Кукла ли? Живой человек?

"А это что такое, папочка?"- - маленькая девочка шести лет с русыми, слегка отливающие рыжим волосами и ясными голубыми глазами пыталась достать со стола разные художественные инструменты. - Это, дочка, мастихин. - А это? - А это стеки. Они нужны для глины. Девчушка все расспрашивала и расспрашивала отца, а тот, улыбаясь, спокойно объяснял, для чего нужно разводить масло, как пользоваться массой для лепки и многое другое. Все это время он поглаживал ребенка по голове, приговаривая : " Когда ты вырастешь, все это достанется тебе, моя куколка!". "Правда?"- не верила девочка. " Правда" - подтверждал мастер...

***

- Вот я и вернулась! Закрыв дверь, я повернулась к мольбертам и улыбнулась. Тут все как всегда... - Пап, ты здесь? Ответом мне была тишина. Я встревожилась. Хоть отец и увлекался часто, забывая обо всем, но всегда мне отвечал, или хотя бы кричал, что занят. - Пап? Я прошла в соседнюю комнату. Моё сердце сжалось, дыхание перехватило. Он лежал на полу. Как-то неестественно лежал. В луже крови. Над ним склонился человек. Услышав мои шаги, он поднял голову. Это был мужчина удивительной красоты. Его темные, шелковые волосы были чуть выше плеч. Холодные серые глаза были словно два агата. Хоть он и сидел, было видно, что он достаточно высок и при этом строен, хорошо сложен. До меня дошло, что я бессовестно рассматриваю этого странного человека, вместо того, чтобы помочь отцу. Но я не успела опомниться. - Он мертв, Анастасия. Мужчина(нет, парень) усмехнулся. Все его лицо перекосило, буд-то плохо нарисованный портрет. Я удивилась. Почти никто не знал моего настоящего имени, ведь родители звали меня Стасей, и друзья почему-то считали, что меня зовут Станислава. - Почему он мертв? Это ты его убил? -Пожалуй, да. Я медленно выдохнула. Телефон в сумке-добежать не успею, оставила около двери. Броситься на него, отключить, а потом звонить в полицию? Он выглядит достаточно худым, может, и получиться его завалить... Парень смотрел на меня исподлобья. "Даже не думай. Я знаю, о чем ты думаешь, Анастасия" - он произносил мое имя с заметным удовольствием, словно смакуя, пробуя его. Я не понимала, почему он кажется мне знакомым. - Откуда ты знаешь мое имя? - Твой отец часто называл тебя так здесь - он обвел рукой студию. - Это так, но кроме нас, здесь никого не было. - Это тебе так казалось...- он снова криво усмехнулся, и я внезапно поняла, почему его лицо так странно ухмыляется. Отец не любил прорисовывать лица до конца. Да и людей он часто рисовал худыми... - Ты... Тульпа? - медленно, не веря своим словам, шёпотом спросила я. - Только дошло? - он медленно подошел к окну встал спиной ко мне. Я мутными, полными слез глазами смотрела на него. Много же раз предупреждали папу - не стоит этого делать!

***

- Отец, не надо! - Анастасия, пойми, я не могу! - Ты не виноват в его смерти! - Но...он...просит меня. Я так точно и не знаю, кем был этот мальчик с картины, висевшей в углу студии, для моего папы. Не знаю, насколько он был важен для него. Знаю только, что отец видел его смерть... Папа часто рассказывал мне о тульпах, перерождении людей, божественной силе. Я была доверчивым ребенком, но, когда он говорил о тульпах - я не верила. - Невозможно! Человек не Бог, он не может создать живое существо! - Анастасия, поверь мне - человек может все, если захочет. Другой вопрос - какой ценой... - Как ты не можешь понять - именно это меня и беспокоит! Ты ведь убьешь себя! - Все хорошо. Я справлюсь. Это был наш последний разговор на эту тему. После этого он больше не хотел меня слушать. И ведь не послушался же...

***

- Ну, что делать будем? Я опомнилась. И правда, он не может остаться безнаказанным. - А разве есть выбор? Я позвоню в полицию, ты будешь в розыске. Создание расхохоталось. - Ты не сможешь этого сделать - он резко повернулся и подошел ко мне. Я невольно отпрянула. Он был выше меня на голову. Что он собирается делать? - Это еще почему? - спросила я раздраженно. Ненавижу подобный высокомерный тон, сразу хочется осадить говорящего. - Ну, хотя бы потому, что во мне сердце твоего любимого папаши... Я оторопела. Спустя секунду я почувствовала на губах поцелуй, и тут же отпрянула, покраснев. Парень согнулся пополам от смеха. - Шу-утка. Теперь это сердце - мое собственное. Я посмотрела на него ненавидящим взглядом. Бросилась вперед, готовая убить, покромсать, да хотя бы ударить убийцу - но он поймал меня за талию и снова поцеловал. У меня закружилась голова, и я провалилась в сон...