Ничьи

Наташка, одетая в белоснежное платье, которое, благодаря стараниям портнихи умело скрывало выступающий живот, и длинную прозрачную фату, закреплённую к красиво уложенным волосам незаметными шпильками, стояла перед зеркалом, погружённая в растрёпанные мысли. - Всё хорошо? - спросила Юля, поправляя ей фату. - Я… - начала было Наташа, но осеклась. Юля взяла девушку за руки и мягко развернула к себе: - Что случилось? - Я подумала о маме, - с горечью в голосе ответила Платонова. - Больше всего на свете я хотела бы, чтобы она сейчас была со мной. - Понимаю, - отозвалась рыжая. Несмотря на то, что у неё-то была мама, она знала, что никогда не сможет к ней обратиться за помощью, с какой бы то ни было просьбой. Она не нужна своим родителям, потому что выросла совсем не такой дочерью, о которой они мечтали. - Прости, - Наташка аккуратно промокнула платком глаза, чтобы не размазать тушь. - Я сейчас возьму себя в руки, и всё будет хорошо. - Мне кажется, что ты будешь чудесной мамой своему малышу, - улыбнулась Новикова, скользнув взглядом по спрятанному в складках платья Наташиному животу. - Надеюсь, - пробормотала невеста и заставила себя улыбнуться в ответ, а затем, прислушавшись к своим внутренним ощущениям, взяла Юлину руку и положила её на свой живот. - Чувствуешь? - Боже, вот это футболист! - воскликнула рыжая, чувствуя толчки ребёнка. - А ты уже знаешь это мальчик или девочка? - Нет, - покачала головой Платонова. - Но женщины на работе говорят, что форма живота у меня девчоночья, а вот то, что меня совершенно не тянет ни на сладкое, ни на молочное наоборот говорит о том, что будет мальчик. - Ой, не доверяю я этим приметам, - проговорила рыжая. - Вот если бы врачи научились определять. - Моя врач сказала, что в Москве уже определяют. - Значит, всё-таки прогресс не дремлет, это радует. - Мне не так уж и важно мальчик будет или девочка, лишь бы здоровенький. - Согласна, - кивнула Новикова. - Это важнее всего. - Девочки, жених со своей свитой прибыл! - объявила зашедшая в комнату Ника. - Потомим их немного или сразу пойдём? Наташка с Юлей устремились на балкон. День был тёплый и солнечный. Идеальный для свадьбы. Белый «Москвич» и черная двадцать четвертая «Волга» были украшены лентами, а последняя ещё и кольцами, а на бампере у неё красовалась кукла-невеста, которую привезла из Москвы Юля. - Не могу поверить, что это всё для меня, - ахнула Наташа. - Придётся поверить, - отозвалась рыжая, свешиваясь с балкона. - С ума сошла? - Вероника обхватила её за талию, затаскивая обратно. Новикова с улыбкой обернулась к своей партнёрше и звонко чмокнула её в губы. - Ого, какие они красавцы! - воскликнула Платонова, с восхищением глядя на вышедшего из машины без пяти минут мужа, облачённого в чёрный фрак и белоснежную рубашку. В руках у него был букет из белых гладиолусов и нежно-розовых роз. - Да и Самойловы прям франты, - рассмеялась Юля. Братья были одеты скромно, но элегантно. В связи с тёплой погодой Глеб уговорил Вадима не покупать ему костюм, а обойтись только брюками тёмно-серого цвета и белой рубашкой. Сам же Вадик был одет в серый пиджак с едва заметной полоской, брюки чуть темнее по тону и такую же светлую, как у брата рубашку. К слову сказать, в ночь перед свадьбой Ванька ночевал у братьев Самойловых, там же они и устроили мальчишник с пивом, воблой и просмотром фильмов на видеомагнитофоне. Вадим раздобыл американскую комедию «Мальчишник» с Томом Хэнксом в главной роли и немецкую эротическую мелодраму «Греческая смоковница». Правда закончилось всё игрой в покер под звучащий из колонок музыкального центра «Пинк Флойд». Девочки же устроили вкусные посиделки за столом и до глубокого вечера болтали о том, о сём, проходили забавные тесты, найденные в журналах, а затем Ника сказала, что вечер перед свадьбой самое подходящее время для гаданий. Наташка и Юля ухватились за эту идею, и тут же в ход пошли тарелки с водой, свечи, зеркала, обычные книги и конечно же, карты. - Спускайтесь, красавицы! - крикнул Вадик, заметив девчонок. - Вот уж нет, мы вам невесту просто так не отдадим, - со смехом отозвалась рыжая. - Поднимайтесь! Мы