Демоническая симпатия

Лишь спустя пару часов старшая Пайнс окончательно вышла из царства Морфея и устроила сладкие потягивания в постели. Пухля молча наблюдал за собственной хозяйкой, громко хрюкнув. Мейбл откинула в сторону одеяло и поставила ноги на пол, сонно потирая глаза. Кровать брата пустовала. Девушка нашла в себе силы и поднялась сама, следуя к выходу из комнаты. Оказавшись на первом этаже, она обнаружила Диппера на кухне, который искал в шкафчике тарелку. — Доброе утро, соня, — произнес парень, доставая и вторую тарелку для сестры. — У-а-а, до-оброе, — протянула Мейбл сквозь сразившую ее зевоту. Близнецы одновременно сели за стол, и каждый насыпал себе в тарелку столь излюбленные хлопья. Глядя лишь на упаковку воспоминания начинали греть душу о пережитых моментах будучи маленькими подростками. Диппер моментами смотрел в окно, вспоминая Билла и рассвет. В голове никак не могла уложиться мысль о демоне, который кардинально изменился в человеческом обличье. Он прекрасно помнил Билла, который устроил Странногедон, и этот образ никак не сочетался с тем Биллом, который жил с ним в данный момент. Абсолютно два разных демона. Мейбл пару раз повозила ложкой по хлопьям и ссыпала их обратно в коробку, оставляя брата наедине со своими мыслями. Пухля, подобно домашнему коту, хвостиком побежал за ней. Диппер засунул очередную ложку с хлопьями в рот, переводя взгляд на ладонь с цифрой, которая напоминала о заключенной сделке лишь на словах. Она перестала быть привычного ярко-желтого оттенка и стала более бледной. — …Диппер, о ком мечтаешь? — раздался где-то над ухом голос Форда, который постучал парнишке по плечу. Диппер от неожиданности проглотил хлопья, заходясь в кашле. Мужчина постучал по спине, извиняясь за столь резкий приход. — Извини, ты сидел в своих мыслях и совсем меня не слышал. — Кх… все нормально, — ответил парень, откашлявшись. — Так, о чем задумался? — поинтересовался Форд, присаживаясь рядом. — О Би… сегодняшнем дне, — пожал плечами Диппер, продолжая завтракать. Он бросил мимолетный взгляд на Форда, переставая жевать. Обычно в это время в гостиной вовсю расхаживает Билл, наводя свои правила и порядки, но сейчас было подозрительно тихо. Парень продолжал смотреть на дядю, который молча вскинул вопросительно бровь. Присутствие Сайфера не ощущалось, будто его никогда и не было. — Дядя Форд, где Билл? — Стен тебе еще не сказал? — спросил мужчина, подпирая щеку рукой. Его взгляд опускается на ладонь Диппера, где еле заметно красовалась цифра. Взгляд Форда в миг меняется, и он прижимает пальцы племянника к столу, отчего тот так и застыл на месте. Теперь мужчина отчетливо смог разглядеть демоническую метку, мгновенно хмурясь. — Метка демона, — сквозь зубы процедил Форд, отпуская пальцы Диппера. — Когда ты успел ее получить? — Почему ты так встревожен? — взволнованно спросил Диппер, сжимая пальцы в кулак. — Я совсем недавно стал изучать подобные явления, — ответил мужчина. — Демоны оставляют метки на людях, но причины могут быть разные. И, поверь, Диппер, последствия могут быть весьма ужасными. — О чем ты? — Если демон покинет Гравити Фолз, не сняв с тебя метку, тебя ждет мучительная смерть, Диппер. Как ты мог согласиться оставить ее на себе? Неужели Странногедон совсем тебя ничему не научил? — Я получил ее чисто случайно, — тихо проговорил Диппер, оставляя тарелку в покое. — Схватил камень, который оказался ключом. — Ха, вот и причина нашлась, — задумчиво проговорил Форд, забегав глазами по племяннику. — Найди демона. Мы должны избавить тебя от метки, пока он не открыл портал в свое измерение и не освободил остальных запертых там