Фальшивый ангел

      Ступни ломило от жгучей боли, словно тысячи мелких иголок разом впились в мои окаменевшие конечности — что ни говори, а месяцы бесплотного протирания штанов в Конохе весьма печально сказались на моей физической форме. Если она вообще у меня была когда-то, форма эта. Сейчас, после каких-то трёх дней беспрерывного и, как мне начинало казаться, абсолютно бесполезного блуждания по лесам страны Огня, я просто разваливался на части, проклиная своё чрезмерное эго и дурацкую гордость, не позволивших мне чинно-мирно отсиживаться в деревне Листа.       Какого хрена я вдруг возомнил, что этот кромсающий всех направо и налево маньяк бросится вслед за мной, как стадо подружек невесты за протухшим букетом? М-да, Дейдара, права была Ино — ты ещё тот осёл.       Короче, ситуация как-то совсем не вязалась с моими радужными грёзами. Я-то представлял себе всё совсем иначе. Либо я должен был утереть нос этому заносчивому шаринганистому подонку, влёт разгромив распоясавшегося киллера и предъявив его голову высшим чинам. Либо, в крайнем случае, — пасть смертью храбрых, а зарёванная Ино причитала бы над моим бренным телом и кусала локти от отчаяния, понимая, что профукала такого-то отважного рыцаря.       Но, похоже, мечтам мои сбыться было не суждено, ибо я, как и полагается конченному идиоту, так рьяно мчался навстречу своим небывалым подвигам, что умудрился заблудиться по дороге. И теперь, даже если я и подохну, то только от голода, или, что ещё хуже, от жуткой дизентерии.       Желудок неимоверно скрутило, и я, тут же позабыв про боль в ногах, кинулся в ближайшие кусты, ругая себя за излишнюю легкомысленность. Вот как можно было сожрать совершенно незнакомые ягоды? А выглядели они ведь весьма невинно: ярко-розовые, совсем мелкие. Да, так и представляю себе эту прекрасную картину: появляется сейчас мой искомый злодей, а тут я в лопухах с голой жопой кряхчу. Кто знает, может, он и помрёт, от смеха, например.       Стараясь не обращать внимание на бурлящие звуки в животе, спустя довольно неприятные пятнадцать минут я вывалился из кустов на небольшую поляну. Решив, что гордость моя и так уже пала ниже плинтуса, я медленно пополз к раскидистой сосне, и, завалившись у основания дерева, старательно притворился мёртвым. Хотя, если совсем честно, то для этого мне даже напрягаться не пришлось — я реально чертовски хотел сдохнуть.       М-да, чего удивляться, что запавшая мне в душу девушка предпочла другого: этот петух неощипанный везде меня обошёл. Пожалуй, Саске занял почётное второе место в моём персональном рейтинге ненавистных мне ублюдков. Первое навсегда застолбил за собой Итачи с его надменной холодной физиономией.       Эх, потрясающе! Я подыхаю от поноса и думаю об Учихах — как-то не таким мне виделся яркий закат моей взрывоопасной жизни.       Тем не менее, спутанные мысли и тянущая боль в желудке всё больше овладевали моим рассудком, и я стал впадать в какое-то странное забытьё. Чёрт, а я ведь так и не сказал Яманака, что, кажется, влюбился в неё.

