5 девушек Ким Ханбина

Ханбин еле перелезает через университетский забор с брыкающейся на его плече старостой. Она даже и не думает успокаиваться. Про себя он уже её обматерил всеми существующими скверными словами, которые знал. Кое-как спрыгивает на твёрдую землю, чудом удержав на себе тушку Ёрин, и идёт прямиком к автобусной остановке. Пак пыхтит что-то неясное, одной рукой поддерживая очки, а другой легонько стукая Бина по спине. Но Ким всё выдерживает и внутрь общественного транспорта под изумленные взгляды пассажиров вносит старосту и сажает её на заднее сидение, плюхаясь рядом. Сначала девушка хочет улизнуть, пока автобус не тронулся, но БиАй цепко обхватывает её поперек талии и усаживает обратно, но уже на свои колени. Ёрин перестает дышать, вытянувшись по струнке и выпучив глаза. Её сердце сходит с нормального ритма, а в животе скручивается узел, заставляя пальцы дрожать. Такого она точно не ожидала. Она чувствует на себе удивлённые и вопросительные взгляды незнакомых людей и нос Ханбина, которым он беззастенчиво уткнулся между её лопаток. Внутри неё всё переворачивается с ног на голову и единственной разумной мыслью является слезть и пойти туда, куда хочет повести её Бин. Девушка неуверенно выпутывается и садится рядом с юношей, горя от смущения. Ханбин лишь усмехается и смотрит так, будто хочет съесть, а Ёрин и этого хватает, чтобы сойти с ума. - И куда мы идём? – неловко уточняет она, сжимая коленки и пальцами края длинной юбки. Бин смачивает губы языком, не отрывая пронизывающего до костей взгляда с девушки. У неё вот-вот поедет крыша, ибо ей кажется, что ещё чуть-чуть, и она вернётся к нему на колени. - В ближайшее кафе, - пожимает плечами юноша. - Кафе есть на территории университета, - напоминает староста, яростно поджимая губы. - Тогда, в кино, - предлагает он. - Я не люблю фильмы, - быстро отзывается Ёрин. Ханбин еле сдерживает порыв закатить глаза и начать причитать, мол, куда ведут, женщина, туда и иди. - Поедем тогда в парк аттракционов, - вздыхает Ким, наклоняясь вперед и оказываясь у её лица. Ёрин вздрагивает и смотрит в середину автобуса, чтобы не сталкиваться взглядами с БиАем. Иначе она пропадёт. - Шутишь? – истерично выпаливает девушка, но не из-за абсурдности предложения, а из-за щекочущего ханбинова дыхания у шеи. - Почему нет? - Потому что туда ехать пару часов, да и пока достоимся в очереди за билетами, то уже наступит вечер! Мы не успеем вернуться до комендантского часа! – вспоминает все логические объяснения Пак, комкая пальцами юбку. Ханбин ещё раз вздыхает и отстраняется, думая, что если не прекратит, она бедняжка здесь в обморок грохнется. Он беспардонно обхватывает тонкую девичью руку и сплетает их пальцы, пока Ёрин озадаченно рассматривает свои колени. У неё колет в солнечном сплетении от теплоты его ладони и щекочет слух приятный голос. - В таком случае, у нас нет выбора, идём в кино. - Может, что-то другое? Я серьёзно не люблю фильмы, - старается звучать ровно Пак, но едва ли это у неё получается. По правде, Ханбина тошнит оттого, что ему приходится притворяться очарованным этим совершенно не очаровательным созданием, но ещё больше ему хочется блевануть от собственной игры. Настолько он выглядит фальшиво и не по-настоящему. Истинный Ким Ханбин никогда не будет вести себя так с девушкой, на которую запал. На самом деле БиАй совершенно не романтичен и не красноречив. Обычно он подолгу целуется и не выпускает возлюбленную из своей постели. Ну это так, в идеале. К слову, у Ханбина, кроме Эмс, никогда не было этих самых возлюбленных, но и её не удалось подолгу целовать и трахать. Нет, а чего притворяться? Ханбин такой же парень, как и все остальные, если в обществе он бы крепко держал свою девушку за руку, не отпуская, то наедине бы пускал волю своим развратным желаниям. - Предлагаешь пойти в библиотеку? Серьёзно, на свидании будем читать высокоинтеллектуальный журнал, и делиться своим мнением о какой-нибудь глупой фразе автора? – иронично вскидывает бровь Бин, думая, что реальное свидание хотел бы провести в кино на задних рядах или на концерте хип-хоп артистов. - Свидание? – изумленно охает девушка, слыша, как жалобно бьётся сердце о грудную клетку, разгоняя горячую кровь по венам, отчего щеки начинают пылать. А Бин, замечая девичье стеснение, думает о том, что эти серые мышки и невинные дамочки прошлый век, хотя когда-то считал, что и ему нужна именно такая. Пока все его идеалы нахер не разнесла Эмс со своим высококлассным матом и убийственным взглядом. Хорошо, что сейчас он ничего к ней не чувствует, да. Определенно! - То есть, ты сейчас пропустила мимо ушей главную часть моего высказывания и услышала то, что было ясно изначально, как день? – усмехается юноша, всё же отмечая её невинное стеснение милым. Любому мужчине понравится такая реакция на себя, Ханбин не исключение. - Для кого ясно? Лично я в замешательстве. Ты начинаешь вести себя с того ни сего очень странно и… - начинает возмущенно бубнеть Ёрин, краснея с каждым новым словом. - Ничего странного, Ёрин. Так обычно ведут себя парни, которым понравилась девчонка, - с полуулыбкой перебивает её Ким и начинает поглаживать большим пальцем тонкое запястье. Она затыкается в ту же секунду и хохлится, потому что в его слова тяжело поверить. Тяжело, даже потому что она вся такая обычная, даже страшненькая староста, а он совершенно другой – красивый, обаятельный и умный Золотой Ким Ханбин. Как вообще в такое можно поверить? Она же не героиня романтической дорамы. - Чушь какая-то, - фыркает Ёрин, пытаясь вырвать свою руку, но Бин сильнее сжимает пальцы, не предоставляя ей такой возможности. - Мы пойдём в кафе моего друга, заодно и познакомлю кое с кем, - вдруг огорошивает её БиАй и легко шлепает кулачком, который образован из их переплетенных пальцев, по девичьему бедру, заставляя ту насупиться. Но хотя бы перестала сопротивляться. Кафе, в которое привёл Ханбин, очень уютное и красивое. Оно выделяется на фоне всех миловидных кафешек