5 девушек Ким Ханбина

Зачем лезть на рожон и усугублять ситуацию? Неужели Чжунхэ настолько озабочен Джулой, что перестает всячески себя контролировать? Его натура ведь непостоянна. Даже если он свяжет себя узами с Шин, это не скует его от свободы. В таком случае, разве не будет правильным отказаться от этой девушки для её же блага? Нет, ведь Чжунхэ слишком жаден на эмоции и чувства, чтобы отпускать самое симпатичное для его сердца. Пусть он разобьет её своими собственными руками, уничтожит её и будет потом жалеть об этом, но отказаться от Шин невозможно. Поэтому он, спрятав руки в карманах джинс, идёт в женскую половину общежития, игнорируя возмущенный взгляд коменданта. Ку знает, что девушка не желает его видеть, особенно в том месте, откуда она не сможет сбежать. Джула считает, что поступила открыто, заявив в конце прошлого семестра, будто готова встречаться с Чжунхэ. Но юноша видит, как она чурается его, а значит ей не удалось его принять до конца. Несправедливо обвинять его в нерешительности и трусости, когда сама не искоренила полностью свои страхи. Они плывут в одном направлении, но на разных кораблях. И здесь есть всего два решения проблемы: сдаться ей, бросив свой корабль на произвол судьбы или захватить её в плен. И, конечно же, Чжунхэ выбирает второе. Джула открывает дверь почти сразу и не скрывает своего удивления, увидев по ту сторону незваного гостя. - Привет, - улыбается Ку, ощутив себя по странному умиротворенным. Девушка ничего не отвечает, продолжая недоверчиво осматривать юношу. - Не впустишь? – предпринимает попытку «оживить» Шин парень. - Что тебе нужно? Это не совсем то, чего ждал Чжунхэ. Её агрессия порой раздражает даже больше, чем её высокомерие. - После разговора с твоим фальшивым парнем мне вдруг захотелось тебя увидеть. Это плохая причина? – усмехается Ку, удовлетворенный реакцией на слово «фальшивый» - щеки девушки мгновенно вспыхнули, а губы сжались в неровную раздраженную линию. - Это вообще не причина! – эмоционально произносит Джула и выдыхает, пытаясь взять себя в руки. Ведёт себя очевидно, дура. – С чего ты решил, что он фальшивый? - Интуиция, - неопределенно отвечает Чжунхэ и осклабляется. Ну вот, ему снова приносит удовольствие разгневанное личико Шин. Хочется довести девушку до пика, вкусить все самые яркие её чувства, попасть под лавину её ожесточенных и бурных эмоций. - Делаешь вид, что полностью раскусил меня, - хмыкает Джула, скрестив руки на уровне груди. – Ты всего лишь не хочешь полностью потерять единственную игрушку, которая дает отпор. Ты думаешь, я не понимаю, почему ты так рьяно за мной гоняешься? Тебе приносит сладкое удовольствие наблюдать за тем, как мучается твоя жертва и в самый последний момент, когда она вот-вот сдастся – ты её отпускаешь, чтобы в следующий раз агония была еще слаще. А я просто продержалась дольше остальных, поэтому ты здесь, ведь так? - Продержалась дольше остальных? – хохочет Чжунхэ, оскорбившись её предположениями на его счет. Даже если она на семьдесят процентов права, его бесит тот факт, что она все понимает. Жертва для того и жертва, чтобы слепо попадать в лапы хищника, а не предугадывать его ловушки. – Ты не продержалась дольше, ты пытаешься делать вид, что до сих пор держишься, но, Джула, ты давно сдалась. Возможно, ты сама не поняла, когда сдалась, я могу, как настоящий джентльмен раскрыть тебе глаза. Этот твой Юквон прямое доказательство того, что я выиграл. Скажешь чувства у тебя к нему? Блеф! Эта видимость отношений твой последний способ сбежать из самой крепкой ловушки, в которую ты угодила. Ты ведь считаешь, что я примитивный болван на твоем фоне, практически ничего не понимаю кроме как ахуенно оттрахать очередную девчонку, так? В этом ты промахнулась, милочка. Да, я люблю заниматься сексом, в этом нет ничего отвратительного, как ты думаешь. Хотя кого мы обманывам, да, малыш? Ты ведь так совершенно не думаешь, спишь и видишь мокренькие сны со мной? Раздраженный и воодушевленный собственной речью, Чжунхэ проталкивает девушку вглубь комнаты и следом сам входит, закрыв дверь на щеколду. Взгляд Джулы растерян, сердце громко грохочет в грудной клетке, а внутри до тошноты