Любовь и Ненависть.

      Крис шел на отработку с ясным предчувствием того, что начало будет тяжелым. Снейп ледяным, полным гнева тоном назначил ему это наказание, едва опомнился при виде четырех детей, вошедших в кабинет Директора. Все, кроме Дамблдора, были в шоке. Минерва начала возмущаться, говоря, что назначать отработку больному ребенку - это просто зверство. Крис пришел в ярость от того, что его назвали больным, и Снейп, едва разинув рот, чтобы ответить Макгонагалл какой-нибудь уничтожающей фразой, тут же закрыл его и в изумлении взглянул на разъяренного гриффиндорца, который твердо заявил, что он здоров, как бык, и обязательно придет на отработку. Но несмотря на свое заявление Крис на самом деле не чувствовал себя здоровым. Плечо противно ныло, и рука плохо слушалась. Туман перед глазами то появлялся, то рассеивался, что делало и без того плохое зрение просто ужасным. Голова гудела, время от времени вспыхивая острой болью. Однако гордый волк не подавал виду, что ему плохо. Светлая улыбка, которую он дарил друзьям, уже стала привычной, и никакая боль не могла ее изменить на жалкую гримасу. И вот теперь он шел к Снейпу. Впереди ждала буря, но Крису нужна была эта отработка. Он хотел сводить Мастера в Тайную Комнату. Во-первых, там полно редких ингредиентов. Во-вторых, Бэйн сказал, что из Тайной Комнаты есть множество ходов, которые прежде никто не мог открыть. Вот только своенравный кентавр отказался еще что-либо уточнять. Ладно, сам найду. Ну и в-третьих, Крис не верил, что Слизерин был таким жестоким, что спрятал Василиска в замке для убийства грязнокровок. Однако между гриффиндорцем и Тайной Комнатой был, пусть и не очень долгий, путь, проходивший через Подземелья Снейпа. Постояв с минуту под дверью, Крис глубоко вздохнул и постучал. — Войдите, — резко и отрывисто послышалось из-за темной двери. Похоже, Профессор чертовски зол. Крис набрал в грудь побольше воздуха и, тихо открыв дверь, осторожно вошел, бесшумно заперев ее за спиной. Однако, это не сделало его незамеченным. Искрящийся яростью Зельевар стремительно пересек кабинет и навис над мальчиком, прижав его к стене. — Вам надоело жить, Горморн? — от ледяного шипения Профессора Крис похолодел и прижался к стене, вжав голову в плечи. — Вы решили изобразить великого героя? Рано вам еще в героев играть. Вам плевать на то, что я истратил на вас весь запас мощнейших противоядий. Вам плевать, что исчезновение пациента может довести Мадам Помфри до инсульта. Вам плевать, что профессора ответственны за ваши жизни. Вам вообще плевать на то, что кроме вас есть еще кто-то! Вы и Поттер — два безмозглых идиота, которые возомнили себя центром Вселенной! Вы хоть подумали, что я скажу вашей семье, если вы умрете? — А почему Вы должны им что-то говорить? — вдруг вскинулся мальчик. — Ведь не Вы являетесь деканом моего факультета. Снейп на миг опешил, с ужасом осознав, ЧТО он сейчас сказал. Но мысли Двойного Шпиона работали быстро. — Вы живете теперь в моем доме, — холодно отрезал Зельевар. Злость на беззаботность мальчишки ушла, оставив лишь понимание того, что нужно следить за своими словами. — Дамблдор наверняка решил бы, что я могу самолично сообщить вашим родным о вашей нелепой кончине. О чем вы думали, когда лезли в ту дыру? — Это не дыра! — почему-то оскорбительное определение, которое Снейп дал Тайной Комнате, задело мальчика. — А что же это в таком случае? — вопросительно изогнул бровь Зельевар, скривив губы в презрительной усмешке. Горморн нахмурился и опустил глаза. Он не мог объяснить