Вы умеете варить кофе?

      Проснулся я тяжело, голова просто трещала по швам. Прикладываю ладонь ко лбу и осматриваю комнату. Черт! Что здесь произошло за одну ночь? Кровать в полнейшем беспорядке, одна подушка лежит на подоконнике, вторая возле входа, одеяло на шкафу… Я точно уже проснулся?       *тыдыщ*!!! БЛ***! Я же один дома, кто гремит на моей кухне?! Аккуратно встаю, голова с новой силой заболела, хотя казалось, что больнее уже некуда. Беру в руки бронзовую статуэтку и медленно направляюсь в сторону кухни. Так, Шерлок, только не кричи, иначе не комильфо.       - Доброе утро, медвежонок! – сказала блондинка и наигранно улыбнулась.       - Яна? Я… Я думал… Ну, знаешь… Домушники… Воры… Что ты здесь делаешь? – мда, красноречивость – мое второе имя.       - Я вернулась, звоню тебе, чтобы ты меня забрал из аэропорта, а телефон недоступен! Как это понимать, Бенедикт? Ты же никогда не напивался так! Самому не противно? – теперь она была похожа на дьявола, на дьявола с ангельской внешностью.       - Прошу, солнышко, не начинай, сейчас мне и так плохо, - бормочу я, садясь за стол и опуская голову.       - Поясница болит? – невзначай спросила девушка.       - Болииииит! – моя рука тут же потерла нижнюю часть спины. Стоп. Почему Яна спросила про поясницу? Почему не про ногу, руку, нос? Она никогда не спрашивает или говорит что-то просто так. Тогда…       - Я нашла это на твоей кровати, - Погорелова протянула мне красно-коричневый браслет с китайскими иероглифами, явно мужской.       - У меня такого нет, - рассматриваю бижутерию и пожимаю плечами. Где-то я такой уже видел…       - У тебя нет, но такой есть у Саши. Скажи, что его браслет делает у тебя на кровати? Предполагаю, что он помог тебе, пьяному идиоту, добраться до дома. Но тогда почему кровать в таком состоянии? У тебя болит поясница. Да и этот браслет просто так не снимешь, я проверила, он очень сложно развязывается.       Она продолжала сверлить меня взглядом. А что я ей мог ответить, вчерашний день размыт в моей памяти.       - И? Не видишь, у меня жуткий отходняк. И именно сейчас ты решила у меня узнать тайны всех народов!       - Бенедикт! Я знаю твою любвеобильность! Но неужели ты опустился до отношений между парнями?! Не противно, извращенец?!       -Что???!!! Женщина, ты в своем уме?! Да даже если бы и опустился, то поясница болела бы не у меня! Ян… Ты же знаешь, что я…       Люблю? Почему сейчас это слово застряло у меня в горле? Что не так? Яна всегда приходила тогда, когда удобно ей, она никогда особо не интересовалась мной, только моим финансовым состоянием. Яна часто исчезала на несколько недель, а потом появлялась, как ни в чем не бывало. Раньше меня это устраивало. Мне казалось, что все изменится, когда мы поженимся. Теперь же я осознал, что Погорелова останется той, кто она есть.       - Медвежонок…       Ох, еще и это ее противное «медвежонок»! Все, солнышко, последняя капля!       - Яна, нам нужно на какое-то время расстаться. Если наши отношения чего-то стоят, то мы в итоге все равно сойдемся, если же нет – извини, что тратил твое время.       Кажется, мои слова оказались для нее полным шоком. Что, думала, я твоя безвольная кукла? Как бы не так.       - Кто она, - девушка взяла себя в руки и спокойно спросила, опустившись на стул напротив меня.       - Что? – сначала я как-то не въехал в суть ее фразы.       - Я спрашиваю еще раз, кто та женщина, ради которой ты готов пожертвовать нашими идеальными отношениями? КТО ОНА?! – после вскрика Яна ударила по столу кулаком. Ого. Это было неожиданно, правда.       «Нашими идеальными отношениями»? Серьезно? В каком месте они идеальны? Она шутит?       - Я не завел любовницу, успокойся, - голова… моя голова…       - Если ты бросишь меня – я тебе это просто так с рук не спущу! Ты меня понял? Но… Если мой медвежонок хочет «передышку», то я ему ее организую, - после сказанного она поспешила удалиться.       