Through the silence

      Прежде чем, вы прочитаете главу, хочу сказать, что активность очень сильно упала. Я не понимаю почему. Может стоит вообще бросить это дело? Я просто не понимаю, какие - то истории про дерзких девушек, который спят с парнями во второй главе набирают тысячи просмотров, а моя работа, в которую вкладываю частичку себя, оценивается 10 просмотрами. Не думала, что я такая бездарность… Утро следующего дня началось быстро и суматошно. Мне пришлось с самого утра ехать в колледж, чтобы написать заявление о переходе на заочное обучение. В ближайшее время, я вряд ли смогу появляться здесь. Выйдя из кампуса, мне позвонил доктор МакАдамс и сказал, что для мамы нашлось место в автобусе, который едет в Бирмингем, именно в этот пансионат. Можно не ждать целую неделю и ехать прямо сегодня. Конечно, я сразу согласилась. Это всем сыграло на руку. Сегодня вечером я, может быть, уже буду за тысячи километров отсюда, и мама не должна оставаться одна. Там ей будет лучше, пока мы с Крисом не вернемся обратно в Лондон. Я возвращаюсь домой и сразу начинаю собирать вещи. Мне надо собрать еще сумку маме, а потом себе. Я заканчиваю упаковывать мамины вещи, когда вижу Криса в своей комнате.  — Что ты делаешь? — спрашивает он.  — Собираю вещи для мамы, — коротко отвечаю я.  — Доктор что — то сказал по поводу нее? — Крис садится на мою кровать. - Да, сказал, что уже сегодня мама сможет оказаться в Бирмингеме.  — Это же здорово, Эви! — вопит Крис, улыбаясь. - Да, конечно, — я отворачиваюсь от брата. Мне ужасно тоскливо от всего, что на меня свалилось. Боюсь, что когда — нибудь у меня закончатся силы. - Эви, что — то случилось? — Крис появился позади меня, отчего я вздрогнула. - Нет, ничего, все хорошо, — быстро отвечаю я, пытаясь не смотреть на брата.  — Я же вижу, что — то не так, — Крис кладет руки мне на плечи и поворачивает меня к себе. — Ты согласилась на работу у Зейна только для того, чтобы оплатить лечение мамы? Он смотрит на меня испытывающим взглядом, и мне становится еще хуже. Почему мы вообще завели этот разговор?  — Конечно, ты бы этого не сделал, — строго говорю я и отталкиваю брата в сторону, чтобы пройти. - Эви, пожалуйста, не начинай, — Крис стонет, закатывая глаза.  — Это ты не начинай. Зачем ты лезешь, допытываешься, хотя сам знаешь ответы на свои вопросы. Своей тупостью ты только бесишь меня, — огрызаюсь я, размахивая руками. - Ох, ну извини, что у тебя такой пустоголовый брат, — Крис начинает кричать, и я злюсь. — Я просто хотел помочь, а ты опять ставишь все с ног на голову и психуешь.  — Думаешь, что такими дурацкими вопросами можно помочь? Надо было помогать, когда ты только узнал об этом, а не напиваться в хлам, — говорю я. Слова вылетают быстрее, чем я успеваю подумать, и лицо Криса мрачнеет, но мне нет до этого дела. Надо было думать, прежде чем ссориться. Крис сжимает кулаки и смотрит на меня, нахмурив брови. А потом молча уходит из комнаты, тихо прикрыв дверь. О нет! Теперь он долго не будет со мной разговаривать. Крис никогда не выяснял отношения открыто. Он никогда не психовал, всегда держит злобу в себе, слишком злопамятен, и из — за этого я злюсь еще больше. Но извиняться перед ним я не собираюсь. Сам завел этот разговор и получил за это. Собираю остальные вещи. Маме я собрала целый багаж со всеми принадлежностями. Когда я выхожу в коридор, чтобы одеться. Крис подходит и одевается вместе со мной.  — Что ты делаешь? — недоуменно спрашиваю я.  — Вообще — то сегодня наша мама уезжает, и неизвестно когда мы увидим ее снова, — говорит Крис и, взяв сумки выходит за дверь. Я в последний раз смотрю на стены того места, которое называла и считала домом. Я не знаю, когда мы с Крисом вернемся, и вернемся ли мы вообще, потому что будучи «новичком» в команде Зейна, не приходится рассчитывать на доверие. Надеваю куртку и выхожу за дверь. Крис уже ждет в машине. Навряд ли мы еще вернемся, поэтому свои вещи я тоже беру. Едем к больнице мы в полной тишине. Сейчас мне не о чем разговаривать с братом, мне хочется просто насладиться молчанием. Мама расплакалась, когда мы провожали ее. Крис обнял ее, но я видела, как он смущен, и ему некомфортно. Крис обещает, что все будет нормально, пока мама будет в отъезде. Мне еще труднее прощаться с ней, чем Крису, но у меня нет выбора. Я крепко обнимаю маму, в последний раз вдыхая ее запах, провожу рукой по ее мягким волосам и собираю последние силы, чтобы не заплакать. А что если я больше ее не увижу? Если это наша последняя встреча? Мне становится еще хуже, но я стараюсь этого не показывать. Мама еще раз нас целует и прощается, садится в автобус и уезжает. С каждым метром в моем сердце появляется все больше трещин, и как только она совсем скрывается из виду, оно вдребезги разбивается, превращаясь в груду пыли. * * * Когда мы приезжаем на место встречи, почти все на месте. У многих небольшие дорожные сумки, исключая Зои и Лили. Они притащили с собой целые багажи. Луи и Найл дружелюбно приветствуют меня, на что я улыбаюсь. Лиам стоит в стороне ото всех, что, честно говоря, радует меня. Если он находится слишком близко, я чувствую себя в зоне поражения. Ко мне подходят Лили и Дес, но поговорить мы не успеваем, потому что из дома выходит Зейн с сумкой закинутой на плечо. Он подходит к Лиаму, и они обмениваются рукопожатиями, так же с Луи, Найлом и Крисом. Зейн пробегает по всем глазами и на секунду останавливается на мне, но только на секунду.  — Итак, все в сборе. Наша задача прибыть в город, забрать груз у одного человека и потом доставить его в назначенное место. Все просто, но мы не должны допустить ни одного промаха. Если мы допустим хоть один прокол, все наше дело полетит к чертям, — Зейн говорит жестким, властным голосом, голосом, который угрожает тем, кто допустит ошибку. — Сейчас мы едем в аэропорт, — Зейн смотрит на свои часы. — Самолет через два часа. Мы все рассаживаемся по своим машинам. Я по — прежнему еду с Крисом в нашей машине. Никто не нарушает тишину, которая окутала нас. Но когда мы стали на стали на стоянке у аэропорта, Крис не спешит выходить. Он глушит мотор и поворачивается ко мне. - Эви, ты точно готова к этому? Может быть, ты передумаешь? Когда мы взлетим, обратного пути уже не будет, — Крис говорит медленно, при этом держа меня за руку. Сейчас, смотря на своего брата, я понимаю, насколько все серьезно. И я переживаю за Криса, как и он за меня. Даже не смотря на то, что мы вечно ссоримся, наша любовь никуда не делась, и я с уверенностью могу сказать, что прикрою спину своего брата своей, даже если ценой этому будет моя жизнь.  — Ты прав, пути обратно уже нет. Мы все сделаем чисто и вернемся домой. У нас получится, братишка, — говорю я, смотря Крису в глаза. Он любит, когда я так называю его. В следующую секунду он тянет меня на себя и сильно обнимает. Я хватаюсь за его плечи и закрываю глаза. Я очень надеюсь, что когда мы вернемся, я еще не раз смогу вот так просто обнимать своего брата. * * * Регистрацию мы прошли быстро и сидели в самолете еще за десять минут до вылета. Я знала, что нас, новичков, пока не сильно жалуют остальные, поэтому совсем не удивилась, когда Дес, Лили, я и Крис остались в экономе, а остальная «элита» прошла дальше в бизнес — класс. Но совсем неприятным сюрпризом для меня стало то, что все трое сидели впереди, а мне досталось место с каким — то парнем, который постоянно что — то жевал и пытался через меня посмотреть в иллюминатор.  — Меня Рикки зовут, — сказал парень после двадцати минут полета, которые стали для меня настоящим испытанием. Я только слабо улыбнулась и снова поворачиваюсь к иллюминатора. — А тебя как? Этот парень все никак не угомониться, в я вроде даю ясно понять, что не намерена знакомиться.  — Эвелин, — отвечаю я, все еще смотря на облака.  — Круто! Ты живешь в Лондоне, а в Париж зачем летишь? — Рикки все не унимался, и с ужасом я поняла, что с каждым вопросом, он все ближе ко мне.  — По работе, — сухо отвечаю я, мысленно представляя, как моя ладонь встретиться с его лицом.  — И я тоже туда по работе. Может мы … — парень проводит ладонь по моей руке и хватает за запястье. Я мгновенно оборачиваюсь, и гнев так и просится наружу.  — Убрал свои руки, — жестко говорю я, смотря на парня в упор. - Эй, не парься ты так. Все будет круто, — этот нахал ухмыляется и тянется к моей коленке. - Она, кажется, сказала, чтобы ты убрал свои руки, — звучит металлический голос прямо над головой у Рикки.  — Чувак, отвали, мы тут заняты, — отвечает парень снова поворачивается ко мне, а я просто не могу оторвать взгляд от Зейна. Им полностью овладевает гнев, я вижу, как он тяжело дышит, как взгляд прожигает затылок Рикки. Я со всей силы тяну руку на себя и вырываю ее из хватки парня, и как только это происходит, Зейн хватает Рикки за рубашку и тянет вверх, так что тот больно ударяется плечом. - Ты, похоже, не понимаешь слов. Девушка сказала, чтобы ты отвалили от нее, но ты не не понял и захотел, чтобы твои руки превратились в обрубки. Сядь и заткнись, пока я не избил тебя и не перемолол в турбине самолета, — Зейн говорит таким тихим голос, что я действительно пугаюсь за жизнь Рикки. Зейн с такой же силой отталкивает парня, что он валится на других пассажиров, вызывая недовольные возгласы. - Эви, пойдем, — Зейн говорит более спокойно, но я знаю, что он еще борется с собой. Я быстро хватаюсь за руку, которую он протягивает мне. Мы идем по проходу, и я ловлю удивленный взгляд Криса. Только пожимаю плечами иду дальше за Зейном, но через секунду мы сталкиваемся с каким — то парнем. - О, Зейн, не знал, что ты тоже летишь этим рейсом, — парень расплывается в улыбке. Зейн еще сильнее сжимает мою руку, что мне становится почти больно.  — Джейсон, а ты почему не на личном самолете? — с такой же наигранной улыбкой парирует Зейн.  — Эти идиоты не подготовили его во время, поэтому пришлось лететь на обычном. Зейн, может быть, ты нас познакомишь? — Джейсон любопытно заглядывает за спину Зейна. - Эви, это Джейсон — мой старый друг. Джейсон, это Эви — моя знакомая, мы вместе работаем.  — Работаете? — Джейсон спросил, устремляя свой взгляд на наши руки. Мне стало так неловко и стыдно, что я поскорее вырываю свою ладонь из ладони Зейна, но он тут же ловит ее снова и на этот раз сплетает наши пальцы. — Только работаете или может быть что — то еще? Все ведь знают, что любая девушка рядом с тобой для тебя любимая и единственная, — Джейсон не может убрать идиотскую улыбку со своего лица, и мне хочется ему помочь.  — Конечно, Джейсон, — Зейн идет вперед и задевает Джейсона плечом. Когда мы приходим в бизнес — класс, Зейн садится ближе к проходу, а я возле иллюминатора. Впереди нас сидят Луи и Зои.  — Зачем ты это сделал? — спрашиваю я Зейна спустя пару минут.  — Сделал что? — он не понимает, о чем я.  — Не прикидывайся. Почему ты чуть не побил того парня. Он ведь ничего не сделал. Почти.  — В том то и дело, что почти. Сейчас ты находишься в моей юрисдикции, то есть я несу за тебя ответственность, и поэтому ты должна быть сосредоточена только на своей работе. На время нашей поездки ты не должна заводить знакомства или отношения, особенно с иностранцами. К твоему сведению, это одно из правил, и мы все его выполняем. - Ага, конечно, — я усмехаюсь, вспоминая, как Зои сидела на коленях у Зейна. Парень непонимающе выгибает бровь, но я отворачиваюсь к окну. Сначала я хотела спросить о тех словах, которые сказал Джейсон, но сейчас у меня нет никакого желанья. Я ведь знаю, что Зейн ответит, что это не мое дело, и что намного печальней, это действительно так.