Queen and Starlet

Songs: Meghan Trainor – NO The Cataracs – Like A G6 Anya Marina – Whatever You Like Какой бы стервой Сантана Лопез не была, но то, что она всегда заступалась за Рейчел являлось очевидным фактом. После того, что случилось в Старбаксе прошло уже несколько дней, может, неделя, но единственной приятной вещью, засевшей в голове Рейчел, было то, что Сантана заступилась за неё тогда. Наверное, именно так Сантана и показывает то, что она умеет ценить людей, умеет любить и знает что такое дружба. Но это было тогда. Сегодня был совсем другой день и совсем другие события. Сантана листала новый выпуск любимого журнала, развалившись на кремовом диване, в то время как Рейчел находилась в пяти метрах от латиноамериканки и, интенсивно потея и выкрикивая несуразную нецензурщину, швыряла посуду в стенку. Лопез притворялась, что ничего не происходит. — Воу! — дверь в комнату приоткрылась, а из проёма показалось точеное лицо Курта. — Какого чёрта здесь происходит?! Сантана что-то прорычала, измученно закатывая глаза. — А что было делать? Я говорила ей, чтобы брала пластмассовую посуду, но она меня не слушала, — хмыкнула Сан, — Не нервничай, Курт, думаю, что Королева Драмы совсем скоро перебесится. Во всяком случае, если это не пройдёт до сегодняшнего вечера, то я возьму нашего чёрного водителя и увезу Берри в багажнике либо в лес, либо в тубдиспансер. Курт задумчиво повёл бровью, прежде чем спросить что-то, но всё-таки подал голос: — А что будет сегодня вечером? — не решаясь пройти в комнату, поинтересовался он. — Приезжает мой гейский кузен Себастиан со своим парнем, — зевнув, Сантана вернулась к журналу. — Что? — в руках у Рейчел было несколько тарелок, но со словами Лопез она благополучно уронила их на пол и тем самым ускорила свой психологический тренинг с битьем посуды. — И как давно ты это знаешь, мать твою? — Ну-у… где-то пару недель. Я должна была предупредить? Да. Я не сделала этого? Да. Смайт просил меня сделать это? Да. Все ответы положительны, я не понимаю что не так. — Сантана Лопез, ты неисправима, — объявила Рейчел, а после чего села на край дивана и покосилась на Курта, — Себастиан ведь будет с Блейном. Я не хочу, чтобы Курт чувствовал себя неуютно. — О нет, Звёздочка, обо мне не беспокойся, я уже давным-давно выкинул из головы Блейна. Честно. И вообще, раз вся компашка будет в сборе, то сегодня в девять вечера можно будет устроить закрытую вечеринку в «Осьминоге», — Курт более или менее расслабился и, пройдя дальше в комнату, уселся около Рейчел. — Чёрт, всё ещё не понимаю что тебя сподвигло назвать гей-клуб именно «Осьминогом»… — растекаясь на диване, Сантана попыталась вытеснить отсюда своих друзей, потирая при этом кулаками глаза. — Отлично! Вечеринка! Это будет великолепно! Восторженный визг Рейчел опередил язвительное объяснение Курта, поэтому никакого конфликта между Хаммелом и Лопез не произошло, а невзгоды Рейчел, казалось, сдул ветер, наверное, какой-нибудь тёплый бриз.

