Жизнь к такому меня не готовила

      В Токио, я застряла в пробке на пути домой. Казалось, весь город решил выехать на улицу, чтобы поглазеть на мою ползущую машину и посочувствовать моей безрадостной судьбе. Телефон разрывался от сообщений Темари, но я не отвечала — пока.       Добравшись до своей комнаты, я швырнула сумку в угол и рухнула на кровать. Казалось бы, я должна была продумать свой следующий шаг, но все, что хотелось, — это свернуться калачиком и пожалеть себя. Однако мой телефон не разделял моих настроений. Он снова завибрировал, на экране высветилось имя Темари.       — Ладно, ладно, — пробормотала я, нажимая кнопку ответа.       — Ты в своем уме?! — закричала Темари с другой стороны линии.       Я чуть не уронила телефон.       — Эм… здравствуй, Темари.       — Нет, подожди! Ты уехала из лагеря, бросив меня на растерзание этому спортивному аду, не сказала мне ни слова и сейчас осмеливаешься говорить со мной таким тоном?!       — Ну, извини… — начала я, но она не остановилась.       — А я-то думала, что подруга предупредит меня хотя бы за пять минут до того, как сбежит!       — Я не сбежала! — возмутилась я. — Я уехала… по важным делам.       — Ах, важные дела! Неужели решила пробежаться по магазинам, пока весь лагерь думает, что ты умерла от стресса?       — Я была у твоего отца, — выпалила я.       На том конце линии повисла тишина.       — Ты что, серьезно?       — Более чем.       — И как всё прошло? Он тебя выгнал?       Я глубоко вздохнула.       — Не совсем. Но он дал понять, что помолвка остается в силе, и у меня нет выбора. Темари фыркнула.       — У тебя нет выбора? Это твой аргумент? Хината, я видела, как ты рвала Карин волосы в клубе. Ты способна на большее.       — Это был… момент слабости, — пробормотала я, чувствуя, как щеки заливает краска.       — Момент слабости, который я теперь всем рассказываю как пример твоего скрытого потенциала! — с сарказмом добавила она. — Слушай, Хината, если мой отец не хочет идти навстречу, то придется что-то делать иначе.       — Например?       — Ну, для начала перестань ныть и начни думать.       — Спасибо, это так вдохновляет, — пробормотала я.       — А если серьезно, я с тобой, поняла? Ты моя подруга, и мы что-нибудь придумаем.

      После разговора с Темари я почувствовала себя… чуть лучше. Не на сто процентов, конечно. Но если даже она решила, что стоит за меня бороться, значит, у меня есть шанс. Однако сидеть без дела я не собиралась. В конце концов, если уж Раса не хочет отменить эту помолвку, я поговорю с ним еще раз. Но теперь мне нужно было готовиться.       На следующее утро, собрав всю свою решимость, я снова отправилась в дом Сабаку но. Когда дверь открыл сам Раса, его взгляд был таким спокойным, что я мгновенно почувствовала себя школьницей, явившейся к директору с распиской за прогулы.       — Добрый день, Хината, — сказал он, не показывая ни капли удивления.       — Здравствуйте, господин Сабаку но. У вас найдется для меня немного времени?       — Разумеется. Проходи.       В гостиной царила атмосфера старинного богатства, в каждом углу словно звучал голос: «Ты недостаточно взрослая для этого места.»       Я села напротив Расы, стараясь не задеть ни единого предмета на идеально выверенных столиках.       — Вы, наверное, уже догадываетесь, зачем я пришла, — начала я, с трудом удерживая голос от дрожи.       — Ты хочешь поговорить о помолвке, — сказал он, сложив руки перед собой.       — Да. Пожалуйста, расторгните ее.       Он чуть приподнял бровь, но его выражение осталось неизменным.       — Хината, как я уже сказал вчера, это невозможно.       — Почему? — выпалила я, забывая о вежливости.       — Потому что этот союз слишком важен для обеих наших семей.       Я не удержалась от саркастического фырканья.       — Для вас важен. А для меня? Это же моя жизнь.       — Твоя жизнь — часть наследия твоей семьи, — спокойно ответил он.       Я почувствовала, как внутри всё кипит.       — Значит, я всего лишь пешка в этой игре?       Он задумался на мгновение, а затем сказал:       — Возможно, это не то, что ты хочешь услышать, но иногда мы все должны быть пешками, чтобы достичь чего-то большего.       Эти слова прозвучали как глухой удар.       — Спасибо за откровенность, — сказала я, вставая.       — Хината, — окликнул он. — Я понимаю, что для тебя это тяжело. Но подумай ещё раз.       — Не думаю, что мне нужно больше времени, — холодно ответила я и направилась к выходу.