скручивается узел. Ку пугает её. Пугает тем, как точно попадает в яблочко. Она, действительно, считала, что у неё ещё есть шанс повернуть назад и сбежать, но похоже теперь ей и шагу не сделать. - Так давай исполним твои желания? Если ты этого хочешь, я не могу… - сладко говорит юноша, отчего у Шин ноги подкашиваются. Она упирается ладонью об стол и тяжело выдыхает, когда Чжунхэ подходит вплотную и кладет горячие ладони на её бедра. Её тело горит от одних лишь прикосновений. Ку прав. Джула полностью в его власти. - Нет! – предпринимает очередную попытку сопротивления девушка, зажмурив глаза. Ей страшно, она не готова вот так отдать ему всё, что у неё есть. – Секс! Секс! Секс! Ты говоришь, что в твоем мозгу умещается намного больше, чем секс и тут же доказываешь обратное! Или может, ты думаешь, что рядом с тобой девушки ни о чем больше и думать не могут? Неужели ты в штанах носишь золотой ствол? Почему вы, мужики, считаете, что член – это лучшее, что можно кому-либо предложить? Так горделиво выхаживаете, будто эта уродская сарделька знак качества! Идиотизм! На секунду Чжунхэ замирает, удивленный пламенным высказыванием девушки. Редко она разоряется на бурные эмоции, обычно давит ледяным сарказмом. Да и сказанное очень смешит парня. - Ты назвала мой член сарделькой? – хохочет Ку, но дистанцию не увеличивает между ними. Шин дуется, раздосадованная такой реакцией. Ей хотелось его разгневать, разозлить и обидеть, в итоге она его развеселила. Сжав пальцами футболку парня, Джула хмурится и смотрит на лицо Чжунхэ. Красивый, мать его. Юноша прекращает смеяться, вперив взгляд в глаза напротив. Его губы трогает улыбка – он видит своё отражение. Обычно он терпеть не может этот трепет в девичьих глазах относительно него. Ку любит игры, любит доводить до истерий, но ненавидит, когда к нему испытывают нечто сложное, пугающее и сильное. Но то, что скользит во взгляде Джулы, дарит ему неописуемое счастье. Мысли и вспыхнувшие эмоции подстрекают Чжунхэ к неосторожным действиям. Парень накрывает девичьи уста и начинает неконтролируемо сминать их. А все, что успевает сделать Шин – обнять его за плечи и охнуть в поцелуй. Его руки скользят вдоль девичьей талии, губы сминают намазанные бальзамом уста, коленка медленно ведет по внутренней стороне бедра, задирая голубенький халат. Ку теряется в собственном желании, растягивая прелюдию, чтобы попробовать больше. А Джула дрожит в чужих руках, мысленно отсчитывая уже пятый болезненный удар сердца. Чувства, которые она испытывает – губительны. Они жгут стенки вен, отравляя кровь, когтистой лапой царапают душу и скалистым кулаком давят в район груди, выбивая весь кислород из легких. Эти чувства убивают эфемерное «я» внутри Шин. И теперь она убедилась окончательно – пути назад уже нет. Только вперед с обрыва. От собственной слабости девушка хочет кричать, ломать и рыдать. Хватит! С неё хватит! Хватит! Хватит! Х.В.А.Т.И.Т. Она упирается ладошками в плечи юноши и разрывает поцелуй. Ку недоуменно смотрит на девушку, сжав пальцы на оголенном плече. - Умоляю, прекрати играть со мной! Я больше этого не вынесу, - скулит Джула, не имея сил посмотреть юноше в глаза. Её изнутри рвёт на части. Вкус Чжунхэ сладким ядом проникает внутрь, губы пульсируют, а дыхание окончательно сбивается. Она думала, что сможет сыграть в его любимую игру – сломать друг друга, но нет, Шин не может. Она ему проиграла в самом начале. Её слезы неконтролируемо стекают по щекам, обжигая нежную кожу. Девушка судорожно стирает влагу, шмыгая носом. А у Ку все мысли сплетаются в безобразный клубок из-за её слабости. Всегда! Чжунхэ всегда считал, что подобное его никогда не тронет. Не заденет душу. Но рыдания Джулы превращаются в тысячу игл, пронзая юношу насквозь. Чёрт! Чёрт! Чёрт! - Прекрати реветь, - выходит грубо, отчего Шин вздрагивает и начинает реветь пуще прежнего. - Я тебя прошу, - жалобно шепчет парень, подходя к Джуле вплотную. Он упирается лбом об девичью макушку и сильно-сильно жмурится, надеясь прогнать от себя наваждение. Он этого тоже не вынесет. Девушка хватается за парня, как за спасательный круг, утыкаясь носом в крепкую грудь и глуша рыдания. Она ладонью чувствует, как