Два Бьякко и я.

POV Рихито. Новый учебный год. Теперь я в старшей школе… Я, вашу мать, в старшей школе для демонов и демонских родов! Яху! Это единственная школа в Японии, которая имеет свою начальную, среднюю и старшую школу на одной территории!!! Как же это классно! Здесь нет жалких людишек, а есть куча демонов, которым только дай пошалить! А старшая школа — это мечта всех, кто поступает сюда с первого класса начальной школы, потому что в старшей школе форма не обычная: там приняты юката*. Ах, девушки в традиционных нарядах — это куда лучше мини-юбок! При том, что короткие шортики на физкультуре никто не отменял! Ля-ля-ля! Ну, кроме того, мне не нужно будет заново знакомиться с одноклассниками, потому что все они — в моем классе! Кроме того, в нашем классе половина девушек была бакэнэко* — это ли не счастье?! Ах, старшая школа, лепестки сакуры, новая жизнь… Я, Рихито Даикава, сын Нурарихена, был заядлым любителем любовных шалостей. Мало того, что мой отец Нурарихен, так еще и мать была (она, моя красавица, обычный человек) яойщицей. Как только я приводил в дом девушку, радовался отец, как только приводил прекрасного юношу — радовались оба. Папочка у меня тоже не без греха в этой части. В первый школьный день мы должны были прийти в традиционной школьной форме, и сейчас, подходя к школе, я заметил стайку своих одноклассниц в невероятно коротких плиссированных синих юбочках, что-то обсуждающих. Их хвосты взволнованно метались, открывая моему взору их нижнее бельишко. Черт, еще этот тонкий запах сакуры… Обожаю весну! — Привет, девчонки! — я хлопнул ближайшую девушку по ягодицам. Мисаки Инагаки, моя одноклассница, вздрогнула и хотела дать мне пощечину, но я ловко исчез и появился с другой стороны от нее. — Я сын Нурарихена, не забывай! — со смехом пропел я. В отличие от кошечек, чьи ушки так и хотелось потрогать, я выглядел почти как обычный человек: среднего роста, зеленые глаза, красные волосы, красавец на лицо, только вот затылок у меня был несколько вытянутым. — Рихито-кун, а ты уже слышал новости? — спросила Натцуми, спасая меня от преследования Мисаки. — Нет, а что за новости? — Нас распределили по-новому, — опустили ушки все кошечки. Я почувствовал, как подгибаются колени. Я… в новом классе?! Не с моими кошечками?! — А как узнать, в каком я классе, а в каком вы?! — заволновался я, хватая Натцуми за тонкое запястье. Девушка улыбнулась. — Ты в классе 1-1 с Миса-тян! — улыбнулась она, взмахнув хвостиком. — А мы все в классе 1-3! — Черт, повезло же некоторым, — завистливо вздохнул я. — А Фумио-кун со мной? — Фумио Коикэ — это мой лучший друг. Он — оками*. — С нами, с нами, — все еще дулась на меня Миса-тян. — Все с нами, только девушки другие будут. — О! Новые девушки! Я должен это увидеть! — хлопнул я в ладоши и, попрощавшись с девушками, направился в здание старшей школы. В класс я пришел не скоро, потому что знакомых у меня было много, да и как не дать себя погладить бывшим одноклассницам? Так, класс 1-1, в самом конце коридора. Просто прекрасно, до лестницы тут еще столько идти! Я, вздохнув, открыл дверь. Если у нас новый класс, то срочно нужно занять предпоследнюю парту у выхода. Но, зайдя с улыбкой в класс, я остановился как вкопанный. На предпоследней парте среднего ряда сидела ослепительной красоты девушка в нашей форме. У нее были длинные черные волосы до поясницы, они даже лежали на стуле, покрывая ее словно плащ, глубокого цвета лазурные глаза, девушка подпирала аккуратную головку маленькими ладошками с тонкими пальчиками. И вся такая хрупенькая, задумавшаяся так сильно, что тонкие брови сведены на переносице. Чем-то похожа на Саяку Акимото*. Мое сердце учащенно забилось. Никогда я еще не видел такой красавицы… Хоть замуж зови, пока не отобрали! — Привет, красотка! — кинув портфель на свою парту, я без зазрения совести сел на ее парту. — Как такое прелестное чудо может грустить? Может, мне тебя развеселить? — лукаво поинтересовался я, наклоняясь к личику удивленной