демонов. Но меня почему-то не покидает ощущение, будто я что-то знаю, но никак не могу вспомнить. Пайнс тихо выдохнул, ощущая дрожь внутри грудной клетки. К Форду стали возвращаться запертые Биллом воспоминания. А сам Сайфер теряет контроль над его семьей. Диппера не перестают посещать тревожные мысли, одна из которых — демон покинул Гравити Фолз. Он повторно смотрит на бледную цифру, чувствуя нарастающую панику. — Дядя Форд, а если демон принял человеческий облик, то эта метка может вернуть его обратно в демона? — аккуратно спросил парень. — Нет. Никто не знает, как демоны принимают человеческий облик, зачем сравнивают себя с людьми, какие у них цели. Даже я так и не смог до конца это выяснить. — вздохнул в ответ Форд. — Но тебя пометил демон, и пока ты не избавишься от этой метки, ты не сможешь покинуть Гравити Фолз. И лучше найди его до того, как он сам покинет этот городок. Форд ушел в собственные мысли, не спеша поднимаясь из-за стола. Диппер лишь тяжело выдохнул, не веря в только что услышанную информацию. Но еще вчера Билл дарил парню рассвет и полёт, так беспокоился и во всю веселил. Даже поцеловал. Пайнс прикасается пальцами к губам, ощущая то чувственное прикосновение со стороны демона. А сердце в груди отразилось ударом боли. Диппер закрыл лицо руками, не желая больше ни о чем думать.  — Какой же я дурак. Поверил Биллу, а он как был черствым любителем захватить власть над городом, так им и остался. Смех Мейбл вывел его будто из транса, и Пайнс резко поднялся из-за стола. Пухля недовольно хрюкнул, спрятавшись за ногу хозяйки, а сам Диппер выбежал из Хижины прочь. Он остановился у начала лестницы, облегченно выдохнув: Стэн возился рядом с машиной, что-то напевая себе под нос. Диппер в спешке подбежал к мужчине. — Дядя Стэн! — окликнул его Пайнс. — Где Билл? — Билл? — переспросил Стэн и на мгновение даже призадумался. Он оставил машину в покое, переводя взгляд на парня, а затем его будто осенило. — А! Этот хороший паренек. Он ушёл. — Как ушел? Почему? — Я не уточнял, — пожал плечами дядя. — Он лишь попросил вас оберегать, что я и так делаю. Ответ дяди поразил еще больше, чем слова Форда о сказанной метке. Диппер старался сохранять спокойствие, чтобы окончательно не удариться в панику, и стал медленно отходить назад, пока и вовсе не сорвался на бег в сторону леса. Пайнс горел желанием найти этого проклятого демона и собственноручно отобрать его поганую жизнь. Диппер крепче сжал пальцы в кулак, стиснув зубы. После всего, что было за эти дни. После всех сказанных слов Билл оказался все тем же двуличным и самовлюбленным демоном, который лишь игрался. Бег сменился медленным шагом, а после Пайнс упал на колени, ударяя руками в землю. Боль сдавила грудную клетку, заставляя зашипеть от неприятного ощущения. Диппер сжал рубашку в области сердца, ненавидя его еще больше. — Чертов треугольник, как я мог?! — досадливо выкрикнул он, упираясь головой в сухую землю. — Как я мог проявить к тебе симпатию спустя столько лет? Как…? Диппер не смог больше скрывать то, что гложет его все это время: странное чувство в области левой стороны груди, приятная дрожь, достаточно Биллу коснуться, чувство желанности, как только Сайфер целует, и желание всегда находиться рядом с ним. Ответы были все это время рядом. Они жили внутри и лишь ждали момента, когда Диппер согласиться разумом принять их. — Я ненавижу тебя, Билл Сайфер! — выкрикнул в чащу леса Диппер, поднимая голову. Дыхание сбилось. — Как я мог привязаться к тебе, чертов ты демон? Зачем… зачем заставил влюбиться? Каждый заданный вопрос канул в тишине леса. Пайнс опустил голову и посмотрел на собственные ладони: