Глава 29
5 июня 2016 г., 11:00
Когда я просыпаюсь, то чувствую, что в постели только я одна, а за дверью слышаться приглушенные голоса. Потираю глаза, пытаясь согнать последние остатки сна, и поднимаюсь на ноги.
— Зейн, нам придется это сделать. Он этого хочет, — я слышу голос Лиама. Он напряжен и немного груб. — Ты же знаешь, что он делает с такими.
— Да, но появились непредвиденные обстоятельства, — начинает Зейн тогда, когда я появляюсь в комнате. Все сразу смотрят на меня.
Тут собрались все. Гарри и Зои сидят на диване вместе с Найлом, Луи уселся в кресле, а на его коленях расположилась Дестини. Вид у нее очень обеспокоенный, и я это начинает меня пугать. Лили сидит в самом темной уголке, там, где ее почти не видно. Крис стоит, облокотившись на камин, и крутит в руках один из рождественских носков. А Лиам и Зейн ходят из стороны в сторону, что-то бурно обсуждая.
— Что происходит? — спрашиваю я, подходя к дивану и садясь на подлокотник рядом с Гарри. Мне начинает напрягать вся эта ситуация. Что произошло такого, что все собрались и сидят с такими обеспокоенными лицами. — Кто-нибудь мне объяснит? — повышаю голос я после долгого молчания.
— Эви, успокойся, — ко мне подходит Крис и кладет руки мне на плечи. Я смотрю на Зейна, но он о чем-то перешептывается с Лиамом и Луи. — Мы тебе сейчас все объясним.
Я бросаю взгляд на Дестини, которая тоже сидит, как на иголках. Ее глаза бегают из стороны в сторону, через каждые пару секунд она проводит руками по платью. Она обеспокоенно смотрит на Луи, тот только легко улыбается ей и снова поворачивается к парням. Это неведение меня уже начинает нервировать.
— У нас возникли кое-какие проблемы, — наконец, проговорил Зейн после долгого молчания. Все мы начали его внимательно слушать. — По мимо нас в компании есть еще несколько групп, которые тоже занимаются перевозкой грузов. После того случая, в Сиднее, компания потеряла несколько миллионов, поэтому меры стали более жесткими. У одной из групп, которая находится недалеко от нас, в Польше, возникли проблемы, поэтому мы должны срочно выехать к ней на помощь. Если мы этого не сделаем, нас обвинят в бездействии, а вы знаете, чем это карается, — Зейн замолчал и осмотрел на всех. В комнате повисло долгое и мучительное молчание.
— Когда мы выдвигаемся? — задаю вопрос я и тут же ловлю удивленные взгляды присутствующих.
— Поедут не все, только те, кто мне нужен там, — говорит Зейн, хмуро смотря на меня. Он, что, думал, что я буду просто так сидеть и волноваться, как все?
— Почему? — запротестовала я, вставая. — Мы ведь команда, мы все должны делать вместе.
— Эви, ты никуда не поедешь и точка, — резко ответил Зейн, бросая в меня строгие взгляды. Ну уж нет! — Мы должны вылететь уже сегодня ночью, чтобы утром быть на месте. Делаем свою работу и возвращаемся обратно. Поедут все, кроме девушек.
Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Тогда зачем мы здесь? Я уже хотела возразить, но посмотрела на Дестини, которая сидела в кресле, поджав под себя ноги, и чуть ли не плакала.
— Значит, нам уже надо собирать вещи, — сказал Лиам и направился к выходу.
— Можно нам хоть проводить вас? — еле слышно спросила Дес, шмыгая носом. Зейн коротко кивнул и посмотрел на меня. Я только закатила глаза и вышла из комнаты.
В своей комнате я переоделась в более удобную одежду. Не думаю, что спортивные домашние штаны и свитер со снеговиком были бы кстати. Когда я уже почти заканчиваю, в комнату заходит Лили.
— Эви, можно? — спрашивает подруга, неловко топчась в проходе.
— Конечно, проходи, — я улыбаюсь подруге и сажусь на кровать, предлагая и ей. Она садится рядом, почти вплотную, и я ужасаюсь. Лицо стало бело-пепельного оттенка, а кожа будто натянута на скулы. Под глазами огромные темные круги. То, что когда-то было ей в пору, теперь висит мешком. В глазах нет больше того веселого и искреннего огонька, который я всегда так любила. Она больше не похожа на девушку, которая так любит жизнь, похожа на ту, которая от нее устала. — Когда ты в последний раз ела? — спрашиваю я, беря ее за руки. Они ужасно холодные.
— Вчера, — отвечает она тихо и отводит взгляд.
— Лили, так нельзя! — протестую я, обнимая подругу. — Ты понимаешь, что вредишь себе? Давай я лучше позвоню твоим родителям, и ты улетишь обратно в Лондон.
— Нет, Эви, пожалуйста, — сразу же встрепенулась подруга, смотря на меня. — Я не хочу, чтобы они волновались. К тому же, Зейн сказал, что работы осталась совсем немного, и скоро мы все сможем вернуться домой.
Что значит, работы осталось совсем немного? Скоро мы уже окажемся дома? Почему Зейн мне ничего не сказал?
Я решила, что обязательно все выясню, но сейчас мне нужно позаботиться о Лили. Она важнее.
— Может быть, ты останешься у меня и немного поспишь? — спрашиваю я. Лили коротко кивает и ложится в постель. Я укрываю ее пледом, и, пожелав спокойной ночи, выхожу за дверь.
Все уже вышли на улицу и расселись по машинам. Мне, конечно, досталось место сзади в машине Луи и Дес, рядом с Зейном.