***

Вечер подкрался незаметно. Рейчел всё планировала как бы сделать уборку в доме, потому что Сантана уволила их дворецкого. И Рейчел не была бы Рейчел, если бы после двух часов раздумий не остановилась бы на том, что стоит вызвать горничную. Поощрив её хорошими чаевыми, Берри отправилась в небольшую комнатушку на верхнем этаже особняка. Она называла её гримёрной, а Сантана называла её макияжной, но суть оставалась всё той же – тут куча косметики. Некоторое время Рейчел просто рассматривала себя в отражении зеркала, пока в комнате не появилась Сантана. Она уже была готова отправляться на вечеринку в «Осьминоге», в отличие от Рейч, которую Сантана планировала сейчас приводить в порядок. Бесцеремонно, но, тем не менее, так бесшумно Сан прошла к Рейчел и наклонилась над её плечом. Берри, увидев в зеркальном отражении фигуру, что появилась сзади, дёрнулась от испуга. Сантана хохотнула и сжала в руке нетолстый журнальчик. — Угадай, Берри, кого я пригласила на вечеринку? — в отражении Рейчел увидела длиннющую усмешку, что поселилась на лице её продюсера. — Кого, кого ты позвала, Сантана? Не томи, потому что мне уже страшно! — певица обвила пальцами ручки стула и крепко сжала их. — Смотри, — латиноамериканка протянула Рейчел журнал. — «Охранник Элтона Джона подал в суд на своего работодателя за неоднократные сексуальные домогательства…», — глаза Рейчел изумлённо бегали по строкам, а губы так же изумлённо произносили их вслух, — Нет, только не говори, что ты пригласила Элтона Джона. Я, конечно, уважаю его, но, Сантана, ему же сто лет! — Ты идиотка или притворяешься? Ниже читай, Гномберри. И не выводи меня. — «Лидер чартов за последние две недели, восходящая звезда Куинн Фабрей совершила каминг-аут на пресс-конференции одного из своих любимых ТВ-шоу…», — читала Берри, а с каждой произнесённой буквой её голос становился всё более хриплым, неровным. — Смекаешь? — Зачем ты мне принесла это? Эта Фабрей забирает мою славу! А теперь эта сучка ещё и камнг-аут совершила! — казалось, что Берри сейчас расплачется, поэтому Сан грубо схватила её за плечи. — Ага, пусть ещё попиздит про то, что она не гонится за популярностью и денежками! — дополнила Лопез. — Ну, в общем, соль в том, что я позвала на вечеринку её и её продюсера, кажется, это та, что была с Куинн в клипе. Надеюсь, ты понимаешь, зачем и почему я это сделала, да? — Что? ЧТО?! — Берри сбросила руки Сантаны со своих плеч. — Да что за фигню ты творишь, Сантана?! — О, боже мой, Берри! «Эта сучка каминг-аут совершила!», видишь, я цитирую тебя? Подумай хорошенько, Рейчел! Чтобы удержаться на вершине, ты должна столкнуть с неё Куинн Фабрей. Влюби её в себя. Рейчел посмотрела а глаза Сан. В отличие от простой и всегда уверенной Сантаны, Берри сейчас была взволнована и растеряна как никогда ранее. Она не знала что говорить, как действовать, даже не знала что чувствовать! План Сантаны был довольно логичным, обоснованным и доработанным, но она не учла одной вещи – чувства. — Я гетеросексуалка, Сантана, — тяжело дыша, проговорила Рейчел. — Я тебя умоляю, Берри! Ты слабая гетеросексуалка. — Сантана, я… Но Рейчел не договорила, потому что Сантана перебила её. И, наверное, это к лучшему, потому что у Рейчел не имелось слов. — Ты опять мямлишь, Рейчел. Я хочу, чтоб ты знала, что я и Фарфоровый всегда будем носиться за тобой хвостиком, но даже он будет сильнее тебя морально. Если мы с Крутом хотим чего-то – мы добиваемся этого, понимаешь? Поэтому, прошу тебя, нет, попроси себя сама, хоть раз сделать что-то ДЛЯ СЕБЯ, хоть раз побыть сильной. И Сантана ушла. А Рейчел ничего не ответила. Она лишь мотнула головой, но Лопез в это время уже негромко хлопала дверью, как она говорит, макияжной. До