Получите - распишитесь

— Ч-ш-ш-то-о-о? — Полу прорычала-полу прошипела я. Каким-то краем сознания я уловила, что обстановка… изменилась? Но мне было не до того. Эти гребаные Блэки доведут меня до шизы. Неужели у них вообще отсутствуют те безусловные рефлексы, что присущи любому живому существу — отвечающие за самосохранение?! — Скомпрометировать Род я не смогу. Просто потому, что не собираюсь ехать в Хогвартс с фамилией Блэк. С чего Вы вообще посчитали это возможным? — Тихо-тихо зашептала я. И чем тише становился мой голос, тем ярче вспыхивал румянец на щеках Кассиопеи. Да вашу мать, она что, настоящая кисейная барышня? С нее прототип писали? Месячные — пятнами покрывается. В пансион — только с помолвкой. Распекать начали — вон, опять мордой заалела. — Вы в своем уме, Гермиона?! О том, что Вы хоть что-то собой представляете, в курсе только мы — Блэки — и Ваши учителя из Тренировочного Центра. Согласна, что вторую Вашу магическую фамилию совершенно не стоит предавать гласности, но сейчас имя нашего Рода не связывают с одной лишь Тьмой! А, не, я чуток ошиблась. Глубокоуважаемая (нет) мисс Кассиопея у нас, оказывается, активистка, воспитанная в нежной любви и уважении к своему «Великому Роду». Да еще и искренне верит в то, что я хочу выделиться, что если я получила благословение Магии, если смогла сделать несколько довольно-таки сложных дел, я захочу большего, захочу, чтобы меня заметили. Это было ее главной ошибкой. — Что-то мне подсказывает, мисс Блэк, что делать ранние и ни в коей мере не оправданные выводы о чем- или ком-либо, не поинтересовавшись заблаговременно мнением самого объекта или субъекта Ваших выводов, не очень-то, мягко говоря, дальновидно. С чего Вы решили, что я хочу внимания? С чего Вы взяли, что я не понимаю, что МагМир — это мир волшебников, но отнюдь не волшебный мир? Я крепко подружилась с Дугалом МакГонагаллом. Я многое узнала от него. Вместе со мной в Хогвартс пойдет Гарри Поттер, крестник Сириуса, и я совсем не желаю того, чтобы на меня обращали внимание. Бокал в руках Кассиопеи вдруг лопнул, но она не шелохнулась. В отличие от дрогнувшей побледневшей Друэллы. — Отчего-то мне думается, что в отсутствие моего вмешательства в Вашу жизнь оная — жизнь-то Ваша — очень скоро трагически бы прервалась. Да, не скажу, что я сама вскрыла этот Ваш… Кхм, условно Ваш домишко. Однако, как-то я не заметила того, что хоть один из Вас до встречи со мной почесался и задумался о судьбе своего молодого родственничка, который один-единственный остался надеждой и опорой?! Что-то мне подсказывает, что Вам было глубоко насрать. Вы не думали, что будет с Родом, не думали, что будет с Сириусом, Вам было все равно, что равные права на главенство получат либо Драко Малфой, либо — ТА-ДА-А-АМ — Гарри Поттер. Вы уверены, что Люциус не захочет поглотить Род? Или, может быть, Вы уверены в том, что протеже Дамблдора будет в силах разобраться с Родом? От кого Вы ждали большей пользы? От Дамблдора или от полукровного Лордика? Теперь я заметила, что в гостиной чуть потемнело и запахло озоном. Ну да, все мои выбросы обычно сопровождаются чем-то подобным. Хотя, вполне возможно, тут дело не в выбросах, а в том, что старая дурёха ходила по лезвию ножа, пытаясь «без меня меня женить». Все-таки, пытаться давить на меня магически и физически Магия ей не позволит от слова совсем, а вот морально эта идиотка пытается меня прощупать. Вот и сижу тут, как оголенный провод, готовая искрить во все стороны. — Гермиона, Вы понимаете, насколько серьезны Ваши обвинения? — Спокойно поинтересовался Поллукс. — Отлично понимаю, Лорд Блэк, и отказываться от них не намереваюсь. Или Вы попробуете убедить меня в том, что не знали о полукровности Волдеморта? Не смешите. — Я знал. Все-таки, мои старшие дети, мир их праху, учились