      Когда я вернулась в свою комнату, я обнаружила сообщение от Темари.       «Как всё прошло?»       Я напечатала в ответ:       «Нужен новый план.»       Через секунду пришел ответ:       «Прекрасно. Завтра созвонимся, и я придумаю, как сделать из тебя революционерку. А пока выпей что-нибудь, ты звучишь, как человек, которому срочно нужен горячий шоколад.»       Я улыбнулась. Может, у меня и правда есть шанс.       Я стояла перед зеркалом, обдумывая свой план. Точнее, план Темари, потому что только она могла придумать такой безумный способ «заставить Сабаку но Расу передумать».       — Главное — показать себя с самой ужасной стороны, — говорила она мне по телефону прошлым утром, когда я робко намекнула, что у меня снова встреча с моим ненаглядным женихом. — Веди себя максимально отвратительно. Хамство, безвкусный наряд, громкий смех — короче, ломай стереотипы о «невесте из хорошей семьи». Это его отпугнет, вот увидишь.       Ну, логика в этом была, пусть и довольно сомнительная.       — Ты должна быть не только отвратительной, но и максимально нелепой, — настаивала Темари, пока я судорожно пыталась придумать что такое нелепое надеть чтобы отпугнуть своего ненаглядного. — Это твой шанс. Представь, что ты главная героиня дешёвой романтической комедии, у которой нет вообще никаких социальных навыков.       — А если он… ну, не испугается? — робко возразила я.       — Хината, этот человек женится на тебе только потому, что так хочет твой отец. Поверь, он с радостью от тебя сбежит, если ты приложишь хотя бы минимум усилий. К тому же я знаю своего отца.       «Минимум усилий», конечно, звучало обнадёживающе.       Я выбрала самый нелепый наряд, который только смогла придумать: ярко-розовый топ с пайетками, джинсовую юбку, которую носила лет в шестнадцать, и туфли на таком каблуке, что даже карусель была бы стабильнее, чем я на них.

      Раса встретил меня у входа в ресторан. На нем был идеально сидящий серый костюм, и он выглядел так спокойно и уверенно, что я сразу почувствовала себя бунтаркой в подростковом кризисе.       — Добрый вечер, — вежливо произнес он, окинув меня взглядом. Я заметила, как его левый глаз слегка дернулся, когда он посмотрел на мои огромные пластиковые серьги.       — Приветик! — пропела я, делая воздушный поцелуй.       Он подал мне руку, чтобы помочь войти, но дотянутся до его ладони я не успела так как чуть не споткнулась на своих гигантских каблуках, но в последний момент удержала равновесие, уцепившись за перила, и тут же, перешагивая через порог на своих «ходулях», сразу наступила ему на ботинок.       — Ой, простите! — завопила я, и, чтобы сохранить равновесие, ухватилась за его локоть.       — Ничего страшного, — спокойно ответил он, словно его ботинки уже привыкли страдать, но уголки его губ дрогнули, как будто он сдерживал улыбку.       «Окей, начало есть», — подумала я, направляясь за ним к нашему столику       Мы прошли в зал, и тут начался мой «звездный час».

      — Ой, я обожаю этот ресторан! — воскликнула я, садясь на стул и громко отодвигая его так, что скрип эхом разнесся по залу. — Тут такие порции огромные! Прямо для моей ненасытной души!       Раса кивнул, сохраняя невозмутимость.       — Закажешь что-нибудь особенное?       Я сделала вид, что обдумываю, и, не удержавшись, обвела зал взглядом. Столики были заняты представителями «элиты» Токио: костюмы, платья, дорогие часы. И тут я — в своей нелепой блестящей кофточке.       — Пожалуй, начну с бургеров! — выпалила я с энтузиазмом.       Раса поднял бровь, но ничего не сказал.       Когда официант подошел к нам, я заявила:       — Два двойных бургера с картошкой фри и сырным соусом. А еще молочный коктейль с ванилью и клубникой.       — И бутылку красного вина, пожалуйста, — добавил Раса, глядя на меня как на пятилетнего ребенка, которому дали выбрать, что есть на ужин.       — Ой, да, и еще, пожалуйста, двойной виски. Без льда, — выпалила я, даже не посмотрев на карту напитков.       Официант моргнул, явно удивлённый таким заказом.       — Простите, что?       — Или нет! Сделайте три. Тройной виски. У меня просто… такоооой день, — я вздохнула, бросая страдальческий взгляд на Расу.       Тот лишь слегка приподнял бровь, но ничего не сказал.       «Хорошо, он думает, что я — катастрофа. Продолжаем», — подумала я, пока официант удалялся с нашим заказом.