вечеринки оставалось всего ничего, поэтому Рейчел решила, что сама управится с образом. Коктейльное платье чёрного цвета, лакированные балетки, чёрные чулки и кожаная куртка были дополнены тугим высоким тугим хвостом и умеренно-естественным макияжем. Рейчел использовала только тональный крем, пудру, тушь, блеск для губ и подводку. Ничего особенного. Наверное, для яркого выхода у неё не было настроения, поэтому Рейчел сейчас была похожа на гота. На очень стильного гота. На улице уже стоял всё тот же лимузин, ожидал он только Рейчел. И когда она подошла к двери, её любезно приоткрыл Курт и пригласил подругу садиться рядом. Мысленно Рейчел сразу же отметила то, что в машине не было Сантаны. Она поджала губы. — Ух ты, Звёздочка, выглядишь эффектно! — лицо Курта засветилось привычной улыбкой. — За Сантаной заехали Себастиан с Блейном, а я решил подождать тебя, — сказал Курт для того, чтобы нарушить тишину, когда машина тронулась. Он умолчал о том, что даже не вышел из машины, что даже не показался Блейну, умолчал и о том, что наблюдал через тонированное стекло за тем, как они со Смайтом целовались. А Рейчел даже не спросила ни о чём. Она чуть-чуть опустила оконное стекло, чтобы свежий вечерний воздух проник внутрь и забрал с собой остатки душного дня. Ниточки лунного света без разрешения проникали в салон лимузина, а Рейчел что есть мочи скрывала собственное лицо от них. Она была окутана невероятной усталостью, как и Курт. Но если усталость юноши была оправдана подготовкой закрытой вечеринки и подготовкой к ней самого себя, то усталость девушки могла быть сослана только на некое моральное опустошение. С мыслями о собственной пустоте, о своём же плохом настроении и с желанием холодного тропического дождя Рейчел доехала до «Осьминога». Когда она вышла из машины, то невзначай обратила внимание на малиновое небо, которое напомнило ей палитру цветов из клипа Куинн Фабрей «Candy-Floss». Рейчел поправила пальцами свой высокий хвост. — Ты знал о том, что Лопез позвала на НАШУ вечеринку Куинн Фабрей и её продюсершу? — холодно, даже не глядя на Курта, но так выразительно спросила брюнетка. — Что? Подожди, что? Это возмутительно. И не похоже на Сантану. Не стала бы она звать конкурентов, не имея на то какой-либо особенной причины или плана. — Вообще-то, план у неё есть, но меня жутко взбесило то, что она никогда ничего не согласовывает со мной! Курт ничего не ответил, так как ему просто-напросто помешали. На лицо юнца легли чьи-то ухоженные, длинные и такие худые пальцы. От этих рук пахло бергамотом и сигаретами, а так же неудачными попытками стереть аромат сигарет. И Курт сразу понял кто это, он сразу узнал эти, будто бы созданные для фортепиано, тонкие пальцы, хотя они никогда и не прикасались к телу Курта. Но Курт знал, что это был ОН, и он знал, что где-то позади, где-то совсем рядом слонялся и Блейн. — Себастиан, — впервые за день Хаммел позволил себе произнести это имя вслух, — Пытался оттереть запах сигарет? Смайт, заметив, что Курт даже не дрогнул, сам решил убрать пальцы. — Здравствуй, Курт, — с язвительной ухмылкой объявил юноша, а после чего взял своего бойфренда Блейна за руку и направился с ним ко входу в «Осьминог». Курт стоял на месте, провожая парней взглядом. Он ничего не говорил. Рука Рейчел легла на линию его плеч, а тёплый голос брюнетки начал по-матерински ласкать его слух. — Хэй, Куртси… Курт, всё будет хорошо, — Рейчел улыбнулась, — А теперь пошли. Пошли, надерёмся коньяка и покажем Смайту, Андерсону, Фабрей и её подружке то, как мы умеем пить! Хаммел кивнул, улыбаясь Рейчел в ответ, и они уверенным шагом направились внутрь. Лучшие друзья, друзья навсегда. — Ох, а вот и вы! Ну, наконец-то! — протянула