За гранью понимания

      После того, как я наконец поправился, меня стал заботить вопрос: когда я смогу вернуться к учебе, или, если это невозможно, - заняться поиском работы. Отношения с обитателями большого старинного дома, имеющего своеобразный стиль оформления комнат, огромную библиотеку и настоящий камин, стена над которым была украшена холодным разномастным оружием, у меня были вполне сносные, но не смотря на это я не стремился воспользоваться их расположением, продолжив существовать за их счет. Я уже привык, что должен сам себе помогать; что должен сам работать и жить на те средства, которые заработал. Мой отец не позволил бы мне тянуть с него деньги до восемнадцатилетия, и из-за этого в пятнадцать я с усилием совмещал работу и учебу в школе. Было непросто. Но я смог справиться.       Я сидел на громадной деревянной лестнице, ведущей на второй этаж, и, обхватив ладонями гладкие перила из темного дерева, наблюдал за тем, как внизу, сидя на кушетке, пушистый, белый кот Гаары-сана умывается, позвякивая маленьким колокольчиком закрепленным на его ошейнике. Мне нравился этот кот, который часто захаживал к нам с Обито в комнату, а потом забирался на кровать, звеня своим крохотным аксессуаром, и лез ко мне в лицо, мурлыкая. Я его не гнал, а, почесывая за ухом, убаюкивал, и он спал со мной. И я, чтобы не прогнать его случайно, вынужден был отказывать себе лишний раз пошевелиться, а Обито, который все время спит как-то по-идиотски(!): ноги там, руки здесь, что занимает собой больше половины кровати, двигается и двигается ко мне! Гм. Приходилось несколько раз засыпать, чувствуя, как Учиха, уткнувшись мне в шею со спины, сопит, отчего щекотно, а чего хуже поливает меня слюной! Гр... Что не менее эпично - кот тоже пускал слюни...       Еще в доме было два огромных пса: Акамару и Куромару, две овчарки, и, как не странно, Акамару был белоснежным, как и кот Гаары-сана - Сиро, а Куромару - черным, что даже его глаза трудно было рассмотреть; оба пса являлись сокровищем Кибы-сана (конечно же, после беременной жены, как он говорил сам). Эти собаки были чертовски умными созданиями, и я нередко наблюдал, как Обито балуется с Куромару: треплет его, словно маленького, играет с ним. Однозначно: Учиха любит собак, нежели кошек, и, вероятно, против того, чтобы я спал с Сиро...       - Почему ты сидишь тут, Дей? - Голос Ино-сан зазвучал в моей тишине чересчур громко, а потом и она сама, спустившись с верхних ступенек, возникла в поле моего зрения.       - Меня зовут Дейдара, - сухо поправил я, обратив взгляд в ее сторону. - Гм.       - Почему с тобой так трудно, - спросила девушка, сверху вниз глядя на меня.       Я молча перевел взгляд на Сиро, который, свернувшись калачиком, сжимал и разжимал, словно ладони, свои передние лапки, лениво играя с кончиком своего пушистого хвоста.       Хмыкнув Ино довольно демонстративно вышагивая стала спускаться вниз. Трудная девушка, гм.       Ну где же Обито!?       - Ты меня испытываешь, - проронила блондинка, не оборачиваясь. - Ты знаешь кто я. И прекрасно должен понимать, что ведешь себя слишком... - Она подбоченилась весьма резко, из-за чего ее волосы, скрепленные заколками по бокам, колыхнулись. Она обернулась, бросив холодный, как и ее кожа, косой взгляд. - Слишком борзо. Для ничтожного человечка.       Я внезапно ловлю себя на мысли, что у них, нелюдей, такая особенность: говорить, разбивая предложения по смыслу, на которые надо обратить внимание, гм.       - Что дает тебе право вести себя так(!) высокомерно? - Она положила одну ладонь на перила, продолжая морозить меня своим взглядом.       - Я всего лишь просил называть меня моим именем. - Я раздражался... - Без сокращений, гм.       - Сокращения, милый мой, - произнесла Ино, лукаво улыбаясь, - стирают границы между людьми, делая их друзьями. Или ты не хочешь быть моим другом?       - А вы, Ино-сан, разве человек, - брякнул я. - Вы же не хотите быть ничтожной? Гм.       Девушка заметно разъярилась, но, сделав вдох, с улыбкой произнесла:       - Да как ты смеешь говорить это мне?       - А в чем я не прав? - Я старался быть спокойным, но это давалось с трудом. - Гм.       Она умолкла, стараясь заморозить меня своим взглядом:       - Ты такой смелый, потому что думаешь, что Обито...       - Я такой смелый, потому что я прав. Я - человек, но не ничтожный. Я имею свою точку зрения на все, и если мне что-то не нравиться - я говорю об этом. Соглашаться, потому что смертный, и подчиняться вам. Ни-за-что. Гм.       - И все-таки ты говоришь мне "вы" и "сан", - бросила блондинка, лукаво улыбаясь.       - Потому что вы, Ино-сан, старше меня. Это не страх. Это банальное уважение к возрасту. - Я смотрел в лицо девушке, которая с первого дня и первой секунды меня бесила. - И я не рассчитываю на то, что Обито за меня заступиться. И вообще: я никогда не просил у него защиты. И не попрошу! Гм.       - Весьма интересно, - вслух подумала блондинка, задрав нос к верху; она, видимо, поняла, что не права, а теперь просто выпытывала у меня то, к чему потом можно будет придраться. - Выходит: ты у нас чересчур принципиален?       