Тайна омрачена кровью

- Куроко - кун, как твои дела? Как твое самочувствие? - спокойным, казалось равнодушным голосом, словно читал по сценарию, спрашивал мужчина лет тридцати трёх - Что волнует тебя? О чём ты думаешь больше всего? - возможно в голосе было беспокойство, но было оно столь сухим и прозрачным, как и взгляд мальчишки, что сидел в бардовом кожаном мягком кресле напротив темноволосого мужчины. Источать волнение, обеспокоенность, заинтересованность к проблеме клиента, это собственно и есть работа Бокуды Иши. Поддерживать, выслушивать, советовать. Впрочем, работа каждого психолога. За восемь лет практики, Иши доводилось работать с разными личностями. Были и неуравновешенные маньяки, и пострадавшие в непредвиденных катастрофах, и просто люди с неблагополучных семей. По началу, он брался за дело с энтузиазмом, прилаживал все силы, с головой окунался в проблему пациента. Но с каждым новым потерпевшим, его задорный пыл приутихал. Все становилось обыденным. Он правда переживал за пациентов, но это стало настолько повседневным, что переживание потеряло свою насыщенность. Проблемы пациентов были однообразными. Иши уже знал, что будет говорить на следующем и даже последнем сеансе. Шаг за шагом к доверию, пункт за пунктом к выздоровлению. - Всё в порядке. Не о чём беспокоиться, Бокудо - сан - кажется, даже капли проливного дождя, что звонко барабанили, за затянутым темно синей шторой окном, превратились в льдинки. Тон хриплого, тихого голоса девятилетнего мальчика прозвучал настолько безразлично, мёртво, что голос самого врача казался взрывным вихрем эмоций. В очередной раз невольно вздрогнув, мужчина грустно вздохнул. Такие пациенты были сложными, было сложно понять суть, источник их терзаний. Подступиться было очень трудно. Лечение больных, подобного типа проходило тонко, аккуратно, будто по минному полю. Но признаться, интересно. Открывать нечто новое, новое о человеке, его мышлении, мировоззрение. Это то и нравилось Иши в своей работе. Психология человека, нереально сложна. Эта ветвь науки настолько медленно развивается, что до сих пор строится почти только на теоремах да предположениях. Сто процентной уверенности в точности диагноза нет. Внешние признаки могут говорить о весьма серьезных проблемах, но вскоре может оказаться, что это всего напросто безобидные привычки, черты характера человека. Иногда и всё с точностью да наоборот бывает. Никто из врачей этого направления не дает гарантии на выздоровление, говорят лишь, "Мы поможем вам справиться со сложившейся ситуацией. Сделаем всё, что в наших силах". Но о том, что стоит просто приходить каждую неделю на прием и мило беседовать, думая, что все решится само собой, можно забыть. Психология находится совсем на другой половине тарелки. Депрессию, как опухоль не вырежешь. Нужен совсем другой подход. Сейчас темноволосый мужчина взял на себя ответственность за душевное здоровье голубоволосого мальчика. Он соврет, если скажет, что все идет хорошо, что контакт налажен и парнишка доверяет, изливает душу в своих внутренних переживаниях. На самом же деле, между данными врачом и пациентом возвышается крепкая, ледяная стена, хозяином которой являлся второй. Как Бокудо не старался разрушить ее, даже трещин не получалось достичь. Сколько не пытался разговорить голубоглазого, тот так и оставался за неприступным ограждением, не подпуская никого. Черкнув пару раз что то в своих записях, Бокудо окинул взглядом всю бумажную волокиту, что скопилась у него на столе за совсем небольшой промежуток времени. Он так увлекся этим пациентом, что все свободное и не очень время, проводил за документами, анализами, кряхтя и пытаясь докопаться до истинны. Любой другой врач поставил бы, казалось, логичный диагноз, шок, психологическая травма, полученная в пятилетнем возрасте при жестоком убийстве родителей, да и только. Но Иши видел за этими поспешными выводами нечто большее, однако, что, он не знал. Узнать ему не давал сам пациент. И все же, зажженный интересом врач не думал опускать рук, он во что бы то ни было поставит верный диагноз и плевать, сколько времени на это