Больше нет

      Он проталкивает в лёгкие ещё глоток воздуха и пытается ускориться. Расталкивает ладонями двери в библиотеку, прорываясь внутрь.       Правое плечо горит, кровоточит и будто сжирает само себя. От боли перед глазами появляются маленькие точечки.       Спрятавшись между стеллажами, Стайлз делает огромный вдох и тихо мелко выдыхает. Пытается успокоиться.       Двери полутёмной библиотеки снова открываются и закрываются. Это он. Донован.       — Где же ты, Стайлз?.. Я чувствую тебя, твой запах… Ну же, выходи… Хватит прятаться!       Парень прижимает руку ко рту и стискивает челюсти. Удобнее перехватывает гаечный ключ. Пытается запихнуть осознание того, что они в школе одни и помощи ждать неоткуда, как можно дальше.       — Ты оказывается такой трусливый. Не то, чтобы это было неожиданностью… Весь в папочку, да?.. — Донован крадётся между полками, осматривается. На самом деле никакого запаха нет. Хотя какая уже разница…       Между полками виднеется воротник клетчаткой рубашки.       Химера нападает резко. Пытается придушить. Не отскакивает, когда получает в лицо гаечным ключом.       Они сплетаются клубком, выкрикивают ругательства и опускают друг на друга удары. Стайлз чувствует, как ему слегка вспарывают рубашку на боку, и искренне надеется, что кожа пострадала минимально.       Когда противник уже намеревается нанести, похоже, смертельный удар, парень вдруг изворачивается и отпихивает его от себя. Вскакивает.       Выхода всего два.       Либо убежать дальше, либо залезть выше.       Стайлз выбирает второе.       Он хватается за нижнюю перекладину строительных лесов и пытается подтянуться, слыша, как Донован со стоном поднимается. Плечо простреливает новой болью, руки чуть не разжимаются.       — Мой отец стал инвалидом по вине твоего… Твой отец виноват! И ты поплатишься вместо него.       Стайлз вскрикивает, зажмуриваясь, и всё же подтягивается. Рывком, содрогнувшись из-за слабости в теле, взбирается ещё выше.       — Сейчас я спущу тебя вниз, а затем отгрызу тебе ноги, Стайлз. — холодные пальцы хватают его за штанину и начинают тянуть вниз. — Я вырву тебе ноги и подкину тебя под дверь твоему отцу, Стайлз! Давай же… СПУСКАЙСЯ!       Его дёргают сильнее. Он почти соскальзывает. Взгляд поднимается вверх, замечает это, и рука тут же тянется следом. Без какой-либо задней мысли. К чеке, что удерживает несколько железных труб. Пальцы проскальзывают мимо, так и не зацепляясь за спасение, потому что Донован дёргает его сильнее.       — Я сказал, спускайся!       Стайлз отпихивает его ногой, на секунду освобождает её и рывком устремляется вверх. В мгновенье вырывает чеку и прижимается к лесам. Зажмуривается.       «пожалуйстапожалуйстапожалуйстапожалуйста»       Когда грохот затихает, наступает тишина.       Стайлз слышит лишь своё хриплое дыхание и учащённое сердцебиение. Шум в ушах. Боль.       Медленно открывает глаза и оборачивается. Смотрит вниз.       Донован — бабочка на иголке. Насквозь.       Неловко слезая, парень старается не смотреть на него снова. На того, которого убил…       Из уголка рта его жертвы стекает капля ртути, а всё лицо перемазано кровью. Руки раскинуты в стороны, будто он собирается взлететь. Или уже летит…       Стайлз чувствует, как руки подрагивают. Пятится. Спотыкается о какую-то книгу, чуть не падает. Не может прекратить смотреть.       Он — убийца.       Убийца…       Он — сын шерифа. Убийца.       Он…       Двери с лёгким шорохом закрываются за ним, и Стайлз спиной выходит в коридор. Промаргивается.       Глубоко вдыхает и, зарывшись руками в волосы, поворачивается к выходу. Медленно идёт по тёмному коридору пустующей школы к дверям наружу.       — Да, вызов был из библиотеки…       Дерьмо.       Тело срабатывает быстрее, чем он успевает подумать. Резко развернувшись, Стайлз начинает медленно, кривясь, бежать назад.       Потому что кто-то позвонил полицейским. Получается, он не один в школе.       И вызов зарегистрирован. Получается, если найдут труп, то будет запрос на подмогу. А если ещё и его найдут…       Он сворачивает за угол, слышит, как полицейский заходит в двери, как у него шебуршит рация. Пытаясь размеренно дышать, Стайлз продолжает идти к следующему повороту, быстро просчитывая сколько ещё до другого выхода.       И он доходит, выглядывает в ещё один коридор…       На конце которого, тихо потрескивая, появляются они. Ужасные доктора.       — Вот же блять…       Стайлз тихо рычит, разворачивается, тащится назад.       — В библиотеке никого, похоже это — очередной розыгрыш. Проверю коридоры на всякий случай…       Нет.       Серьёзно.       Не смешно.       Стайлз застывает посреди коридора. Тело кто-то уже успел вынести?.. Кто-то… Ноги подкашиваются.       Ладно, сейчас не об этом.       Он между двух огней. Либо его прижмут Доктора, либо арестует патрульный.       Первые уже выходят из-за угла, как вдруг его резко дёргает назад. В глазах темнеет, а воздух из груди выплёвывают сплющившиеся лёгкие.       Он чувствует, как ему зажимают рот, втаскивают в один из классов и прижимают спиной к чему-то тёплому.       — Тихо. Это я.       Его глаза расширяются, ладони сжимаются в кулаки, пальцы пытаются пропороть ногтями ладони…       Голос.       Этот. Голос.       «Я вырву тебе горло. Своими зубами»       Ладно.       Невозможно, но…       Ладно.       Дерек прикрывает дверь как раз в тот момент, когда мимо неё проходят Ужасные доктора. Стайлз пытается заставить себя открыть глаза и сделать хотя бы малюсенький вдох. Стрекотание нечисти затихает, но нет. Это ещё не конец.       Слышно как патрульный захлопывает дверь одного из классов, переходит в следующий. Правда и там он не задерживается слишком долго. Идёт дальше. К ним.       — Не шуми. — Дерек слегка отстраняет свою ладонь от чужого рта, но всё ещё держит руку на месте. Другой обхватывает тощие рёбра и поддерживает мальчишку, прижимает к себе.       Дверь открывается.       — Боже, почему в этих школах так много аудиторий… — полицейский включает рацию. — Я не собираюсь проверять все этажи, Кларк. В любом случае тех кто позвонил уже и в помине нет в здании.       Свет фонарика скользит по стенам, шкафам и доске. Двигается… Двигается…       — Ладно. У нас ещё один вызов. Код 35. Драка у ночного клуба…       — Отлично. Засчитай этот, как ложный.       Стайлз обмякает в руках Дерека. Патрульный, так и не заглянув за дверь, закрывает её и уходит.       Когда шаги тяжёлых ботинок окончательно стихают, Стайлз слегка приходит в себя. Подбирается.       Дерек убирает сухую ладонь с его губ.       — Ты… — «спасибо, я почти попался, ты снова спас меня» — Зачем вернулся?..       Парень неловко отпихивает «спасителя» и пытается сделать шаг. Вздрагивает. Почти падает.       — За тобой. — оборотень подхватывает его и оттаскивает к одной из парт. Подсаживает.       Стайлз хмыкает, упирается одной рукой в стол.       Пытается успокоиться.       Дерек приехал. Он жив, и он вернулся.       Он здесь.       Теперь всё будет… Лучше?..       Ладно. Позже.       — Ты не мог бы… Моё плечо. Посмотри, что с ним, пожалуйста… — он, кривясь, стягивает рубашку и заводит руку за спину. Начинает аккуратно тянуть футболку вверх.       Его легонько хлопают по руке, и Дерек снимает предмет одежды сам. Молчит.       