безобразно и гулко бьется сердце Ку в груди, а Чжунхэ в свою очередь сжимает зубы и понимает, что это нужно прекратить. Исход этой игры уже ясен, а потому смысла продолжать нет. Они оба уже знают, что с ними происходит. - Ты должна с ним расстаться, Джула, - хрипло произносит парень, жмурясь. Произнесенное юношей действует на Шин, как ведро ледяной воды на разгоряченное тело. Её рыдания обрываются. Отталкивая от себя потерянного Чжунхэ, девушка нечитаемо смотрит в его глаза, шмыгает носом и стирает соленные слёзы с щек. - Расстаться, - равнодушно повторяет Джула за Ку и криво усмехается. Конечно. Юквон стал последней каплей для Чжуна. – И что потом? Ты, удовлетворенный очередной победой, пойдёшь праздновать, а я буду давить остатки гордости в тщетных рыданиях? Скажи, тебе ведь плевать на то, что со мной происходит по твоей вине? В глазах Джулы отражается фатальное поражение. Она больше не хочет зацепить Чжунхэ, она просто боится, что если опустит руки, то перестанет быть интересной. И Ку это прекрасно понимает, ведь ему тоже страшно поддаться влюбленности и потерять свой шарм в глазах Шин. Закусив пухлую губу, юноша прогоняет в памяти разговор с Джиёном. Подкурив вторую сигарету, Джиди сощурился, чтобы дым не попал в глаза, и беспристрастно уставился на Чжунхэ. Последний в глазах Квона всегда был намного умнее, чем пытался казаться. Джиён искренне считал, что из всех этой шушары у Ку будет наименьшее количество предрассудков и страхов, но оказался неправ. А ведь он бывает редко неправ. И по правде, такой расклад немного раздражал Дракона. - Твои чувства невзаимные? - уточнил хозяин кафе. - Взаимны, - без раздумий ответил юноша. Он был непоколебимо уверен в том, что чувствует к нему Джула. А тот факт, что девушка рьяно отрицала это, лишь убеждал Чжунхэ в своей правоте. - А что, у тебя руки или член отсохнет, если ты признаешься ей? – хмыкнул Квон. В свое время, будучи ну очень плохим парнем с чрезвычайно скверным характером, Джиён сразу сказал своей нынешней жене, что серьёзен на её счёт. К чему лукавить в таких делах? К тому же, будь он размазней, который боится признать свои чувства к девушке, потерял бы всё. - Дело не в этом… - Нет, в этом, - перебил Джиди, даже не желая выслушивать тонну оправданий с уст парня. – Просто скажи ей, как есть. Не поверит? Да хуй с ним, если хочешь быть со своей принцесской – будь. Только не пытайся залезть к ней в трусики, в качестве доказательства своей неземной любви. Бабы считают, если парни ради них держат свой член в узде, значит, честны на их счет. Бред, конечно, но такая уж истина, с ней ничего не поделаешь. Да и с тобой, жеребец, ничего не случится, если какое-то время ты будешь кончать в ладонь, а не в вагину. Чжунхэ знает, что Джиён прав. Человек, который обуздал одну из самых строптивых баб, не может быть в этих делах неправым. Но всё равно. Мина не Джула, их реакции, поступки и мнения не могут совпадать и быть идентичными. Если такая тактика была успешной с Миной, не факт, что проканает с Джулой. Но Чжунхэ уже просто некуда деваться. Он испробовал всё, что умел и знал. И теперь сделает так, как советует Джиён, и если последний вариант не сработает – то пошло всё к хуям. - Давай попробуем, - шепчет Ку, уверено смотря на девушку, а самого трясет от волнения. - Что? - Быть вместе. Ты и я. Давай попробуем стать парой, - говорит Чжунхэ, накрывая девичьи ладони, всё так же упирающиеся в его плечи, своими. - Ты серьезно? – растерянно переспрашивает Джула, не веря своим ушам. В её глазах блестят застывшие слёзы, которые Ку хочет слизать. Достаточно уже плакать и ругаться. Он тоже устал от всего происходящего. Вместо ответа юноша лишь кивает и вновь целует Шин, только в этот раз осторожно и без напора. И девушка сдается, отвечая на поцелуй. Ёрин хлопает глазами, шокировано взирая на невозмутимую Эмс. Казалось, она знает всё наперед и никак не беспокоится об этом. Как будто староста не может быть для неё соперницей. Будто она пустое место для Ли. Но Ханбин, смотря на свою девушку, видит не хладнокровие, которое замечает Пак, а ледяную ярость. Одному лишь ему известно, что скрывается за маской равнодушия у Эмс. Её