уйдет. *** - Порядковый номер элемента равен электрическому заряду, а также количеству электронов и протонов... - указывая на один из элементов таблицы Менделеева, монотонно приговаривал мужчина средних лет. Ватная седина покрывала только затылок и участки головы возле больших ушей, которые придерживали очки на тонкой оправе с маленькими круглыми линзами. Тусклые карие глаза прищурено вглядывались в ряды парт "внимательно" слушающих его учеников, наверное, стекла уже затерлись и пора бы их сменить. Мало кто слушал его, многие просто не усваивали, не понимали такой предмет, как химия. Некоторым сия наука до лампочки, некоторым, шанс поспать лишние сорок минут, которые и не против провести в домашней, теплой постели. Кагами Тайга, кстати, второй тип учащихся. Он бы уже распластался на всей площади парты и в наглую храпел, но все же, нужно иметь уважения к старшим, особенно пожилым людям. Поэтому, тяжелый форвард позволил себе лишь опереться об большую, смуглую ладонь с полу прикрытыми глазами, сдерживаясь от очередного звериного зевка. - Из этого можем вывести формулу "Нуклонное число равно..." - Кап, кап, кап... - лишь до ушей Кагами доносились эти звонкие удары дождевых капель об пыльный паркет школьного класса. Устало повернув голову на соседа сзади, десятый номер раздражено хмыкнул, но все же с сожалением посмотрел на свою тень. Тот промок до нитки и выглядел как брошенный котенок, иногда вздрагивая от волн мурашек, табуном пробегавших по спине и конечностями. Школьная форма неприятно липла к тощему телу распасовщика, голова почти срослась с плечами, а руки сжаты в кулаки, временами так же пробивала мелкая дрожь. Если прислушаться, то можно даже услышать едва уловимое постукивание зубов. Глаз "тени" Кагами не довелось увидеть, ибо они были скрыты за напрочь промокшей челкой голубых волос. "Нет, ну идиот! Чем он думал, когда шел по улице?! Тут и правда, заболеть недолго... На тренировке тренер с кожей ему одежду снимет, а мне высушить доверит. Будет мозгами работать в следующий раз". - Кап ... кап...- с кончика носа и подбородка упало пару капель, кляксой приземлившись на гладкой деревянной поверхности, а затем с нарастающей скоростью скатились вниз. Может красноволосому показалось, но даже капли имели ярче цвет чем бледная, почти прозрачная кожа распасовщика. Куроко ужасно пожалел, что не удосужился посмотреть в окно, что не подумал взять зонтик, что не обратил внимания на ливень. Что ж, поплатился, как называется. Помнится, тогда, когда Аомине убежал с тренировки, когда тренер сказал ему не самые лучшие слова, когда лил такой же ливень, когда фантом незаметно, в прочем как и всегда для всех, последовал за Асом баскетбольного клуба Тейко, тогда Тетсуя из за того, что промок насквозь, пока приводил в чувство свой "свет", простудился не на шутку и сдается, команда Тейко стала как прежде. Те же глупые ссоры, перепалки, куча фантиков от сладостей, нытье блондинки, "убийственно-ядовитая", как прозвали её баскетболисты, или как говорила она сама "лечебная" стряпня менеджера, соревнования талисманов дня "Кто лучше сломает ноги молодым спортсменам", тот же супер-капитан, который наверняка бы и дракона приручил бы, не говоря уже о Поколение Чудес и тот же Аомине-кун с той же ленцой но с искренней улыбкой растрёпывает и так взлохмаченные волосы цвета неба. Когда призрачный шестой игрок Тейко заболел, весь основной состав, то бишь лучшие друзья или даже семья, вертелись, копошились, носились рядом с ним, наполняли застоявшуюся в сыром холоде одиночества небольшую съемную квартирку теплом, смехом, некой любовью. Казалось все вернулось на круги своя. И только казалось. Flashback - Лак смывать будешь в другом месте, тупая блондинка! - зло гыркнув, смуглый парень послал смачную затрещину. - Ай! Аомине - чии! Это лекарство для Куроко - чии! И чем тебе так мой лак не угодил то? Мидорима - чии вон, даже попросил себе такой же - потирая ушибленное место, с плачущим непониманием и возмущением проговорил копирка. - Ничего я не просил!!! - где то у дверного косяка послышалось недовольное возражение. - Как же? А "Мне пригодился бы этот