Queen and Starlet

Songs: Coldplay – Magic Katie Costello – Stranger prvrln – времена другие Во рту неприятно жгло, когда Рейчел изволила разлепить глаза благодаря солнечному свету, который пробивался сквозь большие окна. Она зевнула и расслабленно потянулась. Медленно, но вчерашний день со всеми произошедшими событиями уже возвращался в голову певицы. Она вскочила с кровати и встревоженно осмотрела белоснежную, пастельно-розовую комнату в которой находилась. — Проснулась, наконец, — прозвучал знакомый голос где-то совсем рядом. В дверном проёме появилась Куинн Фабрей с деревянным подносом в руках. Жаренные яйца, сосиски, чашка чая «Эрл Грей» и булочка с кунжутом красиво покоились на этом самом подносе. Блондинка поднесла его поближе к Рейчел и поставила на прикроватную тумбочку. — Куинн… — так, будто вчерашний день выпал из памяти, проговорила Берри. — Ешь. Оно уже почти остыло. Долго же ты спала, Звёздочка, — заметила блондинка с каким-то пафосом в голосе. Она поспешила удалиться из комнаты и оставила Рейчел наедине с завтраком. Решив не думать о том, что Куинн, к примеру, отравить её может, Рейчел жадно вцепилась в пищу – голод давал знать о себе. В голове мысли о прошедшем дне уже начинали приобретать более чёткие очертания. Запив еду тёплым чаем, Рейч скривилась. И, нет, не от вкуса – от витавши в голове обрывков воспоминаний, которое засели там словно демоны. — Смайт! — внезапно проскулила Берри. Потом услышала чей-то кашель. Наверное, это была Куинн. Певица подумала, мол, нужно разузнать что к чему, но сначала стоит разобраться с завтраком. Живот всё ещё ныл от боли. Рейчел, недолго думая, наколола на вилку немного яйца и сосиски и мигом проглотила это. Она быстро расправилась с едой, а потом встала с места и обнаружила себя в одном нижнем белье. Какой стыд! Девушка обняла себя руками, но уже через секунду она потянулась за массивным белоснежным одеялом. Накинув его на плечи, Звёздочка укуталась поплотнее и бесшумно протоптала путь к двери. Приоткрыв её, Берри увидела просторный лофт, который объединял в себе и гостиную, и кухню, и мини-библиотеку и многое-многое другое. Обои здесь были где в виде деревянной кладки, где – каменной. Это создавало атмосферу уюта. Девушка подтянула «подолы» одеяла. От всего лофта отделялась только спальня, из которой выла Рейчел, санузел и просторная лоджия. Именно за стеклом, в лоджии Рейч и заметила Куинн. Она ссутулилась, упёрлась локтями в изгородь и задумчиво потягивала сигарету. У Берри аж руки зачесались. На носочках она прошла к двери и, приоткрыв её, вошла в лоджию и встала около Фабрей. — Спасибо, —улыбается, как идиотка, — за завтрак, — добавляет. Куинн беззвучно кивает, выдыхает струйку дыма. — Угостишь? — решает попросить Берри. Наконец-то Куинн улыбается в ответ, протягивает приоткрытую пачку сигарет, а когда Рейчел зажимает одну из них меж губ – подкуривает ей. Самой Рейчел пришлось отвернуться и, выдыхая дым, вновь скривиться. Не те это сигареты, к которым она привыкла: тонки, ментоловые, дорогие. Но Берри не хочет портить этот момент – курит и не замечает того, как уже входит во вкус. Её глаза устремились на утренний Лос-Анджелес. Небо было невероятно розовым, казалось, что, если попробовать его на вкус, то станет сладко-сладко. — Который час? — спросила Берри. — Часов шесть утра, — хохотнула Куинн. — Серьезно? Почему я чувствую себя такой выспавшейся? Солнце встаёт так рано, что его лучи уже в шесть утра заставляют меня просыпаться. — Твоя подруга Сантана звонила, — сообщила блондинка, наблюдая, как зрачки собеседницы начали расширяться. — Сказала, что Себастиан в больнице, а Фарфоровый с ним. Кажется, это она про Курта. Об остальных она ничего не знает. — Куинн протянула Рейч её телефон. — Ух ты… Спасибо. Наверное, я