Что только что произошло? Мы, конечно, всегда старались не слишком вмешиваться в жизнь друг друга, но измены – это не про нас. Читая все это, вы, наверное, подумали, что я бабник страшный, да? А вот и нет. Соглашусь, на красивых девушек я посмотреть люблю, но не более того, особенно, если я связан отношениями. Случай с секретаршей Светочкой – случайность. Нет, это не оправдание. Как вы помните, я хотел мягко отшить ее, а Яна зашла слишком рано.       Все вокруг поражаются моей мягкости и легкоуправляемости. Раньше я был не таким. Вот хотя бы взять школу. Кто главный школьный хулиган? Бенедикт! Кто не признает никаких правил? Бенедикт! После школы мне захотелось «исправиться». Но мое «исправление» привело к печальным последствиям: я стал… подкаблучником? Пожалуй. Аж противно. Ну почему? Я ведь просто хотел стать серьезнее, взрослее… Самое главное, понимаю, что бесхребетный, но ничего поделать не могу.       После большого количества таблеток и воды я стал чувствовать себя лучше. Ах, точно, Саша! Я совсем забыл про него! Кажется, он вчера помог мне добраться до дома, только вспоминается это все с большим трудом. Надо бы ему премию выписать… Все-таки, он хороший парень. Так, а насколько большую премию? Три оклада? Пять? Десять? Двадцать? А ничего не треснет? Ведь новогоднюю я уже выдал, а эта идет бонусом за доставку начальства на дом.       - Утречко! Как дела, мой вассал? – стараюсь предать голосу беззаботность и радость.       - Доброе утро, Бенедикт Альбертович, - как всегда голос его спокоен и… офигительно красив. Я даже нервно сглотнул.       - Признаться честно, я плохо помню, что случилось вчера, но ты ведь дотащил меня до дома, а для меня это ценно. Прими дар в виде премии, мой верный рыцарь! Деньги я уже перевел, приятных выходных!       Я не соврал. Моя память предоставляет мне только какие-то отрывки.       - Подождите, не кладите трубку! Я знаю, у Вас есть девушка и семья, но не могли бы Вы сегодня потратить на меня полчаса?       Что? Он первый раз вот так просит меня о чем-то. Потратить на него полчасика? Я бы с радостью, но… После своего «влечения к нему» мне потребуется время, чтобы успокоится и прийти в себя. С Яной я пока расстался, родители смотались в какую-то теплую страну, даже название не запомнил. В этот Новый год я одинок, как никогда.       - Саш... Я... Прости...       Как бы ему все объяснить, не раскрывая правды и не отвечая грубо? Где, блин, эта золотая середина?!       - Тогда спрошу по телефону. Вы знаете Пепелова Константина Ярославовича? – каким встревоженным стал его голос.       - Аааа! Мой химик! И вроде твой брат, да? Он всегда говорил, что я безнадежен. Вечно давал подзатыльники, за то, что не в школьной форме приходил. Кстати, как он там?       Да, я помню, как сам спрашивал у Саши, нет ли у него старшего брата Кости… Ха, вот они вроде похожи, а вроде и как две противоположности.       - Бенедикт Альбертович, я увольняюсь.       Что?! Почему?! Саш, не бросай меня! Ты самый долбанутый секретарь, где же я еще такого найду? Черт! Да что вдруг на него нашло? А если это как-то связано с тем, что произошло вчера? Да, что-то случилось, а я не помню!       - Нет, не увольняешься, - стараюсь сделать тон наиболее властным и строгим. Кажется, на другом конце трубки я услышал нервный вздох. Вздох раздражения, облегчения, радости? Чего? Черт его знает!       - Саш, приезжай ко мне завтра к семи вечера.       - Но ведь завтра тридцать первое…       - Мои родители уехали на отдых, девушка сейчас… эм… тоже в отъезде, а друзей у меня особо нет, только школьные, но и те давно уже в других городах и даже странах. Что скажешь? Или у тебя уже есть планы?       - Вы, однако, провидец. Брат с женой уехали к бабушке. Но Бенедикт Альбертович, если Вы не против, то я хотел бы приехать пораньше, иначе мы не успеем приготовить еду.       - Хочешь сам готовить? – удивился я.       - Конечно, Новый год тем и хорош, что можно насладиться не только процессом поедания, но и готовки.       Я улыбнулся. Сейчас мне… хорошо? Да, хорошо.