непроницаемый, тяжелый взгляд чёрных глаз говорит о том, что она в бешенстве. Её плотно сжатые губы показывают, насколько сильно Эмс хочет вцепиться в короткие волосы Ёрин. А по ровной осанке БиАй догадывается, что ей страшно слышать правду. Может, Ханбин и недостаточно её понимает, но зато он изучил её поведение и то, как она скрывает истинные эмоции. Староста в свою очередь дрожит, как осиновый лист. Каждая крыса в университете знает о темпераменте Ли Эмс. О её высокомерии, о её недружелюбии, о её агрессии. И Пак впервые за всё время думает, что облажалась. Если она сама всё расскажет девушке Бина, то несдобровать ей. К тому же, она никогда не хотела навредить Ли и оскорбить её. А сейчас правда – это удар по Эмс. - Эм… я… - мямлит Ёрин, не зная, что сказать, чтобы замять разговор. Кто бы мог подумать, что в самый неподходящий момент появится она. Ханбин в свою очередь молчит и с отвращением смотрит на старосту, которая может стать топором, срубившим только разрастающееся дерево доверия между Бином и Эмс. Посмотреть на свою девушку оказывается тяжелее, чем он думал. Всепоглощающая ненависть Ли и так болезненно оцарапывает стенки его грудной клетки. А если они ещё и взглядами пересекутся - пиши пропало. - Куда подевалась вся твоя уверенность? Минуту назад ты такая смелая была, хотела мне рассказать что-то очень интересное, что же случилось? Язык проглотила? – спокойно говорит Эмс. И староста окончательно теряется, не понимая, что происходит внутри Ли. Её вопросы не звучат саркастично или агрессивно. Они даже сквозят пугающим равнодушием. Ей, действительно, плевать на Пак и на её существование? У БиАя в свою очередь внутри всё сжимается до крохотных размеров. Он-то прекрасно знает и слышит, как бесится Эмс и желает разнести здесь всё в пух и прах. - Пусть Ханбин скажет сам, - встрепенулась староста. Она, как напуганный воробушек, делает шаг назад и переводит взгляд с девушки на Кима. У неё сжимаются внутри все органы, ведь Бин выглядит так, будто готов разорвать её на части. На пару секунд повисает между ними гнетущая тишина, а вскоре её разрезает мрачный смех Эмс. - Ты сейчас надо мной издеваешься? – терпение Ли трещит по швам. Больше она не может сдерживать себя. – Дорогуша, не скажешь правду ты, я её узнаю другим способом. И после, если я увижу в тебе врага, беги. Я разорву тебя на мелкие кусочки и скормлю их бешеным псам, ты меня поняла? – угрожающе надвигается на старосту Эмс, ненавистно сверкая черными глазами. Ёрин испугано сглатывает и нервно кивает, пятясь назад. - Я… н-не сделала ничего плохого, - выдавливает из себя Пак. На устах Ли появляется хищная ухмылка. - Ничего плохого? Дай угадаю, - Эмс протягивает ладонь к лицу Ёрин, отчего та заметно дергается и зажмуривается, ожидая удара, но Ли лишь заправляет короткие волосы за ухо девушке. – Считаешь Ханбина недостойным говнюком, растоптавшим твоё ранимое сердечко? Он ничтожество, поступившее с тобой омерзительно! Моральный урод, игравший с тобой в чувства. И ты хочешь ответить ему той же монетой? Испортить ему всё, отомстить, я права? Староста, окончательно потеряв уверенность, умоляюще смотрит на Ханбина, чтобы тот остановил всё это. Чтобы он остановил свою чокнутую девушку. Она же прибьёт сейчас к чёртовой матери Пак! Но Ким молчаливо ждёт вердикта, до последнего надеясь, что неладная обойдет его стороной. Только не сейчас! Он не может потерять именно сейчас Ли, когда всё налаживается. Да и староста уже давно должна была понять, что БиАй не притворяется эгоистичным мерзавцем - он такой и есть. - Какая бы причина с твоей стороны не была, милашка, если ты собралась разлучить нас, я уничтожу тебя. Каким бы он отвратительным человеком ни был - он мой, ты поняла меня? Ёрин судорожно кивает, понимая, что Эмс не шутит. И ей, действительно, плевать на причины старосты так поступать. Ли отворачивается, давая понять девушке, что разговор окончен. И та, дрожа всем телом, коротко смотрит на затаившегося Ханбина и убегает. Когда Ким и Ли остаются наедине, юноша осторожно наблюдает за девушкой, нервно массажируя пальцами правой руки указательный левой. У него сердце в грудной клетке ходуном ходит, а в животе