с вами ещё поторгуемся! *** Через час, держа будущего мужа под руку, Наташа под музыкальное сопровождение вошла в торжественный зал ЗАГСа. Распределитель сказала им где надо встать, пригласила свидетелей занять места по обе стороны от брачующихся, а также расставила гостей - Глеба, Сашу Козлова, Фролова Матвея и ещё пару ребят-вдвшников, один из которых был с девушкой. Нике, так как она выступала в роли фотографа, было разрешено бесшумно передвигаться по залу. Зачитав монотонным голосом официальную речь, регистратор объявила молодых мужем и женой, предложила им обменяться кольцами, а после поставить свои подписи в книге регистрации гражданских актов. Всё прошло чин чинарём, однако, покинув ЗАГС и оказавшись на улице, новобрачные и их гости облегченно выдохнули, а свидетель, неведомо откуда извлёкший бутылку шампанского, громко выстрелил пробкой в воздух, предлагая наконец-то выпить за новую семейную пару. В кафе всё уже было готово для встречи молодых. Красиво оформленный зал, стол с разнообразным угощением, льющийся из динамиков марш «Мендельсона», под который жених и невеста прошествовали к своим местам во главе стола. Первый тост из-за отсутствия родителей молодоженов произнёс Вадим. Правда придумывали они его накануне вместе с Глебом. - Однажды в жизни встречаешь человека, который оказывается для тебя идеальной парой. Ваши звезды совпали, вам вместе хорошо, ваши мысли в равновесии. Для моего друга - Ивана таким человеком долгое время был я. На этой фразе гости дружно рассмеялись. Вадик выждал паузу, успев переглянуться с братом, в глазах которого читалось: «Я же тебе говорил, что это будет весело», и продолжил: - Мы с Ванькой сиамцы, братья от разных матерей, и мы друзья вот уже одиннадцать лет. Я наблюдал, как он встречался с разными девушками, но всегда возвращался ко мне. Но однажды всё изменилось. Он посмотрел другими глазами на девушку, посланную ему судьбой. А ведь когда любовь выглядит как волшебство, это и называется судьбой. Методом проб и ошибок он нашёл свой идеал. Умную, красивую, добрую и заботливую девушку, о которой можно только мечтать. Я не представляю более подходящей спутницы для Вани. - Вадим взглянул на друга. - Твоя задача сделать Наташу счастливой, дружище. - И, окинув взглядом всех собравшихся за столом, торжественно добавил: - Поэтому я с удовольствием и бесконечной радостью поднимаю бокал за эту великолепную пару. Да здравствуют жених и невеста! Горько! Свадьба прошла ярко, шумно и весело. Атмосфера стояла душевная и очень комфортная для гостей. Было много улыбок, смеха, конкурсов и танцев. Ели все с аппетитом, охотно поднимали бокалы, говорили оригинальные и расхожие, остроумные и обыденные тосты, а также напутственные слова. Вадим и Юля трудились не покладая рук, ног и голоса, не давая никому скучать. И лишь под конец празднества старший Самойлов незаметно даже для самого себя стал частить с шампанским, а после и вовсе перешёл на более крепкий алкоголь. Глеб несколько раз намекал брату, что зря он хлещет водку, как воду, но тот лишь отмахивался от младшего, вручая ему очередной бокал с шипучкой и утверждая, что у него всё под контролем. - Кстати, - опустошая очередную рюмку, проговорил Вадик, наклоняясь к самому уху брата. - Я безумно хочу тебя прямо сейчас. - Хорошо, - забрав у старшего рюмку и отставив её в сторону, Глеб повел Вадима на выход, по пути шепнув Юле, что им лучше уйти сейчас, пока почётный свидетель и по совместительству его старший брат не уснул лицом в салате. - Конечно, - согласилась та. - Все уже начинают потихоньку расходиться, так что я думаю мы в течение получаса тоже отправимся домой. По дороге Вадик шептал Глебу, что сделает с ним, когда они окажутся дома - где поцелует, как приласкает, в какой позе возьмёт. - Или… если захочешь, можешь сам трахнуть меня. Младший, пунцовея от откровенности старшего, но не особо-то веря его последней фразе, смущённо соглашался на всё, одновременно оглядываясь по сторонам, надеясь, что их никто не слышит и не видит, так как ладони Вадима то и дело забирались к нему то в брюки, то под рубашку, оглаживая и возбуждая. - А хочешь