— Сначала заедем ко мне домой, соберем вещи, — говорит он Луи, тот кивает, и мы трогаемся с места. По дороге никто из нас не проронил ни слова; в воздухе витало такое давящее напряжение, но если я спрошу напрямую, что так тревожит ребят, а в частности Зейна, то никакого вразумительного ответа не получу. К тому же, меня сильно заботило то, что сказала Лили. Скоро мы все станем свободными, нас теперь не будут обременять ответственность и обязанности. Каждый из нас сможет пойти по той дороге, которой хочет. Что будет со мной и Зейном? Я точно вернусь в Лондон вместе с Крисом, ведь там осталась мама. Я так давно ее не видела, так сильно по ней соскучилась. А Зейн? Что будет делать он? Поедет ли он вместе со мной, или вернется к своей семье? Я не знаю, и от этого становится только хуже.
Когда мы приезжаем к дому Зейна, парни выходят, оставляя меня и Дес одних.
— Тебе не кажется, что они от нас что-то скрывают? — неожиданно спрашивает Дес.
— Кажется, — отвечаю я, задумчиво. — Даже более чем.
Из груди Дестини вырывается всхлип, и меня передергивает.
— Дес, ну не плачь, пожалуйста! — я быстро перелезаю с заднего сиденья вперед и крепко обнимаю подругу.
— Я боюсь, Эви, — всхлипывает она. — Луи слишком много значит для меня, и я не хочу его потерять, понимаешь? А я чувствую, что случиться что-то плохое.
— Тише, Дес, — я немного отстраняюсь от подруги и смотрю ей в глаза, пытаясь успокоить. — Ничего плохого не произойдет, слышишь? Парни — профессионалы своего дела, они быстро со всем справятся и вернуться обратно. Ну, не плачь, а то Луи меня убьет, если увидит в каком ты состоянии.
Я поглаживаю подругу по спине, повторяя, что все будет хорошо, и через какое-то время дыханье Дес выравнивается, и дорожки от слез высыхают. Заметив, что парни идут к машине, я пересаживаюсь на свое место и делаю вид, что ничего не было.
Луи и Зейн становятся еще более угрюмыми и хмурыми, чем до того, как ушли. У меня уже не хватает терпения, и я уже открываю рот, чтобы спросить, что на самом деле происходит, как Зейн нежно накрывает мою руку своей и поглаживает костяшки пальцев. Я непонимающе смотрю на него, но он упорно не поворачивает головы, глядя в окно. Его прикосновения были мягкими и нежными, будто я снова очутилась в своей комнате, в его теплых объятиях, которые защищали меня, в которых я чувствовала себя уютно, я чувствую, что нужна ему.
Когда мы приезжаем к аэропорту, то становится совсем темно. И зачем лететь так поздно? Лиам, Найл быстро уходят в самолет, взяв все вещи. Гарри и Крису я пожелала удачи. Дестини пыталась изо всех сил сдерживать свои эмоции и не показывать их Луи, но тот все равно все заметил. Мне стало ее очень жаль, она — моя лучшая подруга, я не хочу чтобы она страдала, хотя я не в лучшем положении, чем она.
— Ты злишься на меня? — спрашивает Зейн, держа меня за руки.
— Лучше спроси, сильно я злюсь или нет, — ответила я, смотря, как мелькают огоньки на взлетной полосе. — Ты видел, какая сейчас Дес, я не хочу волноваться так же, как она.
— Малышка, все будет хорошо, — Зейн легко улыбается и гладит меня по щеке. От его прикосновений у меня все тает внутри, мне не хочется его отпускать. Никогда. — Ты ведь веришь мне?
— Всегда, — шепчу я, когда он приближается ко мне, и между нами остается всего каких-то несколько миллиметров. Зейн еще шире улыбается и накрывает мои губы своими. У меня захватывает дух, а в животе завязывается тугой узел. Он целует меня так нежно, так трепетно, что у меня подкашиваются ноги, но его сильные руки, которые держат меня за талию, не дают мне упасть.
Я понимаю, что мне больше ничего не нужно, только он. Чтобы он был здесь, со мной, чтобы он принадлежал только мне и больше никому. Я не готова не потерять.
— Эй, голубки, может хватит миловаться? — кричит Луи, стоя на трапе. — Никуда вы друг от друга не денетесь.
— Не заставляй их ждать, детка, — улыбается Зейн, показывая своему другу, что сейчас будет.
— Я? Между прочим, это ты меня поцеловал! — возмущаюсь я его самовлюбленности и легонько бью его по руке. — Пожалуйста, будь осторожен, — теперь я говорю совершенно серьезно, всматриваясь в глаза Зейна. — Пообещай мне.
— обещаю, что буду осторожен, — говорит Зейн, и его улыбка становится все больше. — Так приятно, когда за тебя кто-то волнуется.
— Да ну тебя, — я высвобождаюсь и его хватки и иду к Дестинии, слыша, как Зейн ухмыляется. Ну, гаденыш, ты у меня еще получишь!
Подруга уже выглядит нормально, и когда я похожу к ней и беру ее за руку, она улыбается мне в ответ.
— Не скучайте, — кричит Зейн и заходит в самолет.
Проходит еще несколько минут прежде, самолет взлетает и скрывается в темноте ночи. Мне становится немного тоскливо, ведь теперь несколько дней я не увижу Зейна. Где-то внутри зарождается беспокойство, но я отгоняю его подальше. Зейн пообещал мне, что будет себя беречь, и я верю ему. Всегда буду верить.
