Burden Of Truth

- Флэш, какого черта ты творишь? Отзовись! Уолли слышит суровый голос Брюса в динамике наушника, но игнорирует его, опасно балансируя на краю обрыва. - Флэш, немедленно ответь мне! Проходит немало времени, пока Брюс внезапно прекращает пытать его заезжанными до скрежета зубов протокольными фразами (коммуникатор Уолли неожиданно вышел из строя). Уолли неловко машет руками в наступившей тишине, пытаясь восстановить равновесие, перевести дыхание и осторожно посмотреть вниз. Черт, а ведь все могло быть гораздо хуже… Еще перед тем, как они отправились на эту миссию, у Уолли было нехорошее предчувствие. Правда, ощущалось оно смутно из-за того, что он постоянно отвлекался на мысли о Брюсе, вот только теперь это чувство резко обострилось. И дело было даже не в зияющей под ним воронкообразной пропасти с идеально гладкими стенами, из дна которой торчала солидная глыба высотой в человеческий рост похожая на каменную сосульку. Над этой глыбой, примерно в десяти сантиметрах от ее острого пика спокойно парил блестящий круглый амулет, наверное, из бронзы, амулет украшали рубины, зловеще расположившиеся на нём в форме правильной пентаграммы. Так вот какой он: амулет Арды. Уолли думает, что магический артефакт чёрт знает какой силы весьма нелепая вещица в постоянно прогрессирующем современном мире (не стоит говорить об этом Затанне, верно?), к тому же ради этого недоразумения ему предстоит рискнуть собственной жизнью и, возможно, жизнями своих товарищей. Что там Зи говорила про эту побрякушку? Амулет искажает истину? Пожалуй, можно и рискнуть. Уолли пытается настроить коммуникатор, так некстати сломавшийся, но чудо техники продолжает упорно молчать. Уолли снимает наушник и в сердцах кидает его о землю. Внезапно вышедший из себя Джон и эта комната, явно не по плану Бэтмена поменявшая дизайн, просто выбили его из равновесия. Как физического, так и морального. Чувствуя себя совершенно опустошенным, он опускается на колени, которые тут же упираются прямо в странный жёлтый песок, поднимая клубы пыли, которая тонким слоем оседает на его костюме и на коже. Уолли чихает, кашляет и пытается разглядеть в неровном свете нескольких факелов окружающее его пространство, и тут же начинает жалеть, что окончательно добил коммуникатор и не умеет летать. Определенно Летучие мыши убьет его, даже не позволив высказать последнее желание. Паника – плохой союзник и Уолли снова и снова убеждается в этом. Но нужно взять себя в руки, немедленно найти выход из этого идиотского положения и забрать чертов амулет, ради которого он собственно, и стоит сейчас на этой узенькой площадке шириной, где едва можно развернуться, глотает желтый песок и разглядывает идеально гладкие стены воронкообразной пропасти, упасть в которую ничего не стоит. Одно неверное движение, и... интересно, сколько времени займёт полёт вниз? Теперь Уолли жалеет, что он не кошка и не Ричард Грейсон. Кошки в любой ситуации и на любой высоте способны гулять по самым узким карнизам. Найтвинг совершенно не боится высоты. Уолли жалеет, что не брал у лучшего друга уроки акробатики. Сейчас бы ему пригодился навык хождения по канату. Ещё и эта гнетущая тишина вокруг - она просто убивает! Давит на него толстыми каменными стенами. Уолли боится, что не выдержит, если задержится в этой пещере еще немного. Здесь не слышны даже звуки сражения, что кипит где-то за стеной - какая же у неё может быть толщина? Или это снова иллюзии?.. Сумка... коммуникатор. Кажется в его сумке, предназначенной для амулета должен быть запасной. Хорошо бы, если так. С дико колотящимся сердцем Уолли осторожно тянется к сумке, как к спасательному кругу, неловко дергает за молнию на кармане и шарит рукой по дну. Аптечка, прочная веревка, пара бэтарангов, миниатюрный механический фонарик и... - Флэш вызывает Бэтмена… Бэтс? Поспешно вставив новый наушник в ухо, Уолли пробует вызвать Брюса. И вроде бы добытое из недр сумки устройство работает исправно, Уолли поначалу может слышать только помехи и очень слабые голоса друзей, которые, похоже, вступили в бой с разбушевавшимся Зеленым Фонарём. Держись, Джон… не хотелось