за спину. Ну что ж… думаю с этим пока хватит.       Я отстранил от себя мужчину, чем вызвал сильное недовольство и пару матов. Но когда я отстранил его, то ладонью ударил в грудь заставляя сесть на кресло, возле которого мы стояли. И опять же Миша в недоумении сел туда куда указали и приготовился к чему-то. Правильно делаешь! Готовься! Сейчас у тебя появится пара седых волос, потому что я собрался танцевать стриптиз! Да! Вот такая моя пьяная попа выдумщица!       Я отошел от брюнета и найдя неподалеку от себя магнитофон (и зачем он Мише?...) включил музыку. Мне повезло, так как включилась моя любимая Nine Inch Nails - Closer. То, что надо для стриптиза.       На выпускной я был одет как подобает - черные брюки, серая строгая рубашка и черый галстук. И по закону сегодняшнего вечера все это должно быть с меня снято.       Вот заиграла знакомая мелодия и начались мои движения плечами в такт музыке. Заиграл голос певца, такой сексуальный мотив… Негромко я стал подпевать ему, одновременно с этим потянулся к пуговицам на рубашке, не отрывая взгляда от лица Миши. Губа закусана, глаза полузакрыты… О да! Я знаю, чего ты хочешь! В танце, медленно выгибаясь всем телом, поворачиваюсь спиной и не спеша начинаю стягивать с себя рубашку, через плечо поглядывая на мужчину.       — Смотреть можно, трогать нельзя… — заявил я эротичным голосом и стал медленно приседать, виляя попкой и параллельно все так же стягивая рубашку. Я присел чуть ли не до пола,и рубашка слетела с моего тела, предоставляя возможность рассмотреть мою идеально выпрямленную спинку.       Потом поворачиваюсь к нему лицом в танце и складываю руки за головой, виляя бедрами, прикрывая глаза. Одной рукой провожу по груди, и медленно виду ей вниз. Большим пальцем подцепляю ремень и выдергиваю его из застежки резким движением опять же попав в такт музыке.       Тело выворачивается под нереальным углами, заставляя Мишу слюной давиться, наблюдая за мной. Его пальцы нервно сжимали подлокотники кресла, глаза неотрывно наблюдали за моим движениями, а губы медленно вдыхали прохладный воздух, чтобы хоть как-то остудить тело.       А я все продолжал. Одной рукой я расстегнул пуговицу и ширинку на брюках. Еще одно замысловатое движение бедрами, и с меня стали сползать штаны. Покрутившись вокруг собственной оси, я медленно стал стягивать брюки, приседая и все так же покачивая бедрами.       — Help me…— уже сам подпевал солисту Миша, видимо запомнив слова песни. Я усмехнулся его мольбе, но сегодня я беспощаден!       И вот на мне уже нет штанов. Носки я предусмотрительно снял за раннее, думая, что снимать носки в танце будет не очень сексуально. Еще одно па, и я почти сижу на полу с раздвинутыми ногами и, упираясь на одну руку сзади, начинаю имитировать толчки вверх откинув голову назад.       Но не долго. Потом резко встаю и ме-е-едлено и чувственно иду в сторону уже еле сдерживающегося Миши. О, да… я добился своего. В его глазах похотливый блеск с дымкой возбуждения. Он сглатывает скопившуюся во рту слюну и тянется рукой к своей ширинке. Я внимательно смотрю на это движение руки и хрипло подпеваю солисту.       — I wanna fuck you like an animal…       А ширинка Миши уже расстегнута, и теперь мужчина более спокойно вдыхает, когда его каменный стояк оказывается на свободе. Я невольно сглатываю наблюдая за вздувшимися венками, багровой головкой истекающей смазкой.       Боже… Нет! Нужно дотанцевать!       Опять поворачиваюсь к нему спиной, но в этот раз уже стою почти впритык. Медленные движения ягодицами, и я подцепляю резинку трусов, меееедлено тяну ее в низ. А после просто отпускаю их и они сами сползают с меня.       А вот и песня кончилась… Ах, как жаль! Хотя нет…       Чувствую теплые ладони на своих половинках, ведь до сих пор не повернулся к нему лицом. Стыжусь показать, как я возбудился от всего этого. Вздрагиваю от приятной близости, когда Миша отрывается от кресла и встает. Он в плотную прижат ко мне, и я чувствую, как его член трется о мою ягодицу. — Ммм...Миш…Ах!... — выдаю я что-то бессвязное и стону одновременно, когда одна рука Миши все так же сжимает мою попу, а вторая пробралась вперед и теперь тоже, видимо, на зло медленно, скользит по моей эрекции.       — Это было охуительно…— комментирует мой учитель-развратитель, и толкает меня вперед, призывая идти в спальню. И я, конечно же, не сопротивлялся! Желание было слишком велико, чтобы протестовать. Сейчас мне до безумия хотелось почувствовать его в себе…       По дороге в спальню, мы пару раз запнулись, похихикали, но все же с грехом пополам дошли до кровати.       