      К моменту, когда официант принёс мой «тройной виски», я вовсю «развлекала» Расу.       — Вы знаете, а я ведь… я ведь обожаю розы, — объявила я. — Это так романтично… Хотя знаете, что ещё лучше? Кактусы. Они не умирают, вообще никогда. Прямо как я после этой свадьбы.       Раса смотрел на меня с лёгкой полуулыбкой.       — Ты всегда так оригинальна в беседе?       — Я просто… вот такая. Дикая, свободная, — я поднесла стакан виски ко рту, сделала вид, что глотнула, и сразу же изобразила театральное лицо «вот это да, какой сильный напиток!».

      Мое мастерство вести себя отвратительно достигло пика через полчаса, когда я, активно размахивая руками, пролила молочный коктейль, к которому так и не притронулась, на белоснежную скатерть.       — Ой, какая неловкость! — пьяно вскрикнула я, пытаясь стереть пятно бумажной салфеткой, но только размазала его сильнее.       — Не переживай, — невозмутимо ответил Раса, отодвигая свой стакан подальше от зоны бедствия.       — Какой вы терпеливый, — вмешался официант, подавая нам салфетки.       — Привыкаю, — коротко заметил Раса и вдруг тихо рассмеялся.       Это было неожиданно.       — Что? — спросила я, моргая.       — Ты действительно так стараешься отпугнуть меня? — его взгляд был таким проницательным, что мне захотелось провалиться под землю.       Я застыла, чуть не уронив вилку.       — Что? Н-нет! Почему вы так подумали?       — Потому что даже если бы я дал тебе сценарий, ты не смогла бы сыграть роль «худшей невесты» лучше.       Его слова выбили меня из колеи. Он… дразнит меня?       — Простите, — пробормотала я, чувствуя, как уши начинают гореть.       Я и сама не поняла, как так произошло, одно неудачное движение рукой, и я сбила со своего места мою маленькую сумочку.       — Ой, я такая неуклюжая! Сейчас подниму! — Я наклонилась, слишком резко, и…       Следующее, что я поняла, это как мои каблуки подводят меня, я падаю под стол, а вместе со мной туда же летят скатерть, приборы и бокалы.       Звон посуды, чей-то приглушённый вскрик, шокированные взгляды посетителей…       «Ну всё. Это конец. Сейчас меня просто выдворят из общества», — промелькнуло в моей голове, пока я, неуклюже раскинувшись на полу, пыталась встать.       В этот момент ко мне наклонился Раса, который, к моему удивлению, не выглядел разъярённым. Наоборот, он смеялся.       — Ты цела? — спросил он, протягивая руку, чтобы помочь мне встать.       — Да, — пробормотала я, краснея до корней волос.       Он подал мне руку, и, когда я наконец поднялась, то встретила его взгляд. В нем не было злости. Только лёгкое развеселённое любопытство.       — Ты — ходячая катастрофа, — сказал он, усмехнувшись. — Но, знаешь, это даже очаровательно.       Я чуть не утонула в своем стыде, поняв что моя миссия провалилась.

      Когда он проводил меня до дома, я всё ещё пыталась понять, как мне теперь жить после такого позора.       — Спокойной ночи, — тихо сказал Раса, когда его автомобиль остановился у моего дома.       — Спокойной ночи, — ответила я, решив, что эта фраза как минимум безопасна.       И в этот момент он, к моему изумлению, наклонился и легко коснулся губами моей щеки.       Когда я осталась одна, мой мозг наконец позволил мне сформулировать мысль:       «Что это вообще сейчас было?»