вместе с ним, — тяжело ответил он на мой сарказм. — Тогда отчего же присутствующий здесь господин Сигнус отправил одну свою дочурку в цепные псы к этому ублюдку, а вторую — на побегушки? — Вот сейчас я немного блефовала, но, в целом, не боялась опростоволоситься. Понятно было, что роли Беллактрикс и Нарциссы в риддловской шайке были абсолютно разными. Поллукс кинул яростный взгляд на сына, и тот заметно стушевался. Друэлла же печально опустила глаза. Все-таки, она была нормальной матерью, любила всех своих дочерей и несла вечный крест траура по еще живой Беллатрикс. — Это сложный разговор, Гермиона, но я могу тебе сказать, что насильно никто никого не втягивал в эти дрязги. Это была борьба идеологий, и не у дел оказались только самые посредственные маги, которым было плевать на все. Каждая из моих дочерей выбрала свой путь осознанно. Я, конечно, все еще не могу решить, кем из младшеньких мне восхищаться больше — Меди или Цисси — но никогда не отрекусь от моей Бэллз. Контракт с Лестрейнджами мог быть расторгнут, но она сама пошла на этот брак. И только ради того, чтобы ближе подобраться к объекту своих девичьих грёз. К сожалению, в юности мы никогда не слушаем родителей в делах сердечных, но иногда все это оборачивается и настолько печально, как у моей старшей дочери, — украдкой вытирая слезы, рассказывала Друэлла. — Но Андромеда выжжена с гобелена, как и Сириус, — недоверчиво протянула я. — Что-то это у меня никак не вяжется с нормальными семейными взаимоотношениями. — В самом деле, мисс Грейнджер, я понимаю, что Вы у нас птица высокого полета, но книжки — ПРАВИЛЬНЫЕ — надо все-таки читать! Куда смотрит эта девчонка Фарли?! Гобелен — это просто тряпка! Моя глубокоуважаемая сестрица любила выставлять все напоказ, потому и демонстративно изуродовала его. Еще одна поклонница Тома. Увы, — отчитал меня Сигнус, и я прикусила губу. Действительно, а с какого такого перепугу я решила, что выжженные с гобелена изгнаны из Рода? От того, что в каноне Сириус что-то бормотал на эту тему? Из-за того, что перечитала слишком много фанфиков? — Честно говоря, я был готов прекратить общение с дочерью, — снова заговорил Сигнус, и Друэлла рассерженно зашипела. Видимо, тема все еще была животрепещущей. — Но после того, как Дру рассказала мне о ее ребенке, о Нимфи, я был вынужден задуматься. Моя внучка Нимфадора — единственный полноценный метаморф на всю Британию! И она принята в род по всем правилам, как и завещали нам предки. О-о-оп-пань-ки. Оказывается, дядя Сигнус у нас восторженный дедушка. Никогда бы не подумала, что Блэки приняли Нимфадору. Вот она-то точно никак не соответствует представлениям о «благочестивых девушках Блэк». Однако, все страньше и страньше. — Но мне все еще никто не сказал, почему вы все опустили руки, — выпустила парфянскую стрелу я, когда молчание слишком затянулось. — Мы были в отчаянье, — просто и как-то отстраненно сказал Поллукс. — Я позволил нашим детям влезть в эту клоаку просто потому, что не у дел остаться было невозможно. Но существовал призрачный шанс на то, что Род не понесет сильных потерь из-за того, что Блэки оказались в обоих лагерях. После того, как Сириуса упекли в Азкабан, мы все будто впали в анабиоз. Конечно, сказывалась и изоляция от Камня. Но мы вдруг отчетливо поняли, что проиграли. Что Род на волоске от того, чтобы прерваться по мужской линии. — Но почему никто не пытался вытащить Сириуса?! — Почему же никто? Вальбурга. Она пыталась. Да, она не испытывала к нему никаких положительных чувств, но хотела, чтобы именно ее сын был будущим для Блэков. — И? — С замиранием сердца спросила я. — И ничего. Не знаю, кто ей чего наговорил, может быть, и сделал что нехорошее… Но она бросила все свои попытки и заперлась в доме наглухо. Считай, что заживо похоронила сама себя.