бы потерять еще и тебя... - Фл… Флэш? – хриплый голос Брюса прорывается сквозь треск помех и Уолли кажется, что он звучит так, будто Уэйн произнёс это с облегчением. Но это невозможно. Бэтмэн же не заботится. Кажется, у Уолли просто разыгралось воображение. - Эй, Летучие мыши, не рад меня слышать? – хмыкает он, пробуя осторожно подняться с колен, опираясь одной рукой на песок, другой же стараясь удержать равновесие и заодно не смотреть вниз. - Ты действуешь не по плану. Что все это значит? Иной раз, кажется, будто от голоса Бэтмена кровь стынет в жилах у всех, у кого она по жилам течёт. Уолли же всегда был исключением, от голоса Бэтмена сердце наоборот начинало стучать намного быстрее... чего не скажешь о помехах, которые мгновенно исчезли, стоило только Брюсу использовать свой фирменный железный тон. Будто он действовал и на них. - Джон… Он действительно переживает за Зеленого Фонаря. Черная ненависть – последнее, что Уолли хотел бы видеть в его глазах. И он не виноват, что голос его дрогнул, не позволив завершить начатую фразу до конца. - Психическая атака. Шаманы воспользовались его слабостью. Диане пришлось оглушить и связать его лассо. Дж’Онн пытается пробить ментальный щит, которым шаманы подавляют разум Зеленого Фонаря. Бэтмен произносит речь как всегда только по делу и абсолютно спокойным тоном, от которого Уолли уже тошнит. В такие моменты ему хочется придушить Брюса. Или ответить резкостью на его полное равнодушие и презрение. Разве можно называть слабостью чувства, подавить которые Джон просто не в состоянии? Да и никто не в состоянии, если любит! Но Бэтмен подобен куску бездушной ледяной глыбы облаченной в кевларовые доспехи, которому плевать на чувства других, если они мешают работе. Принципы… - Ты не ответил на мой вопрос, - Бэтмен завершает свои объяснения так же резко, как и начинает. Уолли не удивлен. Он уже давно привык к этому. - Твой план накрылся, - устало говорит он и, наконец-то, поднимается с колен даже не пытаясь отряхнуть прилипший песок, потому что это чревато падением в пропасть. Вместо этого он тесно прижимается спиной к стене, широко раскинув руки в разные стороны. – В данный момент я чувствую себя пугалом с опилками вместо мозгов… Уолли невесело хмыкает, осознав, что его юмор в случае с Брюсом не совсем уместен. Для Бэтмена существует только одно Пугало. И оно никак не связано с персонажем из сказки Фрэнка Баума. - Объясни, - Брюс прерывает его беззаботную болтовню глухим рычанием, от которого Уолли мгновенно становится как-то не по себе. И конечно же игнорирует юмор Уолли. - Я нашел амулет, - начинает торопливо объяснять он, - он там же где и должен быть, но это место отличается от того, что было на карте… - Опиши его, - приказывает Брюс. И его голос кажется заинтересованным. Сколько бэт-эмоций за один разговор, надо же! - Гмм, Бэт, ты когда-нибудь читал «Волшебника страны Оз»? - несмело продолжает Уолли. - Допустим. - Тут пропасть похожая на перевернутую шапку Железного Дровосека и тропинка, покрытая желтым песком. Амулет находится на дне пропасти. Парит над каменной глыбой и... я не могу добраться туда. - Если бы ты внимательно слушал объяснения Затанны насчет этого места, ты бы не оказался сейчас в ловушке. Уолли показалось или он услышал в голосе Брюса теперь ещё и насмешку? - У Дороти Гейл не было золотых ботинок, когда она впервые оказалась в стране Оз. Я отправил к тебе Красного стрелка. У нас еще есть время. Дороти Гейл? Черт побери, он точно с Бэтменом разговаривает? - Эээ... Бэтс? Уолли хочет спросить что-то еще, но в ответ слышит лишь тихий статический шум. В этот момент он жалеет, что не может отключить коммуникатор вообще. И... он вовсе не боится высоты. Он вполне может справиться с высотой сам, нужно только не смотреть вниз и двигаться к выходу очень осторожно. Легко сказать. Но он действительно пытается не смотреть на пропасть. Нужно поймать взглядом что-то другое. Например, носки собственных золотых ботинок... При всем желании он не может использовать суперскорость, и ему остаётся только жалеть, что его обувь не обладает свойством телепортации. Бэтс неудачно