Профессору, что его неодолимо влекло в эту Тайную Комнату, словно он потерял там что-то, очень давно, а теперь должен найти. — Я не знаю, — буркнул мальчик. — Но… Профессор, пожалуйста, мы должны туда вернуться! Сверкающие серебристыми искрами карие глаза встретились с пустыми черными. В карих глазах была молящая просьба, в черных — затаенный в недоступных глубинах нечитаемый ход мысли. — Куда мы должны вернуться? — медленно растягивая слова, спросил Зельевар, пристально глядя на мальчика. — В Тайную Комнату, Профессор, — тихо ответил тот. Несколько минут царило молчание. Затем раздался шелестящий, вкрадчивый, бархатистый голос Северуса. — Позвольте спросить, мистер Горморн, почему вас постоянно тянет туда, куда нормальный человек не полезет? Что я не видел в Тайной Комнате? — Но, Профессор, клянусь, Вы не пожалеете! — живо отозвался мальчик. — Там есть громадный труп Василиска. Это же целая гора редчайших ингредиентов! Да одной шкуры этого змея там столько, что Вы можете открыть лавку и нажить себе огромное состояние! Правда, сомневаюсь, что кому-то эта шкура понадобится больше, чем Вам? Снейп, прищурившись, смотрел в сверкающие глаза ребенка. Было очевидно, что мальчишке не терпится вновь побывать в Тайной Комнате Слизерина. Однако рвение это вызывало у Зельевара подозрение. — Я все же не понимаю, зачем вам лезть туда, — холодно проронил Профессор, хотя упоминание об ингредиентах разбудило в нем любопытство. — Еще больше я не понимаю, зачем вы меня хотите туда потащить. — Но, Профессор, ведь Вы найдете гораздо лучшее применение тому, что хранится в Комнате, нежели я! Вы ведь — Мастер Зелий! Вам они безусловно будут полезны. А я. Гарри как-то высказал предположение, что я могу стать зельеваром. Я думаю, это совсем неплохая идея. Когда мы ходили к акромантулам, я смог принести их яд только в собственной ране. Невелика добыча, учитывая, что его оттуда не достать в чистом виде. Но Василиск мертв. Я могу сколько угодно потрошить его и сцеживать яд, и он не сможет даже пикнуть. Зельевар внимательно смотрел на гриффиндорца. Тот горел желанием отправиться в тайник Слизерина, и этот энтузиазм медленно, но верно, начинал передаваться и Профессору. Подумать только! Целая туша Василиска! И куча шкур! Рай для зельевара. Конечно, грех будет не спуститься туда. Вот только открыть вход способен только змееуст, который, кстати, собственной персоной просит тебя туда наведаться. А почему бы и нет? Зельевар поднялся, чуть склонил голову набок, и провел пальцами по подбородку, задумчиво глядя на Горморна. — Хорошо, — медленно растягивая слоги, протянул он. — Я согласен сопровождать вас туда сегодня. Но только один раз. — Спасибо! Огромное спасибо, Профессор! — радостно воскликнул мальчик. Снейп скривился, пряча улыбку. Трансфигурировав перо в саквояж, Профессор уменьшил его до размера спичечного коробка и сунул в карман. Пятнадцать минут спустя студент и Профессор стояли в туалете Миртл. Привидение, к несчастью, оказалось на месте. — Жаль, что ты там не умер, Крис, — уныло произнесла Миртл. — Я была бы рада, если бы ты поселился со мной в туалете. Снейп, не найдя, что сказать, бросил взгляд на Гормона. Тот, казалось, был совсем не рад такому повороту событий. — Спасибо, Миртл, — сдержанно ответил гриффиндорец, мрачно изучая конструкцию из раковин в центре туалета. — Я как-нибудь подумаю над этим. Хотя не уверен, что я решусь покинуть те подземелья. — Я все равно подожду, — с улыбкой ответила Плакса Миртл, окончательно лишив Снейпа дара речи. — Угу, по меньшей мере тебе