***

Мне очень не нравилось то, что я услышала от старших Блэков. И нет, не потому, что это все не очень-то вписывалось в мою картину бытия, а потому, что это разительно меняло всю ситуацию. Эта реальность не имела явных багов и была, в общем-то, относительно логичной: на суде, например, Великого и Непогрешимого Дамби в порядке очереди допрашивали под Веритасерумом, не делая скидок на его положение в обществе; бумажная волокита по любым бюрократическим вопросам была настолько привычной и обыденной, что можно было легко забыть о том, что мир-то магический, а все близко или не очень знакомые мне волшебники и волшебницы не отличались тупой склонностью только к одной стороне минувшего противостояния, явно демонстрируя то, что мама Ро очень сильно гиперболизировала свой бестселлер. Однако, мне не давала покоя мысль, что в тот момент, когда Шрамоносец-победоносец вновь явит свой светлый лик маг. обществу, все внезапно изменится и поменяет полюса. Почему-то мне казалось, что в Поттере заинтересованы отнюдь не только Дамби, Люцик и толстый Фадж. Я почти уверилась в том, что Альбус Дамблдор доигрался в Бога, и на старости лет его уже закостеневший по возрастным причинам мозг уверился в том, что только он знает, как правильно, а это значит, что существует четвертая сила, та, что, например, посодействовала отказу Вальбурги от борьбы за сына. Это жутко напрягало. Я условно представляла, чего можно ждать от Люцика и его присных, от Дамби и орденской кодлы, от Министерства, как структуры власти, наконец, но совершенно не понимала, кто ЕЩЁ может исподтишка гадить тем людям, на которых я имею определенного рода планы.

***

До лета я дожила почти без приключений. Не считать же чем-то новеньким перманентно неудачные попытки Кассиопеи воззвать к моей чести и благодетели и выбрать себе жениха? Кроме этого условно-знаменательным событием стало физиологическое взросление моего тела, свершившееся, как и в моей прошлой жизни, тридцать первого мая. Только за два года до моего рождения и за четырнадцать — до того же самого события в моей прошлой жизни. Пришлось изобразить восторг с оттенком страха перед родителями, а то, право слово, странно выглядело бы. Благо, Гермиона была девочкой осведомленной во всех областях, поэтому хватило испуганных глаз и полушепота: «Мама, папа, а кровь на трусиках — это первая менструация, да?» К моему удивлению, мама-Джин тут же ознакомила меня не только с таким чудом современной гигиены, как прокладки, но и выдала упаковку древнего «Тампакса» с аппликатором. Хотя, потом мне рассказали, что еще два года назад в «Бурде» начали рекламировать тампоны, а родители мои в виду профессии не имели предрассудков и логично рассудили, что если у меня получится пользоваться этим самым «Тампаксом», то мне будет гораздо удобнее жить. Это все я расписываю не из-за собственной блажи, а к тому, что о моем «взрослении» узнали не только родители. Не знаю, каким образом, но на следующей моей встрече с Друэллой, произошедшей на четвертом дне цикла, она сначала странно-странно на меня посмотрела, втянула ноздрями воздух, будто оборотень, и выдала, четко дав мне понять, что волшебники могут узнавать о степени «взрослости» юных девиц: — Постарайся не встречаться с моим мужем и Кассиопеей во время менструаций. Тебе же будет лучше. Ясное дело, что сделать они ничего не смогут, но нервов тебе попортят… Первая менструация до сих пор считается сигналом к готовности вступить в полноценный брак. Описывать то, как я материлась, не буду. Было очень гадливо от того, что кто-то таким образом может вмешиваться в мою личную жизнь, считать, что может распоряжаться моим телом и происходящими с ним изменениями. Когда-нибудь эти предрассудки меня доведут, и я либо вздернусь, либо поубиваю всех окружающих ретроградов.