***

      — Эй, спящая красавица, подъём, — над моим многострадальным ухом послышались какие-то чавкающие звуки: морковку едят, что ли?       С трудом разлепив глаза, я попытался сфокусироваться на говорившем объекте и, конечно, не смог. Да что это за грёбанные ягоды такие? В голове, казалось, шумит океан, а перед глазами стояла какая-то непроглядная дымка, в которой маячил жующий силуэт. Я попытался размять конечности, но и тут потерпел полное фиаско: похоже, я был намертво привязан к той самой облюбованной мною сосне.       Какой же я всё-таки дебил!       — Согласен, — весело отозвался силуэт на мою, по-видимому, произнесённую вслух реплику. — Ты никогда особым умом не отличался. Но что поделаешь, какой уж есть.       — Ты кто, блин? — я с трудом ворочал языком в пересохшем рту: скорее всего последствия спонтанно съеденных ягод привели к полному обезвоживанию организма. В принципе, я сейчас был настолько слаб, что связывать меня было совершенно пустой тратой времени. Да, тоже мне рыцарь в сияющих доспехах нашёлся. Просрал ты свою победу, Дейдара, ой просрал!       — Не узнаёшь? — он явно приблизился ко мне вплотную, потому что я мог чувствовать его дыхание на своём лице. Голос казался смутно знакомым, хотя уловить чьим именно я пока не мог. Но и признаваться в том, что я почти лишён зрения перед своим врагом не хотелось — вряд ли меня связал дружелюбно настроенный крестьянин по пути на рынок. — Да, Дей-кун, ты совсем не изменился.       Мужчина хохотнул, ещё раз хрустнул морковкой, и к моему величайшему удивлению разрезал стягивающую мой торс верёвку.       — В таком состоянии ты мне точно не опасен, — спокойно пояснил он, пока я разминал затёкшие ноги и пытался лихо и незаметно вытащить кунаи. Получалось, мягко говоря, хреновато. — Зря стараешься, малыш. Неужели ты думаешь, что перед тем, как связать, я тебя не обыскал?       Зрение возвращалось медленно, но я уже мог различить его невысокую фигуру, как и то, что он держал в руках мою сумку со свитками, оружием и заботливо украденной у местных гончаров глиной. М-да, и на что я рассчитывал-то?       Мой противник тем временем отошёл на другую сторону поляны, так что я совсем не мог различить, чем именно он занят. Впрочем, попытку к бегству в таком полубредовом состоянии, когда я не то что скакать с ветки на ветку, ползти толком не мог, я отмёл сразу: кем бы ни был связавший меня человек, на данный момент силы наши были не равны.       — М-да, — весело протянул тот, подходя ко мне и поднося какой-то стакан к моим губам. Пить хотелось до усрачки, но отнюдь не из рук неизвестно кого, поэтому, подавив желание буквально вылакать всё до последней капли, я гордо отказался. Хм, насколько вообще гордо может выглядеть невнятное мычание с пеной у рта. — Ты совсем хватку потерял, Дейдара-кун. Пей давай, если бы я хотел тебя убить, давно бы сделал это.       Мысленно согласившись с его логически выстроенными выводами, я тут же приник в стакану, чуть ли ни вгрызаясь в его стенки, до того вкусным мне показался предложенный напиток. Сделав несколько глотков, я с ужасом понял, что остатки непереваренных ягод просятся наружу, причём с нестерпимой скоростью.       — Как тебе, придурку, вообще в голову пришло нажраться бересклета? — по голосу говорившего как-то не создавалось впечатления, что он мне глубоко сочувствует. — Так ведь и копыта откинуть недолго.       Я бы с радостью дал ему какой-нибудь более-менее остроумный ответ, если бы не был так серьёзно занят опорожнением желудка. Но почему-то моё практически бессознательное состояние чертовски веселило его, побуждая к дальнейшему монологу.       — Вообще, я удивлён твоим поведением. Какой-то ты стал безалаберный, Дей-кун. И недальновидный, совсем. Ничего вокруг не замечаешь, летаешь в облаках. Подружка твоя блондинистая, видать, так на тебя влияет. М-да.       Подавив последний рвотный позыв, я, наконец, стал понемногу осознавать, что именно мне говорят. И, кажется, начал догадываться, кто. Имя я, конечно, назвать не мог, несмотря на то, что голос казался мне теперь хорошо знакомым, да и сам говоривший явно меня знал. Но теперь совершенно точно понимал, что судьба повернулась ко мне лицом и свела-таки с жутким маньяком, которого я так безуспешно искал последние два дня. Хотя то положение, в котором я сейчас оказался, назвать удачным можно было только с большой натяжкой.       — Это что ещё за пойло? — по сути, вопрос был бессмысленный. Но почему-то ничего получше в голову не пришло.       — Раствор марганца — желудок промыть при отравлении. Вы разве первую медицинскую помощь в Академии не проходили? — надо мной послышался очередной ехидный смешок. Я медлил, понимая, что зрение почти восстановилось, и что, когда я обернусь, вполне возможно, последним, что я увижу, будет острый кунай и яростный кровожадный взгляд.       Усилием воли подавив трусливый порыв рухнуть носом в траву, я оттолкнулся руками от земли и привстал, поворачиваясь к своему нежданному собеседнику, в тайне надеясь, что он дал мне лекарство не ради того, чтобы потом безжалостно прикончить. Почему-то именно сейчас вся моя геройская бравада казалась фантастически идиотской, а обида на Ино чертовски детской и бессмысленной — не виновата же она, что не влюбилась в меня как мартовская кошка. Хотя, виновата, конечно, но неисправимых ситуаций нет.       Тут же некстати вспомнилась любимая фраза одного из моих коллег-шиноби по команде Бакуха Бутай.       Когда летишь с моста, понимаешь, что все проблемы решаемы, кроме одной — ты уже летишь с моста.       Тянуть было уже некуда, и я, мысленно попрощавшись со всеми родными и близкими, коих у меня было ровно двое: Ино и кот, устремился навстречу своему персональному мосту.       — Чёрт возьми! — вырвалось у меня, когда я увидел невысокого зеленоглазого шиноби с растрёпанными волосами. — Да это же…

