Любовь и Ненависть.

      Кристиан постоял у окна, и вздохнув, вошёл в купе к Гермионе. Девочка читала «Тайны анимагии». Когда вошёл Кристиан, Гермиона оторвалась от книги.  — Что-то случилось, Крис? Мальчик улыбнулся, убирая с лица тоскливую маску.  — Всё в порядке, Гермиона. Крис сел рядом и взглянул на книгу. Гермиона заметила этот взгляд.  — Очень интересная книга, Крис. Просто здорово, что ты её нашел. Мальчик улыбнулся.  — Может, почитаешь вслух? Пока у меня есть время, я хочу узнать хоть что-то.  — Гарри с Роном бы такое рвение. — усмехнулась Гермиона и начала читать вслух. Наконец, поезд издал свисток, говорящий о прибытии на вокзал Кинг-Кросс. Горморн и Грейнджер синхронно вздохнули и поднялись. Кристиан собрал чемоданы Гермионы на тележку и, подхватив свой, направился к зачарованному барьеру. На маггловской стороне Гермиону встретили родители. Кристиан попрощался с подругой и, мысленно поблагодарив Поттера за предоставленную ему сумму галлеонов, часть которых дети на всякий случай перевели в фунты стерлингов, заказал такси до Тисовой улицы. Тисовая улица встретила мальчика холодной тишиной. Одинаковые дома ровными рядами молча тянулись вдоль улицы. Кристиан угрюмо побрёл к своему дому. Снег уныло скрипел под ногами. Вечернее небо было уже почти чёрным, и на улице зажглись фонари. Мальчик толкнул калитку, и пошёл по присыпанной снегом тропинке к крыльцу. Вдруг дверь распахнулась и навстречу мальчику выбежали наперегонки Натан, Траян и Нейрон.  — Кристи! Ты себе не представляешь! Наши родители — сквибы! Кристиан едва не сел в сугроб, от такого поворота. Ничего не соображая, он стоял, хватая ртом воздух.  — Эй, братишка! — Нейрон помахал рукой перед лицом брата. — Ау, ты нас слышишь?  — Слышу, сволочи! Чего так орать то. — фыркнул Кристиан.  — Да ты не кипятись. — махнул рукой Натан. — Папа сейчас у Дурслей. У него кстати повышение — секретарь фирмы теперь.  — И почему я не удивлён? — буркнул Крис, вспоминая способность отца заболтать кого угодно, и умение убеждать почти без усилий. Братья вошли в дом. Тепло небольшого дома являло резкий контраст с холодным, но чистым воздухом на улице. В воздухе витал запах пряностей и выпечки. Кристиан не сумел подавить улыбку. Всё таки это его дом. Здесь живёт его семья. И пусть радость возвращения была горькой, он всё равно был рад снова увидеть маму и братьев. При одной мысли о том, что он безбедно жил в Хогвартсе, в то время как его семья терпела отца, у Кристиана защемляло сердце. Натан забрал у брата чемодан и сумку, и унёс их в детскую. Кристиан не спеша снял шарф и пальто, сменил чёрные ботинки на серые тапочки, и пошёл в гостиную. Отца нет - значит, пока можно отдохнуть. Вдруг ему в колени ткнулось что-то тёплое и мягкое.  — Бадя! Кристиан ошеломленно уставился на маленькое существо, которые лепетало что-то, глядя на него своими серыми и понимающими глазами.  — Сев… Северус… — прошептал Кристиан.  — Клисти! — серые глаза малыша заблестели. Кристиан резким порывом нагнулся и подхватил существо на руки. Маленькие тёплые ручки обхватили шею старшего брата, и малыш крепко прижался своей мягкой щекой к бледному обветренному лицу.  — Северус… — от малыша пахло молоком. — Братишка… соскучился… Кристиан прижимал к себе малыша, который пару месяцев назад ещё еле ползал. Глупая счастливая улыбка изогнула губы мальчика, заставила чуть прищуриться глаза, свела брови ещё сильнее. Какой же ты дурак, Кристиан! Большой и непроходимый идиот!  — С днём рождения, сынок. Кристиан обернулся к маме.  — С прошедшим… — улыбнулась Лили и обняла старшего сына. Кристиан прижался к матери щекой, не выпуская из рук Северуса. Ты сволочь, Кристиан Горморн! Неблагодарный эгоист! Четыре месяца ты жил без отца, стоящего над душой, и не сделал ничего, чтобы поскорее забрать от него семью. Одинокая слеза прочертила на бледной щеке солёную полоску. Кристиан сжал зубы, у тебя нет права плакать. Ты лёд. У тебя нет чувств. Нет ничего. Только долг. Кристиан сглотнул. Мама забрала Северуса и позвала всех детей ужинать. Младшие братья накрыли на стол. А Кристиан стоял, словно окаменев, словно был лишним. Стоял и смотрел в одну точку.  — Кристи! Кристиан вздрогнул. Натан насмешливо смотрел на старшего брата.  — Идём ужинать, Кристи! А то я вижу, в Хогвартсе тебя не заставляли есть через силу. А ты и рад. Поверь братишка, если ты съешь лишнюю тарелку, это ещё не значит, что ты сразу станешь, таким как Дадли. Кристиан улыбнулся и сел за стол. Еда была простая, но вкусная. Гречневая каша с томатной подливкой, луковый салат с зелёным горошком, а на сладкое — вишнёвый пирог. За столом не разговаривали, чтобы успеть поесть к возвращению отца. С ужином покончили быстро.  — А теперь, — командным тоном начал Натан. — Все в детскую, а Траян — мыть посуду. Траян что-то буркнул себе под нос, показал Натану язык, но посуду мыть пошёл. Кристиан едва не рассмеялся от этого. Взяв Северуса на руки, он поднялся в детскую. Мама осталась в гостиной, чтобы когда придёт отец - занять его чем-нибудь (то есть, свежими новостями о мировой политике). До детской доносился звук плескающейся воды с кухни.  — Ну вот, Траян опять забрызгает всю кухню. — вздохнул Натан.  — Тогда зачем ты именно его отправил мыть посуду? — вскинул бровь Кристиан.  — Теперь уже без разницы. — махнул Натан рукой. Кристиан закатил глаза. Несколько минут все сидели молча. Наконец, дверь с грохотом открылась, а потом с не меньшим грохотом захлопнулась.  — Дети! Успокойтесь там! — раздался снизу мамин голос.  — Всё хорошо, мам! — крикнул Натан. Траян на это лишь фыркнул, и прыгнул на кровать, всем своим видом показывая, что была задета его королевская гордость.  — Трай! Хватит строить из себя Принцессу-на-горошине. Ай! В голову Натану врезалась подушка.  — Не смей называть меня принцессой! — взревел Траян.  — Тихо! Все замолкли и посмотрели на старшего брата. Кристиан грозно оглядывал своих братьев.  — Честное слово, как дети!  — А мы по твоему взрослые, что ли? — возмутился Нил. Кристиан обречённо возвёл глаза к небу - эти каникулы обещают быть шумными. Милый Хогвартс, ты был такой тихий! Отец после недавнего повышения был в хорошем расположении духа и пытался всем показать, какой он хороший. Правда у этого был и один минус: если ты не начинал сразу восхищаться им, а слишком задумывался о своём, отец обрушивал на витающего в облаках члена семьи потоки насмешек и унижений. Хорошо ещё, что его рукоприкладство ограничивалось подзатыльником, так как единственным витающим в облаках оказался Кристиан, успевший отвыкнуть от постоянного присутствия отца. Сосредоточиться на самовлюблённом бреде, который нёс отец, и скорректировать свою реакцию на его слова было сложно для мальчика, когда у него в голове вертелись мысли о Хогвартсе. Другое дело братья - они уже привыкли и вжились в роль. Отвечали на автомате, улыбались тоже на автомате. «Вот достойная замена Снейпу на посту шпиона.» думал иногда с усмешкой Кристиан, терпя привычную боль в затылке и глядя, как братья заговаривают отцу мозги. Терпеть боль мальчику было привычнее, чем подстраиваться под настроение отца. И он терпел. Молча и спокойно. Да и что такое подзатыльник, в сравнении с прежними порками. От братьев Кристиан узнал, что миссис Фиг признала их родителей сквибами. Случилось это буквально неделю назад. Отцу конечно, ничего говорить не стали. Он бы просто потом целую неделю посылал всех самыми «милыми» словами. Кристиана эта новость натолкнула на мысль. А с чего бы это в нашей семье начала просыпаться магия? И что самое интересное — у детей она проявилась сразу. А взрослые со временем стали из магглов сквибами. Однако, в шумном гомоне младших братьев, Кристиан отвлёкся от этой мысли, и со временем она затерялась, но не исчезла, а затихла на время на задворках памяти.