I'm Just The Boy Who's Had Too Many Chances

— Джерард, вставай. Джерард лишь повертел головой в ответ, не желая говорить со своим отцом. Дональд снова потряс его. — Джерард! Парень натянул одеяло на голову. Донна попыталась через несколько часов. Она села на край его кровати и начала гладить спину Джерарда через одеяло, таким образом пытаясь утешить. — Джерард, сладкий, что случилось? Джерард не ответил и в этот раз. Он не шевелился, пока в его подвал не спустился Майки. Джерард даже отвернулся от стены. Майки было достаточно лишь взглянуть на заплаканное лицо своего брата, чтобы понять, что произошло что-то очень плохое. — Ох, Джи, — печально произнес он, после чего забрался к нему под одеяло и крепко обнял. — Что произошло? — Фрэнк, — пробормотал Джерард в плечо Майки. — Я пытался извиниться, но он выгнал меня. Он меня ненавидит. — Мне очень жаль, Джерард. Может быть, ему просто нужно время. Дай ему немого подумать. Джерард покачал головой. — Ты просто не видел, как он смотрел на меня. Я не думаю, что он захочет увидеть меня еще раз. Не удивлюсь, если он снова пошлет меня, если я попытаюсь. Никогда не прощу себя за то, что причинил ему столько боли. Я ужасный человек. — Нет, — настаивал Майки, пока Джерард плакал в его рубашку. — Ты не ужасный человек. Ты хороший человек, который был вынужден сделать что-то плохое кому-то, кого ты любишь, потому что твои родители давили на тебя. Фрэнк любит тебя и знает, что ты не хотел сделать ему что-то плохое. Дай ему немного времени. Я уверен, что он еще одумается. Джерард устал. Он не хотел спорить, так что просто покачал головой и продолжил плакать на плечо Майки.