Я был раздражен тем, что понимал, что меня хотят вывести из себя. Черт бы побрал эту неугомонную женщину!       - Да. Гм.       - А ты заешь, что порой язык стоит держать за зубами, - подметила Ино, опустив свои подведенные черным карандашом веки. - Ибо из-за этого могут быть проблемы.       - Мои проблемы вас не касаются, - отчеканил я, насупившись.       - Оя-оя-оя! - Блондинка резво отвернулась от меня и, сделав несколько уверенных шагов в направлении гостиной, повысила голос: - Твоя проблема станет проблемой Обито, а это значит, что и моей. И каждого в этом доме.       Девушка резво плюхнулась в кресло, а потом закинула ноги на пуфик у него. Сцепив руки в замок, она произнесла:       - Ты в курсе, что такое семья? - Она улыбалась, откинувшись на спинку.       Я все так же сидел на ступеньках, сказал:       - Имею представление. Гм.       - Не надо иметь представление! - Она беспорядочно поводила пальцем в воздухе, словно вырисовывая несколько кругов. - Надо точно знать. И чтобы из-за тебя не было проблем у нашей семьи. Впредь. Веди себя разумно. Чтобы Обито не пришлось из-за тебя ввязываться в неприятности.       - А не пошли бы вы к черту, Ино-сан! - Я встал со ступеньки, совсем утратив свое спокойное расположение духа. - Мне даже отец так мозги не трахал, как вы!       Девушка сдвинула тонкие брови к носу, брезгливо приподняв верхнюю губу.       - Что ты сказал? - Она опустила ноги с пуфика. - А!?       - Зовите меня моим именем! - Я стиснул ладонь в кулак, а потом ткнул пальцем в девушку. - Без сокращений, мать вашу! Гм! Трудно запомнить!?       - Закрой свой рот, щенок, - громко крикнула блондинка, а потом в мгновенье ока подбежала ко мне; замахнувшись, Ино ударила меня по лицу с такой силой(!), что я - словно мячик для пинг-понга от ракетки - от ее ладони отскочил в сторону и врезался в стену...       Я на миг потерялся в пространстве, но каким-то образом смог перехватить ее следующий удар кулаком. Причем сжать его в своей ладони. Ино попыталась выбраться из хватки, но, не сумев, сделала попытку шлепнуть меня второй рукой, но резво, лягнув ее в колено, я тут же отпустил пойманную ранее ее руку, позволив тем самым ей лететь кубарем с лестницы. Но вампирша шлепнулась на ступеньки практически рядом со мной. Я, невзирая на боль, спешно поднялся на ноги; быстро, но по стеночке, поднялась и партнерша. Мы продолжительно сжигали друг друга взглядами: она меня - своим холодом, я ее - огнем, который когда-нибудь встретит ее в аду(!), а потом Ино сказала:       - Черт. - Она взглянула на свое колено, которое явно было повреждено, что меня совсем не потревожило. - Как ты это сделал?       Я провел ладонью по своему лицу, поморщившись: мое увечье явно было куда более болезненным, нежели ее. На моих пальцах осталась кровь...       Девушка осторожно присела на ступеньку, пытаясь что-то сделать со своей ногой, что я не мог понять: то ли вправить кость, то ли... Что!? Ее колено заметно опухло и ушиб покрылся кровоподтеками. Гм.       - Это, знаешь ли, неприятно, - обидевшись произнесла она. - Черт.       - Неужели, Ино-сан, вам больно, - процедил я.       - Ты, - протянула Ино, надув нижнюю губу. - Ты... Смог нанести мне увечье.       Я посмотрел на девушку, а после перевел взгляд на свои руки: я просто защищал себя. Тот случай с полицейскими больше не повториться. Всего то.       А потом все поплыло перед глазами...       Сакура твердила, что Ино была не права, когда ударила меня: ведь блондинка могла просто убить меня не сколько своей пощечиной, столько той отдачей, из-за которой я был примагничен к стене. Вампирша, сидя в обшитом атласной тканью кресле и подошвами своих босоножек постукивая о паркетный пол, убеждала медичку в том, что я ее вывел своим высокомерием и принципиальностью.       (Ага, как же! Гм!)       Короче: сам был виноват. Мне же в этот момент хотелось приподняться с колен Сакуры-сан и возразить Ино, но я не мог говорить от адской головной боли: "Вот же ж сучья кровопийца!"       - Обито тебя убьет, - укоряла Сакура-сан безмозглую красотку. - Ну ты бы хоть подумала бы, м.       - Ля-ля-ля, - отмахнулась Ино, явно выведенная из обычного своего состояния всем произошедшим со мной. - Я объясню все Обито. Он поймет.       - Поймет, что ты просто так ударила Дейдару по лицу? - Сакура была возмущена, но говорила вполне спокойно.       Блондинка насупилась, оправдалась тем, что не подумала о том, что я могу удариться о противоположную стену. Да и вообще(!) по ее я должен был противостоять ее удару как равный. (Но Дейдара - человек! - Воскликнула тут же Сакура-сан приглушенно, полагая, что я сплю. - У него нет сверхсилы и сверхскорости как у тебя!) Ах, да, ко всему прочему я ушиб ногу Ино: сместил коленную чашечку! Вот же сука, пф...       Кажется, медик качала головой, недоумевая от детского поведения, казалось бы, взрослой женщины.       - Но ведь он был прав, - шепнула Сакура, накрыв мое ухо ладонью, чтобы я не услышал того, что говорилось потом; но я слышал. - Называй его по имени, и только если он позволит - давай ему прозвища. Мы, пусть все разные, но живем в одном доме. Одной семьей. Нужно уважать друг друга.       Блондинка, кажется, фыркнула, перестав стучать ногами...