своим индивидуальным стилем, сделанным под техно. Войдя внутрь, Ёрин сразу же начинает восхищенно оглядываться, изучая современные картины на стенах и эпатажные скульптуры. А Ханбин тем временем кому-то машет и ведёт старосту вглубь кафе. И волнительное изумление, которое пузырём разрастается в её груди, обрывает чей-то через чур веселый голос. - Пресвятые булки Лопес, ко мне на работу пожаловал сам принц с… - девушка переводит взгляд на друга Ханбина, им оказывается осветлённый высокий юноша. Он как раз тоже окидывает в этот момент Ёрин недоверчивым взглядом, - весьма своеобразной дамой. Я Зико, - он быстро меняется в лице и уже вовсю улыбается, протянув Пак руку. Ханбин же в эту секунду молит всех Богов, чтобы его друг не ляпнул никакую ахинею. - Пак Ёрин, - отзывается староста, вложив в огромную ладонь Зико свою маленькую. Она непроизвольно сравнивает свою бледную кожу с его смуглой и вспоминает, что у Ханбина кожа ещё темнее, чем у Зико. - Если бы я не был ценителем разврата и пухлых ляжек, то определенно бы запал на тебя. Наверное, - хохочет этот странный тип и выпускает девичью ладонь. Ёрин тушуется, потому что ей не понятен этот вряд ли адекватный юмор, поэтому растерянно смотрит на Кима, надеясь, что тот сгладит углы и пресечёт эти шуточки в её сторону. Хотя особо не волнуется по этому поводу. - Не заставляй меня жалеть о том, что я решил вас познакомить, - закатывает глаза Ханбин и ударяет Зико в плечо, когда тот разрывается в очередной порции диковинного смеха. Наверное, Ёрин никогда этого не понять, но едва вздёрнутые уголки губ Ханбина говорят о том, что этот парень реально сказал что-то забавное. - Даже в мыслях не было, мачо, - вскидывает руки в примирительном жесте Зико, подавляя рвущуюся на уста улыбку. - Что ты будешь? – обращается к старосте Ханбин, надеясь, что она не просечёт подкол Чихо. - Зелёный чай, - молниеносно отвечает Ёрин, смущенно поправляя на тонком носу очки. У неё сейчас такой сумбур в голове, что размышлять о шуточках Чихо даже не удается, думает Ханбин и мысленно усмехается. - Могу предложить к чаю корочку Уайльда, - не унимается Зико, веселясь с вида старосты. Он знал, конечно, что пацаны устроили подлянку Бину с этим спором, но и не думал, что такую грандиозную. Да он теперь до конца своих дней будет угорать над ним. Ким дурак Ханбин ухлестывает за серой мышью и выглядит так, будто с ним дама несусветной красоты! Да это блять шутка года! - Не обращай на него внимания. Иди, присядь за столик, я сейчас подойду, - укоризненно взглянув на друга, обращается к старосте Ханбин, подталкивая её к столикам. Ёрин, всё ещё недоумевая, что с Зико не так, молча идёт к самому дальнему столику, чтобы потом друг Бина не докучал. - Откуда ты вообще знаешь, кто такой Уайльд? – обреченно вздыхает Ким, когда его голос находится в недосягаемости до слуха согруппницы. Зико хихикает и наклоняется к другу вперед. - Голову даю на отсечение, что она по ночам под одеялком читает 50 оттенков серого и Игру престолов, массажируя свою жемчужинку, - шепчет Чихо, поглядывая на сгорбившуюся фигурку Пак. А вот Ханбин почти не сдерживает порыв приложить пятерню ко лбу. Желательно ко лбу Чихо. - Ты почему такой кретин? – со смешком спрашивает Бин, тоже посмотрев на Ёрин. Та рисует незамысловатые узоры на поверхности каменного стола пальцем и кусает губы. На какую-то долю секунды БиАй представляет, как раскрасневшаяся девушка вчитывается в эротические строчки женского романа и проникает худыми пальцами в себя, доводя себя же до исступления. Да уж, общение с У Чихо до добра не доведёт. - Да ты взгляни на неё, у твоей же мымры на лбу написано, что стесняюсь, но хочу, чтобы грубо трахнули, - добавляет Зико и под шумок для пущей картины хлопает ладошкой по своему кулаку, имитируя этот самый грубый секс. Ханбин удивляется, как тот не начинает постанывать, но списывает это на присутствие старосты. Которая, к слову, оборачивается на непонятные звуки, но вместо красноречивых действий видит расплывшихся в улыбке парней и машущего ей Чихо. Она неуверенно машет в ответ и отворачивается, ибо этот парень кажется ей излишне энергичным и странным. Вот бы она больше с ним никогда не встречалась. - Такими темпами ты себе никогда не найдешь девушку, - фыркает Ханбин, слабо улыбаясь другу. Тот же в ответ лишь разводит руками и пожимает плечами. - Мне же лучше. Зато твоими темпами ты её никогда в койку не затащишь, - вновь понижает голос Чихо и заговорщицки подмигивает, - но могу предложить дружескую помощь. - Спасибо, обойдусь, - не раздумывая, отвечает Ханбин, ибо советы Зико никогда добром не заканчиваются. Просто он какой-то ходячий косяк и делает сразу ноги, когда что-то идёт не по плану. - Смотри сам, дядя Чихо всегда рад помочь, - с умным видом говорит Чихо. - Налей в таком случае, дядя Чихо, чашечку зелёного чая и капучино, - добро смеётся Ханбин и щелкает пальцем по звонку на барной стойке. Зико выдыхает и принимается за работу. - Твой друг очень своеобразный, - говорит Ёрин, когда Ханбин с горячими напитками присаживается за стол. - Забудь о нём, это было ошибкой, - намекает на их знакомство Бин и смотрит, как Пак обхватывает длинными и худыми пальцами ушко чашки. Непроизвольно в голове проносятся слова друга, и Ким облизывается, представляя вновь звонкие постанывания старосты и двигающуюся в трусиках руку. И от собственных фантазий он ощущает легкое возбуждение, что немало его удивляет. - Всё нормально. Твои друзья ведь все далеки от образа идеального молодого человека, - отвлекает от пошлых мыслей недовольный голосок Ёрин. Секунду-другую он раздумывает над сказанным, пытаясь вникнуть в разговор и выбросить из головы мастурбирующую Пак. - Полагаешь, что мы испорченные парни? – выгибает бровь Ханбин. - Разве я не права? - Что, по-твоему, считается испорченным? - Отсутствие манер, приличия и чувства такта, - не задумываясь, выпаливает девушка и отпивает чай. Ханбин хмыкает и смотрит в нетронутый кофе. Как для девушек всё просто – материшься, трахаешься и угораешь – значит, плохой. Но едва ли этого достаточно, чтобы записать его друзей к испорченным людям. Ханбин на этот счёт привык мыслить глубже, ибо не бывает хороших и плохих. Есть хорошие и плохие качества, которыми заполнен человек до краев. И к слову, даже пустые люди тоже переполнены чем-то. Не бывает таких, которых можно было бы описать одним словом, поэтому Киму совершенно не нравится, каким образом о нём и его друзьях отзываются Ёрин и Джула. Но высказывать своё недовольство в чистом виде не собирается, ибо не видел нужды переубеждать кого-то в чём-то. А все эти девчачьи рамки: плохой, хороший; лишь для них являются отрицательным качеством. Эта узколобость мешает видеть настоящих людей. - Это не испорченность, а своего рода максимализм и воспитание. Испорченные люди – это не просто отсутствие каких-либо манер, это принципы, которые ставят свой эгоизм превыше всего, - поддерживает разговор Ким, вспомнив лекцию по психологии, которую недавно проходили в университете. Ёрин, не ожидавшая такого замечания в её сторону, удивлённо вскидывает брови. - Что же тогда эго? - Развитие. - Зигмунд Фрейд, - щелкает она пальцами и улыбается, вспомнив ту самую лекцию. Нечто подобное им рассказывал Учитель Кан, но только более профессиональным словом и растянул эти два предложения в целые полтора часа. - Почти, - кивает Бин, но не начинает мусолить эту тему, объясняя, что почти всё добавил от себя. К тому же, кажется, что он наговорил достаточно, ибо Ёрин смотрит на него с мечтательной улыбкой и пытается что-то высмотреть на лице. Конечно, Ханбин прекрасно знает, что означает этот взгляд – она очарована им, а значит, полдела сделано. Поэтому юноша растягивает в ответ губы в широкой улыбке и всё же отпивает капучино. - Всё же ты не похож на своих друзей, - складывает руки на столе девушка и смущенно отводит взгляд. И в эту секунду Ханбин чувствует стыд, потому что сейчас играет с ней, не более того. А она, дурочка, делает ему комплименты, да ещё и так искренне, что становится не по себе. Он на некоторое время задумывается о том, как отреагируют все пять девушек, если узнают, что это была игра и спор. Он уверен, что Эмс бы вмазала ему, возможно, с ноги. Сестры обозвали бы подонком, но, в конечном счете, простили бы. Джула вернулась бы в образ ледяной королевы и сказала бы что-то унизительное, а потом всю оставшуюся жизнь игнорировала бы его. А Ёрин? Наверное, она бы долго плакала и изводила себя. От этой мысли становится необъяснимо дурно. - Похож. Чертовски похож, - двусмысленно говорит Ханбин, не сводя взор со старосты. Девушка теряется из-за такого заявления и тупит взгляд в его сторону, неопределенно вздёрнув уголки губ. - Должна ли я из-за твоего признания начать опасаться тебя? – шуточно спрашивает она, пытаясь разбавить неожиданно возникшую неловкость, но лицо Бина не смягчается. - Должна. Её уверенность, которая постепенно начала возрастать, вмиг разрушается, и она молча допивает свой чай, размышляя о сказанном юношей. На следующий день БиАй чувствует себя лучше: больше не думает о том, какой он подонок и не воображает пошлые мысли со старостой. От этого легче, но зато его дурную голову посетила безумная мысль, которая в дальнейшем может стать определенно проблемой. Но сейчас он о ней не хочет думать, потому что видит в другом конце коридора Миёль. Девушка стоит около аудитории и улыбается какой-то девушке, которая что-то бурно рассказывает. Не раздумывая ни секунды, Ханбин направляется к ней. Семестр не резиновый, нужно брать быка за рога, а не тереться яйцами и думать, что девчонки сами собой сиганут в его постель. Хотя поначалу он не думал, что всё окажется настолько проблематичным. Как ему до этого удавалось затащить девушек в койку без лишних ухаживаний? Сейчас это для Бина кажется какой-то загадкой. Остановившись недалеко от девушек, Ким ловит взгляд Миёль и сладко ей улыбается. Вмиг личико Кан мрачнеет, но хвала небесам она не игнорирует БиАя, а просит подругу подождать и подходит к юноше. - Дай, угадаю, дуешься? – спрашивает у неё Ханбин и протягивает руку, чтобы заправить за ухо выбившуюся из прически прядь, но девушка отталкивает его. - Дуюсь? Я в бешенстве, потому что серьёзно подумала, что приглянулась тебе, а что оказалось? Ты ведь решил просто потрахаться! – искренне возмущается Миёль. У Ханбина почти вылетает из уст вздох, но он во время себя отдергивает и прекращает улыбаться. Не к месту, да и это только оттолкнет Кан. Вот только он честно недоумевает, почему она так думала, ведь и ежу было понятно, что он собирался тупо затащить её в постель. Это ведь стало понятным ещё в клубе. - Я похож на человека, который может трахнуть девушку и сигануть в кусты? – противоречиво своим мыслям врёт молодой человек, спрятав ладони в карманах джинс. - Не знаю. Но твой поступок заставил меня об этом подумать, - вздёргивает подбородок Миёль и смотрит куда-то вбок, будто боится пристального взгляда Ханбина. - И теперь ты собираешься полностью меня игнорировать? Девушка резко поворачивается, вперив в юношу строгий взгляд, но сразу же смягчается, заметив на его устах тёплую полуулыбку. И как можно на него злиться, если сердце сжимается от одного взгляда на Ханбина? - Хотелось бы, да и планировала я именно так сделать, но вот вижу тебя и думаю, что не смогу, - обреченно вздыхает Миёль и кусает губы, покрываясь густым румянцем. Лицо Бина вмиг просияло. Кажется, с её сестрой будет тяжелее, чем с ней, а ведь после той неудачной драки ему казалось совершенно наоборот. Своим невинным образом Миёль складывает впечатление более ранимой девушки, чем Хисоль, но как выяснилось – Хисоль злопамятней. Но ведь ещё не вечер, может, и с младшей Кан всё сложится удачно. - Рад это слышать. Я сегодня после пар свободен, может, съездим к Мино и заберем твои часы? – предлагает Ханбин, считая, что теперь Миёль вряд ли получится затащить в постель без «предварительных ласк». И это осложняет задачу, ибо у него уже мозг