По спине парня начинают бежать прохладные мурашки, как вдруг между лопаток ложится горячая ладонь. Режущая беспощадная боль становится едва ощутимой.       Он уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но передумывает. Пора бы признать, что он просто человек…       Пора бы засунуть гордость и хуевы принципы себе же в жопу. Тем более…       Это же Дерек.       — Кто это был?.. — оборотень легонько, несмело зарывается пальцами второй руки в волосы мальчишки и слегка ворошит их. Глубоко дышит, впитывая знакомый уютный запах.       — Долго рассказывать.       — И всё же?..       — Ты надолго? — Стайлз игнорирует вопрос, тянется пальцами к пострадавшему плечу. Его руку перехватывают на пол пути. Отводят в сторону.       — Не трогай. Нужно обработать. — Дерек убирает обе руки и подаёт футболку. Помогает натянуть.       Поддерживает парня, когда тот слезает со стола. Стайлз завязывает рубашку на поясе и уже хочет сделать несколько шагов самостоятельно… Ему почти удаётся…       Нет.       Дерек подхватывает и перекидывает чужую левую руку через свои плечи. Они вместе выходят на парковку.       — Я не знаю, что это… Просто лёгкая слабость… Наверное. — мальчишка даже не замечает, как начинает оправдываться. Поймав себя на этом, тут же замолкает. Дереку же всё рав…       — Нужно обработать и съездить к Дитону.       Не всё равно?..       Стайлз не говорит, что друида нет в городе. Не говорит, что никто не знает, где он.       Всю дорогу до джипа оборотень оглядывается и прислушивается. Патрульный всё ещё на другом конце школы. Кажется в туалете. На парковке они одни.       Он доводит Стайлза до джипа и отпускает.       — Ключи. — протянув руку, Дерек смотрит на парня в упор. Тот удивлённо приподнимает брови.       — Спасибо, конечно, что спас и всякое такое, но дальше я сам, ладно. Всё, папочка-альфа может ехать домой, детки в порядке. Я уже в норме и…       — Стайлз. Ключи.       Устало вздохнув, он просто открывает водительскую дверь, а сам медленно бредёт к пассажирской. Ключи так и остались в замке зажигание, ведь напал Донован, и как-то не было времени их вытас…       Донован.       Мёртв.       Его убил Стайлз.       Чувствуя, что руки и ноги начинают подводить, а в голове мутнеет, он как можно быстрее забирается в автомобиль. Тот, слава богам, заводится с первого раза.       Они едут в тишине и полутьме. Дерек ведёт машину, не останавливается на красный, хотя и не прибавляет слишком большую скорость. Стайлз смотрит в окно, прижавшись к нему лбом, и старается не касаться плечом спинки сиденья или чего-либо ещё.       Что скажет отец?..       А Скотт?..       Дерек чувствует, что на его руках не только его собственная кровь?..       — Приехали.       Оборотень вытаскивает ключ и, покинув салон, обходит вокруг машины. Помогает Стайлзу выбраться, доводит его до двери.       — Ну… Спасибо, что ли. — парень забирает свои ключи. Трясущейся рукой запихивает их в карман испачканных джинс.       — Не за что.       — Ты кстати так и не ответил. — Стайлз перехватывает настороженный взгляд и цепляется за него. Лишь бы хоть за что-то уцепиться. — Надолго… Ты надолго?..       Пауза.       Буря в зелёных омутах. Всколыхнувшийся ил на их дне.       — За тобой.       Стайлз хмурится. Упирается взглядом в забетонированную дорожку.       В смысле, «за ним»?..       В смысле, «ты мне нравишься, и я хотел бы попробовать»?..       В смысле, «та ночь, когда я прятался от шерифа в твоей же комнате несколько лет назад, я хотел бы придать ей чуть больше значения теперь»?..       В смысле…       — У меня ещё год в школе и…       — Я подожду.       