Не волшебник или Архимаг в погоне за знаниями.

Солнце уже совсем скрылось за горизонтом, когда измученные исследователи вместе с новоиспеченным гостем оставили подвал и отправились на кухню. По улицам неспешно расхаживал фонарщик со своей лестницей. Аарон молча наблюдал, как он вальяжно прошествовал к фонарю около его дома, не менее важно взобрался по ней и с невероятным для его профессии изяществом зажег масляную лампу. Летом торопиться было некуда, и наступала ночь не менее неспешно, чем тот, в чьи обязанности было тьму этой ночи разгонять. - Я все же никак не возьму в толк, как такое мог допустить наш Мартин, наш до зубовного скрежета педант по части таких дел. Он должен был предвидеть подобную возможность... опасность. В конце-то концов, не будь он так уверен, не отправился бы в столь неоднозначное путешествие без мало-мальски пригодной подготовки. А мы? - он обернулся к поникшим исследователям, - как мы могли отпустить его без оружия? Без... без всего? - Хоть небольшую толику уважающий себя маг способен обойтись без всего этого, - проскрипела Оливия. Ее седые космы закрывали часть лица, а неверный свет фонаря и вовсе играл с ее лицом злую шутку. Когда-то давным давно по-настоящему красивая, а на старости лет благородная в чертах, сейчас Оливия выглядела устрашающе. А все из-за горестной маски и сосредоточенно сведенных бровей, что у людей такого возраста, в связи с истончением от прожитых лет кожи, приобретало некий налет гротескности. - Видать, оплошал Мартин, - буркнул Варон, протягивая радостно повизгивающему оборванцу шмат колбасы и батон черного хлеба. Отвернувшись, чтобы отыскать в ящике для приборов нож, он не заметил, как пришелец, не став его дожидаться, вгрызся в пищу самым варварским способом. - Как вас, кстати... зовут? - ошеломленно спросил он, заметив наконец, что гость в предложенном ноже никак не нуждался. - Рэнди! - ответил тот, с трудом проглотив ком плохо прожеванной еды. - Рэнди, - повторил Варон, - и всё? - А что еще? - спросил гость, но Варон только махнул рукой. - Зря, ох, зря мы все это затеяли, - застонал Гарретт, - я думал, будет не более, чем веселая авантюра, но смерти... Ай! Раздался глухой шлепок. Гарретт потер макушку, а старушка Оливия свою ладонь. - Замолчи, сопляк проклятый! Мы здесь не ради веселья собрались, гнусный шалопай! Раз все это обрело начало, значит оно обретет и конец. Аарон! Аарон вздрогнул. - Что ты там еще вычитал в этой книге? - повелительный тон Оливии недвусмысленно дал понять, что пора бы переходить от скорби к реальным действиям, так что мужчина торопливо раскрыл книгу вновь, только в этот раз он стал вчитываться более основательно и вдумчиво. - А ты, Рэнди, быстренько рассказывай нам, что за шельма творит в твоем мире такой кавардак, что нам пришлось потерять старого друга? - Многоуважаемая старушенция, - в защитном жесте прикрыв голову, начал Рэнди, успев к тому времени поглотить все, что было предложено ему Вароном, - я ни при чем. Я вообще жил в поселении, подальше от этих новомодностроек со всякими причиндалами в виде слуг-роботов. Рори и Гобла, роботы-машины, роботы-медики, да куда ни плюнь, все делали роботы! Несложно представить, что в один момент все они взбесились. Аарон зачем-то покивал головой, но относилось это скорее к