Сантана, подбегая к Рейч и Курту и становясь между ними. Лопез стала говорить о том, что вот-вот приедет Куинн, она так же сказала, что помимо своего продюсера эта Куинн приведёт так же и свою девушку. По голосу Сантаны было понятно, что ей не терпится познакомиться с этой особой. Слишком маленькая концентрация лесбиянок в этом заведении, думала латиноамериканка. Курт же предательски заметно косил глаз на Смайта и Андерсона, которые общались между собой, негромко оценивая интерьер «Осьминога». А вот Рейчел ничего не оставалось, как вникать и в слова Сан и в действия Хаммела. Она вздохнула, а в унисон с этим тяжёлым вздохом двери «Осьминога» распахнулись и в проёме появились три блондинки. — Ух ты, какие шикарные у вас вывески! — озорной голос, напоминающий голос ребёнка врезался в слух всех присутствующих, он, казалось, перебивал даже громкую музыку. Глаза Сантаны сразу же устремились на того, кто это произнёс. Она вспомнила её. Эта девушка снималась в клипе Куинн Фабрей, наверное, она и была её продюсером, а возможно и девушкой. Лопез обошла взглядом саму Куинн и, наконец, остановилась на третьей девушке. От удивления Сантана приоткрыла рот. — Какого чёрта! Какого чёрта здесь делает Дани? — брюнетка взглянула на Рейчел и на Курта, ожидая каких-нибудь слов от них. — Сантана, главное не беспокойся, хорошо? — О, ну уж нет! Она знала куда и к кому идёт, она знала это, Рейчел! — под музыку Сантана уверенно зашагала в сторону Дани, обдумывая слова назревающего скандала, но её опередила девушка из клипа Куинн Фабрей. — Нет. Лучше не стоит, ладно? — блондинка потянулась к Сантане и коснулась её губ своими. — Я, кстати, Бриттани. Бриттани С. Пирс. Куинн захотела сделать своей девушке Дани сюрприз, но я знала, что тут будет бывшая Дани. И, тем не менее, портить сюрпризы я не люблю. Поэтому давай притворимся, что у тебя всё хорошо, ладно, Сантана Лопез? Пусть Дани знает, что ты счастлива! — отстранившись, пояснила Бритт. Сантана опешила. Бриттани знала её имя и фамилию, знала об их давних отношениях с Дани, владела кучей информации, а ещё очень много говорила и была довольно дружелюбной. Никогда Сан даже и думать себе не позволяла, что существуют дружелюбные люди, способные её переговорить. Но легенды и мифы имеют свойство разрушаться, и только что Бритт и Сан разрушили ещё один. Сантана, выглядывая из-за спины Бриттани, кивнула Дани с ехидной усмешкой, а затем вернулась к губам С. Пирс. Ей понравилось её целовать. Дани и Куинн, минуя Бритт и Лопез, отправились к барной стойке, за которой Курт и Рейчел уже наливали второй стакан с коньяком. — Рейчел, здравствуй, — Куинн улыбнулась, — Рада знакомству и рада быть на вашей вечеринке. Хочу познакомить вас со своей девушкой. Её зовут Дани, она работает редактором и пишет музыку. — Куинн Фабрей! — Берри натянуто усмехнулась и повела рукой в сторону Курта. — И мы с Ди уже знакомы, но вот ты не знакома с Куртом Хаммелом. Курт – мой бэк-вокалист, модель, Светская Львица, владелец этого и многих других клубов, ну, и просто душка! — Рейчел и Крут одновременно расплылись в ехидно-пьяных усмешках. — Твоя девушка Дани раньше встречалась с Сантаной Лопез, это та злобная латиноамериканка, которая тебе звонила. Так, к сведенью, — манерно фыркнул Хаммел. Было видно, что Рейч и Курт говорили с какой-то язвительностью, даже неприязнью, а тем самым они ставили Фабрей в неловкое положение. Но Куинн не показывала этого. Наверное, второй стакан коньяка стал для Курта решающим, потому что он сообщил Рейчел, Куинн и Дани, что пойдёт присоединиться к беседе Блейна и Себастиана. К слову о Себастиане, Дани Андервуд была в отличных отношениях с ним. Когда-то давно, когда она и Сантана Лопез встречались, Себастиан