разрывается на пять долбанных частей. - И ты даже не будешь ко мне приставать? – хмыкает девушка, наклонив голову набок. - Всё зависит от твоих желаний. Если ты не хочешь, то не буду, - всё-таки убирает эту торчащую прядь Ханбин, якобы невзначай погладив девичью щеку большим пальцем. - После пар встретимся у ворот, - соглашается Миёль и смущённо улыбается, сдавшись почти без боя. Мда, с кем-то не приходится даже и четверть своих возможностей применять, а с кем-то и все сто процентов летят в мусор. В какой-то момент Ханбину подумалось, что Миёль его кинет, но нет, она пришла к воротам, правда, с небольшой задержкой. Оправдалась тем, что разговаривала с преподавателем. Хотя ему показалось, что она специально опоздала, чтобы «напугать» его, мол, ты провинился, значит, терпи мои выходки. Но благо, что её эти самые выходки незначительны и в принципе незаметны. Ханбин берёт свою машину, чтобы быстрее съездить и вернуться обратно. По правде, он не планирует сегодня задерживаться в компании старшей сестры Кан, а лишь сгладить углы для дальнейших действий. Но в машине нависает неловкая тишина, которую разбавляет лишь болтливый радиоведущий. Киму хочется что-то сказать, чтобы расположить к себе девушку, но та выглядит очень задумчивой и угрюмой, поэтому он решает промолчать. А Миёль тем временем кусает губы, думает о своей сестре и грызет себя изнутри, придумывая кучу плохих исходов. Ей кажется, что Ханбин к ней равнодушен, что он хочет просто её поиметь и после отмахнуться. Такие мысли делают больно, хотя она всё здраво понимает, никакие чувства не могли в нём неожиданно вспыхнуть, но всё же… хоть какая-нибудь маленькая симпатия? - Моя сестра ведь намного привлекательнее меня, - говорит Миёль потускневшим голосом. Вмиг Ханбин теряется, опешив от такого необоснованно заявления. Непроизвольно он осматривает девушку, вспоминая и её сестру, чтобы сравнить, но ему не кажется, что Миёль чем-то хуже Хисоль. У них разница лишь в образе и подаче, а так они очень похожи друг на друга, даже фигурой, поэтому Ханбину не понятен этот порыв и самобичевание со стороны старшей сестры. - Почему ты так думаешь? – уточняет он, вернув внимание на дорогу. Девушка издает непонятные звуки, насупившись, и теребит край ремешка на платье. - А ты так не думаешь? – робко отвечает вопросом на вопрос. Ханбин вздыхает и думает, что бесят его все эти девичьи припадки, мол, я не красивая, толстая и вообще – сделай мне хоть один комплимент. Без этого никуда, но всё же Бина такое раздражает. - У каждого свои вкусы, Миёль. Мне, допустим, нравятся более естественные девушки без тонны косметики и вычурной одежды. Чживону же нравятся яркие и сексуальные дамы, а вот Чжунхэ западает частенько на стерв и истеричек. Не может быть, что одна девушка привлекательная, а другая нет, потому что у каждого мужчины свои критерии и взгляды на привлекательность, - останавливаясь на светофоре, объясняет ласковым тоном Ким, чтобы поднять Миёль настроение. И кажется, у него это получается, потому что девушка поднимает голову и поворачивается к Ханбину, а на её устах красуется уже искренняя полуулыбка. - Не отрицай, что ты её хочешь, - зачем-то говорит Кан, но Бин-то не идиот, понимает для чего это сказано. Хочет, чтобы Ханбин ещё переубеждал, чтобы он доказывал, что Миёль лучше. Какой же это идиотизм, но не скажет же он ей этого. Да и что не сделаешь ради победы? - Тебя хочу больше, - понижает голос, чтобы звучать сексуальней, и кладёт ладошку на девичью коленку, медленно поднимаясь ей вверх, задирая края платья. Ханбин легонько сжимает бедро Миёль и улыбается, отчего бедное сердечко Кан сводит в судороге. Ей в какую-то секунду даже становится плевать на его желания и причины подкатов к ней. Нет, она точно должна заполучить его себе. И никакая Хисоль ей не помешает этого сделать. Оставшаяся дорога проходит в тишине, но уже без той неловкости. Миёль и Ханбин поднимаются на третий этаж и подходят к чёрной железной двери. Девушка мнётся с ноги на ногу, чувствуя себя не очень уютно, тем более что Мино всё же её немного пугал, а Ким тем временем спокойно набирает код от входной двери, словно пришёл к себе домой. - А это нормально, что мы без стука и предупреждения? – удивляется Миёль, проходя в квартиру. Ханбин снимает обувь и кидает ключи от машины на тумбочку рядом с аккуратно выставленными одеколонами трёх видов. - В это время Мино обычно дома и рисует, так что лучше не отрывать его, - отвечает Ханбин, а Миёль стоит как вкопанная, рассматривая узкий коридор. С правой стороны стоит высокий шкаф с крючками, на которых висят кожаная куртка и спортивная ветровка, а с левой – тумбочка с одеколонами и обувью. - Рисует? – вскидывает брови Кан, не ожидая такого услышать. Мино ей представляется каким-то бугаем с замашками кретина и совершенно неряшливым, но она даже пылинки нигде не видит, не говоря уже о разбросанных вещах и грязи. - Ага, он же типо учитель рисования, - поясняет юноша, собираясь пройти вглубь квартиры, но у него звенит телефон. - У него так чисто, - подмечает вслух Миёль, пока Ким смотрит на экран айфона и кусает губы, будто решая, отвечать ему или нет. - Погоди, мне матушка звонит, побудь тут, я скоро, - всё же выбирает ответ Ким и впрыгивает обратно в кроссовки, выходя в коридор. Миёль вздыхает и думает, что было бы неплохо осмотреться. По правде, ей просто любопытно как выглядит квартира такого противоречивого юноши. Вроде он балбес, но в то же время педант. Это странно, разве нет? Она снимает босоножки и ставит их рядом с большими туфлями хозяина квартиры. Усмехается своему малюсенькому размеру ноги на его фоне и направляется на кухню. Первым делом она чует запах чего-то сладкого и терпкого, похожего на какао. Кухня Мино очень светлая и уютная, а ещё большая - мечта любой хозяйки. К слову, здесь так же жутко чисто, всё буквально сияет и блестит. На деревянной поверхности кофейного цвета стола стоит вазочка, заполненная конфетами, и рамка с фотографией семьи. От такой картины