пошутил. - И как долго ты собираешься играть в Иисуса Христа? Уолли даже не пробует пожать плечами в ответ, ведь он совершенно не хочет сорваться, а вот Рою Харперу, похоже, абсолютно плевать, что от опасной пропасти его разделяет всего лишь шаг. - С чего ты взял, что я занимаюсь именно этим? Конечно, Уолли не дурак. Он ни за что не признается Рою в том, что боится высоты, а потому предпочитает просто отшутиться, правда не без видимой дрожи в коленях. - Я вижу, - с легким сарказмом в голосе заявляет Рой и, больше не обращая на нервничающего друга никакого внимания, достаёт из колчана стрелу. И это заставляет Уолли нервничать еще больше, потому что Рой как назло делает всё не спеша и будто бы небрежно. Может быть, специально? - Что ты делаешь? - тупо спрашивает он, вместо того чтобы оторваться, наконец, от стены и присоединиться к лучнику. Уолли совсем не нравится то, как Рой совершенно спокойно разгуливает по самому краю пропасти, да при этом ловким отработанным жестом натягивает тетиву лука и явно выискивает себе наилучшую мишень. Вот только, что это за мишень? Черт, похоже Уолли действительно идиот, раз не слушал объяснений Затанны. - Сейчас увидишь, - веселым тоном отвечает Рой, и Уолли в страхе закрывает глаза, потому что стрела меткого лучника уже летит прямо в широко открытую пасть огромной воронки. Уолли думает, что обязательно убьет Роя позже. Если ловушки внутри бездны не активируются и они выберутся отсюда живыми. Кажется, будто проходит целая вечность прежде, чем Уолли начинает понимать, что ловушки так и не активировались, и ещё, чьё-то горячее дыхание щекочет его скулу. - Знаешь, я буду не против, если ты подержишь мне веревку, пока я буду добираться до амулета. В глазах Роя отражается небо, которого нет в этом мрачном местечке, и Уолли совершенно не хочется умирать. Но он не возражает и позволяет лучнику завязать узлом верёвку вокруг его талии. И когда он успел обмотать его? Ещё и так, что Уолли ничего не заметил? А главное, как ему удалось заставить Уолли оторваться от стены? Он снова бросает взгляд в пропасть и непроизвольно зажмуривается, судорожно цепляясь за Роя. - Уолли? Рой удивлен странным поведением Спидстера. Вроде бы он знаком с человеком, который никогда не поддается панике. Неужели Уолли действительно настолько боится высоты? - Уолли? - шепотом повторяет он настоящее имя товарища, надеясь так привести того в чувство. Да, он совершенно свободно может использовать и кодовое имя Веста, но зачем, если здесь никого нет? Но Гонщик продолжает напряжённо молчать, и Рой начинает всерьез беспокоиться. - Уолли?! - Немного громче произносит он имя друга и начинает осторожно трясти того за плечи. - Мы теряем время, только не говори мне, что боишься высоты. Знаешь, Бэтмэн прикончит нас обоих... - Прости, Рой, - кажется проходит вечность, прежде чем Красный стрелок слышит дрожащий голос друга, который старается изо всех сил побороть свой страх, - Но я не могу... - Эй, расслабься. В конце-концов, тебе не нужно идти по канату над пропастью, ты просто подстрахуешь меня, - Рой пытается говорить мягким успокаивающим голосом, но все равно выходит немного резко. В конце-концов, он тоже не железный и паника Уолли - заразное явление. - И когда ты успел стать канатоходцем? - кажется, Уолли удается справиться с паникой, и теперь он с фирменной улыбкой на лице смотрит на Роя. Впрочем, по-прежнему не убирая рук от его талии. И в этот момент Рой не может не вспомнить о Дике и их объятиях на крышах Готэма и Стар Сити... - Когда встретил одного синеглазого акробата, - загадочно улыбается он и подмигивает Уолли, наблюдая за его реакцией. - Так что, подстрахуешь меня? Странно, почему Уолли никогда не говорил им с Диком о своей фобии? Ведь когда-то он спокойно тусовался на крышах вместе с ними. Впрочем, Рой уже жалеет, что задал этот вопрос. Тело Гонщика снова напрягается. - Нет. Я не брал уроков акробатики у Найтвинга, - говорит Уолли без тени улыбки на лице, но затем вдруг отступает от Роя, явно удивленный своим внезапным озарением. - Стоп... Ты и Найтвинг? Рой пожимает плечами и улыбается. Черт, это будет сложно...