приезжал к девушкам в гости и эти юные особы успели сблизиться и сдружиться. Теперь Андервуд увязалась за Хаммелом, чтобы поболтать с Себастианом, а Куинн и Рейчел остались практически наедине, так как между ними была ещё бутылка с коньяком. Берри, как только Курт и Дани ушли, толкнула стакан своего друга поближе к Куинн и вздохнула. — Что, издеваться будешь? Так давай, я же знаю, что хочешь, — Рейчел налила ещё немного коньяка и поднесла к губам уже третий по счёту стакан. — О чём ты говоришь? — Куинн сложила руки на стойке и поджала губы. Берри же, замечая искорки в глазах Фабрей и то, как она поглядывает на бутылку коньяка, потянулась к этой бутылке рукой. Она плеснула алкоголя в стакан Курта и придвинула его ещё ближе к Куинн, нежели три минуты назад. — Тост. За упокой карьеры Рейчел Барбры Берри! — она подняла стакан вверх. — Не чокаясь… — и с успехом осушила. Прежде чем что-либо ответить, Куинн повторила алгоритм действий Рейч, то бишь тоже осушила стакан с коньяком. — Глупая, я совсем не планировала хоронить твою карьеру. Вообще-то, я приехала сюда с предложением о дуэте. Я хочу, чтобы мы вместе написали песню, Рейчел. Берри подняла глаза на Куинн. Дуэт. Она хочет петь дуэтом. Может быть, это какая-то шутка? Может быть, Куинн Фабрей издевается? Во всяком случае, сейчас Рейч видела в этой идее только лишь плюсы, но решение стоит принимать только на трезвую голову, и посоветовавшись с Куртом и Сантаной. А сейчас. А что же сейчас? Сейчас Рейчел решила увильнуть от разговора. Она вдруг вскочила с места, а Куинн заметила, как лицо Берри изменилось из унылого на возбуждённое, жаждущее развлечений. Рейчел протянула руку к Куинн и, схватив её за запястье, вытащила на танцпол, прямиком к шестам. — Хаммел, тащи свою круглую задницу, две другие задницы, текилу и самбуку прямиком сюда! — Рейч отпила немного коньяка прямиком из бутылки. Она не успела опомниться, как Блейн, Курт, Дани и Себастиан оказались рядом, а через минуту к компании подплыли так же Бриттани с Сантаной. — Что за шумиха, Берри? — Сантана сложила руки на груди. — Сейчас Куинн Фабрей будет танцевать стриптиз у шеста! — облизнув губы, произнесла Рейчел. Куинн удивилась, но не растерялась; она лишь взглянула на Дани, а на лице у той уже сияла какая-то диковатая усмешка. Фабрей было всё равно на себя, но эту усмешку у Андервуд она приняла за одобрение. Куинн подошла к шесту. — Минутку! — Себастиан вскочил с места. — Бас, сядь и не порти нам шоу! — рявкнула Лопез, упираясь лицом в плечо Бриттани. — Отойду на несколько минут до того, как начнётся ваше шоу, ладно? — усмехнулся Смайт, быстрым шагом отправляясь куда-то в сторону маленькой кухни. Как только Себастиан отошёл, взгляды всех присутствующих устремились на Куинн. Её бёдра упирались в пилон, когда сама Куинн, сползая вниз, расстёгивала свою рубашку левой рукой, а правой поглаживала внешнюю сторону собственного бедра. Под песню G6 Фабрей двигалась уверенно, правильно и ритмично. Дани, Бриттани, Сантана и даже Рейчел наблюдали за ней, покусывая губы. По истечению времени Курт и Блейн начали присоединяться к Куинн, они двигались не менее красиво. Троица выглядела очень сексуально, а всё потому что они были профессионалами своего сегодняшнего дела, все из них когда-то занимались танцами, а Бриттани занималась ими до сих пор, она даже преподавала их. Никто и не понял, в какой именно момент Курт Хаммел заполз на диван и начал ласкать своими губами Блейна. Они оба были пьяны. Все здесь были пьяны. Все, кроме Куинн. Она выпила только один стакан коньяка ещё тогда, когда сидела за барной стойкой с Рейчел. На этом всё. Никто не считал часы, никто не знал сколько времени уже царит это конкретное