на душе вмиг теплеет, потому что для неё это кажется сентиментальным и милым. Она собиралась и дальше рассматривать красивую и чистую кухню, как слышит чей-то кашель. Миёль думает, что это Ханбин вернулся, поэтому смело выходит из кухни и входит в комнату, из которой слышался звук. Но вместо БиАя застаёт хозяина квартиры за мольбертом, измазанного в масляной краске. Мино трёт запястьем кончик носа и снова кашляет, а потом обреченно вздыхает и крутится на стуле, но резко подскакивает, чуть не свалив высокий табурет вместе с мольбертом. Он во все глаза смотрит на незваную гостью и снова кашляет. - Омо, я не хотела мешать, прости, - машет перед своим лицом руками Миёль и краснеет, потому что выглядит как взломщица, бродя по чужой квартире. Мино щурит глаза и скрещивает руки на груди. - Это ограбление? – басовито спрашивает он, отчего у Миёль сердце от страха ускоряется. А если он сейчас вызовет полицию или накричит на неё? Где же Ханбин? - А? Нет, что ты! Я с Ханбином! Помнишь, тогда, оставалась у тебя ночевать? Я просто… - начинает тараторить оправдания Кан, повышая от волнения голос, но Сон издает добротный смешок и поправляет стул, чтобы сесть на него обратно. - Я шучу. Помню, конечно. Ты, наверное, за своими часами пришла? – говорит хозяин квартиры, садясь на стул, и выпрямляя спину. Миёль закусывает губу, рассматривая оголенные из-за широкой майки и крепкие плечи молодого человека, рельефные руки и красивую спину, и сглатывает. Она не ожидала такого увидеть. Да, ей нравится Ханбин и никто больше, но его друг кажется таким привлекательным, что сводит живот. Почему-то в тот день, когда ночевала здесь, она этого не заметила. Погрузившись в свои мысли и жадно рассматривая мужчину, Миёль упускает тот момент, когда Мино поворачивается к ней в пол оборота и вопросительно смотрит. Залившись густым румянцем, Кан начинает глупо улыбаться и кивать. - Д-да. - Они в комнате на туалетном столике, - не придает значения её стеснению Мино и неопределенно машет вправо. - Хорошо, спасибо, - благодарит девушка, но с места не сдвигается. Думает, что лучше дождаться Кима, а уже потом идти на поиски часов. Она мнётся на пороге и окидывает взглядом студийную комнату. Прямо очень большое окно, заполняющее помещение солнечным и дневным светом. По правую сторону складированы различные картины без рам, а по левую – множество прибитых полок с фото и принадлежностями для рисования. В середине же стоит сам мольберт и стул, на котором сидит Сон Мино. К слову, вместо обоев или выкрашенных стен Миёль видит разрисованный бетон, на нём изображено абстрактное лицо какой-то европейской девушки с густыми рыжими волосами и бездонно-синими глазами. Это безумно красиво. - А где Ханбин? – разрушает тишину Мино, заметив, что гостья никуда не ушла. - Разговаривает с мамой по телефону, - отвечает девушка. Сон, не поворачиваясь, кивает и больше ничего не говорит. Чуть осмелев, Миёль подходит к Мино ближе, заглядывая через его плечо. На полотне изображен олень с олененком. Не дорисованный, но уже и сейчас ужасно красивый. - Очень красиво, - не сдерживает порыв Миёль и чуть отстраняется, потому что Сон поворачивается к ней. От него пахнет парфюмом смешанным с красками и растворителем. - Я не совсем доволен этим рисунком, но всё же – спасибо, - расплывается в белоснежной улыбке юноша, а Миёль пугается из-за собственной реакции: учащенное сердцебиение и жар в теле. Она нервно облизывает губы и пытается представить перед собой Ханбина, ведь это отвратительно так быстро западать на других? Или может, она просто восхищена его красотой? Да, точно, не каждый день увидишь таких идеальных черт лица. - Почему не доволен? – буквально выдыхает свой вопрос девушка, отходя подальше, чтобы навязчивый запах Мино не щекотал нюх. - В нём нет изюминки, - пожимает плечами Сон, вглядываясь в картину. - Разве, в красивом всегда должна быть изюминка? – предполагает Миёль, отчего-то думая сейчас о себе. Ну не глупо ли это? Миёль вроде тоже ничего такая, но изюминки, как например в Хисоль, в ней нет. Вот совсем. Она почти не красится, ведёт себя относительно скромно, не выделяется чувством юмора и не особо умна. Типичная девушка и ничего особенного. И так грустно слышать от Мино, что раз в его картине нет изюминки, то он ей недоволен. Чёрт, и почему она сравнивает женскую внешность с картинами? Абсурд. А вот Мино, услышав девичье замечание, заинтересованно к ней поворачивается и смотрит некоторое время задумчиво и пристально, отчего ей становится неловко. - Наверное, нет, но художник всегда недоволен своими работами, - беззаботно пожимает плечами Сон и трёт щеки, вновь срываясь на кашель. - Всегда думала иначе, - бурчит девушка, ловя взглядом каждое изящное движение художника: он смачивает губы языком и выпрямляется, невесомо проведя по холсту кистью, словно пальцами по девственной женской коже. Миёль от собственных мыслей краснеет и задыхается, пряча трясущиеся пальцы за спиной. Неужели, она извращенка? - Во всяком случае, это мнение распространяется именно на мне, - хмыкает Мино, не отрываясь от рисования. - В твоих работах часто нет изюминки? – спрашивает Кан, почему-то боясь тишины между ними. - Смотря, в каком состоянии смотреть на мои картины, - издаёт смешок Сон. Миёль искренне смеется, находя эту шутку весьма комичной. А Мино, не ожидавший такого звонкого и заливистого смеха, удивлённо поворачивается на подружку Ханбина и молча вглядывается. Рассматривает её бледные губы, ровные зубы, тёмные глаза и пушистые ресницы, узкий нос и пухленькие щечки. Непроизвольно на его устах тоже расцветает улыбка. - А ты очень… - хочет сделать комплимент Кан, но в студийную комнату входит Ханбин и смотрит на развеселившуюся девушку. - Забрала часы? Привет, Мино, - не замечает ничего лишнего Ким. Девушка отдергивает себя, воздушно идя к своему спутнику. - Привет, - машет костью Мино и спокойно возвращается к холсту, ничего не почувствовав. Да уж, даже никакого наваждения. Слушая разговор Ханбина