Суждено.

Я подходил к дверям, но Аня схватила меня за руку. — Пожалуйста, Егор! — просила она, подходя ближе и поворачивая меня к себе. — Пожалуйста… — она приблизилась к моим губам и я отвернулся. — Нет, Ань. Иди спать, пожалуйста. — я провел по ее плечу рукой и ушел. Я взял плед Полины из шкафа и вернулся в комнату, ложась на прежнее место на полу. Я не стал накрываться пледом, просто положил его рядом и стал пытаться заснуть. Тихие всхлипы и я смотрю на нее. Она откинула одеяло и, дрожа, плачет. Я поднялся и накрыл ее одеялом. Аня лишь уткнулась в него носом, плача. Я лег на пол и постарался заснуть.

***

Утром я проснулся и не нашел ее в комнате. Постель была заправлена, а моей вчерашней рубашки на стуле не было. Я поднялся и убрал постельное, запихав его в шкаф. Окно было открыто и в комнате становилось все прохладнее. Я пошел на кухню и услышал как она поет. Остановился и начал слушать, опираясь на стену. Она пела «Не мы» и что-то готовила. Я подошел ближе и начал ей подпевать, Аня лишь взяла тарелки и выложила еду. Когда я увидел омлет, ухмыльнулся и сел за стол. Аня посмотрела на меня и я увидел заплаканные, красные глаза. Я был шокирован. Она проплакала всю ночь. Твою мать, всю ночь. Я подошел к ней и протянул руку к ее щеке, но Аня отвернулась, садясь за стол. Я сел на против и смотрел как она пьет чай. В моей тарелке был омлет, а она просто пила чай. Мы молчали. Я не смог есть и начал говорить. — Аня? — позвал я и она кивнула, отпивая чай. — Я сильно тебя обидел? — я вновь протянул к ней руку, но она отодвинулась. — Нет, я в порядке. — грубо бросила она и вышла из кухни, оставив кружку на столе. Я стукнул по столу разбитой рукой и поставил омлет в холодильник. Я не могу есть, не могу. Я вошел в комнату и увидел что она, смахивая слезы, одевается. Я хотел остановить ее, но Аня отдернула руку и схватив куртку, пошла к двери. — Съешь завтрак, я старалась. — сказала она и натянула обувь. — Не ходи за мной, Егор. Не нужно, пожалуйста. — она выбежала из квартиры. Я ударил по стене со всей силы. Кровь начала сочится из ран и я закричал. Не от физической боли, а от той, что внутри меня. Я оделся и пошел вниз, но мне позвонили. — Да! — рявкнул я в трубку. — Чего так кричишь? — ответил женский голос. — Это Ксения. Слушай внимательно, мальчик. Надеюсь, что ты получил смс с фото и еще больше надеюсь, что Анечка их увидела. До связи, котик. — просмеялась она и скинула вызов. Я открыл папку с удаленными фото и начал матерится, выкинув телефон в угол комнаты. Фотографии со мной и Ксюшей, но более того. Эти твари. Эти влюбленные сволочи, а именно, Стас и его восхитительная секретарша, сделали подставное фото. Левая рука Стаса, в моих часах, была на груди у этой девушки. Черт возьми, черт, черт, черт! Она это видела! Она видела эти фото! Я схватил куртку и побежал на улицу, захватив сотовый из угла комнаты. Я сел в машину и набрал номер Ани. Трубку скидывали, и в итоге, мне предложили оставить сообщение на автоответчик. — Я все равно тебя найду, Ань. Я не спал с ней. Фото не делал, руки не мои. Милая, просто поверь мне и ответь на телефон. Я волнуюсь, Ань. Прости меня за все что я сделал тебе плохого. Я не смогу без тебя, Ань. Возьми трубку, умоляю. — я оставил сообщение и поехал к Тиму, просить помощи у них с Аленой. Если я не ошибаюсь, Аня и Алена довольно хорошо начали общаться еще вчера, значит у Алены уже есть ее номер. Как только я приехал к ним и вошел, Тим не одобрительно смотря, начал говорить. — Я не думал, что ты — Егор, способен предать ее. Особенно, после вчерашнего. — я открыл рот и схватил его за плечо. — Тим, это не