Любовь и Ненависть.

      Стараниями МакГонагалл, Люпина, Молли и Лили одна из комнат замка была приведена в порядок. В камине трещал огонь, а вокруг стола собирались подгоняемые Артуром дети.  — Мы не опоздали? — весело спросил Дамблдор, пришедший вместе с Крисом, Натанусом и Снейпом.  — Как раз вовремя, Альбус, — отозвалась Минерва. Крис окинул всю компанию пристальным взглядом. Он уже думал о том, что в случае необходимости, Сириус Блэк отправится сюда, а потом этот замок станет штаб-квартирой Ордена Феникса. К тому же, Люпин тоже может остаться в замке. И еще…  — Крис, — теплая мамина ладонь легла на плечо. — Пойдем. Нужно кое-что обсудить. Освещенная теплым пламенем камина, полная братьев, друзей и наставников комната осталась позади. Закат уже угас, уступив место коротким холодным сумеркам. В коридоре было уже темно. Леди Горморн зажгла Люмос.  — Мам, — тихо позвал Волк. — Ничего, если Сириус здесь будет жить? Ну если его не оправдают. Да и если оправдают тоже.  — Сириус Блэк в смысле?  — Ну да.  — Пусть живет, — тихо ответила мама. — Замок-то большой.  — И Люпин?  — И Люпин, и Уизли, — вздохнула Лили. — А потом и весь Орден Феникса. Конечно, Волчонок. Только об этом потом. Они остановились у высокого окна. Снег казался синим. Дальние равнины исчезали в ночной мгле. Далеко-далеко, у самого горизонта, в щели между землей и громадой темных туч серебристыми точками мерцали звезды.  — Ты станешь королем, Крис, — тихо начала Лили. — Я знаю, это не такая прекрасная вещь, как иногда кажется. Но я хочу, чтобы ты запомнил раз и навсегда – твои братья всегда тебе помогут. Ты не один, Крис.  — Я знаю, мам, — мягко перебил тот.  — Знаешь, — кивнула мама. — Теоретически. Но на практике ты этим не пользуешься. Ты всегда молчишь, Крис. Ты ничем и ни с кем не делишься. Из тебя каждое слово нужно клещами тянуть. Неудивительно, что Профессор Снейп так часто злится.  — А он часто злится? — вскинул бровь Волк. — По мне, так он вообще постоянно злой.  — И ты с него берешь пример, — усмехнулась мама. — У Профессора Снейпа жизнь не сложилась, а у тебя кругом братья и друзья. И ты при этом предпочитаешь строить из себя хмурого волка.  — Я и есть хмурый волк, — возмутился Крис. — И вообще, к чему это все?  — К тому, что я не хочу, чтобы ты брал на себя слишком много.  — Я и не беру!  — Ты как раз и берешь, — сурово возразила Лили. — Начиная с самого первого курса.  — Что?!  — Ты ведь ни разу даже не намекнул профессорам, что может случиться дальше.  — И как бы я это сделал?  — Вопрос не в том, как бы ты это сделал, а в том, что ты даже не предпринял ни одной попытки. Ты решил, что сам проконтролируешь ситуацию…  — Но…  — …И в итоге все кончилось лазаретом.  — Ты только из-за этого так кипятишься? — убитым голосом спросил Крис.  — Вообще-то, не только, — скрестила руки на груди леди Горморн. — Но даже это уже повод для беспокойства. Ты, конечно, мальчик самостоятельный, но не настолько, чтобы решать все проблемы в одиночку. Вот скажи, почему ты ломанулся в Тайную Комнату один, да еще и с действующим сильнейшим ядом в крови, не предупредив при этом даже медсестру?  — Колдмедика, вообще-то.  — Как раз это значения не имеет, — отмахнулась Лили. — Факт в том, что ты бросился к черту на рога еще от прежней травмы не оправившись, и никому об этом не сказал.  — И что, по-твоему, я должен был сказать? «Профессор Снейп, Гарри с Роном пошли в Тайную Комнату спасать Джинни. Там их ждет громадный василиск и крестраж Темного Лорда». Да все бы просто списали это на бред, спровоцированный действием яда!  — Вот тогда бы и переходил к радикальным мерам, — фыркнула мама. — И то, прежде нужно было нам сообщить.  — В таком случае я бы, наверное, никогда не узнал о Ваэтроке и не нашел бы свой меч, — насупился Крис.  — Это тебя должно волновать в последнюю очередь, — нахмурилась Лили. — К тому же, меч ты нашел, когда спустился туда вместе с Профессором Снейпом. Кстати, ты ему и тогда умудрился нервы попортить. И я не сомневаюсь, что Основатели нашли бы способ, как побыстрее возродить род.  — Хорошо, мам, чего ты хочешь? — твердо спросил Волк.  — Я хочу, — прищурившись, ответила мама, — чтобы ты всегда говорил взрослым, если что-нибудь случится. Или хотя бы своим друзьям и братьям. А лучше всем сразу. И не пытайся решать все проблемы в одиночку.  — Мне казалось, мы уже обсудили этот вопрос, — уклончиво молвил Крис.  — Это не то, что я хочу услышать.  — Мам, я ведь все равно не могу этого обещать.  — Придется. Повисла тишина. Кристиан смотрел в окно, чувствуя на себе пристальный взгляд матери. Он не терпел, когда все кому не лень лезут в его дела. И рассказывать всем о всех своих планах, догадках и опасениях он не собирался. С другой стороны, мама от него просто так не отстанет. Что ж…  — Хорошо, мам, я обещаю, — преувеличенно уверенно заговорил он. — Но не обязательно буду всегда исполнять свое обещание. В следующую секунду Крис едва не задохнулся в маминых объятиях.  — Ты бестолковый волчонок, — прошептала ему в макушку Лили. — Такими темпами твой обожаемый Снейп раньше умрет от нервного срыва, чем от укуса змеи.  — Это шантаж! — пропыхтел Крис. — Ты меня всю жизнь будешь жизнью, или, вернее, смертью Снейпа пугать? Леди Горморн выпустила сына и взлохматила ему волосы.  — На тебя что-нибудь еще действует?  — Ужин, к примеру, — по-снейповски вскинул бровь Крис. — Я просто уверен, что мне ни крошки не осталось. А тем временем, остальная компания ужинала в импровизированной гостиной. — Мистер Горморн, — сделав небольшой глоток чая, обратился к Натанусу Дамблдор. — Скажите, что это было за заклинание, с помощью которого Вы привели своего старшего брата в сознание после последнего матча? Нат придирчиво посмотрел на директора и проглотил кусок вишневого пирога.  — Вообще-то, это никакое не заклинание, — довольно вздохнул он.  — Но тогда почему оно, в отличие от «Энервейта», сработало? — не унимался Альбус. — Как вообще Вы вернули Криса?  — Ну… — Лев тяжело откинулся на спинку дивана и рассеянно посмотрел в потолок. — Как бы Вам объяснить… Я просто хотел его вернуть, и все. А то «заклинание», это просто призыв на синдарине. «Услышь меня… Вернись к свету…» Вот, впрочем, и все.  — Все? — скептически выгнул бровь Снейп.  — Ну, почти, — раздраженно отозвался Натанус. — Крис Вам рассказал, что он видел. Я просто попал в тот же лабиринт, нашел Криса и забрал его. «Заклинание» всего лишь образует опору. Ну как бы это понятнее?.. Это звук, понимаете. Он направляет, не позволяет уйти в сторону и потерять основную цель. Тем более, что, зная значение этого «заклинания», я уже задаю себе четкое направление действия. А вообще, почитайте «Властелин колец». Там прекрасно все описано. Я только ацелас не заваривал, а в остальном практически все по инструкции.  — Ацелас? — криво усмехнулся Снейп.  — Здесь он не растет, — отмахнулся Нат.  — А что значит «практически по инструкции»?  — В книге Арагорн звал Фарамира по имени, — сквозь зубы процедил Лев. — Я же использовал вместо этого эльфийский наговор.  — Что бы Вы не использовали, мой мальчик, — с легкой улыбкой произнес Дамблдор, — вы являетесь природным ментальным магом.  — Чего? — скривился Лев.  — Вы проникли в разум Кристиана, не используя при этом никаких заклинаний, — улыбнулся Директор. — Причем, Вы сделали это без должной подготовки и сумели выполнить задачу, которая не под силу каждому магу. У Вас, несомненно, талант к ментальной магии. Нат лишь подавил кислую усмешку. Не очень-то хотелось говорить Альбусу об их с Крисом неудачной попытке освоить Окклюменцию. Что-то тогда никаких талантов не наблюдалось, только головы у обоих чуть не лопнули от боли. Да и последний визит в сознание Волка порядком вымотал гриффиндорца. Еще бы, проторчать в чужой голове целых сорок минут, да еще и вытягивать человека из его же собственного сознания. Нат представил себе, каково это, заснуть и не проснуться. Нет, ты живой, бродишь где-то по закоулкам собственного разума, а проснуться без посторонней помощи не можешь. Мальчик передернул плечами. Нет, он никогда не бросит Криса. Особенно учитывая, какие у Волка закоулки разума. И все же интересно, куда вел тот лабиринт? Похоже, поесть спокойно Крису в тот вечер было не суждено. Едва он с мамой вошел в гостиную, как его выдернул за двери Снейп. Волк едва не скрипнул зубами, но все же смолчал и последовал за Мастером. Вот чего им всем понадобилось с ним срочно что-то обсудить? Надеюсь, Северус последний, иначе… Да что иначе? Все равно ты ничего сделать не сможешь.  — Скажите, мистер Горморн, — резко начал Снейп. — Что Вы чувствовали в том лабиринте, когда услышали голос Вашего брата? Крис исподлобья взглянул на Профессора.  — Я же Вам все показывал.  — Это не то, — скривился Зельевар. — Это были только образы. А мне нужны ваши ощущения. Крис свел брови. Задачка была не из легких, учитывая, что он никогда об этом не задумывался. Однако Снейп, похоже, не считал все это пустой тратой времени. И, разумеется, объяснять он ничего не будет. Волк подавил тяжелый вздох.  — Я… Да почти ничего. Просто понял, что я больше не один, а потом увидел свет, который излучал Нат. Ну вот что бы Вы чувствовали, если бы заблудились невесть где, а потом услышали, как Вас зовут? Снейп опасно прищурился, но промолчал. Похоже, мальчишка сейчас не очень настроен на разговор. Решив отложить все выяснения на завтра, Зельевар вернулся в комнату к остальным. Крис устало помассировал виски. Больше всего на свете ему хотелось сейчас оказаться в Запретном Лесу. Одному, без дрожащих над душой родственников и друзей. Тяжело вздохнув, мальчик вернулся к остальным.  — Мальчики останутся здесь, — говорила МакГонагалл. — А мы, девочки, разместимся в соседней комнате. Пойдемте.  — Не забудь поужинать наконец, Кристи, — бросила через плечо мама. Крис обреченно закрыл глаза и подсел к столу. Вокруг него тут же материализовались близнецы Уизли.  — Крис, прикинь, что может сделать слизеринец в гриффиндорской спальне?  — Что?! — с трудом проглотив кусок пирога, скривился Волк.  — Просто согласно нашим наблюдениям… -…Снейп единственный слизерениц среди всей нашей компании…  — Даже профессора — все гриффиндорцы…  — А это значит…  — Что нам нужно…  — Держать ухо востро. Крис посмотрел на весело перемигивающихся братьев, как на полоумных.  — Вы это серьезно?  — Ну да! — воскликнул один.  — Вдруг он нас всех перетравит, — прошептал другой. Крис от души размахнулся, дабы наградить ближайшего из близнецов братской оплеухой, но тот увернулся, и Лорд с силой врезал по столу. Руку прострелило резкой болью и гриффиндорец, чуть поморщившись, прижал ладонь ко рту.  — Катитесь-ка вы знаете куда, — сквозь зубы прошипел он.  — А с чего ты эту летучую мышь так защищаешь? — совсем тихо спросил Фред, так как Зельевар наблюдал за их разговором слишком уж пристально.  — Он – мой Мастер, — отрезал Крис.  — И что? — поигрывая бровями спросил Джордж. Крис уже открыл было рот, чтобы ответить что-нибудь этакое, но передумал. Хватит с него на сегодня дебатов.  — И ничего, — буркнул он, наливая себе чай и беря еще кусок пирога. — Идите, вон, Поттеру говорите о своих шуточках. Я еще не поел нормально. Ступайте-ступайте. Близнецы прискорбно вздохнули и пошли к Поттеру. Крис проводил их тяжелым взглядом и невольно встретился глазами с Мастером. В обсидиановых глазах Зельевара была то ли насмешка, то ли упрек. Волк скрипнул зубами и, поднявшись из-за стола, подошел к камину. В лицо пахнуло жаром. Пляска огня завораживала, и мальчик опустился на коврик. Легкая улыбка тронула бледные губы. Он дома. По-настоящему дома. Отсюда никто не прогонит. Сюда не пройдут враги. Это действительно крепость. Моя крепость. И здесь смогут укрыться все, если понадобиться. Когда придет война. Что-то твердое коснулось руки. Крис оторвался от огня и увидел, что Нат подает ему гитару.  — Спой нам колыбельную, Кристи, — тепло улыбнулся Аслан. — Тогда сможешь сказку на Новый Год не рассказывать. Мальчишки взорвались смехом, даже профессора улыбнулись, все, если, конечно, ироничная усмешка Снейпа тоже считается за улыбку. Крис закатил глаза, но взял гитару. Даже он не сумел подавить счастливую улыбку, несмотря на злость на Натануса. Огонь в камине тихо потрескивал, наполняя душу теплом и покоем. Как бы ни долог был наш путь Через снега и ветра вой. Пусть только б ждал нас кто-нибудь, Когда вернемся мы домой. Чтобы горел в окошке свет И пели в очаге дрова. Забыть за дверью ворох бед, Порог переступив едва. Что может в жизни лучше быть, Чем возле печки тесный круг, Где можно обо всем забыть, Когда с тобою рядом друг. И пусть наутро мы уйдем, И затеряется наш след. Останется открытым дом, И не погаснет в доме свет.