и Миёль, он поворачивается к блондинке, изображенной на стене, и грустно хмыкает. В красивом не должно быть изюминки, да? - Они в комнате, сходишь со мной? – мурлычет Миёль, кокетливо улыбаясь юноше. - Да, пойдем. Не отвлекайся, чувак, мы немые невидимки, - приобнимает за плечи девушку Ханбин и выводит из студии. - Только не трахайтесь в моей квартире, - кричит им вслед Мино, хохоча от собственной кретинской шутки. - Фу, как неприлично, - мгновенно отзывается Ханбин и подмигивает Миёль, а та в свою очередь закатывает глаза и спешит в спальню за часами. B.I: Чжунхэ, есть просьба. Пишет Ханбин в машине, когда они с Миёль возвращаются в университет. Девушка пребывает где-то в своих мыслях, рассматривая пейзаж и улыбается, а Ханбин её не тревожит, думая о своём. А точнее о пари. Junhoe: Валяй. Bobby: Уложи вместо него парочку девочек, устал, бедняжка. Zico: Вчера видел его шальную императрицу, чуть не сдох. От ужаса. Ханбин фыркает и думает, что его друзья идиоты. Как он умудрился вообще сдружиться с ними? Кретины же. B.I: Не хотели бы вы, ребята, метнуться кабанчиком на хуй? Mino: Просил же, не в моей квартире! БиАй хочет написать, что они уже давно ушли, но пока набирает сообщение приходит от друзей ещё несколько, поэтому он забивает и тупо читает. Jinani: Так о девушках нельзя, какими бы они не были! Zico: Это сейчас вместо Мини мальчика его неизбежная супруга пишет? G-Dragon: Тик-так, тик-так, моё терпение кончается, Гулливер. Если не хочешь, чтобы я испустил свой гнев на твою макушку – съебни за рабочую стойку! Zico: … мазе фака айм ил … G-Dragon: Бабах! Терпение лопнуло. Я спускаюсь. Zico: Да всё-всё! Я работаю. Честно, бро. Junhoe: Что за просьба? Ханбин усмехается и печатает свою просьбу. B.I: Нужно слушок один распустить по универу. Jinani: Я думал, ты выше этого. Bobby: Не стыди его, хён, он, наконец, человеком становится! Junhoe: Про кого и какие? B.I: В наших лучших традициях, про Эмс. Bobby: Ебушки-воробушки. Я если что не причастен. Junhoe: Ок. Чжунхэ прячет телефон в карман, отключая звук, и собирается пойти уже выполнять просьбу друга, ведь это весело – сеять хаос и распускать гадкие слухи, но замечает свою одногруппницу. Джула выходит из женского корпуса и поправляет короткие волосы, направляясь в сторону выхода из общаги. Она идёт, погрузившись в свои мысли, и ничего не замечает, пока не натыкается на Ку. Тот стоит как вкопанный и не преграждает ей путь. Окинув строгим взглядом ненавистного согруппника, девушка скрещивает руки на уровне груди и вздёргивает подбородок. Чжунхэ от всей души ненавидит, когда она так делает. Вся напускная помпезность Джулы просто выводит из себя, отчего так и хочется сломать и разрушить эту мнимую ледяную королеву, как рыхлую стену. - Ну и как это понимать? Не пропустишь? – с вызовом в голосе спрашивает Джула. Чжунхэ говорил, что она его жутко бесит? Ну так вот, она его жутко бесит. Своими лисьими глазами, которые смотрят на него, как на кусок дерьма. Своими надменными жестами. Своей идиотской принципиальностью. Своими накрашенными губами. Стоп. Взгляд Чжунхэ цепляется за впервые накрашенные на его памяти уста Шин, и он непроизвольно хмурится. В какую-то секунду он сам не понимает, почему решает так поступить, может, из-за того, что его бесит это, а может, потому что всё ещё желает втоптать в грязь её гордость. - Ты сегодня подкрасила губки, я смотрю, - откровенно хмыкает Чжунхэ и наступает на девушку, но та, как неприступная гора лишь выставляет перед собой руку, не сдвигаясь с места. Грудь Ку плотно упирается в прохладную девичью ладонь. Джула чувствует крепкие мышцы, сердцебиение и жар, исходящий от юноши, но стойко игнорирует, продолжая тяжело смотреть на молодого человека. Правда, Чжунхэ еле сдерживается, чтобы не надавать ей по башке, вот была бы она парнем… - И что? - Неужто, для Ханбина? – догадывается Чжун, не упуская возможности подтрунить Джулу, но той хоть бы хны. Она устало вздыхает, будто Ку её уже в корень задолбал, и отстраняется, чтобы обойти одногруппника и пойти дальше. - Тебя это не касается, - спокойно отвечает она, даже не покраснев ни на секунду. Вот только Чжунхэ не даёт ей покинуть его общество. Он ведь не пускал, верно? Потому он грубо хватает Джулу за запястье и возвращает на месте, не отпуская. Шин хмурится и смотрит в ответ на Чжунхэ колко и гневно. - Будет касаться, если её сожру я, - ухмыляется Ку, соблазнительно кусая свою губу. От сказанного у Джулы вмиг начинают трястись поджилки, мозг скручивается в спираль, а по спине бегут кусачие мурашки, заставляя девушку содрогаться от одной лишь мысли, что Чжунхэ собирается сделать или намекает на то, что хочет сделать. Она пытается вырвать из хватки юноши свою руку, но он сжимает лишь сильнее запястье, отчего Шин судорожно думает, что её кости раскрошатся от такой силы. - Что ты несёшь? – шипит девушка, наконец, скинув с себя маску равнодушия. Теперь Чжунхэ мог отчётливо видеть испуг на её лице и причинённую им боль. Как чёртов садист, он смотрит на искажающееся лицо Шин с улыбкой. Слишком грубо и резко он толкает девушку к стене, и та ударяется сильно спиной, издав шокировано стон. Она не успевает ничего сообразить, как её уста накрывает горячий и влажный рот Ку. Первым делом Джула замирает, потому что сердце останавливается и оглушающе бабахает по ребрам, заставляя всё внутри сжаться в тягучем спазме. Чжунхэ её не целует, это совсем не похоже на это. Он кусает её губы, слизывает помаду и посасывает их до болезненной пульсации, а ещё насмешливо смотрит в её глаза. Медленно, но верно отходя от шока, Джула начинает бить юношу по плечам и яростно вырываться, но тот будто забавляется, ехидно хмыкнув в её уста. Он отстраняется сам, когда от помады не остаётся ничего. А Джула накрывает ладошкой мокрые, припухшие и горячие губы, раскрасневшись и максимально расширив глаза. Всё её тело пробивает дикая дрожь, потому что она испугалась. Чжунхэ показался ей зверем, который собирается сожрать её и даже ни разу