Любовь и Ненависть.

      Только через несколько дней Рон нашел у себя в кармане смятый листок, который он взял у окаменевшей Гермионы. Едва прочитав, что там было написано, он тут же сунул его Гарри.  — Глянь, это я у Гермионы в руке нашел, — прошипел он, чтобы никто не услышал.  — И когда ты успел это найти? — тоже шепотом спросил Поттер.  — Пока Снейп поил Криса своими отварами, — покраснев, ответил рыжий. Прочитав информацию, написанную на старом листе, Гарри медленно поднял взгляд на Рона.  — Рон, Гермиона нашла, что это за монстр. Это Василиск, огромная змея. Вот почему только я и Крис слышали этот голос — мы умеем говорить со змеями. И пауки бегут, почуяв его. «Боится Василиск лишь пения петушиного.». Всех петухов Хагрида кто-то убил. Это сделал Наследник, чтобы Василиск мог беспрепятственно передвигаться по замку. Его взгляд смертелен, но никто не умер потому, что никто не смотрел ему прямо в глаза. Колин увидел его через объектив фотокамеры, и Василиск уничтожил пленку. Джастин увидел сквозь Почти-Безголового Ника, удар достался ему. Но Ник уже мертв. И не может умереть дважды. А когда Гермиона узнала о Василиске, она воспользовалась зеркалом, чтобы заглядывать за угол.  — А миссис Норисс? — оборвал речь друга Рон. Гарри нахмурился, пытаясь воспроизвести в памяти тот момент, когда они нашли кошку Филча.  — Вода! — наконец нашелся он. — В тот день на полу была вода. Миссис Норис увидела Василиска в отражении. Некоторое время оба молчали. Потом Гарри медленно заговорил.  — Рон, Арагог рассказывал, что пятьдесят лет назад Наследник убил девочку. Ее тело нашли в туалете. Что если она там и осталась?  — Плакса Миртл? — вскинул брови Уизли.  — Именно, — оживленно продолжил Поттер. — Только подумай, первое нападение на Хэллоуин было совершено в коридоре рядом с туалетом Миртл.  — Но как такая громадная змея может незаметно передвигаться по замку? — в поисках вопросов Рон был неутомим. Гарри взглянул на листок.  — Гермиона нашла ответ и на этот вопрос, — он протянул листок Рону. — Трубы. Василиск передвигался по трубам канализации. Поэтому я слышал голос из стен. Мальчики обменялись торжественными взглядами. Им казалось, что они открыли самую важную в мире тайну.  — Надо сообщить об этом МакГонагалл, — решил Гарри. Рон согласился с другом, и два гриффиндорца поспешили в учительскую. Однако, до учительской они так и не дошли. По замку разнесся магически усиленный голос МакГонагалл.  — Всем студентам вернуться в гостиные своих факультетов. Всем преподавателям собраться в коридоре второго этажа. Сердца мальчиков тревожно забились. Переглянувшись, они, не сговариваясь, побежали к упомянутому коридору. Затаившись за углом возле рыцарских доспехов, они незаметно заглянули в коридор. Мимо них черным вихрем промчался Снейп, заставив их на несколько секунд в ужасе задержать дыхание. На стене коридора, прямо под первой кровавой надписью, мальчики заметили новое сообщение, но черная мантия слизеринской летучей мыши закрыла обзор. Впрочем, дрожащий голос МакГонагалл лишил их необходимости читать самостоятельно.  — Наследник вновь совершил нападение, — говорила Профессор Трансфигурации. — На этот раз, он унес студента в Тайную Комнату. «Ее скелет навеки останется в Тайной Комнате».  — И кто же это, Минерва? — раздался голос Профессора Спраут.  — Джинни Уизли. Рон беззвучно ахнул, побледнев, как мертвец. Гарри молча сжал его плечо.  — Думаю, что школу все же придется закрыть, — убитым голосом произнесла МакГонагалл. — Дальше нельзя это так оставлять.  — Я что-то пропустил? От жизнерадостного тона Локонса затошнило. Все профессора обернулись к нему с явным намерением разорвать идиота на части.  — Монстр унес девочку, Златопуст, — впервые Гарри проникся к Снейпу таким глубоким уважением за то, что он применил к кому-то свою язвительную манеру речи. — Думаю, настал ваш звездный час.  — Мой час? — Локонс явно не понимал, что от него хотят.  — Да, Златопуст, — решительно поддержала Снейпа МакГонагалл. — Вот ваш шанс проявить себя.  — Вы ведь всегда жаловались, что вам не дают развернуться, — подхватил Флитвик.  — Пожалуйста, теперь действуйте, — заявила Спраут.  — О чем это вы? — нервно улыбаясь, спросил дезориентированный Златопуст.  — Вы всегда заявляли, что знаете, где находится Тайная Комната, — глядя прямо в глаза Локонсу, процедил Снейп. — Вы так рвались на поединок с монстром. Вперед. Теперь вам никто не помешает. Никто не встанет между вами и вашей победой. Теперь это ваша задача - спасти девочку. Мы очень надеемся, что вы оправдаете свое доброе имя, Златопуст. Сам Локонс уже вовсе не производил впечатление рыцаря в золотых доспехах. Под тяжелым взглядом аспидных глаз Зельевара, он весь сжался и его улыбка стала дерганой. Растерянно оглядев своих коллег, которые смотрели на него мрачно и сурово, он окончательно потерялся.  — Я… Я зайду в кабинет за… За палочкой. Выдавив подобие улыбки, Локонс поспешил уйти. Полные презрения взгляды профессоров летели ему в спину.  — Что ж, — тяжело вздохнула МакГонагалл. — По крайней мере, этот не будет мешаться под ногами. Профессора начали расходиться. Последним ушел Снейп. Два гриффиндорца стояли за доспехами, тяжело прислонившись к стене.  — Джинни… — хрипло простонал Рон, в отчаянии глядя на кровавую надпись на стене. Гарри с болью взглянул на друга.  — Пойдем, — сказал он, пытаясь унять дрожь в голосе. — Надо рассказать Локонсу то, что мы знаем о Василиске. Возможно, это хоть как-то ему поможет. И два друга побежали в кабинет Златопуста. Однако то, что они там увидели, поразило их.  — Вы что, уезжаете? — неверяще спросил Гарри.  — Да-да, срочный вызов. Я и так опаздываю, — бросая в сундук стопку разноцветных мантий, ответил тот.  — А как же моя сестра? — ледяным от злобы голосом спросил Рон.  — Я очень сожалею, поверьте. Но увы! Я ничем не могу помочь.  — Но вы же Профессор! — возмутился Поттер.  — Когда я соглашался на эту должность, в условиях не прописывались битвы с монстрами, — холодно ответил Златопуст. Гриффиндорцы едва не задохнулись. В их глазах уже начинало светиться то же презрение, которое питали к напыщенному павлину профессора.  — Значит, вы убегаете, — голос Гарри подрагивал от ярости. — А как же ваши подвиги, о которых вы писали в своих книгах? Неужели этот монстр страшнее тех, с которыми вы сражались? — Гарри даже пожалел, что не умеет вкладывать в слова уничтожающую силу, как Снейп. Златопуст только улыбнулся, снисходительно посмотрев на детей.  — Не все правда, что пишется в книгах, — спокойно ответил он. — Без всех этих историй, мои книги не имели бы и половины того успеха, каким пользуются сейчас.  — Что вы хотите сказать? — вкрадчиво прошипел Рон.  — Да, я не совершал всех этих подвигов, — пугающе спокойно улыбнулся Локонс. — Но не подумайте, что я брал эти истории из воздуха. Я лишь… Изменил действующее лицо. И согласитесь, я смотрюсь на обложке гораздо лучше, чем смотрелся бы тот одноглазый волшебник, который избавил деревню от оборотня. Я очень долго собирал эти истории, малыши. И это было совсем нелегко.  — Так вы просто присвоили себе чужие подвиги? — чувствуя у самого горла ледяную волну ярости, процедил Гарри.  — Можно и так сказать, — с довольной улыбкой ответил златокудрый павлин. — Чем я по-настоящему горжусь, так это своим умением накладывать «Обливэйт», заклятье Забвения. Оно у меня мастерски выходит. Не умей я накладывать его столь качественно, не было бы моей славы. Два гриффиндорца готовы были испепелить самовлюбленного идиота взглядами. И это им так восхищалась Гермиона! Даже Снейп в сто раз лучше его. Он, по крайней мере, не присваивает себе чужие подвиги. Все-таки молодец слизеринский ублюдок, что приложил этого павлина в Дуэльном клубе.  — Между прочим, — сияя слащавой улыбкой, произнес Локонс. — Мне придется и к вам применить мое коронное заклятие. Иначе мои книги потеряют свой успех. Однако едва он достал палочку, Гарри взмахнул своей.  — Экспеллиармус! Рон ловко поймал палочку Златопуста, а затем выбросил ее в открытое окно.  — Не стоило вам позволять Профессору Снейпу показывать нам это заклинание, — ядовито прошипел Гарри. — Вы просто бессовестный трус, который носил чужую славу. А теперь, вы пойдете с нами. Без палочки Локонс уже не сиял улыбкой. Он стал таким же дерганым, каким был недавно под холодными взглядами профессоров Хогвартса. Уперев ему в спину палочку, Гарри повел его к туалету Миртл. Никто не встретился им по дороге. Жалкое хихиканье Локонса только еще больше злило гриффиндорцев. А вспоминая о балаганных уроках этого идиота, они закипали еще больше. В туалете кроме Плаксы Миртл не было ни одной живой души. И мертвой тоже.  — Ну? И зачем вы сейчас пришли? — плаксивым голосом спросила Миртл.  — Спросить тебя о том, как ты умерла, — спокойно и ровно ответил Гарри, все еще держа Локонса на прицеле палочки.  — О! — Миртл вся расцвела. — Это было ужасно! — хотя судя по ее голосу, это было самое прекрасное событие на свете. — Я сидела на унитазе и плакала, потому что одна девочка обозвала меня очкастой дурой. И вдруг, я услышала, как кто-то зашел. И они стали говорить, но я ничего не поняла, потому что это был какой-то другой, очень странный язык. Но что меня удивило, так это то, что говорил мальчик. Я открыла дверь кабинки, собираясь сказать ему, чтобы он шел в свой туалет. А потом, я умерла!  — Ты… ты что-нибудь видела? — Гарри слегка опешил от радостного тона Миртл.  — Только два больших желтых глаза, вон там, — Миртл указала на конструкцию из раковин в центре туалета. Гарри и Рон тут же бросились к раковинам, принявшись крутить краны, но ни один не желал открываться.  — Они никогда не работали, — решила помочь им Миртл. Перестав крутить краны, мальчики начали внимательно их разглядывать. Вскоре, на одном из медных кранов, Гарри увидел маленькую нацарапанную змейку.  — Рон! Я нашел! Оба склонились над помеченным краном.  — Ты должен сказать что-нибудь, — произнес Рон. — Скажи что-нибудь на Парселтанге. Гарри уставился на змейку. Он мог говорить на Парселтанге только с живыми змеями. Прищурившись, мальчик приказал.  — Откройся! Ничего не произошло. Гарри вопросительно взглянул на Рона.  — Нет, это не Парселтанг, — покачал головой рыжий. Гарри вновь обернулся к крану. Подвигав головой из стороны в сторону, он попытался создать иллюзию движения. Наконец, ему показалось, что змейка зашевелилась.  — Откройссся! С губ мальчика сорвалось шипение. Кран засветился белым светом, и конструкция из раковин разомкнулась, открывая проход в огромную трубу, куда спокойно мог пролезть человек. Гриффиндорцы обменялись тревожными взглядами. Где-то там, внизу, сейчас Джинни. И Наследник. И Василиск. И неизвестно, что может произойти.  — Ну, кажется, я вам уже не нужен. Подрагивающий голос Локонса вернул ребят к реальности. Резко развернувшись, Гарри направил на него палочку.  — Ты пойдешь первым, — обращаться к трусу на «вы» не пришло в голову.  — М-может не надо? — испуганно озираясь, пролепетал Златопуст.  — Надо, — жестко отрезал Поттер, подталкивая «профессора» к проходу.  — Но… Почему именно я? — в ужасе глядя вглубь трубы, попытался сопротивляться тот.  — Вас не жалко, — ледяным тоном ответил Рон, толкнув Златопуста. Крик Локонса эхом отразился от стен трубы, и он вскоре исчез во мраке. Два друга, переглянувшись, прыгнули следом.