История одного жнеца

Внимание! Данное примечание было связанно с тем, что некоторым было сложно переключиться с одного события на другое. Данное примечание объясняет и дополняет события в главах 4-6. Примечание к главам 4-6. Гробовщик с ухмылкой оглядывал свою «жертву», от испуга вжавшуюся спиной в угол конторы. Юноше, вздрагивающем при каждом звуке, громче дыхания, было как-то даже не интересно, что он уткнулся спиной в паутину, что возмущенный паук сидит у него на плече, недовольно шевеля передними лапками. — Когда-то ты был шинигами…— Задумчиво проговорил Гробовщик, растягивая слова. Дрожащему Греллю было все равно, что несет этот сумасшедший, он хотел в студенческое общежитие, ставшее ему почти родным домом, хотел к Блейзу, которого считал уже фактически родным братом. — Вижу, ты мне не веришь. – Почти обиженно пробубнил Гробовщик, протягивая тощую руку в сторону забившегося в угол Сатклиффа. Черные ногти опасливо блеснули в полумраке. — Что Вы хотите от меня? – Жалобно проблеял перепуганный юноша. — Я хочу всего — лишь вернуть тебя в обычную колею жизни. Вернее смерти…— Гробовщик вновь зловеще захихикал, ухватив Грелля за тощее плечо и потянув на себя. – Отблагодаришь потом. Юноша и моргнуть не успел, как его куда-то потащили, потом мир мелькнул перед глазами. Теперь вместо пыльной лавочки похоронного бюро перед взором удивленных зеленых глаз предстала чистая зала, с белыми стенами и потолком. Все было безумно белым, давило на психику. — Господин Легендарный. – Старик, с белым париком, какие носили в 19 веке, склонился прямо перед тащащим его Гробовщиком, из-за чего пугающий ношу похоронных дел мастер чуть не влетел к него. – Прошу простить меня, но людям запрещено находиться в департаменте. — А он не человек. Он будущий жнец. – Легендарный рассмеялся, удивленное выражение лица, окинувшего застывшего в ужасе Грелля брезгливым взглядом. — Тогда прошу прощения за беспокойства. – Старичок отступил в сторону, пропуская Гробовщика вперед, который все еще хихикал. Зала заседания встретила их напряженным молчанием. — Мы не вернем его в ряды шинигами. – Холодно ответил голос откуда-то сверху. — Я посмотрю, что вы расскажите, когда вам в вино подсыплют такое количество афродозиака. – Гробовщик продолжал хихикать, хотя в голосе проскользнули холодные нотки. «нельзя падать в обморок, нельзя падать в обморок, нельзя падать в обморок!!!» — мысленно кричал Грелль, пытаясь твердо стоять на трясущихся ногах. — Хорошо. Мы выполним Вашу просьбу. – Вновь отозвался тот же холодный голос. — А кто, хи-хи, сказал, хи-хи, что это была просьба? Ах даааа…Вам не кажется, что пора оценить его старания по заслугам? – Гробовщик довольно облизнулся, словно хищный зверь. — Чего Вы хотите? – Ледяной голос с беспокойством дрогнул. — ну мнее же скууучно…. — Нам понятна Ваша… Мы наделим его должным статусом. Немедленно. Грелль все же рухнул в обморок, так и не дождавшись окончания разговора. Последнее, что он видел – было довольное лицо Гробовщика, обращенное к нему. Сознание волнами накатывало на болящую голову. Веки дрогнули в попытке открыться, однако это удалось ему не сразу. Лишь со второго раза пушистые ресницы разомкнулись, являя миру ядовито-зеленые глаза шинигами. Холодные, словно лед. Тонкие бледные губы дрогнули, растягиваясь в улыбке. На алые волосы опускается рука с длинными черными ногтями, ероша их, запутываясь пальцами в прядках. — Ну наконец-то. Спящая красавица слишком долго дремлет. – Прохрипел скрипучий голос Гробовщика. Грелль с трудом заставил себя сесть, тело не слушалось его то и дело норовя упасть обратно в мягкий уютный гроб. — Что случилось? – тонкие брови сходятся на переносице в попытке что-нибудь вспомнить или понять. — Ты снова жнец. Легендарный. – На лице Гробовщика расцветает довольная улыбка, из под челки можно различить зеленый блеск глаз. — Вооот как…— Наигранно тянет слова Грелль, обнимая его руками за шею и едва касаясь кончиком носа щеки. – Что же ты попросишь в замен? Ох, нет, не говори. Кажется вот это «кое-что», так красочно проступающее сквозь ткань твоего балахона, уже и так весьма красноречиво. – Гробовщик не отвечает ему. Он молча впутывает в волосы Алого жнеца пальцы, теребя красные прядки. — Придумай мне какое-нибудь имя. – Неожиданно просит Сатклифф, теребя зубами мочку уха Гробовщика. — Имяяя? – Задумчиво, на низкой ноте протягивается похоронных дел мастер, как бы невзначай обнимая алого за талию одной рукой. Тот не противиться. Что ему стоит переспать с еще одним мужчиной после какой-то сотни? — Да….— Жарко выдыхает Грелль. — Будешь Привратником. Имя столь же многозначно, как и ты сам. – Сатклифф не успевает ответить, его затыкают грубым властным поцелуем, укладывая на ровную лакированную крышку гроба.