осталось ждать всего три тысячи лет. Откройссся! Вместо последнего слова, Северус услышал лишь шипение. Зельевар невольно сжал волшебную палочку, когда конструкция из раковин разомкнулась, образуя проход в огромную трубу. — Там, внизу, прямо под выходом, огромная лужа, — уведомил Мастера Горморн. — И да, пахнет там не розами. — Без сопливых скользко, — огрызнулся Снейп, заглядывая в трубу. — И Вы как всегда правы, Мастер, — серьезно усмехнулся Горморн. Снейп скривился и взял мальчика за руку. В другой руке у Профессора была палочка. — Готовы, Горморн? — резко спросил Мастер. Крис стиснул зубы, коротко кивнув. — На счет «три», — распорядился Профессор. — Раз, два, три! Оба прыгнули, не разжимая рук. Пролетев по трубе, как по водяной горке, они вылетели в каменный грот. Снейп вовремя выставил заклинание, и они задержались в пяти сантиметрах от зловонной лужи, что дало им возможность встать на ноги раньше, чем они искупались в этой жиже. — Похоже, здесь был обвал, — осмотревшись, констатировал Снейп. — Ага, спасибо Локонсу, — ответил мальчик. — Он хотел шарахнуть Гарри и Рона заклятием Забвения. Палочка Рона отразила заклятие в самого Локонса, да к тому же взорвалась. Вот Вам и обвал. — Здесь проход, — сообщил Профессор. — Это я и Рон разворотили, пока Гарри убивал Василиска, — подошел поближе гриффиндорец. — Пошли, Профессор. Самое интересное впереди. Снейп, скрипнув зубами, последовал за мальчишкой, который пробирался по грубому коридору так, словно был у себя дома. Он на секунду остановился перед двумя змеями, которые, переплетаясь между собой, вились по стене, и снова зашипел. Змеи расплелись, и стена разошлась, открывая вход в Тайную Комнату. Снейп невольно замер при виде зеленоватого свечения, исходившего из глубин Комнаты. Гулкий отзвук шагов Горморна заставил его очнуться и войти следом. — Вот, Профессор — мертвый Василиск, собственной персоной, — махнул рукой мальчик, в сторону поистине огромного змея, лежавшего на каменном полу в лужах кровавой воды. — Можете хоть всего забирать, если утащите. Снейп застыл. И это с этим двадцатиметровым монстром дрался Поттер?! С одним мечом в руках?! Похоже, нужно повнимательнее присмотреться к этому Золотому Мальчику. Быть может, он не совсем такой, как ты думаешь? Но это потом. А пока нужно собрать ингредиенты. Снейп так увлекся расчленением Василиска, что невольно вздрогнул, когда по залу разнеслось зловещее шипение. Зельевар выхватил палочку. — Горморн! — Все в порядке, Профессор! — откуда-то из глубины зала крикнул мальчишка. — Это я проверяю наличие еще каких-нибудь тайников! Снейп тихо выругался. — С чего вы взяли, что они тут могут быть? — крикнул в ответ Профессор, пытаясь найти мальчика взглядом в зеленоватом полумраке зала. Наконец, мальчишка показался из-за какой-то колонны и с хмурым видом двинулся вдоль стен, временами теряясь из виду. — Мне Бэйн сказал, что тут должно быть много ходов и комнат, которые очень давно, уже много веков, никто не мог открыть! Снова послышалось жуткое шипение. Снейп поежился. — Кто такой Бэйн? — спросил он. — Кентавр, — откликнулся мальчишка. Снейп замер. Все шпионские инстинкты бешено забили тревогу. Крепко сжав палочку, он двинулся по залу в направлении Горморна, стараясь шагать максимально бесшумно. — Кентавр что-то сказал вам? — осторожно спросил Зельевар. — Ну, вообще-то, он мне часто много чего говорит, — хмуро изучая сверкающую изумрудными глазами змею, ответил Горморн. — Только он все время говорит только половину. И с довольным видом усмехается, а потом