съезжу в больницу к мальчикам! — потушив сигарету, завелась девушка. — Хочешь со мной? — Не-а, езжай. Это твоё дело, — следом за Рейчел Куинн тоже потушила сигарету, а окурок полетел вниз с шестнадцатого этажа. Берри сжала в руке свой телефон, ей не нравилось это безразличие Куинн. Она была такой холодной, такой невнимательной, словно опустела. Рейчел чётко помнила, что вчера Фабрей так беспокоилась обо всём происходящем, а сегодня – другой человек. И алкоголь в этом не обвинишь, потому что Кью вчера почти не пила. Что-то тут было не так. Когда Рейчел уже обувалась около двери, Куинн стояла рядом и динамично постукивала ногой. Рейчел выпрямилась и потянулась к блондинке, желая обнять её на прощание, а та, поняв это, сделала небольшой шаг назад. Смутились обе. — Я не люблю, когда меня трогают, — пробубнила Фабрей, а Рейчел и не нашла что ответить, потому что хозяйка дома уже схватилась за ручку двери. Берри пришлось выскользнуть наружу. Двери за ней сразу закрылись, и девушка услышала, как крутится ключ в замочной скважине. Она съежилась и обняла себя руками. Что-то тут не так. Определённо. *** Упав в мягкий салон такси, Рейчел сразу же набрала номер Курта. Тот ответил довольно быстро. Было так жарко, что пришлось придерживать ухом телефон и открывать в этот момент окна автомобиля с обеих сторон. — Что ты, Звёздочка, ехать к нам необязательно! Я только что накормил Смайта куриным бульоном и читаю ему Vogue. Ему нужен покой, но я передам ему твои пожелания о выздоровлении! — послышалось в трубке уже через пару секунд. Из-за этого внезапно пришлось менять маршрут. Берри указала таксисту свернуть и ехать к особняку. Хотелось позвонить Сантане и сказать о своём скором прибытии, но всё-таки Рейчел этого не сделала. Она знала, что дома произойдёт серьёзный разговор, поэтому лучше не предупреждать Лопез об этом. Вместо очередного звонка Рейчел взялась за наушники. Она почему-то включила песню Куинн Фабрей, и нет, не ту, что была самой популярной, а просто случайную песню из её альбома. Песня, кстати говоря, называлась «Stranger», что натолкнуло певицу на определённые размышления. *** Сантана как раз смотрела «Светскую жизнь семейства Кардашьян», когда усталое тело Рейчел ввалилось в особняк. Суя в рот чипсы, Лопез сосредотачивала свой взгляд на жидкокристаллическом плазменном экране. Дверь захлопнулась, что отвлекло латиноамериканку и заставило среагировать на появление Звёздочки. — Только не говори мне, что план не сработал и ты не вдула ей этой ночью, — Сан свела брови и усмехнулась лукаво. — Да пошла ты, Сантана, — рявкнула. Но Сантане это действие не пришлось по душе и, когда Рейчел проходила к ступеньке, брюнетка схватила её за запястье. — Какого хера, а? Веди себя по-человечески и рассказывай. Давай-давай, садись, ладно? — она указала на место рядом с собой, а Рейч, конечно же, послушалась и села. — План не сработал. — Совсем? — Лопез заглянула в глаза Рейчел, будто собиралась прочесть все её мысли; она чувствовала – сейчас кто-то будет плакать. Рейчел почувствовала себя беззащитной, хрупкой, обнажённой, одинокой, замученной и побитой. Из её глаз хлынули слёзы. Сантана умеет чувствовать людей. А ещё, какой бы стервой не была эта Лопез, она поддержит подругу. Латиноамериканка приобняла Рейчел и позволила ей отчаянно выплакаться в её плечо. — Ну и сучка! Она смогла сделать из тебя лесбиянку? — Не говори так, — всхлипнула, — Она такая… загадочная… — Да странная твоя Фабрей! В дурку ей пора! — фыркнула Сантана, пытаясь успокоить Звёздочку. — Не связывайся с ней. Мы сделаем новый альбом и вновь взмоем к вершине. Я тебе зуб даю, Гномберри. А Рейчел и не знала толком, что творилось внутри. Кто-то говорит – бабочки в животе, а Берри, казалось, гусеницы изнутри разъедали. Вот так неурядица.