***

      — Райли но Гари, бывший член команды подрывников Ивагакуре. Также возрождённый в ходе экспериментов. По данным моих людей, он сумел сбежать во время нападения на лабораторию, — Цумики Кидо закончил свою речь, пыхнув трубкой прямо в лицо Шестому Хокаге. — Как Вы понимаете, Какаши-сан, опасность, которую он представляет для нашей деревни, нельзя игнорировать. Я уже отправил несколько отрядов АНБУ на его поиски. Но помощь джонинов им не помешает, особенно учитывая обстоятельства.       — Откуда у Вас эта информация? В списке, предоставленном Цучикаге, имя Гари не упоминалось, — Хатаке смерил посетителя подозрительным взглядом. Им уже доводилось работать вместе, и Какаши был прекрасно осведомлён, что доверять Цумики Кидо нельзя. Тем более, в данной ситуации, когда любое неверное решение могло поставить под удар ещё большее количество людей.       — Тачидо-сан был так любезен, что предоставил АНБУ полный отчёт для ознакомления. Возможно, Цучикаге сообщила Вам не всю информацию. В конце концов, она ведь встретилась со старым другом — волновалась, видимо. Женщины склонны прислушиваться к велению своего сердца куда больше, чем к доводам рассудка, — понимая, что в этой партии он полностью переиграл Хокаге, Кидо был снисходительно спокоен и даже мягок. Его план близился к вполне логичному триумфальному завершению, и чувство собственного превосходства позволяло главе АНБУ дать своему сопернику небольшую фору.       — Мы соберём несколько поисковых команд, — отрешённо ответил Какаши, пытаясь сообразить, насколько опасным может быть данное предприятие — рисковать здоровьем, а то и жизнью своих людей он не хотел. Но без полного представления о том, какими возможностями обладает Гари, беззастенчиво расправившийся с элитными джонинами Конохи, просчёт рисков был невозможен. — Спасибо за информацию, Кидо-сан.       — О, всегда пожалуйста, Хокаге-сама. Мы же здесь все исключительно ради одного, — Цумики встал с кресла, направился к выходу, и, остановившись в дверях, с неприятной улыбкой протянул, — безопасности нашей страны.       — Шизуне-сан, — Какаши тут же вызвал доставшуюся ему по наследству от Гондайме помощницу, — будьте так добры, вызовите сюда Шикамару, Наруто и Саске. И сообщите Пяти Каге, что я бы хотел с ними снова встретиться. Чёрт, что-то вся эта ситуация мне совсем не нравится, — мрачно протянул себе под нос Хатаке, оставшись в одиночестве. Он скосил глаза в сторону закрытого ящика стола, в котором была заботливо припрятана серия «Приди-Приди Рай». — А что бы ты сказал на это, Джирайя-сенсей?