скручивается нервозный узел. Сейчас либо будет тотальный пиздец, либо что-то хуже. Эмс, раздумывая о чём-то своём, останавливается напротив БиАя и сжимает кулаки. - Ну, так что, расскажешь сам? – спрашивает она, пытаясь приглушить гнев. - Мне нечего сказать, - нервно ведет губой Ким. - Ложь. - Ложь, - подтверждает Бин и вперивает пристальный взгляд в разъяренные глаза напротив. – Ты и сама знаешь, с каким трудом мы сошлись! Хочешь, чтобы в одну секунду всё разрушилось? Нет уж! Ты на всё реагируешь слишком непредсказуемо! Если я расскажу это, то хуй его знает, что ты сделаешь. Может для тебя это не станет проблемой, а может ты в своей излюбленной манере ёбнешь меня по яйцам и упорхнешь. Снова. Я не готов тебя отпустить, поэтому отъебись, Эмс, я ничего тебе не скажу! Пламенная речь Ханбина лишь раззадоривает Ли, а потому она шипит что-то невнятное и злобное, а после взмахивает рукой и залепляет Киму звонкую, грубую пощечину. Перетерпев резкую и жгучую боль, БиАй хмурится и сжимает раздраженно губы. Смотрит обозленно на Эмс, но ничего не говорит. А девушка, взбешенная до очередного предела, разворачивается и быстрым шагом исчезает за дверью женского кампуса. - Заебись дела, - фыркает Бин и рваными шагами выходит на улицу. Эмс залетает в свою комнату, громко хлопнув дверью. Напуганная внезапным появлением соседки Мори вздрагивает и ошеломленно смотрит на Ли. Последняя же подлетает к О, как фурия и грубо хватает ту за плечо. - Рассказывай всё, что знаешь – что связывает Ханбина и ту мымру из его группы! И не говори мне, будто ни в чём не осведомлена! Клянусь, Мори, я сломаю тебе что-нибудь, если ты не скажешь! – угрожает Эмс. Конечно, она не собирается бить девушку Чживона, но поскандалить может основательно. Да и внутри все закипает с завидной скоростью до такого сумасшедшего состояния, что она боится не сможет взять себя в руки в самый ответственный момент. До последнего Эмс надеялась, что информацию у Мори выведает окольными путями и "незаметно", но время закончилось. Если она позволит сейчас оставить всё, как есть, то по ночам просто не сможет спокойно спать. Изумленно хлопая ресницами, О сглатывает и решает всё-таки рассказать. И нет, не потому что боится Ли, а потому что понимает, что та вот-вот разобьется, как антикварная ваза. Ханбин сидит на заднем дворе общежития и докуривает уже вторую сигарету. Староста ему подпортила кровь, ничего не скажешь. Обосрала всё, что так скрупулезно выстроил Ким. И что теперь будет? Эмс хоть и в бешенстве, но не настолько, чтобы порвать с ним. Может, стоит всё ей рассказать? Вдруг она простит? Конечно, Ли не оставит всё без хорошенького скандала, но во всяком случае, они останутся вместе. Пройдут через это вместе и их отношения станут крепче. Хоть он себя так утешает, рассказывать ей всё сейчас кажется абсурдной идеей. Всё вышло из-под контроля, хотя сейчас закрадываются сомнения, что он и вовсе ничего не контролировал. Он сам себя обманывал, считая, что всё обойдется и шанс скрыть спор от Эмс есть. Ложь – это яд, передающийся воздушно-капельным путем. Он не убивает, но проникает с воздухом в легкие, отравляя человека. Это передается вереницей от одного к другому, заражая целую армию. Но по своей натуре этот яд сладкий, он копится в организме и в самом конце горьким осадком сжигает внутренности. От него не избавиться. Не вылечиться. Но и жить с ним можно. Принять обезболивающее и дышать ядом дальше. Ханбин как раз из тех, кто не пытается вылечиться, кто способен жить с ним. Он не боится лжи, совсем. Не огорчается, когда ему лгут. Не расстраивается, когда осознает, что то во что он верил – неправда. И не отрекается от собственной лжи. Ким знает, что когда-нибудь с ним произойдет что-то очень плохое из-за его врак, но решать эту проблему он станет по мере её поступления. А ещё он искренне недоумевает с людей, не способных простить ложь. Ведь две стороны этой медали отображают лишь человеческий эгоизм. Тот, кто лжет - лжет ради себя, а тот кто отказывается прощать - делает это тоже только ради самого себя и своего душевного равновесия. Конечно, БиАй не собирается оправдывать себя и других лжецов фразой «я обманывал во благо». У