***
Холодный осенний день не предвещал никакой беды. Виен, как всегда проснувшись в своей тёплой постели, встала с хорошим настроением. Сделав все утренние процедуры и позавтракав, она решила немного прибраться в своей квартире, к слову, в которой она живёт одна. Родители живут заграницей, с ними она видится несколько раз в год и только по праздникам. Чтобы она помнила, что они ещё существуют, каждый месяц они перечисляют ей деньги на её счёт в банке, к которому она ни разу не притрагивалась. «На чёрный день», — как обычно шутя, говорила она сама себе. Виен достаточно той суммы, которую она получает за выигрыши на конкурсах и соревнованиях, на которых она занимает всегда призовые места, как и её брат в прошлом. Родители Виен были категорически против увлечения своей дочери, поэтому, когда она заявила, что это дело не бросит, они собрали свои вещи и уехали в другую страну, ссылаясь на то, что отец получил новую должность. На самом деле, они всегда больше любили Туана, чем Виен. Сам Туан это понял и решил, что он станет Виен, и мамой, и папой, и старшим братом, что у него так прекрасно получалось до трагического случая. Одев обычные джинсы, которые попали первые под руку, натянув на себя какой-то свитер и заплетя на голове что-то наподобие косички, Виен вышла на улицу. На девушку обрушился шквал холодного потока ветра, который так сильно обжигал её щёки. Моросил дождик. Виен решила не идти обратно за курткой и шапкой, а сразу же пошла к месту, где стоял её классический мотоцикл. До клуба было ехать минут двадцать, если не считать пробки, в которых как ни странно, она умудрялась застревать. На этот раз Виен их миновала, и приехала раньше обычного. Поставив мотоцикл на специальную стоянку, она пошла ко входу в здание, у которого на крыльце стоял красивый и высокий парень. Одет он был в чёрное. В кожаные штаны и футболку, по верх которой была надета куртка. В ушах виднелись серёжки, в одной руке он держал тёмно-красный шлем, а в другой руке была сигарета, которую он докуривал, как поняла девушка по уже небольшому окурку. Пройти мимо парня с гордо поднятой головой. Так всегда делает Виен. Зачем? Затем, чтобы они не стали её трогать. Почему же она не хочет, чтобы её трогали? А потому что Виен боится к кому-то привязываться, боится потерять, боится снова оказать одна. Можно сказать, у неё такой своеобразный метод защиты. Она думает, что парни не любят высокомерных и гордых девушек. В каких-то случаях Виен права, но не всегда. Все мы разные, всем нам нравятся разные люди. Может быть, и какому-то парню нравятся гордые девушки. Но на самом деле Виен не такая. Она не высокомерная и не гордая. Она обычная. Простая в отношениях к другим людям, хоть и замкнутая в себе. Самое главное узнать Виен получше. В клубе было мало народа, ведь на дворе всего лишь одиннадцать утра. Обычно, многие приходят после работы или университетов, где они получают свою специальность. Виен же не хочет учиться, говоря, что и так сможет найти работу, если бросит своё любимое занятие, что вряд ли случится. Никто так и не смог её переубедить. Поэтому она просто продолжила заниматься тем, чем занимается. — Сбор через десять минут! — послышался возглас главного, который пришёл сегодня раньше обычного. Главный в клубе Чон Хосок или Джей-Хоуп, как его называют друзья. Парень с большим энтузиазмом. Всегда весёлый и жизнерадостный. Редко показывает свою усталость или грусть. Хосок был самым близким другом Туана. Теперь он заменяет Виен старшего брата. Если что-то случается, она сразу же бежит к нему за помощью и утешением. Так же, Хосок — надежда всего здания. Если бы не он, то не было бы клуба. И все ребята попросту оказались бы на улице. Десять минут прошли быстро. Девушка успела только переодеться. Здесь, по клубу, она ходила в спортивных штанах, которые висели на ней, потому что были на размер больше, в бесформенной футболке, которая была вся грязная из-за масла для смазывания деталей и в серой кепке брата. Со спины она была похожа на парня. Сбор происходил на первом этаже. Само здание состояло из двух, а на заднем дворе был большой стадион, где происходили соревнования или конкурсы. Второй этаж был полностью отдан под отдых. Здесь находились комнаты для переодевания, была большая комната с мягкими диванами и огромным телевизором на пол стены. На первом этаже была мастерская, где обычно ремонтировали или улучшали свои мотоциклы ребята. На сбор пришли почти все, кто ходят в этот клуб. Виен была немного удивлена такому количеству людей, ведь был не вечер. Вспомнив, что сегодня выходной она успокоилась, но ненадолго. В толпе она увидела одного парня, который до этого в клубе не появлялся. Это был тот самый парень с крыльца. — С сегодняшнего дня в нашем клубе пополнение, это пополнение будет последним, пока я не уйду со своего поста, — сказал Хосок, улыбнувшись во все тридцать два зуба. — Это Чон Чонгук, прошу любить и жаловать! — Здравствуйте, надеюсь, мы с вами поладим и подружимся, — проговорил парень с милой улыбкой на лице. — Пока не забыл, — начал Хоуп, — Это Виен, — показывая на неё, сказал он, — Будь с ней доброжелателен, она у нас единственная в клубе девушка, как младшая сестра всем. Чонгук лишь кивнул, показывая тем, что он