Любовь и Ненависть.

      Снейп грубо припечатал Горморна к спинке кресла и призвал флакон с зельем.  — Скажите, король, на вас вообще что-то в этом мире действует? Отработки для Вас отдых, на снятые баллы — плевать, даже свою мать и то не жалеете…  — Неправ…  — Вы думаете она радуется, когда Вы приходите домой со свежими травмами?  — Я не…  — И ведь главное Драко Малфою сам объяснял, что нужно быть осторожным и не ломать себе шею…  — Это…  — Но его величеству закон не писан. Плевать на нервы учителей, друзей и семьи, главное все кости себе переломать…  — Проф…  — Вы беречь здоровье должны, понимаете? Беречь, пока еще не поздно, а не с коня каждый день падать и ломать себе все на свете, — Снейп на секунду замолчал и взглянул в глаза Лорду. — Вы должны жить и учиться, это Вам ясно?  — Да некогда мне учиться! Я должен мир спасать! — в сердцах выпалил Крис, с силой стискивая хрупкий флакон, в котором уже не было зелья. Не мгновение в комнате повисла тишина, а потом орденцы, дети и Дамблдор прыснули со смеху. Даже Снейп не сдержал усмешки. Когда все наконец отсмеялись, Зельевар, помолчав несколько секунд, сложил руки на груди.  — Мир спасать будут более опытные и взрослые волшебники, которых здесь, слава Мерлину, достаточно. А Вы, милорд, с этого дня под домашним арестом вместе с Блэком. В противном случае нам ингредиентов на Костерост и прочие зелья не хватит. Крис исподлобья глянул на Мастера. А виноват во всем Грюм. Это он раструбил всему замку, что король свалился с Брэго на учении, и в воротах Криса уже встречал весь Орден, уже успевший прекрасно понять, что падения с лошади в восьмидесяти процентах из ста заканчиваются не самым лучшим образом. А теперь его заперли в клетке. Как мило. Что ж, не хотят пускать на тренировки буду выжимать все соки из лаборатории и библиотеки. Займусь, наконец, вплотную загадками замка и королевского рода. Да чего тут думать? Дел всегда будет по горло. И никакие аресты моей жизнедеятельности не помеха. Поднявшись, Волк оставил пустой флакон на столе и ушел на кухню.       Пока все обитатели королевской долиной занимались, кто чем вздумает, Лили, Молли и Нарцисса оставались в замке. Прежде хозяйками в Ваэтроке были только Леди Горморн и миссис Уизли, но с тех пор, как Люциус освободился от Метки, Нарцисса все чаще проводила время в их обществе. Вот и сейчас они собрались на кухне, где вместе с Добби готовили ужин, делясь последними новостями и разбирая по косточкам замок вместе с его окрестностями, цветовой гаммой, интерьером и населением.  — Лил, почему Крис до сих пор не прекратит эксперименты Фреда и Джорджа? — взмахом палочки заставляя нож нарезать морковку, спросила Молли. — Их фокусы до добра не доведут, а взрослых они совсем перестали слушать. Я думала Крис, с его прохладным отношением к шуткам близнецов прекратит этот балаган.  — Крис выделил им часть замка, где они могут хоть стены вдребезги разносить, и теперь эта тема для него закрыта, — пожала плечами Лили.  — И все же они подорвали один из своих фейерверков прямо за спиной у Добби, когда тот убирался в Каминном Зале, — усмехнулась миссис Уизли. — Крис об этом еще не знает?  — У него новая травма после сегодняшнего учения. Снейп наверняка читает ему очередные нотации.  — Ему еще не надоело с лошади падать?  — Он у меня упертый, весь в прадеда. И вообще с детства конями и оружием грезил, так что эту затею он вряд ли бросит. Маленький Северус, который почти всегда вертелся около матери, подошел к Нарциссе, занятой сортировкой специи, и тихонько дернул ее за мантию. Леди Малфой вопросительно взглянула на малыша. Тот бросил взгляд на вазу с конфетами, которая стояла слишком высоко, чтобы он мог до нее дотянуться. Умоляюще посмотрев в глаза леди, он взял ее за руку и потянул к вазе.  — Пазалуйста, — тихо протянул он, с таким выражением, что женщина не сдержала улыбки. Спустив вазу на невысокий столик, Нарцисса пригладила пушистые соломенные волосы мальчугана, который, выпалив восторженное «Спасибо!», нагреб конфет в обе руки и, сев на пол, принялся методично разворачивать фантики и, мурлыча от удовольствия, лопать молочный шоколад.  — Скажите, Лили, какой он, Крис? — отводя взгляд от Севы, спросила Нарцисса. — То он само благородство, то жестокий волк, а кто внутри — можно только догадываться. Крис неслышно вошедший и вставший у стойки, где готовилось какао, замер с кружкой у губ. Его присутствия еще никто не заметил, и сейчас ему меньше всего хотелось себя обнаружить. Лили помолчала с минуту, оценивая пышность теста, а потом начала месить снова.  — Крис просто привык, что с ним обращаются жестко и не любит показывать свою светлую сторону; все равно его доброту никто не оценит и его просто посчитают мягкотелым и слабым. Вот он и ощетинивается. Желает всем только добра, но ощетинивается, просто чтобы не лезли в душу. Отец вбил ему в голову, что до него никому и никогда не будет дела, вот он и злится, когда кто-то суется куда не просят. Крис тот еще циник, несмотря на то, что зла особо никому не желает, и даже наоборот. Но в то, что он сам кому-то нужен, он просто не верит. Хоть убейся, доказывая ему обратное, все равно — упрется, как баран и не поверит.  — Бедняга, — вздохнула Молли. — Ну конечно. Он же король, а к королю все подряд идут, и все им только для себя нужно, а на самого короля, чаще всего, плевать. Тут кто угодно циником станет, тем более после такого-то отца. Жаль, такой хороший мальчуган… Как он иногда смеется, редко, но долго и весело. Может он потому и рвется на коня и к мечу, чтобы про свой титул и все к нему прилагающиеся проблемы забыть?  — Скорее всего, — оттирая тесто от рук, кивнула Лили. — И все же иногда руки чешутся его за уши отодрать. Мог бы уже спуститься с небес на землю и хоть раз подумать, каково нам, когда его с очередным повреждением приносят. Ему «шрамы красят мужчину» и «воин должен быть сильным», а мне такого воина мертвого не нужно, мне нужно чтобы этот дуралей живым остался и, желательно, не калекой.  — Еще и Альбус его во всем поддерживает, — подхватила Молли. — Я, конечно, понимаю, цели у Криса высокие и светлые, но не рано ли он в спасители мира записался? Ему бы учиться и расти, а он под заклинания лезет. Ну честное слово, хуже чем Фред с Джорджем. Крис поперхнулся какао, и все трое обернулись к нему. Выдавив виноватую улыбку, Лорд вытер подбородок.  — Добрый вечер, миледи, я тут совершенно случайно оказался, честное слово. Вы продолжайте-продолжайте, это довольно интересно. Никогда не слышал, что там обо мне люди думают.  — Ну, как там твои ребра? — прищурилась Лили.  — Что Вы так волнуетесь, мама? — с наигранной веселостью нахмурился Крис. — Профессор Снейп мне их клещами выправил и все в порядке. Да на мне все заживает, как на собаке.  — Заживает на нем, — фыркнула Леди. — Садись и допивай свой шоколад по-человечески. Под арест Снейп тебя уже посадил?  — Так это твоя идея? — возмущенно вскинулся мальчик. — Ну спасибо.  — Всегда пожалуйста, сына, целее будешь. Крис взял из вазы шоколадного зайца и, бросив Северусу блестящую обертку, которую тот загреб в свою кучу фантиков, откусил зайцу голову. Может, мама права и я действительно слишком циничный? Ну и что, все равно добрым и пушистым кроликом я становиться не собираюсь. Не мой профиль. Заяц окончательно исчез, оставив во рту горьковато-сладкий аромат. И все же, Кристи, ты гад. Сам себе клялся, что никогда не забросишь семью и друзей, а теперь с чего-то решил, что они будут рады видеть тебя вечно покалеченного, в доспехах и всего три раза в день, не считая тренировок. Хорош, нечего сказать. С другой стороны, говорить о чем-то помимо войны, или зелий или еще чего-нибудь заумного стало уже настолько непривычно, что Кристиан Алан Северус просто не представлял как он, суровый вояка, способный только на черный юмор и не понимающий обычные шутки, будет просто сидеть со всей компанией у камина и участвовать в разговоре. Обычно, даже сидя в Каминном Зале, Крис всегда либо обсуждал с орденцами последние новости и разрабатывал примерные стратегии, никогда впрочем не рассчитывая, что они сработают, либо молча пил свой шоколад, наблюдая за происходящем и читая какую-нибудь книгу. А ведь еще в позапрошлое Рождество он сидел на коврике перед камином и играл с Севой в игрушечный паровоз. В груди защемило, и Волк сдержал подступивший к горлу тоскливый вой. По кухне разнесся сдобный аромат вишневого пирога. Черт возьми! Да неужели эта война и впрямь настолько всесильна, что способна оторвать тебя от всего, чем ты дорожишь? Ну уж нет. Конечно, готовиться и быть начеку необходимо, но, как сказал Нат, пока есть время нужно жить. А ты-то уже и не живешь почти. Так ведь еще не поздно все изменить! Король Хелег в развевающейся темно-синей с серебром мантии с шумом съехал по перилам и, взлетев под потолок, легко приземлился посреди Каминного Зала.  — Всем приятного аппетита! Я не опоздал?  — Горморн, ты решил себе еще и шею сломать?  — Все в порядке, Профессор, я же летать умею.  — Вспоминали бы об этом, когда с седла валитесь, цены бы Вам не было, — фыркнул Снейп.  — Ну вот, опять, — закатил глаза король, занимая свое место рядом с Зельеваром. — И это мне вместо «приятного аппетита».  — Тише, мальчики, — с улыбкой в голубых глазах произнес Дамблдор. — Не хватало еще, чтобы вы ругаться начали. Крис, пряча веселую улыбку, придвинул к себе тарелку. Как ни странно, но любое наказание мальчик умел обращать в свою пользу, хоть это иногда и прибавляло нервов окружающим. Раз он под домашним арестом и в боевых учениях пока участвовать не может, значит нужно набрать побольше энергии для более темного времени. Конечно, Крис не собирался забрасывать коридоры навозными бомбами и шутить в стиле близнецов или Мародеров; его менталитет несколько отличался от рядовых шутников Гриффиндора. Но побыть веселым и жизнерадостным главой семьи он может хоть какое-то время. В последние годы за малышней и так присматривал Сириус, хоть это и было твоей обязанностью, как старшего брата. Впрочем, восстановить свой законный статус никогда не поздно. Правда, начинать что-то сразу и с наскока не стоит. Мало ли что все подумают, заметив, как резко изменилось поведение всегда угрюмого Волка. Особым аппетитом Крис никогда не отличался. После многочисленных сотрясений он не мог так просто проглотить кучу еды так, чтобы потом не появилась тяжесть в теле и головокружение. Да и глотать Крис не привык и всегда долго разжевывал каждый кусочек, и съедал в разы меньше остальных. Зато жидкость он мог пить литрами, будь то вода, чай, лимонад или какао. Даже теперь хорошее настроение никак не повлияло на чувство голода, которое почти не ощущалось. Механически двигая челюстями, Волк вертел в правой руке вилку, цепким взглядом оглядывая собравшихся орденцев. Почувствовав тяжелый взгляд Мастера, Хелег тут-же перехватил его.  — Что-то случилось, Профессор? — даже сквозь искреннюю озабоченность проглядывало мальчишеское озорство.  — Какой книзл Вас сегодня укусил? — вкрадчиво поинтересовался Снейп, откладывая в сторону нож и подкладывая себе соуса.  — Да так, — с улыбкой отмахнулся Крис. — Зашел удачно на кухню…  — И? — выгнул бровь Зельевар.  — Что — и? Вот Вам и книзл.  — Мерлин великий, Горморн, когда ты вырастешь? — скривившись, пробормотал Снейп.  — Никогда, наверное, — с видом довольного кота ответил тот. — А что, Вам это не нравится? Снейп метнул в мальчишку яростный взгляд, но тот, похоже, был слишком счастлив, чтобы это заметить. Вот что за натура у этого Лорда, что любое наказание для него источник детского восторга? Котлы драил с удовольствием, на снятые баллы вообще не обращал внимания, теперь даже в аресте нашел положительные стороны. Оптимист гриффиндорский. И кто после этого скажет, что Кристиан Горморн самый мрачный - после Снейпа - человек в Ордене? Он что, собирается теперь постоянно по перилам ездить или вытворять еще что-нибудь в этом роде? Похоже, единственный вариант заставить этого мальчишку не нарываться на неприятности, это засадить его в библиотеку. Хотя, он и там может найти себе приключения на голову. Хуже Поттера, честное слово. А сам Поттер в это время уминал плов с салатом, увлеченно болтая с Крестным. Пока Крис осваивался в образе короля и воина, Гарри не забывал о том, что детство может скоро закончиться. Он, конечно, тоже усиленно отрабатывал боевые заклинания, делал домашние задания на лето и, как мог, готовился к войне, но не с таким сумасшедшим рвением, как его титулованный друг. Он не забывал веселиться с друзьями, выбираться в лес, не только ради учения, хохотать над шутками Фреда и Джорджа, набивать карманы сладостями вместе с Роном, слушать рассказы Драко и Гермионы о различных направлениях магии и древних родах, играть в квиддич… В этом году Гарри было чем заняться, так как жизнь в Ваэтроке в преддверии решающих событий била ключом и там постоянно было полно народу, от орденцев и Уизли, до кентавров, которые были вполне себе неплохими ребятами. К тому же, в замке был Добби, с которым изучать окрестности замка было в два раза интереснее. Вот и сейчас домовик стоял рядом, иногда вмешиваясь в разговор. -…А в тронный зал лучше не заходить, дружище, — отправляя в рот поджаренный помидор, закончил описание самых интересных мест в замке Блэк. — Там все равно ничего интересного, да и неуютно как-то.  — Да-да, — закивал Добби. — Без хозяина Кристиана людям не нужно туда ходить. Гермиона, сидящая рядом, поймала слова эльфа и осталась ими не слишком довольна.  — Крис, — своим командным тоном обратилась она к Горморну, и тот, предчувствуя что-то не хорошее, медленно понял взгляд, до этого изучающий содержимое салатницы.  — Да, Герм? — чуть хрипло отозвался он.  — Скажи, ты ведь нанял Добби на работу? Рон и Драко тихо застонали, Гарри и Сириус подавились смешками, а орденцы с интересом навострили уши. Лицо Криса вытянулось, хотя в карих глазах все еще плясали задорные искры.  — Ну да, — нехотя ответил он.  — И ты платишь ему за работу? Снейп смотрел на короля, с трудом сдерживая смех. Похоже, Крису этот допрос был не по вкусу.  — Эру Единый! Конечно, плачу.  — И сколько же? — не унималась гриффиндорка.  — Это еще зачем? — тут-же уперся Волк.  — Крис!  — Что — Крис? Чуть что, так сразу Крис! И вообще, я король или кто?  — Ты — бессовестный нахал, вот ты кто. Эльфы заслуживают гораздо большего, чем просто занимать место прислуги. И ты должен это знать, и решать эту проблему. А вместо этого ты продолжаешь эксплуатировать труд Добби. Крис с трудом проглотил застрявший в горле кусок котлеты, и с кислой страдальческой миной посмотрел на подругу.  — И что дальше?  — Это я у тебя должна спрашивать. Крис потер переносицу и крепко зажмурился.  — Вопиющие безобразие, — со вздохом проворчал он. — На короля наезжают и все молчат. Да-да, Гарри, очень весело, Вас, Альбус, это тоже касается, думаете, борода поможет? А ты, Сириус, чего ржешь? Не мог сразу сказать, что все финансы пока что на твоей совести, и я вообще не в курсе что, и кому, и сколько ты выплачиваешь.  — Так ты еще и деньгами Сириуса распоряжаешься?! — не замедлила возмутиться Гермиона.  — Герм, ну я тебя умоляю, замолчи ради всего святого, — почти простонал Крис. — Пока мы еще не отыскали заново наш родовой клад, вся финансовая сторона действительно лежит на Блэке, но можешь быть спокойна: как только мы найдем свои сокровища, я расплачусь по всем счетам, я тебе обещаю. Господи, ну вот не смотри на меня так, я не издеваюсь и не вру. Мне что, еще на колени встать? Близнецы Уизли прыснули в голос.  — Крис, где твой юмор был раньше?!  — Да пошли вы, — с усмешкой отмахнулся Крис под дружный смех орденцев и студентов. Снейп скривил губы в саркастичной усмешке и подавил тяжелый вздох. Свободная атмосфера Ваэтрока не слишком хорошо сказывалась на шпионских навыках. Здесь не было нужды носить холодную маску, и хоть Снейп и привык всегда держать лицо, иногда его выдержка давала трещину. Здесь его уже окончательно приняли «своим» и относились к Шпиону с уважением. Здесь он мог высказать Горморну все, что думает о его безответственном поведении и никто бы не укорил его тем, что он беспокоится о гриффиндорце. Здесь он был Мастером, Профессором, членом Ордена, членом команды, где каждый понимал, что их главная цель — не дать товарищам погибнуть. И пусть он не признал Блэка, Поттера и многих других, как друзей, но они были соратниками, достойными уважения. После этого тепла и свободы, которые царили в королевском замке являться пред Волдемортом было как-то непривычно. Да, Зельевар по прежнему умело играл свою роль и даже заметил, что смелости и отчаянности отчего-то прибавилось. Снейп иногда сам поражался, как ему легко удается так натурально изображать искренность перед Томом, словно открывалось второе дыхание, которое придавало сил и энергии. Как легко было с небрежно-почтительной улыбкой произносить ненавистное «мой Лорд» с таким искренним выражением преданности и готовности исполнить любой приказ. Не та ли сила помогает Горморну так легко скрывать все свои тайны, при том, что он совершенно не умеет врать? Когда ты просто настолько веришь в свою силу, что в мире уже нет ничего невозможного. А Темный Лорд по ошибке принимает эту решимость за верность. Да, верность есть, но вовсе не Тому. Просто в данный момент, нужно чуть искривить отражение, чтобы вместо чужого отражения Лорд увидел себя. Замени несущие слово в предложении, и оно изменится, хотя и останется предложением. Вот и все. И верность, и решимость настоящие, искажен лишь тот, кому они принадлежат. Однако, если Волдеморт видел в «зеркале» свое отражение, то сам Снейп не мог с точностью понять, откуда у него эти силы, и кто на самом деле «отражается в зеркале». Одно он знал точно — там точно есть Лили, Лили Эванс, ради которой он остался жить и стал Шпионом и защитником Поттера. Однако непонятно откуда взялась странная уверенность, что в «зеркале» отражается не только Лили, но и еще много других людей, которые пока скрыты ярким белым светом. Светом, а не Тьмой. А значит и ты верен Свету, и это главное.