него хватает совести понимать, что во благо никто не кормит этим ядом других. И если уж совсем откровенничать и подтверждать его теории об эгоизме, то Ханбин врет Эмс лишь ради самого себя. Это будет ему отвратительно больно потерять её второй раз. Это он разобьётся и больше не достанет до её дна. И потому он всячески хочет избежать этого. Потому и лжёт. Проблема лишь в том, что у Эмс множество своих причин не прощать обман. И Ханбин этого страшится даже больше, чем её удар в челюсть, который определенно последует после правды. И как ему поступить дальше? Делая глубокую затяжку, БиАй прокручивает в мыслях совет Джиёна. Джиён долго смеялся после рассказа Кима о его девушке. - Ну и ведьму ты нашел, дружище, - успокоившись, произнёс Квон и стёр с уголков глаз невидимые слёзы. Эти ребята определенно развеселили его. Как можно быть такими непроходимыми кретинами? Все ведь настолько элементарно! - Ты мне не помогаешь, - фыркнул БиАй, проигнорировав оскорбление. Он знает, Дракон это не со зла. - Дай-ка подумать, ты боишься, что староста расскажет твоей куколке правду, и та пошлёт тебя в лес? – уточнил Джиди. В ответ Ханбин лишь кивнул, надувшись. – Тогда просто признайся ей в любви и всё. - Она и так знает о моих чувствах, зачем это? – недовольно нахмурился Ким. Джиён вздохнул и почесал затылок. Эти парни, действительно, вообще ничего в женщинах не понимают, а делают вид, что искусны в данном познании. Дорки. - Когда правда раскроется, просто скажи ей, что любишь. Ведь рано или поздно Эмс всё узнает, но твои чувства могут смягчить подачу с лева. Да и к тому же, эти слова смогут сохранить ваши отношения. - Эмс другая, признание будет до одного места, - огорчился такому совету Ким. Но Джиён лишь рассмеялся заявлению парня. - Она девушка, малой. И другая она или нет - не меняет этого факта. Если правда раскроется, то тебе всё равно нечего будет терять. Попробуй признаться и посмотри, что произойдет. Потом благодарить будешь. Видимо, Ханбину придётся воспользоваться советом Дракона. Бросив бычок на траву и затушив его кроссовком, Ким собирается позвонить Эмс, но не успевает он разблокировать телефон, как приходит сообщение в конференцию. Bobby: Эй, Наташа, твой Халк комнату разносит! Пора петь колыбельную! Нахмурившись, Ким проклинает всё на свете, а в особенности одну старосту, и мчится в мужской кампус. Ханбин понимает, что всё плохо, когда видит Чживона в шортах и тапочках в коридоре и слышит, как в комнате что-то разбивается. Его друг потирает сонные глаза и зевает, не входя внутрь. Видимо, Эмс его вытурила. - Что происходит? – спрашивает БиАй, подходя к Киму. Тот неопределенно пожимает плечами и взъерошивает кучерявые волосы. - Это я тебя хочу спросить. Твоя залетела сюда, как торнадо и начала швырять направо и налево твои вещи. Не продолжая разговор, Бин входит в комнату. Замечательно. Вся одежда Ханбина безобразно валяется по полу, его плакаты Марвел содраны и бессовестно испорчены, тумбочка с тетрадями теперь напоминает сундук с мусором, а священный ноутбук вот-вот полетит с высоты роста Ли на пол. Ким подлетает к своей девушке и успевает перехватить ноут. - Ты что вытворяешь? – спокойно спрашивает юноша. Глаза Эмс пылают злостью и гневом. В них скоплено разочарование и обиды, которыми одарил её БиАй. - Значит, всё просто тупой спор, да? – истерично выкрикивает Ли, ударяя парня в плечо кулаком. Ханбин морщится, ибо удар приходится болезненным. Девушка замахивается, чтобы ударить ещё раз, но не выходит – Бин хватает её за запястья и пригвождает к дверце шкафа. - Успокойся! Хватит вести себя, как шизофреничка! – кричит вместо ответа на неё парень. Ли поджимает губы и яростно взирает на Кима. На удивление Эмс повинуется и перестает брыкаться и пытаться увечить юношу. В этот момент внутри неё разворачивается целая перепалка собственных чувств. Они бунтуют, переговариваются друг с другом и ядовитыми голосами заглушают рассудок Эмс. У неё перед глазами стоит образ БиАя, пропитанный горечью и победной усмешкой, подобный иступленному кинжалу, раздирающему её податливое сердце. Сразу думая о худшем, она хочет расплакаться, как маленькая, обиженная девчонка, но за