тексту, который он разбирал. Гарретт отошел подальше от тетки и пожал плечами в ответ на недоуменный взгляд Хэнка. - Что за роботы? - спросил наконец Хэнк. - Да всякие разные, говорю ж вам. И полицейские, и на заводах, громадные такие - все то же, роботы! - С этим то как раз все ясно, но только вот что это такое? Рэнди широко раскрыл глаза. Оглядевшись, он вымолвил: - Да вы вроде не древние люди, что с палками охотились на дичь. Чего ж вам непонятно? Роботы, как есть, роботы, по типу вашего вон того внизу, что развалился на кусочки. А конкретней - почем мне знать? Я огородником по профессии был всю жизнь, пока не запретили. - Запретили? Вам запретили выращивать овощи? - Овощи, фрукты, зелень, деревья, да всё. Сначала налог ввели, потом и вовсе объявили, что питайтесь вон, синтехренью, что те же проклятые роботы выдумали. Говорили, все полезные элементы там есть, а вам хватит грязь разводить. Мол, через землю та хворь тоже могла передаваться, - определив по всё более недоумевающим лицам исследователей, что он снова не понят, Рэнди пояснил, - ну да, в какой-то момент болезнь развелась, жуть. Косила всех - людей, живность. Началось со свиней конечно. Ну, ими же и закончилось, когда решили, что раз свинья, да в грязи возилась по призванию, значит в грязи и дело. Да и на что земля-то виновата, скажите мне? Ну так вот. Сначала живность всю порубили, потом и, значит, овощи с фруктами, а потом уже и за людей взялись. Ну за людей то когда начали - это ж те же роботы решили, у них с программами что-то наглючило, видать - тогда уже и повалил из городов наш брат. В селения, по типу моего. Да вот только я то впереди них всегда на два шага глядел. Как пошла заваруха - я в пещеру. Прорыл там ходы, как крот, и жил себе с червяками на закуску. Воду лизать со стен, выползал иногда - и все. Сейчас то уже не знаю, жив ли кто еще кроме меня. - Не смахивает ли это на нашу жизнь, старина? - обратился Хэнк к Варону. Тот угрюмо покивал головой. - Что же теперь делать? Я имею ввиду, что если во всех мирах сейчас происходит кризис? Перерождение, или же совершеннейший коллапс? Откуда нам знать? - тут он обратился уже ко всем исследователям. Оливия нахмурилась еще сильнее. - Друзья мои, вам не понравится, что я сейчас скажу, - вдруг подал голос Аарон. Все мигом развернулись к нему. Аарона было не узнать. Он весь побледнел и будто постарел на пару десятков лет. - Вот здесь начинается это заклятье, - он указал на страницу, - здесь идет его вычитка, - он пролистнул несколько страниц, - тут начинается описание, а... рассказывается, как предотвратить те или иные последствия... вот тут, - он перевернул книгу и открыл последнюю страницу, - и заканчивается... - Где? - нетерпеливо вскинулся Варон, - в самом конце? - Нет, - дрожащим голосом ответил Аарон, - боюсь, что во втором томе. Гарретт охнул, Оливия прикрыла рот рукой. Хэнк взялся за волосы. Варон же делано-шутливо громыхнул: - Ну что же! Разбойничья жизнь - романтика, ведь так, господа? Придется... снова воровать. Оливия хлопнула ладонью по столу. - Мне все равно, я прожила целую жизнь, и пара-другая преступлений в самом конце мне не повредит! На этом все как-то засобирались по домам, оставив Аарона один на один с Рэнди. Всем сегодня ночью было над чем хорошенько подумать.