уходит. Никогда ничего нормально не объяснит! Откройссся! Снейп чуть вздрогнул, услышав парселтанг, но не отступил. — Вы знаете, что кентавры не любят людей? И предпочитают не помогать им? Для них это было бы унижением. — Вероятно, тут все зависит от конкретного человека, — сверля змею сердитым взглядом, ответил Кристиан. — Может, они понимают, что я не желаю им зла? Кто их разберет. Откройссся! Откройссся, именем Сссалазззара Ссслизззерина! Черт! Глаза змеи ярко сверкнули, но больше ничего не произошло. — Дьявол, здесь должен быть какой-то пароль! — яростно воскликнул мальчик. — Вы уверены? — недоверчиво выгнул бровь Зельевар. — Более чем! Бэйн говорил о пароле, но вот говорить, что это за пароль, не захотел. Что ему, жалко, что ли?! Мальчик яростно пнул стену ногой, и заходил взад-вперед, бормоча себе под нос. Местами его речи очень напоминали цитаты из какой-то книги. — Здесь должен быть пароль. Должен быть… «В наше испорченное время никто не поймет того, что прежде было простым.» Здесь должен быть пароль. Такой пароль, который не придет в голову великому политику… Который не сможет даже представить тот, кто ослеплен властью и интригами… То, чего меньше всего бы ждали от Слизерина, но что было его истинным идеалом… Думай, дубовая башка! Думай! «То, что прежде было очевидным, сейчас утрачено и забыто.» Ну же! Снейп пристально следил за этим непонятным монологом. Вдруг мальчик резко обернулся к змее и зашипел. Змея сверкнула глазами и поползла вверх, открывая трещину в стене, которая стала раздвигаться, образуя арку входа. Ошеломленного Зельевара вывел из ступора хохот Горморна. — В чем дело, мистер Горморн? — холодно спросил Профессор. — Что было паролем? — Единство! — сквозь смех ответил тот. — Смутьян! Слизерин — смутьян! Сказка, придуманная идиотами, которые никогда не знали Слизерина! И Василиск всего лишь охранял эту дверь! Да и не только эту, я уверен. Волдеморту никогда бы не пришло в голову, что пароль, оставленный Слизерином — «Единство»! Снейп криво усмехнулся и перевел взгляд на образовавшийся вход. Горморн перестал смеяться и шагнул к арке. — Стоять! — рявкнул Снейп. — Никогда не лезьте вперед старших, Горморн. Особенно, если у вас нет подготовки. — Вы что, думаете, что там может быть еще один Василиск? — вскинув бровь, спросил мальчик. — Там может быть все, что угодно, — ледяным тоном отрезал Профессор. Крис нахмурился, но не сдвинулся с места. Снейп поднял волшебную палочку и пробормотал какое-то зубодребильное заклинание. Конец палочки вспыхнул мягким белым светом. Зельевар свел брови и осторожно шагнул вперед. — Там кто-то есть, Профессор? — раздался за спиной голос Горморна. — Из живых монстров — никого, — бросил Снейп. — Но здесь могут быть опасные артефакты. Ничего не трогайте, мистер Горморн, как бы сильно вам не захотелось это сделать. Ясно? — Да, Мастер. Люмос Максима! На конце горморновой палочки вспыхнул яркий свет, который тут же рассеялся по огромному залу, освещая его. Оба встали, как вкопанные. — Мерлинова борода… — только и сумел произнести Снейп. Перед ними был огромный зал, наверняка даже более огромный, чем Тайная Комната. Высокий сводчатый потолок уходил вверх метров на тридцать, не меньше. И весь зал был уставлен полками до самого потолка. А полки были полны книг. — Мать твою, это же библиотека! — наконец обрел дар речи Горморн. — И вы тем более не должны трогать книги без моего разрешения, — тут же отозвался Снейп. Два кладоискателя медленно двинулись вдоль полок. Кое-где, между книг и свитков, на полках, и в самом