***

      — Хм, и ты хочешь, чтобы я поверил, будто ты встал на путь истинный, и помог тебе? — я возмущённо хрустнул честно отобранной морковкой, в упор разглядывая невиннейшую физиономию Гари. Это ж надо: перебил столько народу и глазом не моргнёт.       — В отличие от тебя, я с него и не уходил, вообще-то. Это ты у нас террорист-смертник со стажем, — парировал тот, ухмыляясь. — Ты б на еду так активно не налегал, дружище, а то как бы очередная коллизия в кустах не приключилась.       — Не приключится, ага, — я недовольно поморщился, пытаясь изгнать из памяти подробности последних двадцати часов. — И что ты от меня хочешь? Чтобы я притащился с тобой в Коноху и прочёл им лекцию о твоей глубочайшей невиновности? Типа опоили, оклеветали, разуму лишили. Да я как бы сам там на птичьих правах — кто меня слушать-то будет? Особенно теперь.       — Так оно и есть, кстати. Я свои действия никак контролировать не мог. Вроде бы соображаю, что к чему, а всё равно слушаюсь, — растерянно сообщил Гари. — Сознание будто в каком-то тумане. Хотя, другие и вовсе ничего не помнят.       — Другие? — я настороженно на него посмотрел, пытаясь вспомнить, что именно несла Куроцучи на собрании Пяти Каге, которое я так спешил покинуть. Точно, она говорила, что нас было немало. — Ты про других воскрешённых?       Гари лишь поджал губы и усмехнулся, затем оторвал травинку и стал перекатывать её во рту, сразу же напомнив мне одного из конохских шиноби, который имел пугающую привычку засовывать в зубы сенбон.       — Эх, малыш, какой же ты непонятливый. Воскрешённые только мы с тобой. Тут всё гораздо сложнее: другие — это шиноби, которые благодаря антидоту и наложенным печатям теперь подчиняются одному человеку. А человек этот готовит в Конохе восстание против нынешнего режима. Не то, чтобы я особо переживал за деревню Листа, но кроме них мне помочь, пожалуй, и некому.       — И много таких? — я поёжился, вспомнив, как Шикамару обмолвился, что Ино и Сакура почему-то совершенно не пострадали при нападении. И что те, кому была введена сыворотка, не могли причинить вред друг другу.       — Хм, твоя красавица-блондинка из их числа, верно мыслишь, — игриво подмигнул мне бывший сокомандник. — И, поверь мне, не она одна. Точное число не назову, но больше трёх сотен точно. А самое интересное, что никто из них даже не догадывается, что они своего рода бомбы замедленного действия. Сами не знают, когда рванут.       — И какого хрена мы тогда здесь сидим? — я тут же вскочил на ноги, порываясь броситься на спасение Ино.       — Эй, малыш, полегче. Так что насчёт помощи? Ты выступаешь моим адвокатом перед Хокаге, а я рассказываю тебе всё, что мне известно о будущем восстании. Баш на баш.       Гари, хитро прищурившись, протянул руку, и мне не оставалось ничего другого как пожать её в знак согласия. Что бы он ни натворил в прошлом, сейчас он единственный мог мне помочь, и ради Ино я был готов рискнуть своей и без того подмоченной репутацией. В крайнем случае, бывший нукенин всего лишь помог нукенину нынешнему — ничего особенного.       — Ладно, погнали, — я разжал руку и проворно вскочил на ближайшую ветку. — По пути расскажешь. Времени, как я понимаю, у нас особо нет.       Гари лишь хмыкнул и молниеносным движением оказался рядом со мной.       — М-да, Дейдара-кун, это будет весьма занимательная история, вот увидишь.