***

Джерард задрожал из-за порыва морозного воздуха. Он натянул одеяло сильнее на шею. Парень всегда спал в позе эмбриона в самом дальнем углу своей кровати, лицом к стене. Его определенно чем-то привлекали углы. Он вздрогнул, когда почувствовал, как что-то холодное прижимается к его шее. Его глаза вмиг распахнулись, когда он понял, что это была рука. Парень закашлял, и рука исчезла. Джерард сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем немного повернуться, готовясь столкнуться лицом к лицу с жестоким убийцей. В комнате стояла непроглядная тьма, но Джерард все еще мог узнать эти блестящие глаза. Слишком много дней он провел, разглядывая их. Дыхание ускорилось. Это не происходит на самом деле. — Фрэнк? — с надеждой спросил он. Фрэнк поднял руку и провел ей по короткой части волос. Один из его нервных тиков. — Привет, — пробормотал он, глядя в пол. Биение сердца Джерарда ускорилось. Голос Фрэнка не звучал сердито. Он звучал грустно. — Что ты здесь делаешь? — сонно спросил Джерард, потирая глаза. — Мне нужно поговорить с тобой. Парень сел. — Хорошо. Фрэнк тяжело и долго выдохнул. — Прости меня. Джерард никогда в жизни не был так сильно запутан. Почему Фрэнк извинился? Он ведь не сделал ничего плохого. — За что? — пропищал Джерард. Фрэнк начал расхаживать туда-сюда по комнате. — За прошлую ночь. Я не.. То есть, конечно, я.. Но я.. Я не... — Он протер лицо руками и раздраженно вздохнул. Джерард встал и положил руки на плечи Фрэнка, оставляя расстояние размером с один шаг между ними. Он пытался сдержать все эмоции, которые так и норовили показаться на его лице, потому что он был полон счастья. Это чувство, когда его руки еле-еле касались шеи Фрэнка, приносило ему столько радости. Даже такое простое прикосновение к его коже заставляло Джерарда хотеть улыбаться. — Успокойся, Фрэнк. Что случилось? Фрэнк судорожно вздохнул, и Джерард увидел проступающие слезы в уголках его глаз. — Фрэнк? — обеспокоенно спросил он. — Прости, что выгнал тебя прошлой ночью. Ты должен понять, что мне до сих пор больно. Я все еще блядски зол на тебя и еще больше зол на твоих родителей. Но... — Но.. Что? — Не знаю! — крикнул Фрэнк, вскинув руки. — Я не знаю, как.. Как быть без тебя, — признал он, вытирая слезы с щек. — Все, что мы делали, все, что мы пережили... Я не могу вести машину, не представляя тебя на соседнем сидении. Я не могу спать в собственной комнате, потому что наши отпечатки рук все еще светятся на стене. Я не могу смотреть на что-либо в моем доме, не вспоминая, как ты помогал мне и маме распаковываться. Я не могу снять футболку, не думая о том, как ты держал меня за руки, когда мне набивали тату. Я не могу ходить в школу, не ища инстинктивно твое лицо в коридорах. Ради Бога, я даже не могу, блять, ходить на гребанную литературу, потому что мы до сих пор проходим Гамлета, и я продолжаю думать о том, как ты стоял на ебаном журнальном столике и играл для меня, потому что ты такой удивительный парень, — без ума бормотал Фрэнк, пока его голос совсем не сорвался на плач к концу. — Фрэнк.. — И я, блять, так сильно запутался! Одна часть меня хотела ударить тебя в твое гребанное, — хихикнул он сквозь слезы, — совершенно красивое лицо. — Джерард тоже улыбнулся. — А потом развернуться и уйти из твоей жизни навсегда, — тихо закончил парень, и эта фраза стерла улыбки обоих. — Но я не мог этого сделать, и другая моя часть знала это. Другая часть хотела истерично обнять тебя, плакать и целовать, говоря, что мы будем жить долго и счастливо. Но, на самом деле, первая часть до сих пор жаждет вмазать тебе, потому она чертовски ненавидит тебя за то, что ты сделал, — почти кричал Фрэнк с угрюмым лицом. — Но, блять, вторая часть до сих пор сгорает каждый раз, когда я вижу тебя, как когда мы поцеловались первый раз. Я не думаю, что когда-нибудь разлюблю тебя. И я заебался разрываться на два куска и пытаться выяснить, чего я хочу на самом деле. — Джерард с трудом проглотил ком в горле. Фрэнк говорил в прошедшем времени, значит, он все же смог выбрать. — А потом ты... — парень посмотрел на пол и покачал головой. У Джерарда было чувство, что это не означало ничего хорошего. — Что я? Фрэнк поднял голову, и на его губах играла легкая улыбка. Она дала Джерарду надежду. — Ты затащил свою задницу на дерево и пролез через мое окно посреди ночи. Я просыпаюсь, и ты стоишь и смотришь на меня с этим выражением полного раскаяния. Я никогда не видел, чтобы кому-то было так жаль. И затем ты выдал эту огромную речь о том, как ты сожалеешь, как ты соскучился и что все еще любишь меня и... — И..? — И как я мог проигнорировать это? Я не знаю, что ты сделал мне. Когда это было? Два? Три месяца назад? И я уже понимаю, что никогда не смогу найти никого более прекрасного, чем ты, и что я хочу, чтобы ты был со мной всю остальную часть жизни. Я понял, что то чувство, когда я проснулся и увидел тебя, оно дало мне... — Что? — прошептал Джерард. Ему почти не хотелось слышать следующие слова, которые мог произнести Фрэнк. — Я никогда не был так счастлив. Джерарду показалось, что его сердце остановилось. — В тот момент я не высказал и половины дерьма. Меня не волновало, что ты говоришь мне и почему. Мне было плевать. Я просто знал, что до сих пор влюблен в тебя, несмотря на все дерьмо между нами. Если б я хоть когда-нибудь сомневался в тебе, этого бы не было. Я на сто процентов уверен, что ты — это все, что я буду хотеть когда-либо, Джерард. Я люблю тебя и, кажется, всегда буду. И если б я только мог, я бы, блять, женился на тебе прямо сейчас, — сказал он, посмеиваясь. Джерард улыбнулся и сделал осторожный шаг вперед. — И это значит.. — Если ты обещаешь, — оборвал его Фрэнк, — что никогда больше не заставишь меня проходить через такие душевные муки. — Обещаю. — Я хочу вернуть все, — наконец сказал Фрэнк, взяв Джерарда за руки, которые все это время покоились на его плечах, после чего сплел их пальцы. Джерард решил послать всю свою трусость подальше и наклонился, чтобы поцеловать Фрэнка. Тот, в свою очередь, не отстранился и не оттолкнул его. Вместо этого он открыл рот и ответил на поцелуй так сильно, как только мог. Фрэнк растворился в Джерарде, их бедра крепко прижимались, словно части тетриса, они идеально подходили друг к другу. Фрэнк обнял Джерарда за шею, вплетал пальцы в волосы, а парень постарше крепко держал его талию. Это была вторая их сторона. Инстинктивная. Свободная. Чувство тел друг друга, соединенных в каждой возможной точке — самое лучшее, что может быть. Джерард улыбался в мокрые губы Фрэнка. Никто из них не мог сказать точно, чьи слезы намочили их лица, но никого и не заботило. Все, что имело значение для них в тот момент — они сами в руках друг друга. Земля, солнце, звезды — все остановилось, и все было таким правильным. Джерард так скучал по этому. По тому, как Фрэнк жевал его губы, язык. Парень, конечно, не был особо опытным, но ему казалось, что никто не может целоваться лучше, чем Фрэнк. Младший из парней немного потянул нижнюю губу Джерарда, чтобы сказать: — Ты прощен, Джерард. Конечно ты прощен. Я так сильно скучал по тебе, черт возьми. Я люблю тебя, Джерард. Никогда не бросай меня снова. — Никогда, Фрэнк, я не буду. Блять, прости меня, — лепетал Джерард в шею Фрэнка. — Заткнись и не думай об этом. Теперь мы вместе, и все будет хорошо. Я обещаю, мы будем в порядке. — Я верю, — прошептал Джерард, улыбаясь. Фрэнк приблизился к лицу Джерарда, снова целуя его так, как он никогда не целовал его. — Та часть, которая хочет ударить меня, — шептал Джерард между горячими поцелуями. — Что? — Она под контролем? — спросил парень, нахмурившись. Фрэнк улыбнулся и кивнул. Джерард снова поцеловал Фрэнка, взяв его за руки, чтобы притянуть их сплетенные тела на кровать.