моя рука. Я могу доказать. — перед нами стояла Алена. — Докажи. — сказала она и подошла. Я открыл фото в телефоне и начал говорить. — Тиман, ты же помнишь какие у меня были руки? Помнишь? Все разбитое, в кровь. А тут? Смотри, рука просто отбита до синяков. — Тимур кивнул и подтвердил. — И еще, ты же знаешь что я не нашу часы на этой руке. — сказал я. — Точно. — ответила Алена. — Точно, смотри, рубашка! Рубашка не Егора! — удивленно тыкала в экран Алена. Он не носит такие! Помнишь хоть раз на нем такую рубашку? — Тимур вздернул бровь. — Он не носит такие, Тим. Мы перевозили его вещи, помнишь? Я помогала их разбирать и видела все его рубашки. Нет такой, правда. — она обняла меня. — Прости что я не поверила сразу, не обратила внимание. — я улыбнулся. — Ален, помоги мне ее найти. — попросил я. Алена погруснела, и провела по моему плечу. — Она на студии, Егор. — Где! Твою мать! — я выбежал из дома и запрыгнув в машину, завел ее, давя на газ. На телефон пришло смс от Тимура. — Мы следом, с тобой, брат. — я улыбнулся и проскочил на красный. Я приехал на студию и забежал внутрь, но на месте не было Ксюши. Я побежал в студию, но она была закрыта. Я решил выбивать дверь. Через пару ударов дверь влетела внутрь комнаты, и я увидел то, что повергло меня в шок. Стас целовал Аню. Мою Аню. Моя рубашка свисала вниз и джинсы Полины, которые я дал ей в первый дни. Я прочистил горло и Стас повернулся, закрыв девушку собой. Она быстро выбежала и я даже не успел на нее взглянуть. Когда я был сверху и бил его по лицу, забежал Тимур и оттянул меня. — Он целовал ее! Тиман, мою Аню! — я орал и пытался вырваться. — Это не она! — прокричала Алена, но я уже был на пути к двери. Алена была за ширмой. — Он целовал не ее! Егор, повернись! — я свел скулы и молча шел к выходу, Тимур был возле Алены, но я не смотрел на него, а лишь натягивал куртку. Я вышел из студи и пошел к машине. Когда я приехал к дому, понял что уделал всю одежду в крови. Я вышел из машины и пошел к дому, но услышал свое имя. — Егор! — прокричала Аня. — Посмотри на меня! Повернись, Егор! — я молча шел к подъезду. — Стой, Булаткин! — я шел дальше. — Посмотри на меня! — плача просила она и я остановился. — Повернись! Посмотри на меня! Умоляю, Егор! — повернулся и посмотрел на нее. На ней была кофта Ксюши и ее штаны. В руках каблуки секретарши. «Она могла переодеться.», подумал я и Аня подошла ближе и коснулась моей руки, ноя отдернул ее. — Это была не я, Булаткин. — плакала она. — Я клянусь тебе, Егор! — кричала она, пока я молча смотрел на нее. — Поверь мне… — прошептала она и я увидел еле застегнутую молнию на платье. Я отвернулся и пошел к машине. — Я люблю тебя! — прорыдав, крикнула она. — Я люблю тебя, Егор! — она заплакала и замолчала. Я посмотрел на нее и увидел, что она сидит на асфальте, уткнувшись в колени. Она мне не врет, я уверен что она не врет. Я подлетел к ней и поднял ее на ноги. Я посмотрел на ее лицо и увидел, след руки, но след маленькой ладони. Ксюшина рука. Аня мне не врет. — Я люблю тебя, поверь мне. — она коснулась моей щеки. Я впился в ее губы, своими разбитыми и целовал ее, кусая губы и прижимая к себе. Аня отвечала на поцелуй, зарываясь руками в мои волосы. Я отстранился, смотря в ее глаза и стараясь отдышаться. — Я люблю тебя, слышишь? — я поцеловал ее щеки, нос и губы. — Прости меня, прости, прости. — она впилась в мои губы. — Я тебя тоже… — прошептала она между поцелуев. — я тоже тебя люблю… — я улыбнулся ей, и накинул на плечи Ани свою куртку. — Никогда больше не уходи. — она уткнулась в мое плечо. — Никогда, малыш. — я поцеловал ее лоб и, взяв за руку, повел к дому.