***

Как я и предрекала, заглушить шило в моей жопе не удалось. Поэтому тридцать первого июля я, как распоследняя идиотка, тусовалась в магазинчике мадам Малкин. С слову, с Иолантой Малкин я была знакома уже давно. Посредством, конечно же, Дугала, потому что Эва даже носа не казала в волшебный массмаркет. Иоланта выглядела лет на тридцать пять, но, я подозревала, была не сильно младше МакГонагалл, хотя куда демократичнее (канонного образа, конечно, близко познакомиться с деканшей Гриффиндора мне покамест не удалось, хотя я и бывала частенько у Дугала). Именно благодаря Иоланте я заполучила комплект мантий, которые были по фасону похожи на по-женски приталенные плащи, а не на прямоугольные рубища, за что была неимоверно ей благодарна. Даже посоветовала озаботиться одежкой для детей с котятками-щеночками-совятками, юбочками-пачками и матросской символикой, что она осторожно и сделала, а теперь сетовала на свою хаффлпаффскую сдержанность, осознав, что обе — и мальчиковые, и девочковые — коллекции разобрали подчистую. Когда за стеклянной витриной я увидела кудрявую белокурую женскую макушку, я не на шутку разволновалась. Обладательницей знаменательной шевелюры могла быть только Нарцисса-Цисси, а это означало, что скоро Драко-Великий-Малфой залезет на стульчик, после чего обязательно-обязательно явится Поттер. По крайней мере, я очень и очень на это надеялась. Однако, Поттер все не являлся, а Драко уже с нескрываемым интересом поглядывал в мою сторону. — Прошу прощения, мисс, а Вы здесь?.. — Пафосно задал он вопрос с подтекстом. — Я надеялась дождаться здесь одного знакомого, Драко, но он, судя по всему, пошел по иному маршруту, — отрезала я, не видя смысла шифроваться. — Откуда Вы знаете мое имя? — Неаристократично разинул рот отпрыск старшего Малфоя. Хотя почему его всегда называли старшим, если Абраксас, по идее, еще жив?.. Ладно, хер с ним. — Я состою в некотором родстве с твоей матерью, Драко, а значит, кстати, и с тобой. — Я попыталась дружелюбно улыбнуться. — О, — воодушевился мелкий. — Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, — сообщил он мне, поскольку собеседника в виде Поттера не нарисовалось. Он говорил как-то очень устало, специально растягивая слова. «Люциус-стайл» удавался ему, честно говоря, не очень. — А потом потащу их посмотреть гоночные метлы. Не могу понять, почему первокурсникам нельзя их иметь. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую… а потом как-нибудь тайком пронесу ее в школу. А у тебя есть собственная метла? Я совсем невежливо хихикнула. И тут же постаралась исправить положение: — Прости, Драко, ты рассчитывал произвести впечатление на кого-то не сильно знакомого с магическим миром, видимо. Все же знают, что, как говорит господин Олливандер, именно палочка выбирает волшебника. Ничего страшного, правда. Я понимаю, как порой хочется найти друга, который станет для тебя младшим братом. Ну, или сестрой. Мелкий покраснел и стушевался. Однако, нашел в себе силы кивнуть и несмело улыбнуться. И именно в этот момент я заметила, что рядом с рабочим прилавком мадам Малкин стоит, притаившись, белокурая женщина, чью шевелюру я видела за витриной. Нарцисса. Ну мать твою, почему?! — Здравствуйте, Леди Малфой, — вымученно поздоровалась я, не имея представления, обсуждала ли мою знаменательную персону Друэлла со своей младшей дочерью. — Здравствуйте, юная леди, — благосклонно сказала Нарцисса и неожиданно светло и чисто улыбнулась. — Кажется… Кажется, ты — Гермиона? — Именно так, — сказала я и присела в подобие книксена, и единственной моей отрадой было созерцание жутко испуганной и смущенной одновременно физиономии Драко. — Оставьте. Все-таки, Люциуса среди нас нет, и мы можем откинуть все эти политесы. Мы же, все-таки, родственники. И спасибо тебе. Сама знаешь, за что. — Не стоит. Правда, не стоит, — смутилась я, не зная, как вести себя с такой Нарциссой. Да, Друэлла говорила о том, что обе ее младшие дочери выросли очень сердечными добрыми женщинами, но я как-то не могла собрать в своей голове книжно-кинонный образ с вот именно такой Нарциссой. Драко переводил взгляд с матери на меня и обратно, но все равно не понимал, в чем дело. Он уже, судя по возмущенному выражению по-детски округлого лица, готовился предъявить претенции, как его мать решила разрешить все разом. — Драко, милый, ты помнишь, как твой papa ругался, когда моего кузена Сириуса оправдали? — Мягко спросила Нарцисса. — Конечно! — Заинтересованно прошептал мелкий. — И ты помнишь, что мы обсуждали, когда существовала возможность получить титул Главы Рода Блэк для тебя? — Еще как, — скривился он, а я охерела. Мелкий не хочет стать Лордом Блэком?! — Престиж, все дела, но в гробу я видел все эти тёрки… Ой. Простите. — Ничего страшного, милый, здесь все в курсе ситуации. Так вот, именно Гермиона — та мадмуазель, которая, как рассказывала твоя бабушка, смогла ментально пробиться к Сириусу и разрешить все те давние вопросы и дать возможность для реабилитации. Я была донельзя смущена, а мелкий Драко уставился на меня с какой-то непонятной смесью благоговения и ужаса.