***

- Я одного лишь понять не могу, Хэнк! У тебя что, совсем уже глаза не видят? Да бычий цепень в прямой кишке разглядел бы больше, чем ты! - Клянусь, Варон, если ты сейчас же не прекратишь эту возмутительную тираду, я откажусь от нашей дружбы! Да, чтоб тебя, не было там ее! Не бы-ло! Я все книги перелопатил, все! Их там немного, уж поверь мне, да и что тебе остается - у тебя же никогда не было к ним допуска! А все почему? А потому что ты огромный, неуклюжий... - Разрази вас гром, замолчите! - крикнул Аарон, - и ради всего святого, пройдите наконец внутрь! Хэнк и Варон неловко замерли в дверях его дома. Метнув друг в друга гневными взглядами, они наконец разобрались, кому пройти первым, а точнее, Варон, в силу своей комплекции, оттолкнул Хэнка назад. - Что произошло? - спросил Аарон, когда оба расстроенных приятеля расселись за столом, за которым к тому же восседал уже отмытый Рэнди, в тапочках и домашнем халате известного хозяина. - План был идеален! - с ходу начал Варон, широко жестикулируя, но его тут же прервала Оливия, которая зашла последней, аккуратно заперев дверь: - Хватит, Варон, если Хэнк говорит, что там ее не было, значит это так. Хэнк торжествующе вскинул руки, выразительно посмотрев на Вулфа. - Мне пришлось, к тому же, битый час наколдовывать пыль на те места, где я хватался за корешки. А тебе, всего то, нужно было отвлечь отдел Хранения... - Всего-то? - взбеленился здоровяк. - Всего-то мне пришлось заставить бедолаг Архива тащить исполинский телескоп из башни Гарретта! Но не это самое сложное, самое сложное состояло в том, чтобы заставить их поверить, будто вся прислуга Университета куда-то подевалась! Эти сухие хрычи - ты знаешь, как тяжело их обдурить? - Но ты их обдурил! - парировал Хэнк. - Обдурил? Да черта с два! Так можно было бы сказать, если б я сумел уговорить их притащить этот телескоп обратно - но нет, сэр - они и ухом не повели, высказав мне все обороты, которые только когда-то имели возможность вычитать в своих чертовых книжках. Весьма нелестные, к слову! - Надо же, у нашего Варона душа прелестной юной девушки, которую любая ругань, покрепче слова "рохля", вгоняет в краску! - Мы не знаем, как вернуть Мартина обратно, - подытожила Оливия, взъерошив свои и без того беспорядочные кудри. - А что Советник? - спросил Аарон, - быть может через него мы смогли бы... - Его нет, - ответил Гарретт. - Нет? Как нет? - Его нет в Университете. Нам ничего не сообщили. Аарон почесал подбородок. Все это было очень странно. - Ну, хорошо, с этим мы разберемся позже. Вопрос в другом - что нам теперь делать? - Пытаться дальше, - изрекла Оливия, прихлебывая горячий кофе, услужливо поднесенный племянником. - Что?! Как... мы же не... а что, если?.. - Аарон зашелся в изумлении, но с не меньшим удивлением понял, что его попытки выразить несогласие не поддерживаются компанией исследователей. - Мы уже говорили об этом в Университете, - сказал Хэнк, - Оливия всех нас убедила, что сдаваться сейчас - значит признать жертву Мартина напрасной. - Но она напрасна! - попытался образумить Аарон друзей. На плечо ему легла тяжелая рука. - Старина, мы не имеем другого выхода, - кратко молвил Варон.

***

Рэнди заперли наверху в туалете, всунув ему в руки корзинку с сэндвичами. Так сказать, предостерегая все возможные проблемы. Детали кофеварки были аккуратно собраны и свалены в одну коробку в углу. В надежде на что-то. На ее бывшее место уложили настоящую глиняную куклу на шарнирах, которую Хэнк приобрел по дороге как раз для этого. На магическое полотно в этот раз улегся Варон, который не принял ни одного возражения. - Я самый сильный из всех нас, и у меня будет больше шансов, - сказал он, но от предложенного револьвера не отказался. Магнит в этот раз отклонили совсем чуть-чуть, так, что стрелка указывала на западо-западо-юг. Можно было даже сказать, что на западо-западо-западо-юг. - Много не всегда значит хорошо, - объяснила Оливия, чьим решением и было такое положение компаса, - мы не нашли решения в мире, где магии совсем нет. Быть может найдем там, где магии совсем немного. В мире, где магия есть не более, чем отблеск. Но там, быть может, мы сможем найти это равновесие, что нас спасет. Двустишия были пересчитаны. Все воззвали к надежде. Варон исчез, но револьвер на его месте остался. И появилась рыдающая рыжая девушка в грубошёрстном платье.