Любовь и Ненависть.

      Поиски пауков продвигались слабо. Этих восьминогих тварей, казалось, вообще не осталось в замке. А учитывая, что теперь студентов везде сопровождали профессора, задача становилась почти невыполнимой. На очередном Зельеварении Малфой, который хоть и держался от Горморна подальше, все же слишком распустился с тех пор, как отстранили Дамблдора, заговорил громче обычного.  — Я не понимаю, почему все нечистокровные студенты до сих пор не убрались из школы, — важно говорил он, надменно оглядывая класс. — И я не думаю, что МакГонагалл долго продержится на посту заместителя директора. Профессор Снейп, почему бы вам не выдвинуть свою кандидатуру? Мой отец поддержал бы вас, и я готов заявить, что вы лучший учитель в Хогвартсе. Крис замер над котлом и, медленно подняв голову, вонзил в Малфоя ледяной тяжелый взгляд. Внутри поднималась волна презрения к напыщенному блондину. Откровенная лесть не может быть честным признанием мастерства Снейпа.  — Профессор Дамблдор лишь временно отстранен от должности, мистер Малфой, — сухо ответил Снейп. — И я не удивлюсь, если он в ближайшее время вернется обратно.  — Но он не смог удержать контроль над ситуацией, — по тону Малфоя было видно, что это его совсем не расстроило. — Если честно, мне кажется, что грязнокровкам пора подумать о том, чтобы навсегда покинуть школу. Иначе с ними случится то же, что и с этой девчонкой Грейнджер.  — Малфой! Крис и Рон одновременно вскочили, выхватывая палочки. Гарри и Невилл разом схватили обоих за мантии. В кабинете вдруг стало холодно.  — Горморн! — в голосе Профессора Снейпа мелькнула тревога. Крис опустил палочку и закрыл глаза, восстанавливая дыхание. В кабинете повисла звенящая тишина.  — Запомни, раз и навсегда, Малфой, — в полной тишине голос Горморна звенел холодным льдом. — Тебе лучше молчать, когда я рядом. Однажды я уже предупреждал тебя об этом. Очевидно, у кого-то проблемы с памятью. Прозвенел звонок, и Снейп вывел учеников из класса. По правилам, он должен был сопровождать их на следующий урок. Пропустив студентов вперед, Зельевар, выдернув Горморна, пошел в самом конце.  — Что это было, мистер Горморн? — ледяным тоном спросил он.  — Простите, Профессор, — голос мальчика все еще был неестественно спокойным и ровным. — Я не смог сдержаться.  — Как раз сдержаться-то вы и смогли, хоть и после того, как я вас окликнул, — хмыкнул Профессор. — Но вам вообще не следовало выходить из себя. Мистер Малфой, отец Драко Малфоя, уже хотел исключить вас из школы, когда узнал о предыдущем выбросе. Поэтому для вас же будет лучше сдерживать эту магию.  — Мне абсолютно наплевать на то, что там хотят Малфои, — все тем же ровным голосом ответил мальчик. — Титул и состояние не дают человеку ничего, кроме лишней ответственности. Снейп молча взглянул на гриффиндорца. Тот смотрел прямо перед собой, и было видно, как он сдерживает ледяной ураган внутри. Что ж, пожалуй, сейчас его лучше не трогать. В теплице Гарри сообщил, что нашел пауков. Вся злость Криса улетучилась, и ему захотелось быть как можно дальше отсюда. Однако менять что-то было уже поздно. В больничное крыло теперь никого не пускали, и Крис невольно подумал, что если он в Лесу заработает приличную, но не смертельную травму, то тогда они быстрее доберутся до той подсказки, которую нашла Гермиона. Весь день Крису кусок в горло не лез. Он ходил хмурый и бледный, бросая на случайных встречных убийственные взгляды. В половине двенадцатого трое гриффиндорцев вышли из Башни под Мантией-Невидимкой. Самым спокойным из них был Поттер. Рон и Кристиан просто пытались отогнать плохое предчувствие. Проходя мимо дежурящего в коридоре Снейпа, Крис едва сдержался, чтобы не окликнуть его. Стараясь идти без шума, три друга вышли из замка. Сперва Гарри завернул в Хижину Хагрида. Темные окна Хижины навевали тоску, не говоря уже о жалобно скулящем Клыке. Взяв с собой собаку, мальчики двинулись в Лес за небольшой группой пауков. Под деревьями было довольно темно, и Крис с Гарри засветили «Люмос». Рон предпочел не рисковать сломанной палочкой. Чем дальше они шли, тем больше у Криса крепло убеждение, что он не просто ненавидит пауков, а ненавидит их очень сильно. Паранойя мальчика увеличилась до предела. Вдруг где-то сбоку послышались грохот и ворчание. Мальчики замерли, а Клык заскулил, прижимаясь к ногам Поттера. Гриффиндорцев на мгновение ослепил яркий свет, а потом раздался радостный голос Рона.  — Ребят, это же наш фордик! Крис облегченно вздохнул. Вот дурак, знал же, что машину встретите, а все равно подумал невесть что. Чертовы пауки! Внезапно что-то сильное подхватило мальчика за пояс и перевернуло вниз головой. Крис почувствовал, как сердце перестало биться, а воздух прекратил поступать в легкие. Голос отнялся, а сознание волнами захлестывал безумный ужас. Крис всеми силами старался не смотреть на существо, которое тащило его вглубь Леса. Он понимал, что это глупо, но никак не мог преодолеть дикий страх, который заставлял сердце глухо и неприятно стучать где-то в желудке. Крис потерял счет времени. Он почти не слышал, как Гарри говорил с Арагогом. Он только видел, как все меньше и меньше становится полоска земли, затянутая паутиной, между ними и акромантулами. Мальчик придвинулся вплотную к Рону и тихо, стараясь унять дрожь в голосе и сделать так, чтобы его зубы не стучали, прошептал.  — Если что, п-превращайся.  — Ч-что? — также стуча зубами, спросил смертельно бледный Рон.  — Т-ты же анимаг, — выдавил Крис. Рон отрывисто кивнул и стиснул зубы.  — Прощайте, друзья Хагрида! Теперь стена пауков стала стремительно приближаться. Одно мгновение понадобилось Крису, чтобы понять — это конец. Теперь их просто сожрут эти твари. Нет! Только не это! Я согласен погибнуть как угодно, но только не от того, что эти ужасные жвалы пресекут мою жизнь! Бешеная ярость медленно закипала в груди. В одну секунду превратившись в волка, Крис с диким рычанием ринулся напролом.  — Гарри! Рон! Клык! Послышался стук копыт и собачий лай. Пауки лезли отовсюду. Заглушив голос рассудка, Крис позволил жажде крови взять вверх. Обуянный дикой яростью, он ринулся вперед, уничтожая акромантулов. Он старался не думать о мерзости этих тварей и о том, что их жвалы ядовиты. Он просто ломал им ноги могучими ударам волчьих лап, рвал мохнатые тела когтями и клыками. Рядом бежали две громадные собаки: рыжий Рон и черный Клык, и раскидывающий пауков рогами олень. Акромантулы пришли в ярость. Некоторые из них уже были мертвы, а остальные жаждали уничтожить этих пришельцев, которые посмели бросить им вызов. Внезапно раздался грохот, сопровождаемый непрерывными гудками автомобиля. Голубой фордик, сверкая фарами, спешил на помощь хозяевам. Долго упрашивать детей не пришлось. Едва автомобиль распахнул дверцы, как звери приняли человеческий облик и прыгнули в машину, захватив с собой дрожащего от страха Клыка. Фордик, хлопнув дверцами, моментально рванул прочь, сбивая пауков. У опушки Леса фордик остановился и открыл дверцы. Трое гриффиндорцев и Клык покинули машину, после чего она уехала, мигая фарами. Крис и Рон пытались унять дрожь в руках и восстановить дыхание.  — По крайней мере, — часто дыша начал Гарри. — Теперь мы точно знаем, что Хагрид невиновен, и он не выпускал монстра. Крис с трудом понимал, о чем говорит Поттер. Ярость и ужас все еще кипели внутри. Он ненавидит пауков больше всего на свете! Теперь он точно это знает. Крис рефлекторно вытер лоб рукой и ощутил на ладони холодную влагу. Губы скривились в презрительной усмешке. В ушах стоял мерный гул. Вдруг мощные мохнатые лапы схватили его сзади и, прежде чем он успел что-то понять, нечто острое вонзилось в шею у правого плеча. Резкая боль пронзила мозг, в ушах зазвенело. Откуда-то издалека раздался чей-то крик, и мимо лица пронеслась вспышка заклинания. Мохнатые лапы разжались, и мальчик упал на землю. Крису показалось, что внутренности завязались в тугой узел. Во рту появился знакомый кисловатый привкус, и мальчика вырвало. В глазах потемнело от пронзающей голову острой боли, но тошнота не прекращалась. Ноги уже не держали мальчика. Кто-то подхватил его, закинув себе на плечо его руку. Разглядеть, кто из друзей это был, не хватало сил. Попытавшись разглядеть хоть что-нибудь сквозь багровую пелену перед глазами, Крис увидел на траве перед собой лужу темной вязкой жидкости. Рядом возникло рыжее пятно, и Рон подхватил его с другой стороны. Сквозь гул в ушах пробивался жалобный визг Клыка.  — Держись, Крис. Пошли, — раздался едва различимый шепот. И двое друзей повели его в замок. Снейп размашистым шагом рассекал вестибюль, уже минут пять крейсируя по нему. Вдруг двустворчатые двери начали открываться. Выхватив палочку, Зельевар метнулся к ним и замер, увидев кто вошел в замок. Он замер лишь на долю секунды, хотя этого хватило, чтобы разглядеть, пусть не все детали, но общую картину, это точно. Уизли и Поттер тащили смертельно бледного Горморна, которого рвало кровью. Мальчики и сами были белые, как мел, но все же могли передвигаться самостоятельно, в отличие от Горморна. Снейп замер лишь на миг, и со стороны могло показаться, что он просто запнулся. Но хладнокровие быстро вернулось к Зельевару. Мгновенно подлетев к гриффиндорцам, он подхватил Криса. Его рукав в том месте, где лег на правое плечо мальчика, тут же пропитался кровью. Открытая рана. На лице Мастера Зелий застыло убийственно спокойное выражение. Горморн дернулся, и из его рта снова потекла струйка темно-красной жидкости, заливая черную мантию. Снейп полетел в больничное крыло.  — Что это такое? — смертельно холодным тоном спросил он, не глядя на Поттера и Уизли.  — Его… — Поттер запнулся. — Его кажется укусил гигантский паук…  — Акромантул? — в голосе Снейпа нельзя было угадать никаких эмоции, но это вовсе не означало, что их нет. — И как же вы умудрились нарваться на акромантулов? Что вы вообще делали ночью за пределами не только Башни, но даже замка? Гриффиндорцы съежились от ужаса. Снейп, по непонятной причине, больше не задавал вопросов, и это только нагнетало обстановку. Мальчики едва поспевали за стремительно несущимся вперед Профессором. Даже лестницы не могли уменьшить его скорость, а Горморн, казалось, вообще для него ничего не весил. Вихрем ворвавшись в больничное крыло, Зельевар положил Криса на соседнюю с Гермионой койку и, призвав целую кучу баночек и флаконов, принялся обрабатывать рану, вливая при этом разные зелья в рот мальчика. Гарри и Рон встали возле Гермионы, с испугом смотря на неподвижное, словно маска, лицо Профессора, словно каждую секунду ожидали взрыва. Рон машинально взял окаменевшую Гермиону за руку и замер. В холодных пальцах девочки он нащупал скомканный лист бумаги. Рыжий аккуратно, стараясь не привлекать внимание Профессора, вытащил листок из неподвижной руки подруги, незаметно убрав его в карман. Снейп все так же методично, не обращая внимание на двух мальчишек, врачевал Горморна. Рвотные позывы прекратились, но зеленоватый оттенок лица все еще пугал. Влив Горморну в рот несколько капель серебристой жидкости, Зельевар наконец обернулся к двум гриффиндорцам. Ледяной взгляд обсидиановых глаз не предвещал ничего хорошего.  — Итак, — пугающе тихо прошелестел Мастер Зелий. — Что вы делали ночью за пределами замка?  — Мы ходили проведать Клыка, сэр, — быстро, не моргнув, ответил Гарри. Рон только прикусил язык, отдавая вожжи Поттеру.  — И? — Снейпу похоже этого было не достаточно.  — Мы с Клыком вышли на опушку Леса, а потом на Криса напал паук, — Гарри пытался вложить в эти слова всю свою убедительность.  — А вы знаете, мистер Поттер, что акромантулы, как правило, не уходят далеко от своего гнезда? — обманчиво-спокойный голос Профессора заставил мальчиков похолодеть. — Я, конечно, не буду отрицать, что мистера Горморна укусил именно акромантул, так как в крови мистера Горморна был именно его яд. Я не буду вас спрашивать, откуда на территории Хогвартса взялся данный вид особо опасных пауков, — глаза Профессора недобро сверкнули. — Однако, вы совершили огромный проступок, когда покинули Башню после отбоя, не говоря уже о том, что вы оказались за пределами замка. И это едва не обернулось летальным исходом для вашего товарища. Минус пятьсот баллов с Гриффиндора за ваш исключительный идиотизм. Хотя следовало бы снять не меньше тысячи. А теперь оставайтесь здесь и следите за своим другом. Я приведу вашего декана. Снейп удалился, зловеще взмахнув мантией. Гриффиндорцы смотрели ему вслед, онемев от ужаса. Крис едва не погиб, Гриффиндор потерял полтысячи баллов, а теперь еще и МакГонагалл придет. За что им столько несчастий в один день? Снейп быстро вернулся, как и обещал, он привел МакГонагалл. Декан Гриффиндора посмотрела на мальчиков так сурово, что им захотелось попросту исчезнуть. Коротко бросив «Поттер, Уизли, за мной.», она быстро вышла из больничного крыла. Обменявшись обреченными взглядами, гриффиндорцы поплелись за своим деканом. Снейп проводил безмозглого Поттера и не менее безмозглого Уизли ледяным взглядом, и склонился над Горморном. Зелье Сна-Без-Сновидений обеспечило мальчику сон на ближайшие несколько часов, но бледно-зеленый цвет лица не был нормальным. Яд акромантула — один из опаснейших ядов на планете. Хорошо еще, что Снейп встретил этих идиотов так быстро, иначе неизвестно, как истощенный нервным напряжением и суточной голодовкой организм Горморна справился бы с ядом. Возможно, встреть их Зельевар на десять минут позже, и мальчишке обеспечен был бы постельный режим на несколько месяцев. Одна потеря крови была бы колоссальной. Тяжело вздохнув, Снейп опустился на стул возле кровати и потер переносицу. С отстранением Альбуса проблем стало только больше.