***

Поттера я так и не дождалась. Это было настолько тревожно, что я не решалась вернуться домой в таком раздрае, опасаясь за душевное здоровье родителей. В попытках успокоиться я побрела к Тренировочному Центру, надеясь, что застану там кого-нибудь, выпущу пар и успокоюсь. Стоило мне только подойти к той самой обклеенной плакатами стене, которую я заприметила в первое посещение, как мои глаза захотели вылезти из орбит: около дверей было настоящее столпотворение, а недавно принятый стажер сбивался с ног, чтобы записать на занятия всех желающих осчастливить своих чад. Предчувствуя неладное, я проскользнула внутрь, обменявшись со стажером дежурными улыбками, и увидела примерно с десяток лишних детей. Не зная, кого благодарить за такой внезапный успех Дугалового детища, я пошла на поиски какого-нибудь знакомого инструктора. — О, Май, здорова! — Услышала я родной голос и радостно развернулась. — Сегодня у нас жарковато, а, — безумно улыбаясь, задал риторический вопрос Дугал, и я решила поинтересоваться причинами такого ажиотажа позже. Пусть порадуется. — Я заметила, — привычно саркастично ответила. — Давай разомнемся, что ли? Дугал отошел к какой-то черноволосой девушке, что-то ей прошептал (наверное, новая инструкторша) и повел меня к площадке. — Ну что, ГЕРМИ, покажешь мне что-нибудь интересное? ГАДКИЙ ЗАСРАНЕЦ! Вот всегда, когда у него слишком уж хорошее настроение, подначивает меня этими погаными именами, чтобы я рассвирепела! Ну ничего, мне есть, чем его удивить. Блэковская библиотека — то еще сокровище для библиофилов. Очень уж у них заковыристые проклятия. Почти все — родовые, но мне они дались. Так что получи, МакГонагалловский детеныш, водяночный сглаз, раскаленное олово и Базедово проклятие.*(1) Дугал, как и обычно, ничего серьезного мне в ответ не кидал. Первая дуэль — смотровая. Поэтому от него я увидела только разного вида щиты, «экспеллиармусы» и «ступефаи». Но, кажется, моим пополнившимся арсеналом он впечатлился. — А ты, я смотрю, Блэков на книжки раскрутила? — А то, — довольно ответила я, краем глаза замечая, что примеченная мной черноволосая деваха спаррингует с каким-то долговязым подростком. Таким же черноволосым, к слову, только с банданой на растрепанных волосах. Видать, сильно мешались. — Ну, раз так, есть у меня для тебя сюрприз, — как-то чересчур предвкушающе пробормотал Дугал. — Появился тут у нас новый завсегдатай, сейчас вас посмотрим. Арсенал у него, конечно, не такой, как у тебя, но си-и-илищи… Дугал крикнул «стоп», и черноволосая девушка подошла к нам вместе с подростком. Дугал что-то тихо зашептал ей на ухо, видимо, посвящая в свой коварный план, а я принялась ее рассматривать. Пацан меня пока что не интересовал. Волосы черные, вьющиеся; кожа едва тронутая загаром, тонкая, на шее слишком видна артерия; глаза синие… Кого-то она мне напоминала. — Так, Май, познакомься! Это наша летняя инструкторша. Она пока что не закончила Хог, вот последний год будет, но она жу-у-утко хороша! И я жду, что ты догадаешься… — Дугал что-то там продолжал вещать, а я во все глаза вылупилась на эту деваху. Сначала, когда он только начал ее представлять, я пыталась понять, на кого она похожа, но как только он упомянул о ее незаконченном образовании, цвет её волос внезапно стал жвачно-розовым! Не. Может. Быть. — Дугал, не