деле лежали амулеты и артефакты. Драгоценные перстни и медальоны, украшенные каменьями и испещренные руническими надписями. Золотые и серебряные статуэтки с руническими гравировками. Кинжалы и зеркала. Чаши и пряжки для мантии. Все, казалось, дышало магией. Кое-где, в широких проходах между стеллажами, стояли резные кресла и диваны, обитые парчой. Они шли около получаса, медленным, осторожным шагом, прежде чем добрались до противоположной стены. Здесь около десятка кресел и два дивана, были расставлены вокруг темного овального стола из массивного дуба. На столе стояло несколько золотых подсвечников с белыми свечами. Снейп однако не рискнул зажигать свечи. На стене, за диванами, висело собрание холодного оружия. Мечи, луки, колчаны со стрелами, копья, кинжалы, даже боевые рога. На небольших столиках, которые стояли вдоль стены, лежали кольчуги, шлемы, латные доспехи и даже седла и сбруя для лошадей. Снейп не успел даже опомниться, как Горморн рванул к стене и, сорвав с нее длинный двуручный меч, со звоном извлек его из ножен. — Горморн, брось… — но конец фразы застрял в горле. Клинок вспыхнул белым пламенем, которое передалось мальчику. Горморн весь засветился белым светом. По залу разнесся твердый, раскатистый, чуть хрипловатый голос Кристиана, который вновь явно что-то цитировал. — Клинок, что был сломан, вернется в Минас-Тирит. Пока мальчик произносил эту фразу, его облик стремительно изменился. Горморн вырос, став ростом не меньше Зельевара. Обычно прямые черные волосы вдруг стали волнистыми, и приобрели темно-коричневый цвет и, увеличившись в длине, рассыпались по плечам. На впалых щеках появилась темная щетина. Горморн больше не был копией Снейпа. Серые глаза незнакомого мужчины со смесью благоговения и восторга взирали на сияющий меч. А в чертах мужчины читалась властность, благородство и величие. Школьная мантия стала слишком короткой для него, напоминая теперь лишь нелепый короткий плащ. По залу понесся ледяной ветер. — Горморн! — опомнился Снейп. Мужчина вздрогнул. Свечение погасло, ветер утих, и к мальчику вернулся его первоначальный облик. С грустным вздохом, Горморн вложил меч в ножны. — Горморн, брось его, — резко приказал Зельевар. Мальчик посмотрел на него странным взглядом, лишь сильнее сжав ножны, в которых был меч. — Горморн, я сказал брось его, — закипая, прошипел Снейп. — Брось немедленно! В карих глазах что-то сверкнуло, и мальчик прижал меч к груди. — Он мой, — твердо и холодно промолвил Горморн. Снейп скрипнул зубами. — Дай его сюда! Он может быть опасен. — Конечно, — спокойно ответил тот. — Каждый из нас по-своему опасен. Я опасен, мой меч опасен. Даже Вы смертельно опасны для кого-то. — Горморн, — хрипло, клокоча от ярости, процедил Снейп. — Это может быть опасным артефактом. Чем дольше вы его держите, тем хуже могут быть последствия. Отдай его немедленно. Я должен его проверить. — Никогда. Он мой! — Глупый мальчишка! Акцио, меч! Однако, Крис мертвой хваткой сжал одной рукой ножны, другой рукоять меча. На и без того бледных кулаках побелели костяшки. Гриффиндорец стиснул челюсти, и из-под его ладоней побежали по мечу тонкие струйки крови. Снейп, зарычав, отменил заклинание. Тут нужна другая тактика. — Горморн, я лишь проверю меч на наличие темной магии, — стараясь говорить спокойно, начал Снейп. — Я видел, как магия отреагировала на то, что вы извлекли его из ножен. Я должен убедиться, что он безопасен. — Вы не понимаете, — яро возразил Горморн. — Он выбрал меня! Он ждал меня. Он звал меня сюда. Я пришел именно за ним. Это