красавицы. Ох, этот румянец на щечках, сколько невинности в лазурных глазах! — Я… — красивым, словно бег ручейка, голоском протянула моя новая одноклассница. — Не пугайся, я просто хочу познакомиться, — я осторожно погладил ее по нежной-нежной ладошке. Девушка покраснела еще больше, а потом — пуф! — передо мной оказался мальчик в обычном гакуране*. Я сначала испуганно вскрикнул и дернулся, из-за чего мальчик схватил меня за руку. — Извини, не пугайся! Я Каору Нумата, я кицунэ*! — поспешил меня успокоить новый одноклассник, а я почувствовал, что удушливо краснею. Каору… Нумата? Да это же звезда нашей школы, прелестный бьякко*, и я держал его за руку?! Я с ним разговариваю?! Ками-сама, это не сон?! Я активно закивал, осматривая прелестное создание, что столько раз видел издалека. Вблизи он еще лучше: огромные лазурные глаза с длинными светлыми ресницами, белоснежные волосы, обрамляющие миленькое круглое личико с розовыми припухлыми губками, что так ясно выделялись на бледной коже. Большие белые лисьи ушки, что сейчас в смятении отведены назад, так и манили к себе их потрогать, сам хрупкий, как тростиночка, кажется совсем беззащитным, а сзади развевалось пять белых пушистых хвостов. Кажется, кто-то мне говорил, что хвост у кицунэ — особая эрогенная зона… — А… ага, — только и смог промямлить я. — Я… Я… Ри… Ри… Рихито Даикава, — сглотнул я, чувствуя, как потею. Этот кицунэ был настолько милым, что все без исключения хотели с ним встречаться, от учеников до учителей, но боялись получить отказ от столь светлого существа и огорчить его. Он ведь такой открытый, ранимый, наивный, чувственный и… сексуальный!!! Услышав мой ответ, Нумата-кун склонил голову на бок и улыбнулся светлой улыбкой, а его ушки мгновенно поднялись. — Какое красивое у тебя имя — Рихито! Могу я… — Прости, мне… нужно подготовиться к уроку! — занервничал я, спрыгивая с его парты и садясь за свою. Черт, что к уроку-то готовиться, если у меня только тетрадь и ручка с собой?! Боковым зрением я уловил, что кицунэ удивленно пошевелил ушками, а потом расстроено их опустил. О боже, я расстроил Каору!!! Да меня же побьют к чертям… — Рихи-кун, пошли, поможешь! — на мое счастье Миса-тян подбежала ко мне и ультимативно подняла меня со стула. — Даикава-сан, извини, что я сразу не сказал, кто я, — тихонько отозвался кицунэ, поднимая на меня большие лазурные глаза, полные вины. Черт, я его сейчас на месте изнасилую такого милого!!! — Ничего, — как-то грубо сказал я, потрепав его между пушистых ушек. Я не буду мыть эту руку вечность!!! Из плена мечтаний меня вырвала Миса-тян, сказав, что нужно отнести коробки. — Почему ты не сказала, что с нами будет учиться кицунэ? — вцепился я в девушку. Что значат ее ушки и ее гладкий хвост, по сравнению с теми белыми ушками и пятью хвостами?! Миса-тян лишь фыркнула. — Ну, учится он и учится! Извращенцы проклятые! Бедному мальчику жить не даете! — А кто мне на день святого Валентина все уши прожужжал, что боится подойти к нему, м? — иронично спросил я. Миса-тян заткнулась и решила поговорить на отвлеченные темы. Например, о кружках, в которые мы должны были обязательно записаться. — И кстати, на Нумата-сан заглядываться бесполезно, — грустно вздохнула Миса-тян, когда показала мне, какие коробки перенести. Мы были в учительской. — Это с чего бы? В этом году я добьюсь его во чтобы то ни стало! Это же старшая школа! — упер я руки в бока. Девушка тяжело вздохнула и нетерпеливо замахала хвостом. — Да я бы тоже не против с ним замутить, да поговаривают, что у него роман с собственным страшим братом. Инцест, все дела, — отмахнулась бакэнэко. Я чуть не выронил коробку из рук. — Ты хоть думаешь, что говоришь? У кицунэ-тян не может быть таких плохих свойств! — О, кицунэ-тян? — злорадно повторила Миса-тян. — Ничего себе, как мы влюбились-то! Мур! — Не мурлычь мне тут! — схватил я ее за хвост, чтобы она не ушла. — Что у него с братом? — Да я откуда знаю! Это слухи! Те, кто учился с ним в средней школе, говорят, что