здесь? - предложил Вадим, нетерпеливо затаскивая брата в подворотню и сжимая его бёдра. - Давай здесь. Я объявляю тебя своей женой… - Ухмыльнулся старший. - Мы почти дома, Вадик, ну что ты делаешь? - отбивался Глеб, застегивая молнию на брюках. - Идём уже, пока нас в милицию не забрали. Вадим посмотрел на младшего долгим остекленевшим взглядом, но в итоге кивнул: - Идём. Само собой, той ночью между Самойловыми ничего не было. Едва тело старшего приняло горизонтальное положение, а голова коснулась подушки, как он погрузился в глубокий хмельной сон. Глеб раздел его, после чего накормил котёнка, сходил в душ, умылся и устроился рядом с братом, благоразумно отвернувшись от него в другую сторону. Следующее утро началось для Вадима с похмелья. Глеб к своему несказанному счастью с такой проблемой не столкнулся, хотя накануне он тоже пил, но в отличие от Вадика не перемешивал напитки и не забывал закусывать. - Кто меня раздел? - спросил старший, силясь вспомнить остаток вчерашнего вечера с того момента, как они с Морозовым пили на брудершафт водку. - Тигряша, - рассмеялся младший. Вадим угукнул, перевернулся на бок и, уткнувшись лбом в подушку, простонал от головной боли. - Принеси воды, будь другом, - попросил он брата. - Лимончик положить? - со смешком поинтересовался Глеб. - Да, - Вадик облизал сухие губы. - И посмотри в аптечке, может, у нас анальгин завалялся? Пару часов спустя Глеб предложил старшему брату принять душ и поесть. - У меня нет сил, - проскулил Вадим, не желая вылезать из постели, несмотря на затихшую боль в голове. - А знаешь какое лучшее средство от похмелья? - спросил младший, придвигаясь к брату. - Секс. - Ты шутишь что ли? - приоткрыв один глаз, Вадик посмотрел на Глеба. - У меня не встанет. - С моей помощью встанет, - Глеб улыбнулся уголком рта и забрался рукой под одеяло. Слегка сжал плоть старшего, медленно обвел головку, а затем провёл ладонью вверх-вниз. Он прекрасно знал, как надо действовать, чтобы возбудить брата. - Ещё, - выдохнул Вадим, твердея от прикосновений младшего, тем самым подтверждая его слова. Глеб сильнее сжал руку и ускорил движения. Вадик дернул бёдрами, и едва с его губ сорвался просящий стон, как младший остановил ласку. - Сначала прими душ, - вкрадчивым шёпотом заговорил он и многозначительно добавил: - А то у меня не встанет. - Паразит, - проворчал Вадим, нехотя выбираясь из постели. После неспешного секса, перед которым Вадик почти сорок минут принимал ванную, Самойловы лениво валялись на кровати и смотрели по телевизору «В мире животных». Впрочем смотрел только Глеб, Вадима же бубнёж телевизора убаюкивал и тот дремал под боком у младшего, пока ближе к вечеру не позвонил Ванька и, сообщив, что со вчерашнего дня у них осталось ещё достаточное количество еды, позвал братьев на продолжение банкета. - А похмелиться есть чем? - полюбопытствовал Вадик под насмешливый взгляд Глеба. - Портвейн. - О, нет, - при мысли о крепком алкоголе к горлу старшего Самойлова подступила тошнота. Морозов хохотнул: - Понял тебя. Тогда старое доброе «Жигулевское». - Вот это уже лучше, - удовлетворенно хмыкнул Вадим. *** - Ты тут прям, как в цветнике, - заметил Самойлов-старший Ваньке, глядя на сидящих за накрытым столом Наташку, Юлю и Веронику. - Присоединяйтесь, - радушно пригласил Ваня, принеся ещё два стула. - С удовольствием, - ответил Глеб, усаживаясь. - Я так хочу есть, умираю. - Признался он. Наташка сразу же принялась ухаживать за Глебом, подкладывая ему в тарелку всего и побольше. - А ты, Вадик, сам давай, - сказала она, мимолетно взглянув на Вадима. - Вот так всегда, - притворно вздохнул старший и придвинул к себе салатник. Глеб показал брату язык и набросился на еду. - Кто-то вчера сильно напился, - проговорила Юля, посмотрев на сидящего напротив Вадима и, спрятав улыбку, задумчиво провела рукой по скатерти. Самойлов-младший открыл было рот, чтобы ответить, но Вадик опередил его: - Да? - наигранно удивившись, спросил он и сокрушённо покачал головой. - Интересно, и кто это? Все рассмеялись. - Ну, Ваня тоже потом догнался, - выдала новоиспечённого мужа Наташка. - Но… Но… - запротестовал