всё уяснил. Все постепенно начали расходиться. Виен пошла к своему мотоциклу, чтобы начать его починку, ведь на прошлой неделе она чуть не пострадала из-за того, что у неё отказали тормоза. Тормоз она чинит как раз неделю, и всё безрезультатно. Помощи просить она ни у кого не стала, так как решила, что починит сама, чтобы не напрягать других ребята своими заботами. — Может быть, помочь? — спросил новенький парень, подходя к Виен, которая мучилась с деталями. Со стороны девушки молчание. Она также продолжает мучать деталь в руках. Раз за разом. И снова нечего не выходит. — Я же тебе помощь предлагаю, соглашайся. — Сама справлюсь! — грубо ответила Виен, отвернувшись от него. — А если я хочу подружиться, так ты согласишься? — всё настаивал парень. — Так особенно нет. — Почему? — Мне не нужны друзья и приятели тоже, — продолжала отказываться Виен. — Хорошо, — грустно ответил Чонгук и ушёл к остальным ребятам. Правильно ли поступила Виен? Она сама не знает. К чужим людям она привыкает постепенно. В клубе уже давненько не было новеньких, поэтому всё было обычно, как и всегда. Она знает всех — её знают все. И всё отлично. Но не сейчас. В коллективе появился новый, можно сказать, чужой человек, который сразу же хочет с ней подружиться. Конечно, для неё это потрясение. Раньше к ней никто не подходил, если она сама этого не захочет. Вернее, если ей надо, то она сама подходила. За день в клубе уже все успели познакомится с Чонгуком, кроме одной особы, которая избегала его, лишь бы не говорить с ним. Парень уже косо на неё смотрел, думая, что он сделал что-то не то, раз она бегает от него. Под конец дня он не вытерпел и подошёл к ней, когда она собиралась уезжать домой. — Дай свой мобильник! — приказным тоном сказал тот, и, не дожидаясь её ответа, он просто выхватил её телефон из рук. Чонгук набрал ей свой номер и позвонил по нему; теперь у него есть номер телефона Виен. — Эй?! Ты чего творишь, а ну отдай! — начала кричать девушка. — Держи, мне больше и не надо, — отдав ей телефон, он пошёл к своему мотоциклу. — Дурак… — ели слышно сказала девушка, когда тот уехал, оставляя за собой клубки серого дыма.***
С того момента, как Чонгук пришёл в клуб, прошло две недели. С ребятами он нашёл общий язык быстро. Только не с Виен. Она всё также продолжала его избегать и не говорила с ним. Но есть одно «но». Когда Чонгук звонит ей на телефон, она отвечает. Делает она не из-за того, что хочет пообщаться или же решила всё-таки подружиться, а из-за того, что она волнуется. Нет, не то чтобы волнуется, девушка боится, что что-то случится. Виен отзывчивая, если кому-нибудь нужна помощь, она обязательно поможет, несмотря на то, в каких с человеком они находятся отношениях. Обычно их разговор по телефону состоит из «Я слушаю» — от Виен и «Пошли прогуляемся?» — от Чонгука. И после слов парня она сбрасывает трубку. Виен уже наизусть выучила номер Чонгука. Как тут его не выучишь, если он названивает ей каждый день по вечерам. На улице с каждым днём становилось всё холоднее и холоднее. Особенно сегодня, когда ночью было минус один градус. В скором времени, когда выпадет первый снег и ударят сильные морозы, придётся попрощаться с мотоциклом до весны, когда будет светить тёплое солнышко, и ездить на общественном транспорте. Виен перестала ездить зимой на них, как однажды попала в аварию. Мотоцикл занесло на повороте, где был гололёд. Больше всего пострадал её транспорт, а Виен лишь отделалась небольшими ушибами и синяками. После этого случая ребята запретили ездить ей на мотоцикле зимой, опасаясь за неё. В клубе было немного народу из-за холодной погоды, вернее было всего три человека: Хосок, Чонгук и Виен. Хосок жил недалеко, поэтому он мог спокойно дойти пешком, как обычно он и делал. Где жил Чонгук, Виен не знала и не хотела знать. Ей это было не за чем. Сегодня Виен решила побыть в клубе дольше обычного и уйти самой последней. Хосок ушёл ещё час назад, а Чонгук даже виду не подавал, что собирается уходить. Надоев ждать, Виен пошла собираться, чтобы поехать домой. Когда она переоделась и спустилась обратно на первый этаж, девушка поняла, что тот, которого она так ждала, чтобы он ушёл — ушёл. Выключив везде свет и закрыв клуб, она поплелась к своему мотоциклу. На улице уже поздно и очень темно, людей не виднелось, машины не ездили. Тишина. Только слышно, как трещит фонарь, который освещает стоянку. Одев шлем, усевшись на мотоцикл, медленно и не спеша, Виен направилась домой. Сейчас ей не хотелось гнать, как обычно она делает в это время, когда на улице ночь и нет машин, она ехала спокойно, думая о своём. Фонари слабо освещали дорогу… звук падения… всплеск воды… слышен мат Виен… она въехала в ямку, которую не заметила при плохом освещении. Почему всплеск воды? А нечего сокращать дорогу через парк, где есть пруд. Въехав в эту небольшую яму, Виен потеряла управление и поехала прямо по склону в пруд. Достав кое-как мотоцикл из пруда, вся мокрая и замерзшая девушка пошла пешком домой, тащив за собой эту железяку, которая весила в десять раз больше неё. «Почему они не огородили пруд?», — идя домой, спрашивала сама себя Виен, а потом сама же себе отвечала, что умный человек не полезет в пруд, тем более на мотоцикле и в такую погоду.