не подавиться. На смену шоку приходит гнев, пропитывая и отравляя её разум. Опешивший взгляд меняется на злой, а губы искажаются в гримасе ненависти. - Что ты себе позволяешь? – истерично выкрикивает Джула, а Чжунхэ внутренне ликует, ибо впервые видит столько эмоций за раз с её стороны. - Отвратительно на вкус, - игнорирует её вопрос Ку и демонстративно сплевывает. Кажется, такой поступок ещё больше выводит из себя Шин, потому что она сжимает кулаки и делает большой шаг к нему. - Ку Чжунхэ! - А что ты мне сделаешь? – игриво пожимает плечами он и вытирает пальцем свою нижнюю губу. Джула изо всех сил старается не вестись на его провокацию, но мозг затуманен гневом и злостью на этого человека. - Тебе нравится меня доставать, я не пойму? Какого чёрта ты вечно действуешь мне на нервы?! – на её глазах едва наворачиваются слёзы, а в горле болезненно сдавливает из-за душащих эмоций, но она сглатывает ком и из последних сил держится, чтобы не разреветься, как маленький ребёнок. Ну почему он, чёрт возьми, себя так постоянно ведёт? - Не поверишь, я безумно счастлив, когда ты выходишь из себя, - шепчет Чжунхэ и двусмысленно гладит её по щеке. - Идиот! Убери от меня свои руки! – вскрикивает Джула, ударяя Ку по ладошке. Тот недовольно поджимает губы и вновь грубо обхватывает её в этот раз за плечи и резко притягивает к себе, отчего она носом ударяется о его подбородок. - Кричи, извивайся и сопротивляйся, ты ведёшь себя так, как я хочу, - на ухо проговаривает Чжунхэ, игнорируя скривившееся от боли лицо девушки. - Да что на тебя нашло? Отпусти! – начинает брыкаться Шин, потому что его поведение уже ни в какие ворота не лезет. Ещё секунда и у неё просто случится истерика. Чжунхэ смеется и отпускает её плечи, но не отстраняется, всё ещё нарушая личное пространство Джулы и обезоруживая её. - Оказывается, ты не такая страшная. Интересно, если я тебя сейчас потрогаю там… Эти слова действуют на Джулу, как ледяная вода. У неё сбивается дыхание от мысли, что ебанный Ку Чжунхэ будет трогать её там, а потому рука сама по себе взметается над его лицом и оглушающе шлепает по щеке, оставляя после себя алый след. В ушах Джулы звенит от собственной подаренной пощечины. Она пугается ещё больше, потому что этим самым может взбесить его не на шутку, поэтому делает шаг назад и пятиться от него. - Воу, вот этого я не ожидал, - шокировано выдает Чжунхэ, ошалев от дерзкого поступка согруппницы. Джула не знает, что сказать, но извиняться за пощечину не хочет. Потому она, как глупая школьница, срывается с места и уносит свои ноги, не оглядываясь. - Эй, крошка, я не закончил, - кричит вслед Чжунхэ, но девушка меньше чем через десять секунд скрывается за дверью общаги, - ебанная стерва. Злобно облизывает губы Чжунхэ и вытирает уголок губ, мысленно делая заметку припомнить ей этот удар. Время начало двенадцатого. Чжунхэ, Бобби и Ханбин уже давно в своей комнате и каждый занят своим делом, одновременно болтая между собой. Чживон строчит смс-ки Мори, доставая её и зачитывая самые крутые, по его мнению, строчки вслух. Чжунхэ играет в ферму на мобилке, а Ханбин ищет в интернете информацию для реферата. И последний подскакивает на месте, когда кто-то влетает в их комнату фурией, забыв даже постучать. Все, опешив, во все глаза смотрят на разозлённую Эмс, которая пилит злющим взглядом Ханбина и плотно поджимает губы. - Быстро, однако, - шепчет Бобби, смотря на Чжунхэ. Оба они понимают, что Ли здесь из-за слухов, которые только сегодня пустил Ку, но которые уже успели дойти и до самой Эмс. Они переглядываются и лаконично удаляются, чтобы не перенять гнев чокнутой. Мысленно проклиная друзей, что так подло кинули, Ханбин без эмоционально смотрит на бывшую возлюбленную и подходит к ней. - Что тебя привело ко мне? – вскидывает брови Ким, скрестив руки на уровне груди. Идеальные губы Ли искажаются в ядовитой усмешке. Она не изменяет себе и выглядит даже в жгучем гневе так, будто пытается кокетливо облить ядом и закопать под плинтус. - Что за грязные слухи я слышу о себе? – спрашивает Эмс приторным голосочком, от которого у Бина по спине бегут мурашки ужаса. Что-то эта дура сейчас вытворит, Ханбин нутром чувствует. - Какие? – притворно недоумевает Ханбин. Ли вздыхает и подходит почти вплотную к юноше, скидывая с плеча заплетённые в косу волосы. - В прошлом году я была твоей подстилкой? – вновь спрашивает она, но в этот раз так, будто искренне удивляется. Будто она, чёрт возьми, забыла и ей нужно напомнить. - Такие слухи гуляют? Воу, не слышал, - держится своей игры Бин. Больше в планах Эмс нет притворяться, поэтому она снимает с себя маску удивления и шумно выдыхает клок раздражения. Этот идиот снова с ней так поступает. - Ханбин, тебе что, не хватило в прошлый раз, когда ты пустил про меня слухи, будто ты потрахивал меня в перерывах на обед? – начинает заводиться Эмс. Она слишком импульсивна, а в порывах своего нестабильного состояния у неё начинают чесаться кулаки. - Тебе же всё равно, что про тебя говорят, - не остаётся в долгу Бин. По правде, ему не хотелось действовать именно таким образом, но ничего лучше придумать так и не смог. Ханбин знал, что она среагирует незамедлительно на эти слухи, ведь в прошлом именно это стало причиной расставания Эмс и Тэхёна. Но и, конечно же, Ханбин сам утверждал, что всё это правда, нагло смотря в глаза Тэхёну, а тот поверил, потому что Эмс частенько врала ему, чтобы сохранить некоторое личное пространство. Возможно, это было жестоко, так налгать девушку, в которую был влюблён, но Ким ужасно злился, что она воспользовалась его чувствами, а когда Тэ поманил пальчиком, побежала собачонкой, бросив Ханбина на утешение самому себе. Поэтому и оболгал Эмс, заявив её парню, что буквально на днях отымел её. Естественно в силу своего горделивого и невыносимого характера, Тэхён даже не стал разбираться, бросив Эмс и начав отношения с какой-то француженкой. - В прошлом из-за твоей долбанной лжи меня бросил Тэхён, - повышает голос Эмс, сжимая зубы