Любовь и Ненависть.

      Крис сбросил латы и плащ, оставшись в только в кольчуге. Сейчас он чувствовал тот безумный прилив энергии, когда хотелось крушить все вокруг. Учебный год еще не кончился, но Дамблдор освободил братьев от занятий, и теперь Крис крейсировал по своему кабинету в Ваэтроке, едва не сметая все, что плохо лежало полами мантии, накинутой поверх кольчуги. Остановившись у окна, он запустил пальцы в волосы и зачесал их назад, запрокидывая голову. Может и Снейп, и Грюм, и другие орденцы, которые их поддерживали и правы, и люди действительно могут оказаться неблагодарными, но хотя бы твоя собственная совесть будет спокойна. Расправив плечи, Крис размял шею, которая уже почти одеревенела от прямой осанки (ну и от того, что Лорд был чуть ли не самым низким из своих сверстников), и отправился в Большую Гостиную, где сегодня проводилось собрание всех нынешних обитателей Ваэтрока и Ордена, удачно замаскированное под общий ужин. В нижнем ярусе башни Лорд столкнулся с четой Малфоев, которые только что покинули свои апартаменты.  — Добрый вечер, лорд… леди. Люциус ответил вежливым кивком, который вышел каким-то дерганым. Нарцисса попыталась улыбнуться, но улыбка получилась слишком натянутой. Крис нахмурился, по привычке крепче сжав челюсти и пошел на полшага впереди аристократов. Несмотря на врожденную неразговорчивость, Волк ненавидел конфликты, тем более под крышей своего дома, и потому счел своим долгом разобраться во всем более детально. В конце концов, лучший способ отвлечься от одних проблем, это занять себя другими.  — Вы не слишком довольны происходящим, лорд Малфой? — скучающе спросил Крис. — Вам оказали слишком плохой прием? Или я сам в чем-то провинился? Выждав несколько секунд и не услышав ответа, Кристиан остановился и обернулся лицом к своему угрюмому собеседнику. Внимательно взглянув в серые глаза блондина, Горморн оперся о колонну.  — Значит и то, и другое, — спокойно заключил он. — Жизнь — сложная штука, лорд Малфой. Иногда приходится идти на непредвиденные меры.  — А как бы Вы себя чувствовали на моем месте? — сквозь зубы процедил Малфой. — Когда меня, прирожденного аристократа и чистокровного лорда, заставляют прятаться среди полукровок и Предателей Крови. Тех, с кем я всю жизнь враждовал. Крис грустно усмехнулся.  — Возможно, я никогда не окажусь на Вашем месте, лорд. Могу просто не дожить до того времени, когда наконец решусь заводить семью. И, должен признать, так будет даже лучше. Оттолкнувшись от колонны, Крис продолжил свой путь к Большой Гостиной.  — Поймите, лорд, я сам полукровка, и меня не воспитывали как чистокровного волшебника, поэтому никаких проблем с чистотой крови я не имею. Не скрою, многие члены Ордена были против моего решения укрыть вас в Ваэтроке, и я их понимаю. Они были и против того, чтобы я самолично хозяйством управлял. Пришлось доверить это дело маме и миссис Уизли. И вообще, здесь почти каждое мое слово оспаривают. Хотя, в конце концов могут и согласиться. Я лишь хочу чтобы Вы взяли на заметку, мистер Малфой, что здесь Вам, волей-неволей, придется мириться с тем, что здесь нет такого большого превосходства лордов над простыми магами. И в основном главный Дамблдор. Я пока всего лишь Наследник, а король это просто кличка. Хотя многие, конечно, и думают иначе, те же кентавры например, или половина Ордена, которая считает меня королем, только пока я не начну с малышней играть или еще что-нибудь в этом роде. Люциус мрачно выслушивал весь этот детский бред, который непонятно зачем нес Лорд Горморн. Однако, своей цели мальчик все же достиг, а именно сумел заставить Малфоя заговорить открыто и без страха, что стихийный маг превратит его в глыбу льда. Все же когда человек несет сущую околесицу, значит у него прекрасное расположение духа и он не воспримет слишком всерьез ваши слова, а главное, из него можно вытянуть все нужные ответы. Почти все. И Люциус решил рискнуть.  — Скажите, Лорд, — осторожно начал он. — Зачем Вы это сделали? Зачем… спасли нас от Темного Лорда? Что Вам нужно? Какую цель Вы преследуете? Зачем мы Вам? Крис остановился и посмотрел в глаза аристократу своим серебристым нечитаемым взглядом. Если бы Люциус знал повадки Волка чуть лучше, он бы понял, что сейчас начнется молчаливая игра в гляделки, когда Горморн может чуть ли ни часами тупо смотреть в глаза человеку, пока тот не сдастся. Крис делал так всегда, когда вопрос собеседника казался ему до идиотизма простым, но отвечать на него не хотелось, просто потому, что тогда нужно было бы признать, что на самом деле ты никакой не ледяной лорд, и сердце у тебя не кусок льда, а Крис даже себе не хотел в этом признаваться. Вот не хватало ему, чтобы еще всякие недомерки в душу лезли. Лучше пусть думают, что никакой души нет и в помине. Но врать, что он спас Малфоев ради какого-то стратегического приема было бы слишком фальшиво. И Волк просто молча смотрел в серые глаза с выражением презрения и злости на лице. Даже просто сказать, что он не мог поступить иначе Крис не решался, ведь тогда он сразу выставит себя сентиментальным мальчишкой, от которого можно добиться всего, что угодно, просто сыграв на чувстве жалости. В конце концов Люциус сдался, первым отведя взгляд. Взгляд Горморна не был выворачивающим наизнанку взглядом Волдеморта, но в нем было что-то такое, чего лорд не мог долго выносить. Крис с горьким смешком отвернулся, и пошел дальше, не оборачиваясь. Непонятная тяжесть появилась в воздухе, хотя он и не стал холодным. Чем дальше уходил Горморн, тем меньше становилась эта тяжесть, словно он забирал ее с собой. Нарцисса с трудом сдержала судорожный вздох. В отличие от мужа она поняла, почему король молчал и откуда эта тяжесть. Жестокий Король Хелег, который швыряется Авадами и рвет врагам глотки, на деле оказался не таким уж жестоким. Только зачем он старается казаться жестоким воином? Зачем прячет того, другого, себя, который во много раз светлее ледяного воина? Величавые своды Ваэтрока потемнели, словно не желая выдавать тайну хозяина и Малфоям показалось, будто весь замок пропитан вековой древностью и тайной, недоступной простым людям.       В Большой Гостиной было полно народу. Одних Уизли и Горморнов набиралось пятнадцать человек, а помимо них были еще и орденцы. Снейп, с мрачным видом стоял в тени колонны и угрюмо наблюдал за веселой болтовней собравшихся, главным оратором среди которых был жизнерадостный Дамблдор. Крис, вошедший на полминуты раньше Малфоев, незаметной тень обошел зал по периметру и остановился рядом с Мастером.  — Что нового? — глядя на собравшихся орденцев, спросил он.  — Реклама очередных маггловских сладостей, — презрительно фыркнул Снейп.  — Если честно, маггловские сладости надежнее волшебных, — серьезно ответил Крис. — Там шоколадное драже будет только шоколадным, а не с каким-нибудь противным вкусом.  — Вы переели «Берти-Ботс»? — с насмешкой вскинул бровь Зельевар.  — Шутите, Мастер, я к ним еще не притрагивался.  — С чего бы это?  — Мало ли, какая гадость мне там попадется.  — Это будет всего лишь вкус какой-нибудь гадости, — весело прищурившись, парировал Снейп. Крис вперил в Мастера свирепый взгляд.  — Спасибо, мне так гораздо легче. Но мне хватает тех зелий, которые я вынужден глотать после каждого неудачного стечения обстоятельств. Смейтесь-смейтесь, ничего веселее в жизни не придумаешь. Вот я всем сейчас скажу, что Снейп улыбается…  — Еще одно слово, Горморн…  — Да ладно, я пошутил, — улыбнулся Крис. Снейп бросил на ученика недовольный взгляд и скрестил руки на груди. Высмотрев в дальнем углу сидящих в креслах вокруг круглого столика Малфоев, он легонько толкнул Лорда плечом.  — Ты говорил с ними?  — Немного, по дороге, — нахмурился Крис.  — И? Волк со свистом втянул воздух сквозь зубы.  — Люциус придурок. Снейп насмешливо вскинул бровь.  — Как интересно…  — Ничего интересного. И вообще, хватит об этом. Снейп внимательно посмотрел на подмастерья. Мальчик был ожидаемо хмурым и мрачным. Похоже, Люциус сболтнул что-то не то, и это подпортило королю и без того не слишком хорошее после недавнего выступления в Хогвартсе настроение. Подперев плечом колонну, Снейп вернулся к своему прежнему занятию, а именно -наблюдению за собравшимися в Гостиной людьми. Несмотря на веселую атмосферу, Зельевар не мог не заметить, что некоторые, наиболее зрелые члены Ордена, все же напряжены и обеспокоены сложившейся ситуацией. Снейп даже удивлялся, как Дамблдор может при всем раскладе быть таким беззаботным и рассеянным. Совсем как Горморны порой. Правда, сейчас старший Горморн не был таким же веселым как старый маг, однако решить хорошо это или плохо Северус все же не смог.       