мой меч! Снейп с нарастающей тревогой вгляделся в лицо мальчика. — Что вы чувствуете? Что вы чувствовали, когда взяли меч в руки? — Это не ваше дело, — хмуро ответил мальчик. Снейп едва не задохнулся от возмущения. Да как он смеет?! — Не забывайся, Горморн! — зло зашипел Зельевар. Горморн свел брови и чуть опустил голову. — Простите, Мастер, — тихо произнес он. — Но Вам этого не понять. Он просто мой. И все. — Он просто сводит вас с ума, — резко оборвал Снейп. — Вы хоть понимаете, что делаете? — Понимаю, — спокойно ответил мальчик, извлекая меч из ножен. Всплеск магии не повторился. Клинок лишь сверкнул белым светом и погас, но на нем ярко играли отблески Люмоса. Только теперь Снейп заметил вьющуюся по клинку руническую надпись. — Дайте его мне, — шагнув вперед, протянул руку Зельевар. — Нет! — Там руны. Возможно, я смогу прочесть их. Крис настороженно взглянул на Мастера, медленно протянув к нему клинок, но не выпустил рукояти. Снейп презрительно фыркнул и склонился над мечом. Он долго изучал надпись, с каждой минутой становясь все мрачнее. — Я не могу их прочесть, — пробормотал он наконец. — Эти руны мне не знакомы. Я вижу их впервые. — Но хоть что-то Вы можете разобрать? — с надеждой спросил гриффиндорец. — Я не знаю, — проворчал Снейп. — Что-то похожее на «волк», «звезда», «лед», «наследник», «четыре», «путь»… Вам это о чем-то говорит? Снейп поднял пристальный взгляд. Мальчик был мрачен. Подняв меч в вертикальное положение, он вгляделся в рунную вязь. — Не знаю… — пробормотал он. — Лед — моя стихия… Волком меня называют братья… Звезды? Я люблю звезды… Нас четверо друзей — Гарри, Рон, Гермиона и я… Но дальше… Дальше путь мрачен. Крис не сказал Снейпу, что сочетание волка и звезд может означать Звездного Волка. Мальчика сбили с толку остальные слова. Пристально вглядевшись в руны, Крис едва не вскрикнул. Он уже видел эти руны. Точно такие же знаки были на золотом щите, который висел в заброшенном замке в том сне, что Крис видел в ночь на первое сентября. Совпадение ли это? Существует ли этот щит и этот замок на самом деле? И если существуют, то как они связаны с этим мечом? Как ты сам связан с ними? Загадки, загадки и снова загадки. Но нет ответов. — Горморн? Мальчик перевел взгляд на Профессора. Тот смотрел на него, вопросительно вскинув бровь. Крис вздохнул и убрал меч в ножны. — Нужно искать выход отсюда, — оглядывая зал, произнес он. — А ваш меч? — делая ударение на слове «ваш», спросил Снейп. — Он останется здесь, — твердо ответил мальчик. — Он будет ждать меня, пока я не вернусь за ним. — И когда же вы вернетесь? — скривился Зельевар, но Горморн то-ли не заметил сарказма, то ли сделал вид, что не заметил. — Когда придет время, — все так же твердо ответил он, странным взглядом глядя на меч. Снейпу вдруг показалось, что еще мгновение, и мальчик вновь превратится в того величавого, горделивого мужчину. Постоянное напряжение, которое всегда волнами исходило от Горморна исчезло, и спина его выпрямилась, хотя Снейпу и раньше-то не казалось, что она согнута. Плечи расправились, голова, всегда чуть наклоненная вперед, теперь поднялась. Лицо мальчика разгладилось, складка между бровей стала почти незаметной. От Горморна, казалось, волнами исходит холод и гордое величие. Снейп вдруг ужаснулся тому, насколько сильна магия мальчика. Насколько мысли и настроение ребенка способны менять ее излучение. Возможно, если бы этой магии не было, Снейп принял бы величавый вид Горморна за детскую игру. Но этот холод, пронизанный чем-то недоступным пониманию, заставлял