столько падений научилась держать обжигающие слезы в себе, обливая ими внутренности, а не щеки. Но, несмотря на свои опасения, плотным пузырём где-то в груди ещё таится надежда на то, что Ким не поступит с ней так мерзко. - Ты поспорил на меня! – констатирует факт Ли. Ханбин смотрит на свою девушку раздраженно, мысленно задаваясь вопросом, откуда она, мать вашу, уже прознала об этом? Пальцами юноша непроизвольно сжимает девичьи запястья, оставляя красные следы на бледной коже. Кто мог ей рассказать? Ёрин точно отпадает, ведь она так испугалась Эмс, что под дулом револьвера бы ничего не сказала. Парни тоже не могут. Тогда, кто? Сестры? Вряд ли. Джула не знает. Кто? - Отвечай! – повышает голос Ли, не сводя взгляда с задумчивого лица Ханбина. Её коробит и возмущает такая скупая реакция Кима на его разоблачение. Как будто ему плевать. Девушка незаметно сглатывает и пытается унять противную волнительную дрожь в районе пупка. - Что ты сейчас хочешь услышать? – пытается звучать уставшим Ким, хотя на самом деле изнутри весь трясется. Сейчас главная задача – сохранить их отношения. Бин не простит себя, если не сделает все возможное для этого. - Правду, - просит девушка, ощутив, что хватка юноши ослабла. Освободив свои запястья, Эмс растирает ноющие от несильной боли места. Ким, облизав пересохшие губы, опускает взгляд и обхватывает ладонями лицо девушки, приближаясь. - Допустим, был спор, - неопределенно мямлит БиАй. Ли шумно выдыхает, понимая, что её парень абсолютно безнадежен. Он настолько прогнил в своей лжи, что правду за достоинства не считает. Да и его ответ совершенно её не устраивает. Ей безумно хочется услышать, что он нуждается в ней, что ничего не прекратится, что спор не является причиной их отношений. - Допустим? – едко переспрашивает Эмс. Вернув зрительный контакт, Ханбин притягивает девушку еще ближе и медленно целует. Странно, но Ли не вырывается, но и на поцелуй не отвечает. Смотрит на него с неприязнью и ждет, видимо, ответа. Отпрянув, Ким проводит ладонью по её щеке и крепко обнимает. - Эмс, не глупи. Да я поспорил на тебя, на старосту и еще на трёх девчонок! - Нравится? Нравится, как девушки ползают у твоих ног, говнюк! – это звучит больше как упрек, нежели вопрос. Ли дышит прерывно и изнутри дрожит. Хочется верить Ханбину, ни о чём его не спрашивать и слепо следовать его пути, но между ними было слишком много дерьма, чтобы слепнуть окончательно. У неё проблемы с доверием, особенно, если это мужчины. Если это Ханбин. Что бы он ни чувствовал, Эмс знает – Ким законченный эгоист и круглый лжец. Вывернуть наизнанку чужую душу, её душу, для него не составит никакого труда. Даже если она это никак не покажет и скует свою боль за тысячью замками – у него есть сила над ней. Ханбин из тех людей, кто с лёгкостью, не задумываясь о последствиях, может растоптать всё светлое и трепетное. Именно так и было четыре года назад. Вроде ничего серьёзного не произошло – он всего лишь разрушил отношения, за которые Эмс держалась, как за спасательный круг, но перенести это происшествие ей было практически нереально. Она долго приходила в себя, так и не восстановившись до конца. Выдохнув, он выпускает её из объятий и виновато смотрит. - Это спор был на секс, понимаешь? Не на отношения или прочую лабуду, а просто тупо на секс! Если бы я хотел всего лишь… - И как, удачно? – перебивает девушка, не собираясь выслушивать оправдания. Она понимает. Знает, что чувства Ханбина к ней не игра, но это его не остановит, если он захочет растоптать Эмс. Нужно удостовериться, что он её и ничей больше. Она поддалась ему, несмотря на свою ненависть, которую испытывала к нему, преодолела её и полюбила, а второй разбитой любви Ли попросту не выдержит. Все считают её сильной, непоколебимой, независимой ни от чего девушкой, и они ошибаются. Эмс слабая, нерешительная в своих желаниях и абсолютно лишенная воли. Она уцепилась за БиАя и не сможет сохранить себя, если он будет поступать с ней так же, как Тэхён. - Я проиграл, - отвечает юноша. Эмс кивает и отводит взгляд. Этого недостаточно. Недостаточно, чтобы она успокоилась. Нужно ещё. Хоть что-нибудь. Совсем чуть-чуть. - Эмс, я люблю