Миша сразу же бросил меня на нее и, не утруждаясь расстегиванием рубашки, просто снял ее через верх, почему-то оставив галстук на себе. Я в очередной раз издал стон при виде любимого и такого сексуального тела. Мише моя реакция понравилась и теперь мою шею терзают мягкие губ и острые зубы.       Я схватился за Мишину спину и стал ее еле заметно царапать. Мне всегда нравилось на утро наблюдать за красными полосами на его спине. Выглядело так красиво… Но я отвлекся!       Куда он пошел?       Пришла моя очередь недоумевать, когда Миша встал с меня и направился к шкафу неизвестно зачем. Порывшись в нем пару минут, он достал оттуда какую-то странную черную коробку и с маньяческой улыбкой вернулся обратно ко мне.       — Поэкспериментировать, значит, тебе захотелось? — припомнил мне мой прокол Миша, заводя мои руки за голову и продолжая покусыватьуже не только шею, но и ухо. — Ну так получай… — и с этими словами над головой раздался какой-то странный щелчок и я почувствовал на своих запястьях холодок. Я уставился на него во все глаза, а потом откинул голову назад, прибывая в шоке от увиденного. На моих руках были зафиксированы наручники! Да не какие-нибудь с розовым мехом, а настоящие, железные! Охренеть…       Пока я прибывал в полнейшем шоке, Миша нацепил мне еще какую-то хренотень на шею. Потом отпрянул от меня, любуясь картиной. Его любовник, то есть я, лежал под ним совсем беззащитный, скованный наручниками, с раскрасневшимися от возбуждения щеками, с черным ошейником на шее (о, ужас!) и с раздвинутыми ногами. Брюнет закусил губу, хищным взглядом рассматривая меня.       — Секси…— заявил он, а я усмехнулся. Как же мне нравится, когда я вызываю в нем такие эмоции. И чтобы прибавить жара я чуть приоткрыл губы, облизнулся и закинул одну ногу ему на плечо.       — Ну и зачем все это? — спросил я, наблюдая за кадыком мужчины, который проскакал вверх-вниз, обозначая, что его хозяин в очередной раз сглатывает.       —Ты у меня теперь взрослый мальчик… Так что играть будем по-взрослому… —он взял мою закинутую ему на плече ногу и поцеловал ступню. Я покраснел. — А это все мой своеобразный подарок тебе на выпускной.       И молчание. Лишь пошлые стоны, вздохи и вскрики…       Ну, конечно! А что я еще должен издавать, если любимый сейчас ласкает ртом мой член, причем так умело, что я держусь из последних сил чтобы не кончить. Я старался не хвататься за его волосы, думая, что он может разозлиться и остановиться. А мне сейчас так хорошо, что совсем не хочется, чтобы он останавливался. Вот еще одно движение головой, и я вскрикиваю еще громче. Выгибаюсь навстречу горячему рту и испускаюсь. Миша не глотает, а просто отстраняется и вся жидкость стекает по его подбородку. Потом он поднимается и резко целует меня, давая попробовать на вкус собственную сперму. В принципе, по вкусу она почти ничем не отличается от спермы Миши, которую мне один раз довелось попробовать в туалете клуба, кажется месяца два назад…Да в принципе, это был не последний раз моего орального секса, так что чувствовать этот вкус я даже привык.       Теперь я обиваю мужчину руками (насколько это могут позволить наручники) и ногами, прижимая его ближе. Вот я чувствую пальцы Миши возле своего прохода, другая же его рука потянулась к этой злосчастной коробке. Я не видел, что он оттуда вытащил, но понял, что ничего хорошего это не сулит.       И когда Миша успел смазать пальцы? Еще два пальца прямо по нижние фаланги проникали внутрь меня, заставляя слегка поморщиться. Было не больно, ведь секс у нас был еще вчера, но неприятно. Он сразу стал двигать пальцами, пропихивая третий. Куда он торопится?       Я пытался заглянуть, что же он все-таки вытащил из коробки, но увидел лишь темноту.       Осенило меня только когда пальцы вышли из меня и к моему проходу подставили что-то холодное маленькое и округлое. Мои глаза полезли из орбит.       — Что это? — дрожащим голосом спросил я, чуть приподняв голову от постели.       — Тшшш… — Миша положил меня обратно. — Не волнуйся, тебе понравится, — и с этими словами в меня протолкнули какой-то шарик. Я запаниковал от присутствия в своем теле инородного тела, о котором я даже представления не имею.       — Миша, немедленно покажи, что это! Иначе я буду истерить! Мне страшно! — чуть ли не крича высказал я. Миша вздохнул и, вытащив из меня эту штуковину, показал. Это были какие-то шарики на ниточке, серьезно! Только от начала ряда до конца они все увеличивались.       — Это, — он кивнул в сторону «штуковины». — Анальные шарики, — пояснил он, а мои глаза округлились еще больше.       — Где ты их взял вообще!?       На это Миша промолчал и лишь впился в меня очередным глубоким и пошлым поцелуем. Так как я до сих пор был пьян, то не стал долго заморачиваться, насчет этих шариков и просто стал отвечать на поцелуй любовника. И вновь возле моего прохода инородный предмет, самый маленький шарик обильно смазанный лубрикантом стал проникать в меня. Мне было не привычно ощущать внутри себя что-то округлое, но я старался отвлечь себя поцелуями Миши. Потом за первым шариком последовал следующий, побольше. Я выдохнул в шею своему любовнику и постарался максимально расслабить анус. Всего шариков было около восьми, я не считал, но когда мужчина добавил третий, я непроизвольно заерзал задницей, мне было как-то стыдно от собственных ощущений. Мне было одновременно и дискомфортно от пребывания моем проходе лишних вещей, и приятно от того, как трутся шарики при вхождении о сфинктер.       Миша выцеловывал мою шею, кусал ее, одной рукой медленно надрачивая член, а второй пропуская в меня уже четвёртый шарик. Зачем я их считаю? Чтобы знать, когда кончатся мои мучения, и он, вытаща из меня их, войдет сам. Точно до того момента, когда Миша надавил на шарики заставляя их проникнуть глубже в меня, и пока они не задели простату. Тут я жалобно пискнул что-то несвязное и насадился уже сам наследующий шарик. Мише такая реакция понравилась, поэтому в награду он провел большим пальцем по уретре и стал сильнее надрачивать мне.       Я захлебнулся в ощущениях. Я испытывал что-то странно потрясающее. Было невообразимо приятно принимать в себя все последующие шарики, ведь чем больше их становилось, тем сильнее они надавливали на простату, и вызывали все больше мурашек на моем теле. Я уже не замечал, как громко стонал, да и не до этого было. Последний шарик был чуть меньше кулака девчонки и входил с трудом, было больно, я чувствовал, как максимально растянутый анал принимает в себя последнюю деталь игрушки, и недоумевал, что Миша будет делать ей дальше.       Однако, когда вся игрушка оказалась во мне и стала двигаться, меня просто выворачивало на изнанку. Я стонал, плакал то ли от боли, то ли от накатывающих оргазмов, извивался под телом Миши и ощущал в себе неторопливые движения, вторящие движениям руки на собственном члене.       — Ми-и-и…ша…Хочу… — тяну его за галстук к себе (он не разделся!?) и целую нежно в губы — Хочу тебя…внутри…— ни капли стеснения, ни намека на здравый ум, лишь чистое желание. У мужчины засверкали глаза. Или мне показалось в полумраке комнаты? Ладно, сейчас это совсем не важно.       Важно сейчас то, что он, наконец, вытаскивает «адскую вещицу» из меня, и наспех раздевается сам. Нетерпеливо вожу ладонями то по его телу, то по своему. Миша же, не церемонясь, перевернул меня на живот, быстро согнул ноги в коленях и одним резким толчком вошел в меня. Я вскрикнул то ли от неожиданности, то ли от ощущения заполненности в себе чем-то горячим. Даже ни капли не канючив насчет боли, насаживаюсь сам, уже не с силах сдерживаться.       Меня просто откровенно говоря долбят в зад. Причем размашисто так, глубоко и уверенно. А я что? Я подчиняюсь, насаживаюсь, стону, и извергаюсь на простынь в конвульсиях экстаза. Меня всего прошибло током. Такой бурный и крыше сносный экстаз я не получал кажется даже в первый раз. Сжимая Мишу внутри себя, неосознанно доводя его до финишной. И теперь он уже нокауте валится на меня с отдышкой.       Через какое-то время все же слез с меня и дал перевернутся на спину, хоть и сделать это было довольно болезненно.       Что это вообще было? Почему мне было настольно хорошо? Это у меня уже запястья отекли от наручников? Это я сейчас стонал во все окованное ошейником горло? Это я сейчас как полный придурок с полной задницей спермы лежу и как самый счастливый идиот улыбаюсь!?       — Ну как? — отдышавшись, спрашивает Миша. Не в силах что-либо сказать просто показываю большой палец направленный вверх и улыбаюсь, отметив то, какие у меня сейчас красные запястья.       — Мне тоже очень понравилось, — кивнул Миша и, прижав меня к себе, зарылся носом в мои волосы.       — А я не знал, что ты можешь быть таким развратным, — усмехаюсь ему в шею.       — Сам в шоке.-тоже посмеивается он.       — Учитель-развратитель, блин…

***

      На следующие утро у меня все безумно болело, и почему-то вспомнился собственный тост на выпускном «Пускай завтра ни у кого не будет болеть башка, и никто не будет краснеть за свои совершенные сегодня поступки!»       О, да! Выпускной определенно удался!