лак, что бы ногти не ломались, одними пластырями их не обезопасишь от повреждений. Я был бы признателен если бы ты одолжил его мне. Сегодня у раков благоприятные отношения с близнецами" кто говорил? - копируя невозмутимый голос снайпера запротестовал светловолосый. Со стороны небольшой кровати послышалось пару смешков, поспешно сдержанные сжатыми в кулак ладонями их владельцев. - З - заткнись! - не признавая правдивости только что сказанных слов, обрезал смутившийся зеленоглазый. Решив скрыться от скорых шуточек по данной теме, седьмой номер баскетбольной команды Тейко, резко развернулся и направился к сравнительно не большой кухне фантома. - Мидорима - чии, а как же лак! - опомнившись вскричал легкий форвард, подскочив со стула, конечно опрокидывая его и протягивая стеклянный флакончик игнорирующему его парню. Спотыкаясь об что то увесистое, не сложно догадаться, чьим талисманом сегодняшнего дня была эта вещь, модель эффектно летит пару метров и звездочкой приземляется в кучу разноцветных фантиков. Над головой пофигично и бессвязно мычит нечто, бросая очередной фантик из под шоколадного батончика. Потирая в очередной раз ушибленные части тела блондин окидывает взглядом дверной проем и с актерской слезой грустно вздыхает не заставая свою первоначальную цель на месте. Сбежал. - Твоим лаком несет за милю! Что бы ты больше, даже и не думал нести это химическое оружие на порог Тецу! - выхватывая несчастный флакончик из рук блондина рявкнул темноволосый. - Но я... - Забудь! Ибо потом я тебе сюда вместо лака кислоту налью! - Аомине - кун, это было жестоко - совсем тихо и сипло, упрекнул свой "свет" хозяин квартиры, который лежал на кровати, заботливо укутанный розоволосым менеджером Тейко в десяток одеял. - Куроко - чии, ты такой добрый... - Кисе - кун, я не вынесу твоего вопля "Мои ногти!!! О боже! Я умираю!!!" Моя голова расщеплится на мелкие кусочки - мастерски копируя голос восьмого номера, проговорил голубоволосый на последней фразе немного закашлявшись. Ас Тейко мигом подал распасовщику кружку с горячим чаем. Светловолосый с писком "Куроко - чии" подлетел к больному и еще сильней укутал того в одеяла. На кухне послышался звук закрывающейся форточки окна. Возле уха голубоглазого зашелестела обёрточная бумага, а затем резкий запах мятного леденца со словами: - Не хочу, что бы Куро - чин болел~ Конец Flashback Невольное воспоминание былых дней средней школы Тейко ощутимо согрели Тетсую. Но одними мыслями сух не будешь. Скорее бы тренировку, там можно будет наконец переодеться в сухую одежду и высушить теперь уже тряпье, а не школьную форму. - И так, расскажет нам все про Алюминий - элемент таблицы Менделеева... - громко начал учитель, опуская морщинистое лицо над списком учеников. Бубня под нос фамилии учащихся он остановился и, окинув взглядом класс, заключил - Куроко Тетсуя. Повисло гробовое молчание. Ученики начали осматриваться по сторонам с мыслью завидеть жертву к концу урока. - Хм... видимо его сегодня нет. Ладно, ну тогда Кагами. Кагами Тайга, - ткнув в первое же попавшееся имя списка, непринужденно молвил мужчина. Услышав довольно знакомую фамилию, десятый номер Сейрин осмотрелся по сторонам, как до него дошло понимание, чью это фамилию и имя, он только что услышал. На мгновение оцепенев, красноволосый непонимающе уставился на преподавателя, затем метнув злобный взгляд куда то за свою спину, с грохотом поднялся из за парты. Набычившись, Кагами пускал пар из ушей. Видно, двигатель черепной коробки баскетболиста работал на пределе. Вот-вот и пойдет пламя с черным дымом. "Треклятый Куроко!!! Чтоб его... с его незаметностью! Колокольчик с мигалками прицеплю ей Богу! Почему именно меня!!? АААААА!!! Чёртов Куроко!" Особа, что только что была проклята алоглазым спортсменом чуть ли не на всех языках мира, сидела за последней партой, погруженная в раздумья, известные лишь одной его душе, понурив голубоволосую макушку в пол. С холодными, ничего не выражающим глазами и как бы странно не смотрелось, с легкой и теплой улыбкой. С повседневной полу маской айсберга и с легкой, смешанной с грустью теплой улыбкой.