распутство. Рейчел и Дани спали на полу, прижимаясь спиной к поверхности дивана, а Куинн заботливо укрыла их обеих кожаной курткой Рейчел, которая валялась у шеста. Сантана и полуголая Бриттани целовались на диване так же, как и Блейн с полуголым Куртом. Но никто не знал того, где был Себастиан. Он ушёл, а никто и не вспомнил. Но он ведь не выходил из здания. — Пахнет жареным, — сначала это звучало как какая-то метафора, — Рейчел, пахнет жареным! Я не шучу, Рейчел, Дани! Прошу, проснитесь! Блять, умоляю вас! Пожар! — Куинн пыталась разбудить Дани и Рейчел, в то время как остальные, прекратив эти грязные поцелуи, пытались одеться. — Блять, блять, блять! — натягивая когда-то ещё белые брюки, протягивал Курт. Он совсем забыл о кухне, об источнике огня. В одних только брюках, босой и с обнажённым торсом Курт побежал в сторону кухни, при этом он кричал, чтобы все уходили отсюда, что он разберётся. Первым ушёл Блейн, потому что он чувствовал себя ужасно из-за того, что произошло с Куртом. Андерсон боялся смотреть в глаза Смайту, только вот он позабыл о том, где был Смайт, о том, что он его парень и о том, что не стоило бы его бросать. А Смайт был в эпицентре. В эпицентре пожара. Он развалился в противоположном очагу возгорания углу комнаты. Курт подлетел к нему, схватил за плечи и принялся тащить прочь отсюда. Тело Смайта стало мягким, красным, расслабленным, а сам он метался между сознательным и бессознательным состоянием. — Я это сделал, это я виноват… я не хотел… — стонал Себастиан, но Курт пытался не зацикливаться на его словах. Когда Хаммел выполз из кухни вместе с жертвой и зачинателем пожара одновременно, то обнаружил, что в «Осьминоге» остались только Куинн и Рейчел. Рейчел всё ещё не проснулась окончательно, она что-то постанывала. — Я вызвала пожарных, Курт. Остальных отправила домой. Разберёшься с Себастианом? — тяжело выдыхая, говорила Фабрей. — Конечно. А ты позаботишься о Рейчел? Куинн ничего не ответила, только взяла бутылку холодной воды, открыла её и поднесла поближе к Рейчел. — Стой, — Курт сглотнул, глядя на Куинн. — Что? Хочешь, чтоб я этого не делала? — усмехается. — Нет, просто хочу сказать спасибо до того, как Королева Драмы закатит истерику. — Пожалуйста, — ответила Куинн и начала поливать Рейчел холодной водой. Сначала Берри дрожала, потом ворочалась, а после этого начинала дёргать ногами и закрывать лицо руками. И все эти действия (вместе с внезапным, искуственно вызванным отрезвлением) вмещались в несколько секунд. Невероятно!

***

— Мне так жаль, — растирая тушь по лицу, шептала Рейчел. Над Лос-Анджелесом повисла тихая ночная тьма. Небо не было чистым, звёзд почти не было видно, как и, собственно, луны, которая больше была похожа на невнятное пятно, чем на луну. Куинн и Рейчел передвигались по улицам настолько медленно, что до дома любой из них в таком темпе можно было идти где-то полтора часа. К тому же, Рейч дрожала от холода. — Мне тоже жаль, — Куинн стянула свою кислотно-фиолетовую куртку и протянула её Рейчел, — Оденься, а то ты вся мокрая, ещё заболеешь. А нам ещё песню записывать. И прости, что загадила твою куртку. Ты можешь оставить себе мою. — Песня, — Берри вздохнула, — Это меньшее, чем я могу отблагодарить тебя. Ты не оставила меня, не оставила всех нас там… — Ты права. Это действительно меньшее. Поэтому ты отправляешься ко мне домой, — Фабрей схватила Рейчел за руку, — Остановись. Сейчас приедет машина и мы поедем в мой лофт. Это не совсем далеко, в отличие от твоего особняка, куда вести тебя я не собираюсь. Рейчел кивнула, глядя на свою спасительницу. Интересно, что было, если бы Куинн тоже выпила лишнего? Интересно, почему она всё-таки не сделала это вместе с другими? Утро покажет.