он живет только с братом, брат заезжает за ним обычно после школы, брат отвозит его в школу, кицунэ-тян постоянно думает о брате и краснеет каждый раз, читая его смс, но никогда не дает их прочесть другим! Еще наш кицунэ постоянно думает, чем бы порадовать своего Нии-сама на ужин! Пусти хвост, скотина! — зашипела Миса-тян и гордо ушла, не забыв назвать меня извращенцем. Я тяжко вздохнул и, когда опустился за коробкой вновь, толкнул учительский стол, с которого упала записная книжка. Ну, нужно поднять. Из книжечки торчал листочек, где было написано сбоку: «Информация об учениках 1-1 класса». Ин… информация?! Так-так, где тут адрес кицунэ-тян? Ага, вот он… Весьма довольный своей удачей я быстренько отнес все коробки и вернулся в класс. Каору все так же сидел за своей партой, но уже с телефоном в руках, читал смс и улыбался, очаровательно краснея. Я постарался заглянуть к нему через плечо, чтобы увидеть, кто ему такой пишет, что он краснеет. Лисенок испуганно положил телефон на парту экраном вниз и обернулся, мигом воинственно отводя ушки назад. — Это кто же тебе там пишет? — попытался я дотянуться до телефона, но Каору резко положил его в карман. — Нии-сама, — снова покраснел лисенок, смущенно опуская ушки и глаза. Блин, я хочу, чтобы он так же краснел при мысли обо мне! — А девушки у тебя нет? — как можно дружелюбнее спросил я и понял, что на нас смотрит весь класс. Верно! Я же разговариваю со звездой школы! Лисенок очень густо покраснел, ровняясь цветом со спелым помидором, и закрыл лицо руками. — Нет-нет! У меня никого нет! — Каору так смутился, что даже прикрыл лицо одним из хвостиков. — Как странно, — заметил иронично я, на что Каору посмотрел на меня и удивленно пошевелил ушками, но задать ему вопрос не дал зашедший учитель. О, пошли веселые будни в старшей школе! Нашим классным руководителем оказался строгий Коноха-тенгу-сенсей*. Он сказал нам сразу выбрать старосту, и первым вызвался Каору. Мало того, что милый, так еще и ответственный! Ах, прелестное создание! В первый день нового учебного года нам всегда делали поблажки, поэтому мы отучились два первых урока, выслушали речь директора — Хари-онаго* — и отправились по домам. Стоило нам выйти за школьные ворота и школьный барьер, как перед школой резко затормозил мотоцикл. На нем сидел мужчина. Высокий, но лицо мешал рассмотреть затемненный шлем. Он был в специальном костюме, который облегал красивую атлетическую фигуру. — Нии-сама! — раздался радостный голос кицунэ-тян, и Каору с легкостью запрыгнул на мотоцикл в образе той же красавицы. Я подлетел к Мисаки и отвел ее в сторону. — Это его брат? Да, его брат?! Что-то он не похож на кицунэ! — Конечно, он не похож, идиот! Он, в отличие от Нуматы-куна, старше: ему двадцать три года, он уже научился прятать хвост и обращаться не только в женщину, но и в мужчину, тупая твоя голова! — Эх, лучше бы кицунэ-тян никогда не научился обращаться, — вздохнул я, а рядом со мной закивали все рядом стоящие одноклассники. Общую дорогу до дома я проделал вместе с ними, предлагая разные стратегии по признанию в любви маленькому лису. И мне все завидовали, потому что Каору-тян держал меня за руку! И разговаривал со мной! Я — красавчик! Но на ночь у меня были коварнейшие планы: подсмотреть за лисенком. Его брат ведь приезжает поздно, так? Домашний адрес я узнал, надел куртку с капюшоном, взял бинокль. Даже фотоаппарат прихватил. Нет, я не собираюсь распространять фотографии голого кицунэ-тян, это чисто для моих целей! Способности Нурарихена позволили мне легко подкрасться к дому лисенка. Они с братом жили в небольшом двухэтажном домике, в котором было максимум четыре комнаты: две жилые — наверху, кухня с гостиной — внизу. У верхних комнат имелся балкон, а в комнату с него вели прозрачные двери. Я улегся на ветке дерева, что было неподалеку, открыл чипсы, взял бинокль и принялся ждать. Я видел, что лисенок в фартучке орудует на кухне очень ловко, с видимым старанием. Правда, ему мешались