Vendetta

***

      План был готов уже к утру. Первым делом стоило оградить замок от вмешательства извне: барон не хотел, чтобы кто-то или что-то помешало претворению его замыслов в жизнь. Вторым — заманить Даниэля обратно. Это казалось не особенно трудным, но кто знает, как поведёт себя англичанин. Да, и кстати, стоит посетить Альтштадт. Но на данный момент наиболее необходимо было провести ритуал.       Мужчина прихватил свечу и направился в подземелья.

***

      Прикрыв глаза и чуть покачиваясь на каблуках, Александр начал читать заклинание. Он почувствовал холодок, сдавливающий сердце — защита начала восстанавливаться.       Мужчина потер заледеневшие пальцы. Оставалось еще два заклятия, а он уже очень устал.       Второе удалось прочесть сравнительно быстро, а на последнем возникли проблемы. Вероятно, кто-то хозяйничал в замке во время его отсутствия, и ему пришлось повторно резать вены, укрощая чью-то чуждую волю. Но спустя несколько долгих часов все было закончено.       Что-то резко ударило в решётку, заставив отвлечься и обернуться. Только чтобы увидеть лицо с порванным ртом и отвисшей челюстью. Тело монстра было замотано полосками ткани, а его ноги выглядели, будто кто-то срезал целые полоски кожи и мяса с них. Левая рука была значительно больше правой и имела очень длинные когтистые пальцы. Александр усмехнулся, наблюдая, как дверь с противным лязгом падает на пол, слетев с петель, а монстр медленной шаркающей походкой направился в сторону барона. Замер, уставившись выпученными жёлтыми глазами с прямоугольным зрачком, и промычал что-то нечленораздельное. Признал.       Отдав необходимые приказы и немного отдохнув, барон направился в Альтшадт. Нужно было встреться с несколькими людьми.

***

      В тот день наконец-то выглянуло солнце после долгого сезона дождей: они шли, словно в тропиках, по часам, и город после обеда заливали потоки мутно-серых рек. Шквальные ливни и свинцовое серое небо — это все надоело до крика, до истерики. Александр никогда не любил дожди.       — Барон? — Судья удивлённо вскинул брови. Надо отдать ему должное, мужчина не позволил себе ничего лишнего. Он пригласил Александра в кабинет и предложил провести беседу за бокалом вина, на что барон ответил согласием.       Уже через пару часов Александр был в курсе всех событий, произошедших за время его отсутствия. Визит был на исходе, и судья вышел проводить Александра до дверей.       Внезапно сзади послышался сдавленный вздох, и что-то тяжёлое рухнуло на пол. Обернувшись на звук, мужчины увидели немолодую женщину, которая пыталась подняться с пола и судорожно глотала ртом воздух.       — Видите ли, — извиняющимся голосом пояснил судья. — Мы считали Вас мёртвым.       — Все мы люди, все мы ошибаемся, — снисходительно улыбнулся Александр и покинул дом судьи.

***

      В этот день барон оказал любезность священнику и ещё парочке состоятельных граждан, после чего вернулся в замок. Через пару дней он планировал отправиться в Лондон и навестить одного известного ему археолога.       Осень входила в город неслышно, легким дуновением прохлады в ночи, небрежно брошенным листком, серыми каплями из тяжелых, нависших облаков. Постепенно обнажался ее чарующий королевский наряд. И все глубже становились тени, и все медленнее тянулись туманы, и все печальнее лесные травы склонялись под изморозью и росой.        В садах Бренненбургского замка разливалось осеннее очарованье — ярко-алое безумство листвы и синеватая бледность туманов. Глубокая задумчивость аллей наполняла сердце спокойствием и жаждой созерцания, желанием впитать в себя это великолепие и раствориться в нем, став дрожащим листом на изящном изгибе ветви.

***

Англия, Лондон, неделей позже.       — Больно… — едва слышно произнес Даниэль.       Александр увидел, как он слегка наклоняется вправо и падает назад, быстро пересёк небольшую залу, чтобы подхватить его. Когда он оказался на руках барона, тот увидел белеющее лицо. Боль была настолько мучительной, что юноша перестал понимать, что происходит вокруг него.       Он пришёл поздним осенним вечером. Когда вовсю льют холодные дожди, а ветер пронизывает до костей. Откуда — неразрешимый вопрос. Путник в черном плаще с капюшоном перешагнул порог. Бесшумно, словно был тенью. Будто ему перевалило не за второй, даже не за четвёртый десяток. Быть может, даже и не одна сотня лет.       — Как вы, Даниэль? — учтиво и с толикой заботы в голосе поинтересовался сидящий рядом мужчина. Звуки доносились будто бы из-под воды, гулко гудя в ушах и раскатываясь тяжелыми каплями.       Как можно не любить его голос? Такой красивый, такой мягкий… Конечно, это причиняет огромную боль, но… Он удивительный, необычный, вкрадчивый, иногда жесткий, но безумно красивый.       Да и вообще, если быть честным, Александр всегда нравился юноше: умный, спокойный и уравновешенный, он четко и ясно излагал свои мысли, объяснял все непонятные ему места и во всем помогал своему подопечному.       — Зачем Вы здесь? — нарочито резко спросил англичанин (хотя желал узнать совершенно другое). На него сейчас было жутко смотреть: казалось, юношу вот-вот разорвет от внутреннего напряжения.       — Между нами возникло недопонимание и…       — Недопонимание?! Вы пытались меня убить! — юноша вспыхнул, вскидывая голову, но тут же опустил, отрицательно покачав ею.       — Я пытался вернуться домой. Впрочем, как оказалось, меня там и не ждали. Я не хотел причинять вам вреда, Даниэль, и вы сами это знаете. Осознаю, что совершил по отношению к Вам чудовищную жестокость. Прошу Вас, не смотрите на меня, как на монстра, заметьте во мне живого человека, который искренне раскаивается в своей ошибке! Это не оправдывает меня, я понимаю, но жить с мыслью о том, что единственный на свете значимый для меня человек видит во мне лишь зверя, совершенно невыносимо! Я знаю, что сделал Вам больно, и мне жаль. Но Вы тоже, тоже причинили мне боль.       Даниэль молчал, внимательно наблюдая за эмоциями барона. Искренность. Можно ли было представить себе такое? Он видел Александра любым: добродушным, яростным, в глубокой задумчивости, но искренним — никогда.       — Вы ведь не думаете, что я так просто поверю вам? Сначала я хочу кое-что узнать. Как вы вернулись? Или вы и не умирали?