распинайся, — пародируя мелкого Драко, протянула я, взяв себя в руки. — Кажется, я имею честь познакомиться с Нимфадорой Андромедой Блэк-Тонкс. Будущая миссис Люпин к моему удовлетворению раскраснелась. Волосами, к слову, тоже. — Честно говоря, я не знаю, как сокращать Ваше, мисс Блэк-Тонкс, имя, но вот Ваш дедушка Сигнус называл Вас Нимфи. Пойдет? — Мы не настолько близки, дорогуша, — прорычала Тонкс и кинула в меня невербальный «петрификус». Я показательно шагнула в сторону, даже не поднимая палочку. — Эй, Нимф, полегче. Май у нас крепкий орешек. Невербалка у нас только начальная, конечно, но запас у нее неплохой, она вашу библиотеку, подозреваю, уже по клочкам разнесла, — попытался разрядить обстановку Дугал. — Блэковскую, ты имеешь в виду? — Прищурив синие глаза, немного враждебно поинтересовалась она. — Ну да, — не дав ему ответить, взяла слово я. — Гермиона Грейнджер. Рада знакомству, — протянула руку я. Пацан, стоящий в стороне, как-то дернулся, а Тонкс вдруг расхохоталась. — Как я не сообразила! Дурья башка! Здорова, Май, я о тебе наслышана! — Я тоже! Ни за что не поверила бы, что Сигнус так не-е-ежно, — издевательски протянула я, — о ком-то отзывается! — Аха-ха-ха-а-а, ты наша девчонка, я смотрю! — Обрадовалась Тонкс, не обратив внимания на подколку. — Ну держи своего спарринг-партнера, — она кивнула на пацана. — Только не разнесите тут все к Мордредовой бабушке! Я отошла и приняла боевую стойку. Пацан немного замешкался, но потом сообразил.  — En guarde! * (2) — Заорала Тонкс, явню рисуясь перед новыми посетителями, и я выкинула все мысли из головы. — Êtes-vous prêt? Allez! * (2) Все смазалось. Пацан в ту же секунду запалил «экспеллиармусом», и я еле-еле сдержалась от вопля — силища была такая, что даже по касательной он мог меня не только обезоружить — вмазать в дальнюю стенку! Пацан, ты вообще кто?! — Accio, ботинки пацана! — Гаркнула я, отскакивая по диагонали. Пацан приземлился на задницу, полыхнул на меня злобными глазищами и пальнул «Apis», который я кое-как отзеркалила в Тонкс — не было никакого желания дематерилизовать целый рой пчел! Он ебанутый! * (3) Потом я попыталась заткнуть его своими любимыми блэковскими проклятиями, но этот засранец увернулся от всего, кроме Базедова проклятья! Это очень плохо, потому что оно не критично и начинает конкретно «припекать» только через несколько суток. А так просто жжение в глазах и превращение в няшку… Тьфу! — Cauda rattus! — Попытался подгадить мне он, наградив крысиным хвостом, я опять отзеркалила и отправила в ответ «Creo Aurum», надеясь на то, что гадёныша сметет, приготовилась уже к очередному гаденькому ходу, как Тонкс опять заорала. — Pas compter! Halte! * (2) Конец дуэли. Что-то рановато. Хотя, поиздержалась я знатно. Ни один из моих противников еще не пытался изметелить меня на чистой силе.  — Привет, — услышала я, вырываясь из собственных мыслей. — Прости, если перегнул. Всего пару месяцев занимаюсь, да и то наскоками. Я Гарри. Гарри Поттер. _____________________________ * (1) — аналог базедовой болезни, при которой происходит весьма знаменательное выпучевание глаз; * (2) — не мудрствуя лукаво, я взяла команды из фехтования: https://ru.wikipedia.org/wiki/Фехтование * (3) — все неизвестные заклы искать здесь:http://hpeternity.forum2x2.ru/t7-topic