Наконец, леди Горморн позвала всех к столу. Сказать, что Снейп был этому рад было бы ошибкой, хотя он и понимал, что чем быстрее закончится ужин, тем быстрее его отпустят с этого дурацкого собрания. И все же, если бы ему предложили выбирать между собранием Пожирателей и собранием Ордена, он бы выбрал второе. Хотя, всякие вкусности, которыми Лили и Молли обеспечивали Орден и не были основной причиной. С другой стороны, Волдеморт своих слуг не кормил. Может это и к лучшему. Кто знает, вдруг Нагайна решила бы устроить всем сюрприз. Снейп занял свое место, между королем и Дамблдором. Один раз дети подняли вопрос о важности Шпиона в Ордене, и с легкой руки Дамблдора и молчаливой поддержки Волка, все признали, что это безусловно очень важная должность. Снейп во время этого выяснения едва не лопнул от злости, а добрая половина Ордена едва ли не покатывалась со смеху. С тех пор Двойной Шпион всегда сидел среди «элиты» Ваэтрока, злобно поглядывая на Блэка, который честно старался не смеяться изо всех сил.  — Дамы и господа, — призвал всех к вниманию Дамблдор. — Недавно население нашей крепости пополнилось, и я от всей души приветствую благородное семейство Малфоев в наших стенах, и желаю им хорошо обустроиться на новом месте. Крис не выдержал и толкнул Мастера локтем в бок, чуть слышно шепнув «Передай». Снейпу не нужно было повторять дважды и он нехило пихнул локтем начальника.  — Да, мой мальчик? — обернулся к нему прерванный почти что на полуслове Альбус. Снейп скрипнул зубами, поклявшись прибить как-нибудь и Криса, и Дамблдора.  — Мистер Горморн Вам что-то хотел сказать, — с каменным лицом ответил он, внутренне злорадно ухмыляясь.  — Что-то случилось, милорд? — со своей полунасмешливой учтивостью обратился к трясущемуся от беззвучного смеха королю Директор. Крис обречено махнул рукой:  — Продолжайте, Альбус, только сбавьте чуть чуть обороты. Директор задорно сверкнул очками-половинками и, пригладив бороду, продолжил.  — Итак, на чем я остановился? Ах, да! Так вот, я поздравляю лорда и леди Малфой, а также юного Драко, и желаю им всего хорошего. А теперь перейдем к более будничным проблемам. Крис, я принял Седрика Диггори в Орден, тебе нужно будет дать ему допуск.  — Слушаюсь, товарищ маршал, — улыбнулся тот.  — Очень хорошо. Сириус, дружище, ты займешься его боевой подготовкой.  — Почему опять я?! Мне казалось, мое заточение в замке закончилось, когда Министерство признало…  — Сириус, ты наказан за то, что потащил детей в бой. Еще минимум месяц мы тебя ни к одной операции не допустим.  — Это произвол!  — Вынужденная мера, — сурово отрезала Молли Уизли, опередив Директора. — Крис признал ее разумной.  — Прости, Бродяга, меня заставили, — виновато улыбнулся Крис.  — Ладно, закрыли тему, — вновь встрял в разговор Директор. — Проводятся выборы нового Министра, и пока что лидирует Руфус Скримеджер, бывший глава Аврората.  — Почему Вы сами не выдвинули свою кандидатуру, Альбус? — серьезно спросил Люпин. — Народ бы безусловно выбрал Вас.  — Тогда я должен буду оставить Хогвартс, — покачал головой Дамблдор. — Для меня школа имеет большее значение, чем власть в Министерстве.  — А что ты скажешь, Крис? — обратился к Волку Билл Уизли. — Не будет ли лучше, если Дамблдор выставит свою кандидатуру на предвыборную гонку? Все разом смолкли и посмотрели на короля. Лицо Акелы посуровело, и между бровей отчетливее обозначилась вертикальная полоска. Рассеянно глядя сквозь вазу с пирожным, гриффиндорец провел кончиками пальцев по подбородку. С одной стороны Дамблдор-Министр был бы очень полезен. С другой, с Дамблдором-Директором в Хогвартсе в разы надежнее, тем более что именно Хогвартс, а не Министрество связан с Ваэтроком подземным тоннелем, а учитывая что Волдеморт владеет парселтангом, лишняя защита Хогвартсу не повредит. Вскинув подбородок, Лорд окинул сидящих за столом беглым взглядом.  — Я тоже выберу Хогвартс. Пока только Дамблдор может в одиночку противостоять Волдеморту. Хогвартс тесно связан с Ваэтроком, и я предпочту обеспечить дополнительную защиту этим двум замкам. К тому же, если что-нибудь случится, у нас гораздо больше шансов сделать Хогвартс столь же неприкосновенным, как и Ваэтрок, и собрать всех магов в этих крепостях, чем устраивать войну за Министерство в центре Лондона.  — В Министерстве есть много ценного, — произнес Грюм. — Там находятся артефакты, позволяющие сотрудникам отслеживать передвижения с помощью аппарации и каминной сети, а также многое другое. Если эти установки попадут в руки Сам-Знаешь-Кого, нам придется туго.  — Вряд ли Сам-Знаешь-Кто осмелится атаковать Министерство, пока Дамблдор жив, — возразил Артур Уизли. — По крайней мере, Скримеджеру придется хотя бы делать вид, что он изо всех сил сотрудничает с нами.  — Можете не сомневаться, именно так он и сделает, — хмыкнул Бруствер. — В Министерстве недовольны появлением короля, а у Аврората, как и у его бывшего главы, свой зуб на Горморна. Они еще не забыли твоей дерзости, Крис. Губы Волка тронула ироничная усмешка.  — Как мило с их стороны. Я тоже еще многого не забыл, пусть и об этом подумают.  — Они считают себя блюстителями закона, мой мальчик, — мягко улыбнулся Дамблдор. — Ты для них бунтарь, мятежник и маньяк, и не перестал им быть даже после признания Министерством возрождения Волдеморта. Ты — угроза их власти и старым порядкам, при которых им весьма неплохо жилось. Никто ведь не знает, как ты будешь править. Смена порядка правления всегда несет с собой огромные перемены и многое, что прежде было привычным и обыденным начинает шататься и порой даже падает. Они боятся этого.  — Чтобы засеять поле и собрать урожай нужно сперва вспахать его, выкорчевать все пни и убрать камни, — хмуро отозвался Крис. — Я не виноват что кое-кто привык жить спустя рукава и ничего не делая.  — Успокойся, Кристи, никто тебя ни в чем не обвиняет, — Нат хлопнул брата по плечу и тут-же зашипел от боли.  — В чем дело? — недоуменно уставился на Льва Крис.  — Ты что, кольчугу не снял? — процедил сквозь зубы тот, заставив Блэка и половину собравшихся взорваться смехом. Крис с улыбкой распахнул мантию на груди, под которой мерцала серебряная кольчуга.  — Прости, Аслан, — виновато улыбнулся он. — Лень было. Да и в кольчуге как-то понадежнее будет.       После ужина собрание затянулось еще на час. Орденцы расположились на креслах и диванах перед огромным пылающим камином и принялись за обсуждение тем, о которых за столом говорить было бы слишком мрачно. Снейп немногое мог рассказать о планах врага, так как Волдеморт еще не проводил собраний и даже об исчезновении Малфоев еще не знал, так как Беллатриса с мужем Рудольфусом Лестрэйнджем жила теперь в логове хозяина. Однако, схему того, как Снейп должен будет представить пропажу Люциуса и его семьи решили обрисовать уже сейчас, стараясь сделать все так, чтобы Зельевар не попал под раздачу, а напротив получил еще больше доверия от Темного Лорда. Всеобщее рвение обломал Блэк, сказав, что слишком стараться не стоит, а то Том может на радостях потребовать от Шпиона особого подвига, и тогда уже всем придется напрягать мозги по полной программе. Даже Северус вынужден был согласиться с Сириусом, не удержавшись все же от ядовитого комплимента «непонятным образом появившимся у шавки мозгам». Сириус, к удивлению Снейпа, никак не отреагировал на оскорбление, и остальные тоже не придали этому былого значения. Когда все основные проблемы распотрошили как только могли, Дамблдор вручил Крису гитару.  — Как говорят Фред с Джорджем, сбренчи что-нибудь, милорд, напоследок. Волк хмуро взглянул на Директора и провел пальцами по струнам. За краем белого плаща, за позолоченным венцом, Я шел на битву, как на пир, и бриз ласкал мое лицо. Вскипела соль на берегу, когда я Вам принес Обет. Вас окружала темнота, но я в ней видел только свет. За краем белого плаща, судьбой избранника гордясь; За краем белого плаща, что никогда не падал в грязь; За краем белого плаща, пока не пробил этот час, Благословляю темноту, что окружает ныне нас. Осенний лорд, Ваше сердце тверже, Чем речной гранит, чем седой базальт. На краю судьбы не прошу о большем — Отведите взгляд, отведите взгляд… Алели капли на снегу, как погребальные цветы. Алели капли на снегу, где я не смог сказать Вам «ты». Красны у гибели глаза, размерен шум ее шагов; Нас окружает темнота, но в ней я вижу только кровь. У края белого плаща, который ныне очернен; У края белого плаща, что мне дороже всех знамен; Я опрокидываюсь в боль, себя молчанием губя. Я опрокидываюсь в боль, но в ней я вижу лишь себя. Осенний лорд, не тревожь меня больше, С сердца сними золотую сеть. Тяжела любовь, но свобода горше. Отведи глаза… Дай мне умереть…