цифра с каждым разом становилась все более бледной, но до конца не исчезала. Иногда она отдавалась красноватым оттенком. Он поднялся с земли и проследовал к тому месту, где когда-то была каменная статуя Билла. Аккуратно сложенные листья привлекли внимание Диппера, и он вновь сел на колени, расчищая пространство. — Что это тут у нас? — тихо пробормотал Диппер, взяв в руки дневник. — «Собственность Билла Сайфера». Парень оттряхнул его от пыли, внимательно рассмотрев со всех сторон, и сел под деревом. Первые страницы содержали фотографии: на них Билл был ещё демоном-треугольником, а рядом с ним находился другой треугольник. Совершенно полная противоположность известному демону: голубой и с напуганным взглядом, даже мелкая дрожь передалась через сделанную фотографию. На другой странице тоже была фотография, на которой было четыре демона, и все они были людьми. Среди них Пайнс узнал и самого Билла. Тот самый внешний облик, в котором Сайфер предстал перед ним в тот самый день. Пролистывая страницы взгляд Диппера цеплялся за текст. Но все записи были на языке Билла, который Диппер в силу своих возможностей знать никак не мог. — Голубой демон… Кто же ты такой? — проговорил мысли в слух Диппер, перевернув очередную страницу. — Что? Страницы не отдавали привычной свежестью, а имя «Диппер» было выделено красивыми большими буквами черного цвета. С левой стороны была нарисована небольшая цифра три и камень с меткой ключа. — Какого черта? — удивился парень, обнаруживая, что текст урывками написан на его языке. И, судя по почерку и уже давно засохшим чернилам, запись делалась в спешке и точно не Биллом: «Носителя ключа whort оберегать, Bill. Если ты дашь умереть ему раньше, hwo deso he teg erhe hwit oyu, ты навсегда застрянешь ni tsih wlodr. Мой тебе совет: найди с ним общий язык и постарайся сблизиться. Ti Liwl eb esaire fro tohb fo su. Как только все будет готово, I liwl tel oyu wkon. Приведешь сюда Maleb, и мы покончим с нашим заточением ceno dan verrefo. Akte acre, Bill, и не дай тайне раскрыться». От прочитанного у Диппера дыхание перехватило. Понять смысл данного послания было не так сложно. Он снова посмотрел на демоническую метку, стиснув зубы. — Твоя игра была блистательной, Сайфер. Какой же я дурак. Позволил поверить, что ты изменился, делаешь все из благих намерений, а на деле твоя цель — моя сестра и очередной Странногедон. Диппер сжал пальцы в кулак и перевернул страницу. Этот незнакомец обладал на удивление прекрасным почерком и знал человеческий язык. Судя по записям, этот демон смешивал два языка, не имея привычки писать лишь на своем. Родном. Каждый рисунок сопровождался текстом, который Диппер с легкостью понял. Красная цифра три означала боль, жёлтая — спокойствие, синяя — равнодушие, а вот бледная несла за собой более глубокий смысл. — Если цифра примет бледный оттенок, — начал читать вслух Диппер. — Значит, демон хочет вас оставить. Ха, неудивительно, чертов Сайфер. Ты ведь сделал все, что надо было. Почему бы не убить меня теперь? Он отбросил дневник в сторону, утыкаясь головой в колени. Три года назад Диппер сразу бы раскусил Билла и его план. Но сейчас все изменилось. И Билл, и сам Диппер также изменились, а правильный подход сделали все за себя. Пайнс ненавидел себя за проявленную слабость, за привязанность, которой обзавелся за время провождения с Сайфером. За влюбленность, которая нагрянула столь незаметно. Даже вчерашний поцелуй под деревом был очередной уловкой. И теперь, когда правда раскрылась, Диппер должен ощущать ненависть. Но ее нет. Только обида и злость, поселившиеся в глубине души, а также полное ощущение ненужности.