тебя, - внезапно, будто чувствуя внутренние содрогания девушки, произносит Ханбин. Он вновь обхватывает лицо девушки и направляет его к себе ближе, чтобы заглянуть в чёрные омуты. И это срабатывает. Их взгляды пересекаются, и внутри Кима всё сжимается, настолько Эмс выглядит беспомощно. Впервые он видит её слабость такой обнаженной. Впервые он жалеет, что не рассказал с самого начала правду. Признание Бина ударяет больно. Грудь ноет, воздух в легкие совсем не поступает, и виски пульсируют, но эта боль приятная. Она проникает в самые недра и растапливает Эмс, как сливочное масло на раскаленной сковороде. И на долю секунды становится страшно, ведь они совершенно не правильные. Их чувства, их отношения, они словно искаженные. Что Ким, что Ли бракованные. Они не умеют показывать свою любовь, как полагается. Им нужно причинять боль друг другу, поджигать друг друга и топить в ледяной воде, после оживляя пламенными поцелуями. И это пугает, ведь в таком режиме так легко потерять всё. - А она? Эта девчонка, которая с тобой учится, - пытается звучать ровно Ли, но получается скверно. Голос Эмс заметно ломается и приходится прочищать горло. - Ты была права на её счет. Она пытается мне отомстить, - признается, наконец, БиАй. - Я её убью, клянусь! - Оставь её, - небрежно бросает Ким, чтобы Эмс не подумала, будто он переживает за старосту. - Нет, Ханбин. Не оставлю. Говори, что хочешь, но я не оставлю, - судорожно выговаривает девушка и смотрит на Кима совершенно потерянным взглядом. Такую Ли он видит впервые. Надломленную, и ему чертовски жаль. Если бы он смог что-то исправить, то исправил бы. Ничего не отвечая более, он лишь крепко обнимает девушку и думает, что разберется с её угрозой в сторону Ёрин позже, а сейчас ей нужно успокоиться. - Ты, Чживон, вообще не нуждаешься в совете, - вздохнул Джиён, покрутившись на стуле и ехидно улыбнувшись. Бобби шмыгнул носом, раздумывая слова друга, и мысленно с ним не согласился. Он, как никто другой, больше всех нуждался в совете. Чжунхэ просто выпендривался, а Ханбин заврался. С Чживоном всё обстояло иначе. Ведь он не скрывал от Мори свои чувства и ни в чём её не обманывал. У него предостаточно косяков, совершенных по неосторожности. Просто у него нет опыта в отношениях, поэтому он вытворяет глупости, а потом жалеет об этом. Извиняется по своему, но О хочет иначе. Подойти к ней и заявить, насколько она ему дорога будет недостаточно. Мори поймёт, что он лукавит и просто пытается сделать так, как ей хочется. Но ведь его девушка желает искренности. А Чживону она дается чертовски сложно. Он не понимает, когда нужно проявить нежность, а когда грубость. И потому каждый раз огорчает её. - Я так не думаю, - хриплым голосом выдал юноша, прикусив нижними зубами верхнюю губу, отчего стал выглядеть смешно и чем рассмешил мирно стоящего у стола Зико. - Что ты умеешь лучше всего? – уточнил Квон, но заметив, как блеснули глаза Кима, поспешил добавить: - Кроме как профессионально совать свой крючок в её сочок. Чживон призадумался. - Сходить с ума, - вместо Бобби ответил Чжунхэ и подмигнул другу. - Вытворять безумства, - поддержал Ку Ханбин. - Гонять на смертоносце, - добавил Чихо. - Креативить, - внес свою лепту Мино и вздрогнул, когда перед его носом Джиён звучно щелкнул пальцами. - Отлично, племяш, - улыбнулся Дракон. – Будь собой, крольчатина. Вытворяй безумства и обескураживай свою кошечку интересными и головокружительными поступками. Своди её на какое-нибудь необычное свидание. - Какое? – нахмурился Чживон, хотя в сердцах обрадовался такому совету. - А тут уж свои извилины сам напрягай, - отмахнулся Квон и посмотрел на наручные часы, давая парням понять, что их время истекло. Прикусив пухлую губу, Бобби стоит под дверью и подслушивает всю перепалку Ханбина и Эмс. Сейчас, почему-то, он ощутил страшную потребность увидеть Мори и удивить её чем-то. Наверное, Дьявольский Дракон дал ему чертовски хороший совет. И кажется, пора им воспользоваться. Улыбнувшись самому себе и плюнув на то, что стоит в одних шортах и домашних тапочках, Чживон отталкивается от стены и торопливо покидает мужской кампус. Сегодня его Мори будет самой счастливой девочкой на свете.