Стайлз хмыкает. Вздыхает и снова поднимает взгляд.       Дерек — это оплот постоянства. Всегда им был и всегда будет.       Должен всегда быть…       Сейчас же в бледно-зелёных глазах сквозит неуверенность, трещиной рассекая их на кусочки. Он волнуется?..       — Ладно.       Стайлз кивает. Открывает дверь, что как обычно закрыта на замок, ведь отец на дежурстве, и заходит в прихожую. Стаскивает кеды.       Дерек всё понимает без слов. Заходит следом, прикрывая спину.       — Подожди на кухне, я сейчас принесу аптечку.       Он поднимается к себе, держась за перила, кое-как переодевает джинсы на домашние штаны, кидает рубашку на спинку кресла и берёт сменную футболку. Достаёт из шкафчика в ванной свою личную аптечку, заполненную чем только можно.       Когда он спускается вниз, Дерек уже включил чайник и ждёт его, оперевшись о кухонную столешницу. Стайлз с тихим стуком ставит аптечку на стол и пытается стянуть футболку. Снова.       Дерек подходит, хлопает его по рукам и бережно стягивает её сам. Снова.       Парень усаживается верхом на стул и кладёт голову на скрещенные руки. Прислушивается к волку.       Тот медленно, методично вытаскивает зелёнку, ватный тампон, кусочек марли и бинт. Затем аккуратно ваткой протирает укус, похожий на солнышко на плече Стайлза, а другой в это же время тянет боль.       Именно тогда это происходит…       — Я убил его. Я убил… — парень сжимается. Легко бьётся лбом о скрещенные запястья. Вздрагивает.       Дерек, ничего не отвечая, выкидывает использованную ватку, капает немного зелёнки на марлю и, приложив её к ране, сверху перематывает плечо бинтом.       — Как это произошло?       — Как это… Я был у джипа, на парковке, как вдруг он напал на меня сзади и. Укусил?.. — Стайлз жмурится, прочищая горло. — Я отпихнул его и побежал. Оказался в библиотеке. Но он нашёл меня… Он сказал, что мой отец виноват в инвалидности его отца, и я должен поплатиться… Он сказал, что оторвёт мне ноги и… Отдаст отцу… Он сказал…       Дерек завязывает бинт, а затем подхватывает Стайлза под мышки и, подняв, разворачивает к себе лицом. Нежно заключает в сильные объятья.       Стайлз не считает себя плаксой. Никто не считает его плаксой. И нюней тоже.       Однако, его эмоции на пределе. Адреналин схлынул, оставив за собой неприятный осадок, похожий на мокрые катышки молотого кофе, и слишком странные перемешанные чувства…       Поэтому сейчас ему не стыдно за то, что происходит. И вряд ли когда-нибудь будет.       Он тихо всхлипывает, хватаясь за чужую толстовку, и пытается дышать. Он не хочет думать, что скажут все, когда узнают, ведь…       У него не было выбора.       Просто…       Это была самозащита.       Он не хотел убивать этого придурка!       Ей богу… Не хотел…       — Это была самозащита. Я знаю, что ты не хотел его убивать, Стайлз… — Дерек зарывается носом в волосы на его затылке и дышит. От мальчишки пахнет тревогой, страхом и еле заметной надеждой. Совсем чуть-чуть, но всё же…       — Я… Отец, что он скажет… Если он… Или Скотт…       — Я буду рядом.       — Как я могу тебе доверять?.. Ты уже свалил один раз… Можешь свалить снова… — Стайлз кулачками утирает глаза и сглатывает. Глубоко вдыхает.       — Больше нет.       Дерек оплот уверенности — это безапелляционно.       Стайлз слегка отстраняется и медленно поднимает на него глаза. Где-то сбоку щёлкает закипевший чайник.       Он долго всматривается в чёрные дыры зрачков. Настороженно. С доверием.       — Я надеюсь, волче…       Он приподнимает уголки губ и немного привстаёт на носочки. Закрывает глаза, почувствовав прикосновение чужих губ к своим.