Морозов. - Ты же мне сама сказала, что ночью от меня ничего не потребуется, так как мы будем просто спать, потому что ты очень устала. Вот я и решил на сон грядущий пропустить еще пару рюмочек. Платонова покраснела: - Вань, ну как ты можешь говорить об это вслух? - Ну, во-первых, все свои, а во-вторых, я просто сказал, что в первую брачную ночь у нас секса не было, - проговорил Ванька и погладил под столом Наташкину коленку. - Слушайте, раз уж разговор принял такое, можно сказать, интимное направление и если, конечно, никто не против, - вдруг сказала молчавшая до этого Ника. - Как насчёт того, чтобы поделиться со всеми кто с кем и во-сколько лет потерял девственность? Вилка с салатом застыла на полпути ко рту Глеба. Воцарившуюся за столом паузу прервала Юля: - Вадик начнёт первым. Младший Самойлов и Ванька синхронно обернулись на Вадима. Морозов нервно присвистнул: - Хорошо, что мы уже женаты, да, Нат? - он перевел взгляд на жену. - Ты не забывай, что все твои похождения проходили у меня на глазах, - со смешком ответила ему девушка. Наташка никогда не ревновала Ваньку к прошлым увлечениям. Что было, то было. И положа руку на сердце, ей нравилось то, что парень у неё достаточно опытный. - Про все похождения не надо, - вмешалась Вероника. - Только про самое первое. Вадим застигнутый врасплох таким предложением попытался передать право слова кому-нибудь другому, но в итоге решив, что ничего особенного в первом сексуальном опыте, подробности которого знал Ваня и частично Глеб, не было, рассказал о девочке по имени Катя. - Нам было по четырнадцать лет и мы сделали это в старом кабинете труда, который на протяжении долгого времени использовался в детдоме для секса, а не для учёбы. - Странно, что воспитатели на знали о нем, - усмехнулся Морозов. Ванька впервые переспал с девчонкой, которую звали Машей на три месяца раньше Вадика, чем все эти три месяца и гордился. - Я считал себя взрослым, наслаждался этим ощущением искушённого любовника и даже давал совету Вадиму, - вспоминал он с улыбкой. - А у меня парня не было, - призналась Юля и тут же почувствовала на своей руке теплую ладонь Вероники. - Если честно, то мужчины никогда не привлекали меня в сексуальном плане. Наташка распрощалась с невинностью с Ваней, когда ей был двадцать один год. - Эта ночь стала лучшей ночью в моей жизни. Глеб рассказал про Алину. - Мы занимались сексом там же, где и Вадик с Катькой, только спустя семь лет, - он вздохнул. Глеб до сих пор ощущал горечь от того, что не смог в полной мере ответить на чувства своей подружки. Ника лишилась девственности в двадцать лет с парнем, с которым познакомилась в московском метро. И в то время у неё уже были давние и прочные отношения с Юлей. Вот только Юля была в Свердловске, а она в Москве. - Мне приспичило выяснить могу ли я вообще быть с парнем, - сказала Вероника пристально глядя на рыжую. - В какой-то момент мне захотелось стать такой как все, а не выделяться на фоне других. И я сама залезла к нему в кровать. Юля сглотнув, заерзала на стуле, вспоминая эту историю, услышанную из уст самой Ники и неосознанно принялась вертеть колечко на среднем пальце левой руки, которое ей подарила подруга уже после того злосчастного приключения. - Не скажу, что это было ужасно и мерзко, - проговорила она. - Для меня это было никак. Я не получила удовольствия, но зато обзавелась огромным чувством вины и лишь благодаря Юльке и её огромному сердцу мне удалось не потерять её. - Знаете что, девчонки, - сказал Ванька, наполняя бокалы девушек вином, а Наташкин стакан компотом. - Плюньте вы на всех и живите для себя. Не надо ломать себя и подстраиваться под кого-то. - Он долил пива в стаканы Вадима и Глеба, а затем в свой. - Я хочу поднять тост за счастье. Чтобы мы все и всегда были счастливы. А вы, девочки, приезжайте к нам следующим летом, познакомитесь с нашим сыном. - Или дочкой, - вставил Вадик. Самойлов-старший ещё долго размышлял над словами друга о том, что надо жить для себя, а на пытаться соответствовать каким-либо стандартам. Возможно, Ванька всё же сможет понять его чувства к Глебу. Ведь рано или поздно он узнает об этом.