хвосты, но в то же время он мог ими что-то помешать в кастрюльке или достать что-то из пакета. Было очень жалко, я прям разрывался от желания кинуться к лисенку, когда он случайно окунал хвост в кастрюлю. Он был так мил, так разочарован… Боже, почему его до сих пор никто не изнасиловал?! Может, слухи об инцесте правда? Это было бы совсем некстати. Лисенок, приготовив еду, снял фартук с косынкой и пошел наверх. Я увидел, что он зашел в комнату, где при не задернутых шторах снял футболку, взял нижнее кимоно и ушел в душ. Я мигом приземлился к нему на балкон и сел возле открытых штор, стараясь, чтобы лисенок меня не заметил, когда выйдет. В мечтах о его гибком худом теле, что намокало под струями воды, я съел все чипсы. Как же я хотел быть этой водой, как я хотел быть его мочалкой, чтобы касаться этой нежной кожи и самых-самых интимных участков его тела… Ах, его сладкая попка, она так аппетитно выглядела в черных брючках! Я услышал тонкое пение, доносившееся из душа. Кажется, это была совсем не популярная мелодия, а что-то из J-Rock’а. Так-так, мой лисенок увлекается тяжелым! Не ожидал… Неожиданно пение и шум воды прекратился. Я взял фотоаппарат да так и замер, стоило ему открыть дверь. Каору-тян вышел в довольно коротком нижнем кимоно, которое из-за обилия хвостов, задиралось на самом интересном месте. Он подошел ближе к окну, а я остался незамеченным. Я щелкнул кнопкой фотоаппарата, совсем не понимая, что снимаю. Его тонкие, бледные колени, эти мокрые волосы, делающие его несколько развратным, даже добавляли ему очарования, лазурные глаза сияли еще ярче, чем в школе. Он положил джинсы на кровать, и я заметил среди них его нижнее белье. Вот бы его выкрасть… Ах черт, он без трусиков?! Да, детка, повернись ко мне попкой! Лисенок, как по заказу, повернулся, заставляя меня задержать дыхание. Блин, его хвосты, конечно, очаровательны, но лучше бы он их поднял. Что-то мелкое упало их рук лисенка, и он наклонился, подняв хвосты. Да! Он без трусиков! Фотки, фотки, фотки!!! — Ты что там делаешь, наглый извращенец?! — вскричал дикий рычащий голос, и мне мгновенно прилетело в бок. На балконе оказался, судя по всему, старший брат кицунэ-тян. Высокий лис с белыми короткими волосами, ушами, пятью белыми хвостами. Только глаза у него были желтые, сейчас опасливо прищурены, а губы обнажали длинные клыки. Он приставил к моему лицу, скрытому под капюшоном, катану. Свет из комнаты зловеще осветил острое лезвие. — Как ты посмел подглядывать за моим братом?! — рыча, он сделал шаг ко мне, а я мигом отполз к ограде и растворился. — Эй, куда ты делся, жалкий трус?! А ну немедленно выходи! — воинственно кричал лис, а я висел у них под балконом на сваях. Черт, о чем он думает?! Он же мог меня зарезать катаной! Дверь открылась, я услышал взволнованный голос моего лисенка: — Нии-сама, что случилось? На кого ты орал? — За тобой наблюдал какой-то извращенец! Сколько раз я говорил тебе закрывать шторы?! — рычал он уже на брата. Да как ты смеешь говорить в таком тоне с Каору-тян?! Он наверняка уже плакать хочет! — Вообще-то, ни одного, — удивленно и спокойно сказал Каору. — Нии-сама, а может, это ты за мной подсматривал?! — как-то даже восхищенно спросил он. — Что?! — в голосе облезлого лиса чувствовалось удивление и смущение. — Да я бы ни за что!.. — Ой, да знаю я тебя, старого извращенца! — засмеялся мальчик и, кажется, утянул брата в комнату. — Пойдем лучше есть! И открой мне банку огурцов, пожалуйста! — Ты ничего без меня не можешь, Нии-тян! А еще на тебя извращенцы нападают! — Он просто подсматривал! — возмутился лисенок и закрыл дверь. Спустя пару минут я вернулся на балкон и проник в его комнату. Я же сын Нурарихена! Для меня нет закрытых дверей! О, вот его джинсы и нижнее белье. О, белые танга! Услышав шум, я запихнул в карман его трусики и испарился из комнаты. После такого я просто обязан был предложить кицунэ встречаться! Но как это сделать? Нужно спросить помощи у папы — он-то у меня тот еще Казанова!