так сильно, что Ким думает, будто те раскрошатся. - А сейчас кто тебя бросит? - Рассудок! – выпаливает она и замахивается кулаком, чтобы выплеснуть весь гнев и злость на юношу через удар, но в этот раз БиАй реагирует вовремя. Он перехватывает девушку за запястье и резко разворачивает к себе спиной, пихая её к столу. Эмс от неожиданности вскрикивает и упирается свободной рукой об деревянную поверхность. Вторую руку Ханбин скручивает за её спиной, прижимая тело девушки к ребру стола. В нос ударяет дурманящий запах кокосового геля для душа, будоража все эмоции юноши и возбуждая его. В какую-то секунду у него сносит крышу. Потому что гребанная Ли Эмс пытается вырваться и извивается в его руках, как чёртова змея, трясь своей задницей о член Ханбина. Потому что гребанная Ли Эмс издает странные возбуждающие звуки из-за того, что не получается вырваться из захвата. Потому что гребанная Ли Эмс сжимает губы и зажмуривается, царапая поверхность стола ногтями, а ещё потому что гребанная Ли Эмс вздрагивает из-за горячего дыхания Ханбина на своей шее. Последней её ошибкой является томный стон, сорвавшийся с её губ, когда язык Кима проходится по изгибу её шеи. Больше он не собирается ходить вокруг да около. Он нагло расстегивает пуговицу на джинсах Ли и засовывает под ткань трусиков руку. Эмс скулит и пытается сдержать звуки, рвущиеся из груди, особенно, когда Ханбин пальцами скользит между складок девичьей плоти. Непроизвольно она оттопыривает задницу, прижимаясь к возбужденному органу молодого человека теснее. Ханбин рычит ей на ухо что-то невнятное, потому что у него такое чувство, будто он ждал этого гребанного момента всю свою жизнь. Впервые у него так дрожат пальцы от желания, впервые его сердце так бьётся в груди от близости, впервые он жаждет насладиться грязным сексом без всех его гигиенических замашек. Эмс в его руках дрожит и дышит тяжело, глубоко, а ещё очень громко. Пальцами Ханбин массажирует её клитор, чувствуя, как девушка стремительно намокает. - К чему весь этот цирк, M&M’s, если ты буквально течешь с одного моего прикосновения! – ласково шепчет на ухо девушке Ханбин и облизывает мочку уха. Эмс раздражительно шипит что-то невнятное и издает какой-то писк, а потом сквозь сбитое дыхание выговаривает настолько злобно, что у Кима коленки начинают трястись: - Так хочется отыметь меня? Что же, давай, Ханбин, покончим с этим. Бери меня, я даже не буду сопротивляться, но после не смей даже упоминать моё имя! Ханбин теряется из-за такого заявления, расслабив хватку. Вот так вот просто? Нет, что-то не так. Она хочет просто поиздеваться? Эмс же тем временем убирает от себя руки Ханбина и разворачивается. БиАй напрягается, ожидая очередного порыва подраться, но вместо этого он чувствует на своих пухлых губах яростный поцелуй, в который вложена вся обида Эмс. Терзание губами стало похоже на нечто ужасное, совсем не соблазнительное, будто бы она сошла с ума. Эмс без страсти терлась своими губами об его, кусала его язык и ударялась о его зубы своими. Она пылкая и сумасшедшая, но Ханбин не чувствует ту искру, что проскользнула в нём несколько минут назад. Нужно это прекратить. И Ханбин останавливает Эмс, когда та начинает судорожно расстегивать его ширинку. - Что не так, Бин? Перехотелось? Не нравится, когда я сама проявляю инициативу? – спрашивает она, а в голосе сочится презрение и весь негатив, который она испытывает по отношению к Ханбину. В эту секунду он чувствует себя ебанным чудовищем или ничтожеством. Он этого, чёрт бы её побрал, не хочет! - Угомонись, Эмс! – хмурится Ханбин, снова отталкивая Эмс, когда та пытается вновь залезть к нему в штаны. - Чего это? Разве ты не хотел всунуть в меня свой член? Ну же, я раздвину ножки, делай, о чём мечтаешь, - разводит руками девушка, мол, соглашаясь с правилами этой игры. А в Ханбине от её слов закипает злость. Как можно быть такой ужасной стервой? Эта идиотка просто парализует мозг Ханбина своим чокнутым характером и поведением. У него не хватает попросту сил мириться с ней. - Я не об этом мечтаю, - цедит сквозь плотно сжатые зубы Ким и боится, что сейчас просто выкинет её из спальни за шкирку. - О чём тогда? - Чёрт, да почему ты, блять, такая? – вскрикивает на неё Ханбин, хмурясь, а Эмс невозмутимо на него смотрит, вскинув брови. - Какая? – уточняет она. - Строптивая, - уже спокойнее говорит Бин и обезнадёжено взъерошивает волосы. - Так укроти меня, разве, не этого парни желают? - Эмс, уходи. - Ты ведь не собираешься оставлять меня в покое, да? – вперив в Ханбина пронзительный взгляд, спрашивает Эмс. У него сейчас двоякое чувство. С одной стороны ему хочется её прогнать насовсем, чтобы ещё столько же не видеть и не слышать этот сводящий с ума голос, а с другой – её поведение и дерзость подначивают Кима разхуярить весь её внутренний мир так, как когда она без запинки это сделала с ним. Месть? Может, и да. - Знаешь, не собираюсь, ты будешь моей, хочешь ты того или нет. И я тебя возьму не сейчас, когда ты готова отдаться мне лишь бы отъебаться, а возьму тогда, когда ты захочешь меня сама, - выплевывает каждое слово ей в лицо Ким и смотрит так, что весь гневный пыл у девушки испаряется. Ей становится интересно, в каком-то смысле. Да, она всё ещё не простила Ханбина за тот поступок, потому что Тэхён для неё и сейчас не безразличен, но он предлагает интересную игру. Кто кого первый задушит своей несостоявшейся ненавистью друг к другу. - Думаешь, такой день настанет? – хмыкает Эмс, а в её глазах отчуждённость. - Увидишь. Он настанет до конца этого семестра, - угрожающе отвечает Ханбин, склонившись над девушкой. - Отлично, буду его ждать с нетерпением, - говорит она и обхватывает точёный подбородок Бина длинными пальцами, сильно сжимая его и проведя подушечками по выпуклой нижней губе. Эти действия не искренние, она играет с ним, к тому же нахально и ехидно, но от её прикосновений всё равно жжёт кожу, пропечатываясь под кожу и разъедая кровь. В этот раз он не будет тем, кто проиграет.