невольно признавать силу мальчишки. Снейпу казалось, что весь зал отвечает на магию Горморна, делая ее еще сильнее. Дразнить мальчика колкими фразами вдруг расхотелось. Осталось лишь желание узнать больше об этой таинственной силе Горморна, которая была совсем не похожа на то, что Снейп видел раньше. Стоя рядом с Горморном, казалось, будто ты можешь взглянуть в седую древность, полную мудрости и величия. Казалось, что все школьные проблемы, баллы, заработанные факультетами, соревнования, уроки, вражда с Гриффиндором, грызня с Поттером… — все это стало таким жалким и незначительным перед этим величавым безмолвным холодом. Перед этим странным взглядом, которым Горморн смотрел на свой меч. Снейп перевел взгляд на меч. В глаза бросились следы крови, оставшиеся на оружии. Насколько упряма воля мальчика, что он дошел до этого, но все равно не отпустил меч. Зельевар сглотнул. Выходит, он совсем не знает мальчика. Вдруг Горморн резко развернулся. В карих глазах сверкнули серебряные искры. Меч со звоном покинул ножны, полыхнув серебряным светом. Горморн зашипел, и холод заколебался, а потом замер, словно став еще сильнее. Однако, вопреки ожиданиям Снейпа, Горморну ответили. Кто-то зашипел, и мальчик, передернув плечами, шагнул вперед, опустив меч острием к полу. Из-под кресла выползла золотистая змея с изумрудными глазами. Свернувшись кольцами, она подняла голову, и устремила немигающий взгляд на змееуста. — Кто ты? — зашипел мальчик. — Хххранитель, — зашипела в ответ змея. — Чччто ты хххранишшшь? — Тайну. — Чччто это ззза тайна? — Тайна Великой Чччетверки. — Рассскажжжи мне ее. — Не сссейчччассс. — Но когда? — Когда придет время. — Когда оно придет? — Когда нужжжно. — Чччто это ззза месссто? — Хххранилищщще Великой Чччетверки. — Отсссюда есссть выххход? — Да. — Один? — Много. — У ниххх один пароль? — Нет. — Чччто это за пароли? — Ищщщи сссам. — Но как? — Как нашшшел первый. — Почччему ты мне не ссскажжжешшшь? — Ты должжжен сссам. Мальчик сжал рукоять меча и его вдруг обожгла мысль. Змея уже хотела уползти. — Поссстой! — змея остановилась. — Чччто это ззза меччч? — Он твой. — Почччему? — Так надо. — Кому надо? — Тебе. — Ты зззнаешшшь, чччто озззначччают руны? — Да. — Ссскажжжи мне. — Нет. — Почччему? — Ты должжжен сссам. — А зззамок? Он сссущщщессствует? — Ты должжжен узззнать сссам. — Почччему?! — Это твой путь. Змея уползла, а Горморн остался стоять, яростно глядя на то место, где она только что была. Снейп, сжимая палочку слушал этот жуткий диалог, из которого он не разбирал ни слова, а слышал лишь шелестящее шипение. Когда змея наконец уползла, Зельевар вздохнул с облегчением. — Что она сказала, мистер Горморн? — осторожно спросил Профессор. Мальчик моргнул, нахмурился и опустил плечи. — Это хранилище Великой Четверки. Меч принадлежит мне. Отсюда есть много выходов, но все с разными паролями. Я все должен узнать сам. Черт! Она говорила как кентавр! Крис вложил меч в ножны и двинулся между стеллажей. Снейп пошел за ним. Наконец, гриффиндорец остановился возле высокого троноподобного кресла, перед которым стоял небольшой прямоугольный стол, покрытый красной бархатной скатертью с зеленым растительным узором, расшитой по краю золотом и серебром. Бережно положив меч на стол, Крис приложил левую руку к груди, отступил назад, а затем склонил голову, шепча что-то на непонятном языке. — Пойдемте, Профессор, — тихо и устало промолвил мальчик. — Нам нужно найти выход и пароль к нему. Снейп молча кивнул и, бросив последний взгляд на меч, последовал за ним.